Глава восемнадцать

Рамиль

Трек к главе: M.Anıl Emre Daldal

Когда я перешагнул порог своей квартиры, Камилла была у меня на руках — лёгкая, тёплая, словно какое-то домашнее существо, которое наконец нашло безопасное место. И это так резко не вязалось с её обычной манерой: дерзкой, резкой, всегда отстраняющейся от меня, будто я ей только мешал дышать. Сейчас же она устроилась на моих руках, как ласковый котёнок, прижавшись щекой к моей груди. Даже дышать боялась громко.

Я бережно поставил её на ноги, но она не сразу отстранилась — пальцы всё ещё цеплялись за ворот моей куртки. И в этот момент меня накрыла волна облегчения такой силы, что ноги едва не подломились.

Я опустил её на пол медленно, словно боялся, что она исчезнет, рассыплется как туман, если отпущу слишком быстро. Её пальцы всё ещё цеплялись за мою одежду — тонкие, холодные. Она не смотрела на меня и казалось, что весь её мир сейчас сузился до одного: она в безопасности или нет?

Она в безопасности. Со мной. Ей больше ничего не угрожает.

Я успел.

Успел, черт возьми.

Эта мысль прокручивалась в голове будто мантра, забивая сердцебиение, адреналин, остатки ярости. Я сжал кулаки: руки всё ещё помнили, как я оттаскивал от неё тех уродов. Ещё час назад она была одна, беззащитная, окружённая компанией парней, у которых в глазах читалось слишком много намерений. Увидеть её тогда — испуганную, растерянную, в тупике — было как удар в грудь.

Усадил Камиллу на диван и стал стягивать с неё свою кожаную куртку, которую дал ей после клуба, в машине. Сама она не проронила ни слова за всё время. Только слушала, кивала и принимала мои действия.

Но самое главное было то, что в её глазах, помимо страха было доверие.

Доверие, блять, которого я так долго добивался от стервочки. Слава небесам, что она теперь питает ко мне хоть что-то хорошее. И хорошо, что с ней всё в порядке.

Мне хотелось дотронуться до неё, убедиться, что это всё не сон, что она действительно здесь — живая, тёплая, рядом. Хотелось укрыть её пледом, дать воды, спрятать от всего мира... и одновременно выскочить обратно на улицу и разорвать каждого, кто посмел к ней даже приблизиться.

Я разберусь с ними. Со всеми. Лично. Они ответят за каждый её испуганный вдох, за каждый её взгляд, полный страха.

Но сейчас — нет. Сейчас важна только она. Её дрожащие плечи. Её безмолвие. Её доверие, появившееся внезапно, как редкий подарок.

И от этого доверия у меня внутри всё переворачивалось.

— Не холодно? Может душно? Кушать хочешь?.. — Спрашивал я аккуратно, стараясь не спугнуть её каким-нибудь лишним действием.

Сейчас она напугана.. Бедненькая моя, представляю, как она испугалась. Для любой девушки такая ситуация может стать самой большой фобией, а глядя на глаза Камиллы.. Я сам едва держусь, чтобы прямо сейчас не сорваться в подвал, куда Дамир доставил всех тех, кто был рядом с ней сегодняшним вечером и не оторвать им пальцы плоскогубцами к чертям собачим.

Она обернулась, и в её глазах впервые не было колючего огня — только усталость и надежда, что я не исчезну.

Боже мой.. Пытки в аду будут гораздо лучше, чем смотреть на её муки и терзания. Лучше бы она снова мне дерзила, слала куда подальше, но только не это ужасное молчание и страх.

— Что с рукой?.. Этот мудак тебя тронул?! — Фраза вырвалась у меня резче, чем я собирался. Я хотел сказать это спокойно, мягко, чтобы не пугать её ещё больше... но внутри всё кипело так, что каждое слово выходило будто через стиснутые зубы.

— Нет.. Я сама случайно.. Стена была колючей.. — Тихо произнесла она.

— Сильно больно?.. — Голос дрогнул. Хоть я и пытался быть спокойным, внутри всё тянулось, ломалось, корчилось от бессильной злости.

— Мг.. — Согласилась она, жалобно кивнув.

Я почувствовал, как она слегка коснулась моего плеча... потом груди... и почти мгновенно прижалась всем своим весом, будто искала в моих руках укрытие от всего мира. Её голова нашла место у меня на груди, словно там ей давно было предназначено быть. Руки обхватили меня крепко, неожиданно крепко для такой хрупкой девушки, и она спрятала лицо, закрыв глаза.

