Часть 28

Сайхо открыла дверь, впуская Чимина в квартиру. Детектив вошёл, его лицо было мрачным и непроницаемым. Он не сказал ни слова, просто смотрел на девушку, прожигая её взглядом.

— Я звонила тебе... — еле выдавила она из себя.

— Да, я видел.

Чимин медленно прошёл в гостиную, осматриваясь по сторонам. Сейчас мужчина казался чужим, холодным и отстранённым. Боль, которую она видела в его глазах в баре, никуда не исчезла, лишь залегла глубже, превратившись в лёд.

— Я пришёл, чтобы услышать правду. От тебя. Хотел увидеть своими глазами, насколько низко ты пала. Убедиться, что я не ошибся. — Его голос был полон презрения. — Скажи мне, Сайхо, неужели, ты действительно работаешь на Джэбома? Неужели, всё, что между нами было, это всё ложь?

— Чимин... — она сделала несколько шагов навстречу Чимину, но тот отступил назад.

— Не подходи ко мне, — отрезал он, — я хочу услышать правду, а не оправдания.

Сайхо опустила голову, не в силах выдержать его взгляд. Она хотела объяснить, оправдаться, но слова застревали в горле. Она чувствовала себя маленькой и беззащитной перед его гневом. Она знала, что сейчас ей нужно говорить, объяснять, молить о прощении, но слова никак не шли.

— Скажи правду, Сайхо, — попросил детектив, но девушка продолжала молчать, боясь поднять на него глаза, — признайся, блять!

Вздрогнув от его грубого голоса, Сайхо резко подняла взгляд на мужчину.

— Прости меня... — прошептала она вместо ответа, — я знаю, что поступила ужасно. Но я могу всё объяснить...

В его глазах читалось нескрываемое презрение. Он знал. Он всегда знал, что Сайхо что-то скрывала. И вот, её ложь раскрылась в самый неподходящий момент. Теперь он уже вряд ли ей поверит.

— Что тут объяснять? — Чимин усмехнулся, — ты работаешь на преступника, сливала ему информацию, лгала мне с самого начала. Все эти месяцы ты водила меня за нос, а я... я верил каждому твоему слову. Какие ещё нужны объяснения?

— Я работаю на Джэбома, это правда, — начала она, — да, я была с тобой, чтобы добывать для его информацию...

— Неужели, ты готова была лечь под чужого мужчину? — перебил её детектив, — сколько у тебя было таких, которых ты обманывала, одновременно ублажая их?

— Ты первый... — тихо пробормотала Сайхо. — Я всегда была лишь отвлекающим объектом, пока мои сообщники проворачивали дела. Когда я попала в команду Джэбома, думала, что будет тоже самое, но оказалось, что я должна была спать с копом в роли проститутки. Я отказывалась, пока не увидела твою фотографию... Ты сразу понравился мне, и я согласилась. Я думала, что это будет просто работа, просто игра. Но потом всё запуталось... С каждой нашей проведённой вместе ночью мои чувства становились сильнее, и я поняла, что проиграла в этой игре... И я испугалась, Чимин. Мне стало страшно потерять тебя, страшно, что ты узнаешь правду. Поэтому я молчала, продолжала лгать, надеясь, что всё как-нибудь само собой разрешится.

Чимин слушал её, не перебивая, с каменным выражением лица. Ни один мускул не дрогнул на его лице, ни одна эмоция не промелькнула в его глазах. Он казался непроницаемым, словно ледяная глыба. Сайхо чувствовала себя виноватой, понимала, что заслуживала его презрения. Она разрушила всё, что между ними было, предала его доверие.

— Я знаю, ты злишься, — произнесла девушка, — и ты имеешь на это полное право. Но я не хотела, чтобы всё так получилось.

— Не хотела? — его голос был холодным, отстранённым, полным горечи. — Если бы ты не хотела, ты бы не работала на Джэбома. — Чимин сделал шаг вперёд, приближаясь к девушке. — Если бы не хотела, не лгала мне. Если бы не хотела, ты бы хоть раз попыталась рассказать мне правду. Но ты предпочла продолжать играть свою роль, надеясь, что я ничего не узнаю. Ты думала, что сможешь обманывать меня вечно?

