Лев, ласточка и золото

Я встал и осмотрелся. Вокруг были разношерстые пестрые холмы: желтые, красные, синие, фиолетовые, зеленые и опять красные. Странные тонкие деревья без листвы. Вот округа озарилась светом и начала то тут, то там бликовать, где-то холм загорится ярко белым, в другом месте будто маленькое солнце начало гореть на палке.

Но что-то я приглушено чувствовал, кровь закипала, а тело будто тяжелело каждое мгновение, странно это... ведь в голове так пусто и спокойно.

-И снова это солнце, и почему я постоянно возвращаюсь к нему взглядом?

Так уж привлекало это маленькое солнышко меня, что я захотел его взять в свои руки. Сделал я первый шаг к этому солнышку и услышал, как ногой попал я в лужу, сделал другой шаг и наступил на холмик, а он мягкий, словно кочка на болоте, и вспомнилось мне как отец водил меня по лесу, как рассказывал он, как зверь в лесу живет и как на него охотиться, как вышли мы на болото и решил я по кочкам пройтись: шаг, второй, а третий угодил в воду, потерял равновесие и вскоре я сидел возле костра и сушил вещи, а отец все ворчал, что теперь не успеем к вечеру до деревни добраться. И почему я так отчетливо помню запах того мешка, который нес отец, что же в нем было?

Я стою перед этим желтым шариком и понимаю, что не солнышко это и даже не свечка, но что это такое понять не могу, но помню, что оно очень нужно мне.

Взял я эту палку с маленьким солнцем и пошел дальше осматривать местность. Под ногами хлюпала вода, а мысль о мешке все не давала покоя, будто важное было в нем что-то. Шел я в раздумьях и вдруг заприметил поодаль человека, выбивающегося из общей картины: темные волосы, черная одежда, лицо смуглое, даже воздух вокруг него казалось отдавал мрачностью и размахивал руками этот человек, будто показывая окрестности. Я начал идти к нему и до меня стал доноситься голос, слов я разобрать не мог, но понимал, что знаком он мне. Глубокий и спокойный он резко сменился на быструю и задорную речь, а после и вовсе этот человек разразился громким смехом.

Закончив смеяться, он обернулся и заметил меня, помахал мне рукой, а потом обратился к своему странному собеседнику это была молодая девушка с прекрасными светлыми волосами и были у нее... крылья! это точно были крылья, белые и огромные крылья! А почему я так реагирую на ее крылья? Здесь все кажется странным. Разве может быть в настоящем мире столь яркие холма, где каждый метр цвет земли менялся, разве могут вместо травы расти деревянные стрелы и высокие копья, разве может земля истекать кровью? От последней мысли я опешил и уставился на землю: а ведь верно под ногами хлюпала не вода, а кровь, смешавшаяся с землей в грязь и только сейчас я вспомнил что было в том мешке: там было мясо убитого лося, и в нос мне ударил запах - то была кровь.

Тут я почувствовал вновь жжение, но уже в боку. И как я раньше не замечал, что у меня так сильно болит живот? Я машинально ухватился за него, но почувствовал только холодный, рваный металл. От боли я согнулся и увидел лицо: оно уставилось на меня своими стеклянными глазами. Только сейчас до меня начало доходить что происходит: земля вокруг была усеяна трупами в разных одеждах, кто в тяжелых латах, кто в легких стеганках, все разных цветов, но в основе везде был красный лев да зеленая ласточка.

-Точно! вчера мы должны были сражаться с врагами королевства... а с кем именно? А ведь я даже не знаю кто был враг. Все люди на земле одинаковы: все с пустым взглядом и все лежат недвижно. Одно лишь отличие: на ком-то зеленая ласточка, а у кого-то красный лев. - Тут от раздумий меня отвлек голос.

- Новичок Релос! Все-таки жив еще. — Тут знакомый незнакомец вновь рассмеялся

- Однако выиграл я, когда поспорил с офицером Лири, — Тут он остановился и задумчиво посмотрел вдаль — Да вот, одна лишь беда... умерла она. Благо хоть быстрая смерть постигла её. — И вот опять пауза и опять его лицо сменилось на радостное — А посему выигрыш мне взымать не с кого, если конечно только не предлагаешь мне спросить долг с ее хладного трупа...

Я смотрел с недоумением на этого человека и пытался понять, что он говорит и почему его сейчас волнует долг какого-то офицера больше чем окружающая картина. Однако мои мысли быстро занял другой человек - ко мне над полем битвы летела та прекрасная девушка. Она протянула ко мне руки, а я рефлекторно отпрянул - это вызвало смесь грусти и удивления на лице незнакомки.

- Ну-ну-ну, неужто наш маленький Релос увидел тебя — Он повернулся к девушке с ухмылкой довольного кота — Смотри-ка он буквально лишился дара речи, от твоей красоты.

Девушка будто не слышала его и продолжала смотреть на меня. Глаза ее были полны печали, а лицо изображало муку. Тут я все-таки опомнился и решил заговорить, и почему-то обратился не к девушке, а к нему.

- Командир... — Точно! как я мог забыть, что этот мужчина был главой нашего отделения и звали его... а вот имя, совсем не могу вспомнить...