Я инстинктивно притянул её ещё ближе, одной рукой окутывая её за плечи, другой осторожно удерживая её раненую ладонь.

Она дышала неровно, мелкими вздохами — но уже успокаивалась. А я... я едва держался.

В горле стоял ком. Глаза резало от того, что я видел её такой — напуганной, измученной, с этой нелепой ссадиной, которая для неё, возможно, и не важна... но для меня была ножом под рёбра.

Я наклонил голову, прижимая щеку к её волосам, и на секунду закрыл глаза, стараясь удержать себя под контролем.

Потому что в мои глаза, будь она хоть немного внимательнее, можно было бы заглянуть и увидеть всё: боль, которую я чувствовал за неё, злость, от которой кипела кровь, и ненависть к тому, что сделал ей мир, хоть и на мгновение.

Я не ненавидел видеть её злой, дерзкой, упрямой... Но видеть её расстроенной? Испуганной? Когда что-то болит?..

Это разрывало меня медленно, жестоко.

— Ссадина.. Надо обработать, чтобы инфекция не внеслась, — Хмуро глядя на рану, произнес я. — Посиди, я принесу аптечку.

— Нет! — Резко вскрикнула она, как только я хотел встать и вцепилась пальцами в мою рубашку. — Не уходи! Рамиль! Пожалуйста, не оставляй меня..

Она смотрела на меня снизу вверх, широко раскрытыми глазами, полными паники — настоящей, животной. Не просто страх, а ужас, в котором человек цепляется за единственное, что ощущает безопасным. За меня.

И вот в этот момент что-то во мне просто... треснуло.

Я застыл на полпути к подъёму, сердце будто провалилось вниз. Она держала меня так крепко, что костяшки пальцев побелели, словно боялась, что если я сделаю ещё один шаг — исчезну.

Я видел, как она дрожит. Как ей тяжело даже дышать. Как любое моё движение в сторону вызывает у неё ещё одну вспышку паники.

И всё моё желание броситься за аптечкой, всё раздражение на эту ссадину, которая могла воспалиться... всё это рассыпалось в прах, стоило мне встретить её глаза.

Я медленно опустился обратно, почти не дыша, чтобы не спугнуть её.И как только я сел — она сразу же сильнее вжалась в меня, будто боялась, что я передумаю. Её руки обхватили мою талию, прижимались к рубашке, словно держали за якорь.

— Тш.. Тш.. Тш.. — Поглаживал её по спине я, глядя на вновь поступающие слезы. — Я же здесь, стервочка.. Ты чего?.. Я тебя никогда не оставлю, поклялся же..

— Не уходи.. — Сдавлено шептала она.

— Твоя рана..

— Побудь со мной.. — Умоляюще взглянула она на меня так, что у меня сжалось сердце.

Я осторожно положил ладонь ей на затылок, чуть накрыв её собой. Она уткнулась лбом мне в грудь, почти зарылась. И я почувствовал, как сильно у неё бьётся сердце. Слишком быстро. Слишком больно.

И видеть это... видеть её настолько сломанной в этот момент...Видеть, что она боится остаться без меня даже на секунду...

Это ломало меня сильнее, чем любые раны.

Я сглотнул, пытаясь выровнять дыхание. Взял её руку, ту, что со ссадиной, и аккуратно прижал к себе, будто сам своим телом мог вытащить оттуда боль.

— Конечно побуду, дорогая.. Конечно.. — Не переставал с аккуратностью гладить её волосы я. — Точно не холодно?.. Может сделать горячего шоколада?..

— Ты не ешь сладкое..

— Купил специально для твоего визита ко мне. Ждал.

— Врешь..

— Клянусь, ведьма.. — Поцеловал её макушку я.

— Как ты меня нашел?..

— Не важно. Спи.

— Важно.. Я не усну, если не скажешь.. — Шепчет она, не открывая глаз.

— Ты уже почти спишь.. Не отвлекайся на плохие воспоминания, малышка.. Просто забудь всё и засыпай..

— Я останусь у тебя?..

— Конечно. — Без задних мыслей сразу же ответил я. — Отнести в мою комнату?

— А ты где будешь спать?..

— На диване в гостиной. Не переживай за меня, стервочка.. Ты главное сама поспи.. Ты устала, я вижу..

Камилла снова захныкала, сжав мою ладонь.

— Рамиль.. Побудь со мной ночью, я серьезно, мне страшно..

— Разве ты не твердила, что ненавидишь меня?

— Останься..

— Шучу. Останусь конечно.. Не нервничай так..

