47

Вос­по­мина­ния с детс­тва ос­та­нав­ли­ва­ют, не да­ют наб­рать но­мер от­ца. Да, этот страх нель­зя срав­нить с тем, что чувс­тво­вал па­ру дней на­зад, но я все рав­но не мо­гу ос­та­вать­ся спо­кой­ным. С па­мяти прос­то про­пал от­ры­вок мо­ей жиз­ни, а сей­час есть воз­можность все вос­ста­новить. Вот толь­ко хо­чу ли я это­го? Мать-прос­ти­тут­ка, пос­то­ян­ные из­де­ватель­ства ее су­тене­ра, го­лод, час­тые дра­ки в стар­шей шко­ле…а ес­ли к это­му до­бавит­ся еще и дру­гая семья? Нет! Моя жизнь и так пол­на тем­ных де­монов, а пос­ле раз­го­вора о том пе­ри­оде их мо­жет до­бавить­ся. Но Ана…Она ве­рит в ме­ня, под­держи­ва­ет. Я сде­лаю это…ра­ди нее со­беру пазл до кон­ца.

Тя­жело вы­дыхая, на­бираю но­мер от­ца. Се­год­ня суб­бо­та, так что вряд ли они до­ма. Да и Миа точ­но не за­хочет си­деть в сво­ей ком­на­те, да­же пос­ле по­хище­ния. 

— При­вет сы­нок. – От­ве­ча­ет Кар­рик спо­кой­ным го­лосом. По­хоже, он не удив­лен мо­ему звон­ку. — Па­па? — Я до пос­ледне­го был уве­рен, что ро­дите­ли на оче­ред­ном бла­гот­во­ритель­ном при­еме, ведь они про­водят так каж­дую суб­бо­ту.— Как Анас­тей­ша? Вы еще в боль­ни­це? Уже из­вес­тно, по­чему Хайд так пос­ту­пил? Тей­лор го­ворил, что это не из-за уволь­не­ния с из­да­тель­ства.— Ана хо­рошо. Мы до­ма. У­элч толь­ко что ушел. Он об­на­ружил связь…— По­дож­ди. О ка­кой имен­но свя­зи ты го­воришь? — При­ем­ная семья в Дет­рой­те… Я ни­чего это­го не пом­ню. — И это са­мое худ­шее. Я не знаю, что со мной бы­ло. Мо­жет, они от­но­сились еще ху­же, как моя би­оло­гичес­кая мать?— Это впол­не нор­маль­ная ре­ак­ция на стресс. Ты мно­гое пе­режил в детс­тве, вот и не пом­нишь. Не пе­режи­вай. — Да… — Он прав. Стран­но во­об­ще, что я за­был толь­ко это. Хо­тя шра­мы на гру­ди и не поз­во­лят боль­ше. По­ка Анас­тей­ша ле­жала в боль­ни­це, мне сно­ва сни­лись кош­ма­ры, а грудь про­жига­ла зна­комая боль. Са­мые худ­шие вос­по­мина­ния не уй­дут ни­ког­да.— При­еде­те? — Спра­шиваю я, ста­ра­ясь сме­нить те­му раз­го­вора. Хо­тя это боль­ше по­хоже на оп­равда­ние, ведь мне нуж­на их по­мощь. Толь­ко они по­могут вос­ста­новить про­белы, ра­зоб­рать­ся в се­бе. Я нуж­да­юсь в сво­их ро­дите­лях.— Ко­неч­но. Сей­час ска­жу ма­ме. Че­рез час бу­дем.—От­лично. 

На­жимаю на от­бой и сно­ва об­ра­ща­юсь к сво­ей же­не:

— Они ско­ро бу­дут. — Хо­рошо. Мне на­до одеть­ся.

Креп­че об­ни­маю ее. 