- Не важно, как меня там зовут, что ты жаждешь узнать? - обратился он вновь ко мне, но лицо его утратило тот веселый вид, а голос вновь стал низким и спокойным.

- Командир, что произошло и почему вокруг все мертвы, кто победил и, кто эта деву...

В момент боль вернулась, усилившись многократно, и я сел на землю. Она кинулась ко мне.

- Что ты собралась сделать? — Остановил ее командир жестом.

- Ему больно, и он мучается, как ты можешь на подобное спокойно смотреть! — Чуть ли не крича отвечала ему девушка.

- Смерть — это естественный результат жизни, и поэтому я не придаю этому особого значения... К слову если тебе сейчас трудно смотреть, то почем же ты вчера не попыталась остановить эту бойню. — Все тем же спокойным голосом отвечал ей Командир.

- Так вот — Он вновь повернулся ко мне — вчера произошла битва двух армий, кто они и за что сражались уже не важно ведь в итоге практически все мертвы. — Тут он замолк и посмотрел в даль. — Хотя это с самого начала не имело никакого смысла... А по поводу твоего последнего вопроса — это по всей видимости ангел, которая просто спустилась посмотреть на эту бойню.

- Я спустилась чтобы спасти души людей... — почти шепотом ответила она.

- Ну и как? многих удалось спасти? — Снова он съязвил.

Я наблюдал за этой картиной и не понимал, чему больше удивляюсь: Что ангелы существуют или тому, что мой командир так спокойно разговаривает с одним из высших созданий и не боится дерзить им. Но вот снова обжигающая боль пронзила меня и я свалился.

Ангел кинулась ко мне и попыталась добраться до раны, но путь ей преградил металл кирасы. Одним легким движением она разорвала металл словно это была обычная тканевая рубаха. Потом она закрыла своими руками рану и из-под них заструился мягкий белый свет. Я чувствовал, как этот свет растекается по моему телу, сменяя жгучую боль и слабость приятным теплом. Через мгновение я уже чувствовал себя полным жизненной энергии. Я вновь обратил взгляд на свою спасительницу.

- Мне удалось спасти его. Она нежно прикоснулась к моей щеке и на лице ее появилась улыбка.

Она нежно прикоснулась к моей щеке и на лице ее появилась улыбка. Я бы хотел, чтобы этот момент длился вечно. Крылья за ее спиной начали растворяться, и это вызвало легкое удивление на лице Командира, но через мгновение он вновь обратился ко мне.

- Как думаешь малой что ужаснее: быстрая смерть или долгая жизнь?

- Я считаю, что нет ничего важнее жизни ведь жизнь — это величайшее чудо из всех. - Выпалил я без раздумий.

- Возможно и ты прав... — Он вновь задумался. — А ты у нас теперь становишься обычным человеком?

Только сейчас я заметил, что крылья у нее полностью исчезли, а волосы лишились своего блеска. Она пошатнулась и начала падать. Мне удалось ее поймать и заключить в свои объятия. Лицо у Командира помрачнело еще сильнее. Он потянулся руками к ее голове и коснулся ее лба. Под пальцами у него заиграл свет, который стал растекаться под ее кожей.

- Так вот Релос, — Не отрываясь от дела продолжил он говорить. — Я не согласен с тобой и считаю, что нет ничего более жестокого и бесчеловечного чем даровать жизнь или оставить в живых, а смерть же является настоящим избавлением и спасением.

Он закончил и отошел от нас. Девушка в моих руках открыла глаза и непонимающе смотрела:

- Н...н... но как, я же ведь... — Но тут ее перебил Командир.

- Собиралась продолжить заботиться о юноше, которому подарила жизнь?

Он смотрел на нее как отец смотрит на разочаровавшего его ребенка: с грустью и легкой злобой, но за всем этим лежит надежда на раскаяние и исправление. После он одарил меня уже менее мрачным взглядом, вздохнул и отвернулся. Командир подошел к какому-то трупу и срезал у него кошель с пояса, а потом бросил его мне.

- Что же я могу сказать в итоге. — Обратился он в пустоту. — В этом сражении полегло много людей и тут абсолютно не разберешь кто есть кто, — Он сделал паузу и обвел руками округу — а посему некий Новичок Релос так же числится убитым, потому что мне абсолютно лень его искать. Ангелов не существует... поэтому, никто и никогда не спускался с небес на это поле сражения. Ну а потерянный кошель у солдата — это вообще мелкая вещь никому не интересная.

Командир развернулся и пошел в неизвестном направлении, будто нашей встречи никогда и не было. Я решил подняться и оперся на палку, которую подобрал недавно. Когда мы уже были на ногах до меня дошло, что в руках держу старую булаву с желтым навершием и вспомнил, что мне так и не удалось ее применить по назначению. Я был рад этому осознанию. Мы медленно пошли в каком-то направлении и вскоре покинули побоище. Булаву я хотел выбросить, но потом решил ее оставить как напоминание о нем и его словах.

Смерть — это избавление, жизнь полна жестокости, а судьба солдата и его кошеля никого не интересует.