Пока я держал её в своих руках, я чувствовал как она постепенно расслабляется, я замечал каждую мелочь, каждое изменение в её лице. Сначала оно было напряжённым, будто застывшим в ужасе — брови сведены, мышцы щёк напряжены, взгляд цеплялся за меня, как за последнюю опору.

Но с каждой секундой, пока я гладил её по спине, пока тихо шептал, что она в безопасности, её страх будто понемногу таял.Её дыхание становилось ровнее. Руки уже не сжимали мою рубашку до боли — они просто держались за меня, как будто я был для неё чем-то тёплым, спокойным, неизменным.

И вот тогда я заметил, как веки её начали понемногу опускаться. Она боролась с этим честно, как могла. Каждый раз приподнимала их, но тут же снова тяжело моргала.

А потом...

Она тихо, устало зевнула, не успев даже прикрыть рот свободной рукой. Такой беззащитный жест, такой человеческий, мягкий, настолько не похожий на ту дерзкую, колючую Камиллу, которую я привык видеть.

Я не сдержал лёгкой улыбки. Той, что появляется сама, без всякого разрешения.

— Устала, стервочка? Спать?

— Нет.. просто зрение экономлю..

— Мне то не ври, лгунья. — Усмехнулся я.

Я аккуратно заправил выбившуюся прядку волос за её ухо. Его каснулась моя тёплая ладонь, и я почувствовал, как она будто чуть склоняет голову к моей руке, доверяясь полностью, без остатка.

Она снова зевнула, едва слышно, и уже почти не держалась на ногах — только на мне. Её тело становилось мягким, тяжёлым от усталости и пережитого стресса.

Я посмотрел на неё — на её полуприкрытые глаза, на губы, которые слегка дрогнули после зевка, на её расслабившиеся плечи — и меня накрыло чувство, странное и очень тёплое.

Она доверила мне свой страх.

А теперь доверяла и свою усталость.

— Пойдём, — прошептал я, подхватывая её под колени.

Она даже не сопротивлялась — только тихонько вздохнула и положила голову мне на плечо. Её пальцы вновь нашлись на моей рубашке, но уже не цеплялись — просто касались.

Я поднял её легко, как будто она весила меньше воздуха, и понёс в спальню.

Каждый её мягкий вдох у моего шеи говорил мне одно: она вымотана, исстрадалась и очень утомилась. Ей бы не мешало хорошенько отдохнуть и выспаться после такого вечера.

— Голова не болит? Много выпила?

— Нет..

— Точно?

— А ты не уйдешь?.. — Снова спросила она, словно наивный ребенок, верящий в кошмары и чудеса.

— Не уйду. Буду охранять твой сон столько, сколько нужно будет.

— И утром не уйдешь?..

— Откуда у тебя такие мысли в голове? Конечно не уйду, ведьмочка. Я же не придурок.

— А работа?..

— Работа сейчас играет самую маленькую роль. Главное — твое спокойствие.

— Спокойной ночи.. — Прошептала она, но поморщилась.

Видимо спать в платье не так уж и удобно. Да, на ней оно выглядело сногсшибательно. Я даже сразу не обратил на него внимание, потому что целый вечер интересовался только её самочувствием, а не шмотками. Но то, что она выглядела великолепно — это отрицать невозможно.

Стервочка как всегда меня вдохновляет и поражает.

— Дать свою рубашку? Думаю в ней будет комфортнее, чем в этих тряпках.

Камилла слегка замялась, чуть покраснев и смутившись такой просьбе, но все же кивнула. Значит ей действительно было неудобно. Я рад, что она призналась и не стала спорить, потому что наблюдать за её дискомфортом— равно пыткам.

Достав из шкафа белоснежную рубашку — я протянул её ей и уже через пару минут, она, выйдя из гардеробной пришла ко мне в новом образе. Моя одежда ей доходила чуть выше колена. Выглядела она мило и невинно. Очень красиво. И, между прочим отлично для сна. Рубашка не будет так мешать, как платье.

— Спасибо..

— Это пустяк, Камилла.. — Хмыкнул я.

— Я не про рубашку.. Я.. М.. В целом спасибо.. Вообщем.. — Она запиналась, не зная, как сказать, но я всё прекрасно понял и без слов еще с самого начала, как только её увидел.

— Не продолжай.. Просто спи. И больше не игнорируй, я волновался.

— Я же тебя послала?..

— Я посчитал это за признание.

— Дурак.. — Хихикнула она, слегка пнув меня в руку.