Слёзы хлынули из её глаз, душа разрывалась от боли. Сайхо больше не чувствовала страха, не чувствовала опасности. Только отчаяние и безысходность.

— Я знаю, что всё разрушила, — тихо проговорила она, вытирая слёзы, — но, пожалуйста, поверь мне, мои чувства к тебе настоящие. Я люблю тебя, Чимин...

— И ты думаешь, я поверю в эту чушь? — спросил он с сарказмом в голосе, — ты шпионка преступника, и пытаешься выгородить себя жалкой историей о любви? Не смеши меня, Сайхо. Ты просто хорошая актриса, которая отлично справляется со своей ролью.

— Чимин... Прошу, поверь мне...

Детектив впился в неё взглядом, полным разочарования и обиды. В его душе бушевал ураган, сметая все светлые воспоминания, оставляя лишь пепел предательства. Он хотел верить ей, хотел услышать слова, которые заглушили бы боль, но разум отказывался принимать эту ложь. Слишком много обмана, слишком много недосказанности.

— Знаешь, Сайхо, я ведь действительно верил тебе. Верил в каждое твоё слово, в каждое прикосновение. Я думал, что встретил ту самую, единственную. А оказалось, что ты просто выполняла свою работу, играла роль в этой грязной игре. Я был пешкой, которую использовали в своих целях. И знаешь, что самое мерзкое? Что я сам позволил этому случиться.

— Пожалуйста, выслушай меня... — прошептала девушка, но Чимин прервал её.

— Я уже достаточно наслушался твоей лжи!

Он сделал ещё несколько шагов вперёд, оказавшись вплотную к ней. Схватил девушку за челюсть, поднимая её голову. Чимин смотрел ей в глаза, заглядывая в каждый зрачок. Он видел, как скатывались слёзы, оставляя мокрые дорожки на её щеках.

— Что бы ты ни говорила, это уже ничего не изменит.

Сайхо почувствовала его ледяное дыхание на своём лице, увидела в его глазах лишь боль и ненависть.

— Я люблю тебя, Чимин... — еле слышно сказала Сайхо.

Детектив смотрел на неё ещё несколько секунд, впитывая каждую черту её лица, запоминая её навсегда.

— Ты всё испортила, Сайхо, — произнёс он, отпуская её лицо.

Он медленно развернулся и направился к двери.

— Не уходи! — крикнула ему вслед.

Чимин был сломлен её предательством, разбит её ложью. И она не знала, как вернуть его доверие, как доказать искренность своих чувств.

Пак остановился и, не оборачиваясь, тихо проговорил:

— Никогда не забуду, как ты предала меня.

Сайхо смотрела ему в спину, не в силах больше произнести ни слова. Дверь за ним закрылась, и девушка упала на колени, рыдая в голос.

В этот момент она поняла, что всё кончено. Мост между ними был разрушен, надежды на прощение не осталось. Она видела в его глазах непреклонную решимость, видела, что он больше никогда не сможет ей доверять.

Она потеряла всё. Любовь, доверие, надежду. Осталась одна в комнате, с разбитым сердцем и осознанием того, что сама разрушила своё счастье.

Чимин вышел на улицу и глубоко вдохнул. Он прислонился к стене дома, закрывая глаза. Он пытался унять дрожь в руках, унять ярость, клокотавшую внутри. Слова Сайхо эхом отдавались в голове, но он не мог поверить ни единому из них.

Детектив достал сигарету, поднёс её к губам, дрожащими пальцами чиркнул зажигалкой. Дым обволакивал его лицо, но не приносил облегчения. Он смотрел на мерцающий огонёк, и в голове проносились обрывки воспоминаний. Как же он мог быть таким слепым? Как мог не заметить, что она играет, что использует его? Ярость вспыхнула с новой силой, и он ударил кулаком по стене, срывая злость.

Пак знал, что должен был уйти. Он не мог простить её, не мог забыть предательство.

Чимин бросил недокуренную сигарету на землю, растоптав её ногой. Он больше не хотел иметь с Сайхо ничего общего.