Не знаю как пра­виль­но вес­ти се­бя в та­кой си­ту­ации. При­вык, что все кон­тро­лирую, чет­ко об­ду­мываю каж­дый шаг. А сей­час иг­ра не по-мо­им пра­вилам. Анас­тей­ша все де­ла­ет по-сво­ему, я не мо­гу обес­пе­чить для сво­ей семьи бе­зопас­ность. И глав­ное – я ста­ну от­цом. Стран­ное ощу­щение… страх и вол­ну­ющая ра­дость од­новре­мен­но. Мне при­дет­ся стать при­мером для ма­лень­ко­го джу­ни­ора. Как толь­ко он по­явит­ся на этот свет, мы сра­зу пе­ре­едем в но­вый дом. Я обес­пе­чу их всем. Но сей­час слиш­ком мно­го пи­щи для раз­мышле­ний. Мне нуж­но ра­зоб­рать­ся в се­бе.

— Не ухо­ди.— Лад­но. 

***

На по­роге гос­ти­ной Кар­рик слег­ка пох­ло­пыва­ет ме­ня по пле­чу, в то вре­мя как Грейс мяг­ко зак­лю­ча­ет Ану в объ­ятия. Сей­час все сно­ва нач­нут вспо­минать о том дне, но страш­но по­думать, ка­ким мог быть ис­ход. 

— Ана, Ана, до­рогая Ана, — шеп­чет мо­ей же­не Грейс. — Спас­ла двух мо­их де­тей. Как я смо­гу от­бла­года­рить те­бя?

Кар­рик то­же об­ни­ма­ет ее и це­лу­ет в лоб, а я силь­нее стис­ки­ваю ку­лаки. Страх, что мог боль­ше ни­ког­да ее не уви­деть, стал толь­ко силь­нее. Те­перь я знаю, что мис­сис Грей всег­да де­ла­ет все по-сво­ему и нуж­но вни­матель­нее сле­дить за ней.

Кар­рик от­хо­дит в сто­рону и его мес­то сра­зу за­нима­ет Миа. Выг­ля­дит моя сес­тра как всег­да бе­зуп­речно, оде­тая в уз­кие чер­ные джин­сы и свет­ло-ро­зовую блуз­ку с во­лана­ми. Она бес­це­ремон­но хва­та­ет Анас­тей­шу в охап­ку, сдав­ли­вая реб­ра. Черт! У нее же тре­щина. 

— Миа! Ос­то­рож­но! Ей же боль­но. – Док­тор Сингх во­об­ще про­писа­ла пос­тель­ный ре­жим, но я поз­во­лил его на­рушить, а те­перь Ана дол­жна тер­петь боль? — Ой! Прос­ти. — Ни­чего, — бор­мо­чет об­легчен­но Анас­тей­ша, ког­да вы­рыва­ет­ся из этих объ­ятий. 

Сом­не­ва­юсь, что их мож­но ос­та­вить од­них, ина­че мис­сис Грей сно­ва при­дет­ся вер­нуть­ся в боль­ни­цу. 

Миа пе­рево­дит все вни­мание на ме­ня и быс­тро об­ни­ма­ет. Мы так и не ви­делись с чет­верга, лишь один раз, ког­да она спа­ла. 

Я без слов про­тяги­ваю Грейс чер­но-бе­лую фо­тог­ра­фию. Она аха­ет и за­жима­ет ла­донью рот, чтоб сдер­жать свои эмо­ции, ког­да сра­зу же уз­на­ет ме­ня. Кар­рик об­ни­ма­ет ее за пле­чи, то­же раз­гля­дывая сни­мок. По­рази­тель­но, но, ка­жет­ся, я на­чинаю вспо­минать. Все смут­но, толь­ко ка­кие-то за­пахи. Еда… Да, там всег­да вкус­но пах­ло су­пом или пи­рогом. 

— Ох, до­рогой. — Грейс гла­дит ме­ня по ще­ке, в угол­ках глаз уже соб­ра­лись сле­зы. Не­нави­жу, ког­да она пла­чет, всег­да чувс­твую се­бя ви­нова­тым. По­яв­ля­ет­ся Тей­лор.— Мис­тер Грей? Мисс Ка­вана, ее брат и ваш брат под­ни­ма­ют­ся, сэр.