Слышать хотя бы какое-то веселье от нее сейчас — это главное счастье этого вечера. Как же я, блять рад, что она по тихонько приходит в себя и больше так сильно не боится. И я счастлив, что она со мной. Охренеть, как счастлив.

                                       ****

Ночь прошла... а я так и не сомкнул глаз. Ни на минуту.

Я лежал рядом с ней, на боку, одной рукой придерживая её за плечи, другой — подушку, чтобы случайно не потревожить. И всё время смотрел. Следил за каждым её вдохом, за тем, как мягко приподнимается грудная клетка и опускается. Она спала спокойно, ровно. Даже слишком... словно весь её страх, отчаяние и пережитый ужас решили дать ей передышку.

И я благодарил Бога за это.

За то, что она хотя бы во сне её ничего не беспокоит.

Несколько раз её лицо менялось — может, ей снились какие-то отголоски происшедшего. Но она только чуть нахмуривала брови, а потом снова расслаблялась. И тогда я, как идиот, прикасался пальцами к её щеке, чтобы убедиться, что она не вздрагивает, не плачет.

Она выглядела... Господи, она выглядела как ангел. Настоящий. Такая спокойная, мягкая, нежная — не та дерзкая, колкая Камилла, которую я привык видеть.

И я ловил себя на том, что смотрю на неё слишком долго, слишком внимательно, слишком... жадно, будто боялся, что если отвернусь — исчезнет.

Когда она совсем заснула, когда дыхание стало тёплым и ровным, я тихонько освободил её руку. Та самая ссадина. Она даже во сне дёрнулась, будто помнила, что не хотела, чтобы я уходил куда-то.

Я принес аптечку на цыпочках.Обработал рану осторожно, так, чтобы она даже не вздохнула. Перекись, мазь, лёгкая повязка — белая, аккуратная. Пока бинтовал её запястье, поймал себя на том, что делаю это с какой-то... нежностью, что ли. Так, как будто касаюсь не раны, а чего-то бесконечно дорогого.

Она тихо пошевелилась, но не проснулась.

Когда на потолке появилась первая бледная полоска утреннего света, я понял, что уже шесть. Спать было поздно — да и не хотелось. Глаза немного резало от усталости, но это не имело значения.

Я осторожно выскользнул из-под её руки — она легла на меня ночью, прижималась всем телом. И стоило мне подняться, сердце ухнуло вниз.

вдруг проснётся?

Вдруг снова испугается, что я исчез?

Я постоял рядом с кроватью, глядя на неё.Она лежала под одеялом, спокойная, с чуть растрёпанными волосами, которые падали ей на щёку.

Чёрт, она даже во сне умудрялась выглядеть так, что хотелось подойти и поцеловать в лоб.

Но я заставил себя выйти из спальни — тихо, мягко, почти на носках.

Её нужно было накормить.

После вчерашнего — тем более.

На кухне я включил плиту и начал готовить блины. Тесто, сковорода, тёплый запах — всё это на фоне моей тревоги. Я ловил себя на мысли, что каждые несколько секунд прислушиваюсь — не позвала ли меня, не проснулась ли.

Боялся оставить её одну. Даже стены казались небезопасными, пока она там, а я — здесь.

Но блины уже жарились, а в кастрюле тихо булькал шоколад. Густой, тёмный, сладкий — такой, как она любит. Я не пробовал его, но почему-то был уверен, что сделаю идеальный — потому что делал его для неё.

Впервые за долгие годы я почувствовал какой-то комфорт в жилье. Раньше я никогда этого не ощущал, а теперь.. Тут витала любовь нахрен. И когда я успел стать таким?

В дверях послышался какой-то шорох, поэтому я поспешил повернуться и увидел её.

Камилла стояла в дверях кухни — сонная, растрёпанная, босая. На ней была моя белая рубашка, слишком большая для неё, доходящая чуть выше колена. Рукава закрывали ей почти всю ладонь, а воротник чуть съехал на одно плечо, открывая тонкую линию ключицы.

От того, как она выглядела... мне захотелось подойти и просто прижать её к себе, укутать, спрятать.

Глаза у неё были немного тревожные.Она быстро скользнула взглядом по кухне, по мне, по блинам... И я понял, что она искала только одно — меня.

В этой секунде её выражение лица было слишком честным, без защиты.Будто она действительно успела испугаться, что проснулась одна. Что я ушёл, оставил её там, среди ночи и тишины.

Но потом, когда взгляд встретился с моим, она быстро — почти заметно — взяла себя в руки. Поджала губы, будто возвращала себе ту самую холодную выдержку. Выпрямила спину. Сделала шаг, словно пытаясь скрыть своё смятение.

— Доброе утро, ведьмочка.. — Я медленно растянул губы в ленивой усмешке, глядя на то, как она с любопытством рассматривает всё вокруг. — Как спалось?

— Не думала, что ты так рано встаешь..

— Приходится. Предпочитаешь вести образ совы?

— Типо того..

— Я приготовил тебе завтрак, надеюсь ты успела проголодаться.

— Не стоило..

— Стоило. Это моя обязанность, не спорь.

— Ты залатал мне руку?..

— Я. Жмет?

— Нет.. Просто поблагодарить хотела.. — Со смятением в глазах говорит она. — Ты многое сделал для меня.. Это правда дорогого стоит, Рамиль.. Могу я как-то расплатится?

Я нахмурился, глядя на неё с непониманием. Господи, она серьезно прямо сейчас думает про деньги? Я понимаю её темперамент, характер, привычки.. Могу понять, что все слова слова благодарности и простая любовь для неё даются тяжело, но чтобы я что-то от неё просил? Лучше сдохнуть.

— Улыбнись. Вот что прошу.

— Рамиль! Я серьезно вообще-то!

— И я серьезен. Не смеши меня этой ерундой больше.

— Это не ерунда! Ты мне помог и я хочу, чтобы.. Ну не знаю, я как-то ответила на это.. Мне стыдно, что..

Она не успела закончить предложение, как я её перебил.

— Хватит, Камилла. Садись и завтракай. Я не хочу даже слышать этот бред.

— Ну возьми с меня хоть что-то! Я буду до смерти чувствовать себя обязанной!

— Поцелуй. Устроит?

— А.. Ам.. Деньги?

— Я похож на малоимущего?

— Хорошо, — Неожиданно согласилась она. — Но не сейчас..

— Ничего себе, какая покорность, стервочка.. Какой дух в тебя вселился?

— Будешь издеваться — я передумаю, Войцеховский. — Предупредила она, пригрозив пальцем.

— Лучше не стоит, ради того я готов помолчать. Садись, ешь.

Она покорно опустилась за стол, тихо, почти осторожно. Это было странно для её гордости и упрямства, но со вчерашнего дня она показала мне иную свою сторону. Теплую. Ласковую..  Она сейчас — словно растаяла. Неужели и правда голодная? Или... всё-таки ценит мою заботу больше, чем пытается показать?

Я поймал себя на том, что слишком внимательно наблюдаю за каждым её движением, и добродушно усмехнулся, чтобы скрыть лёгкое волнение. Поставил перед ней тарелку с тёплыми блинами, которые впервые за долгое время готовил не на автомате, а с какой-то странной, почти домашней душой. Никогда раньше так не старался — ни для кого. А сейчас почему-то хотелось, чтобы у неё на лице появилась эта мягкая улыбка...

Рядом — кружка горячего шоколада. Я варил  его с тихой надеждой на то, что ей действительно понравится. Я ведь старался сделать именно то, что она любит. Ловил себя на мысли, что беспокоюсь, понравится ли ей. Глупо это наверное, что здоровый мужик стоит у плиты и переживает из-за блинов, будто от них зависит что-то важное, хотя мои подчиненные, вероятно, рассмеялись бы, услышав про меня что-то подобное.

Она взглянула на всё это — и удивлённо вскинула брови. На секунду я увидел в её глазах то самое тёплое изумление, словно она и не ожидала, что кто-то может вот так, просто так, приготовить для неё завтрак.

— Вкусно?.. — Спросил я с надеждой, когда она попробовала первый блин.

Её похвала будет лучше какой-либо иной.

Потому что она от неё.

— У тебя определенно есть талант.. — Улыбнулась она. — Отвезешь меня домой?

— Так быстро сбегаешь?

— Там.. Важная встреча.

— У тебя?

— У отца, но я должна присутствовать.

Я тяжело вздыхаю, глядя на неё и коротко киваю. Ну конечно, отец. Сколько еще он будет ее задалбливать? Видимо, пока я не приложу к нему руки самостоятельно.

— Тебе точно уже лучше? — Встревоженно спросил я.

— Да..

— Звони, если станет хуже. Я всегда с тобой.

ВСЯ ИНФОРМАЦИЯ ПО КНИГЕ, ГЛАВАМ, РАСПИСАНИЕ ГЛАВ, ПРОТОТИПЫ ПЕРСОНАЖЕЙ, ПОСТЫ С ПЕРСОНАЖАМИ В ТГК: дел вар пишет

190 звезд и 20 комментариев —  новая глава💙