Они не зна­ют, что Анас­тей­шу уже вы­писа­ли из боль­ни­цы и не ста­ли бы ехать без пре­дуп­режде­ния. Тог­да кто со­об­щил? Я зво­нил толь­ко ро­дите­лям, Анас­тей­ша пос­то­ян­но бы­ла ря­дом, да­же не под­хо­дила к те­лефо­ну. 

Я хму­рюсь. 

— Спа­сибо, Тей­лор. — Я поз­во­нила Эли­оту и ска­зала ему, что мы едем к те­бе. — Миа улы­ба­ет­ся. — Ус­тро­им им­про­визи­рован­ную се­мей­ную ве­черин­ку.Черт! Ка­вана еще в боль­ни­це ед­ва сдер­жи­валась, что­бы не вы­пол­нить свое обе­щание, а здесь точ­но вып­леснет пор­цию злос­ти в мою сто­рону. Она счи­та­ет ме­ня ви­нова­тым в том, что про­изош­ло, и от­части пра­ва. Ес­ли бы я не по­ехал один в Пор­тленд, то это­го все­го мог­ло не слу­чит­ся. Ана ук­радкой бро­са­ет со­чувс­твен­ный взгляд в мою сто­рону, а Грейс и Кар­рик свер­лят Миа раз­дра­жен­ны­ми взгля­дами.— Тог­да нам луч­ше соб­рать что-ни­будь на стол, — пред­ла­га­ет Анас­тей­ша, ста­ра­ясь снять нап­ря­жение. — Миа, ты мне по­можешь?— С удо­воль­стви­ем.

Они идут на кух­ню, а я ве­ду ро­дите­лей в ка­бинет. Сей­час пред­сто­ит не­лег­кий раз­го­вор о мо­ем прош­лом…прош­лом, ко­торо­го я со­вер­шенно не пом­ню. Воз­можно, они по­могут вос­ста­новить про­белы и во всем ра­зоб­рать­ся. Я сно­ва не кон­тро­лирую си­ту­ацию и не знаю, как на­чать раз­го­вор.

— Мы ра­ды, что ты приг­ла­сил нас и сам за­хотел по­гово­рить обо всем.— Да, Анас­тей­ша по­сове­това­ла. Она счи­та­ет, что ес­ли я все вспом­ню, то смо­гу луч­ше ра­зоб­рать­ся в се­бе. — Опус­каю под­робнос­ти о сек­су­аль­ных пред­почте­ни­ях. Они зна­ют толь­ко о Эле­не, но не про мо­их саб.— Ана за­меча­тель­ная де­вуш­ка, сы­нок. Она все пра­виль­но сде­лала. Ты пом­нишь что-ни­будь? Ка­кими бы­ли эти лю­ди? – На­чина­ет Грейс и стис­ки­ва­ет ру­ку от­ца. Она то­же нер­вни­ча­ет. — Нет, ма­ма, я ни­чего из это­го не пом­ню. Толь­ко за­пахи еды. Ка­жет­ся, там лю­били го­товить. 

Грейс ти­хо всхли­пыва­ет.

— Ты го­лодал че­тыре го­да, по­это­му пер­вым вспом­нил еду. Это нор­маль­но и зна­чит, что ско­ро вер­нутся и дру­гие вос­по­мина­ния, глав­ное ста­рать­ся. — Что вы зна­ете о той семье? 

Кар­рик уса­жива­ет Грейс на ди­ван, сам са­дит­ся ря­дом. 

— Коль­еры – по­рядоч­ные лю­ди, лю­били де­тей. У них то­же не бы­ло сво­их, но усы­нови­ли дво­их, по­том ро­дились два маль­чи­ка. Мы осо­бо не об­ща­лись, раз­ве что об­сужда­ли твое усы­нов­ле­ние. Им от­да­ли те­бя на вре­мен­ное по­пече­ние, по­ка го­тови­лись все до­кумен­ты. По за­кону тре­бова­лось от од­но­го до трех ме­сяцев, что­бы убе­дить­ся, нет ли родс­твен­ни­ков. — Они еще жи­вы?— Не зна­ем, они поч­ти сра­зу пе­ре­еха­ли. Мы не об­ща­лись пос­ле то­го, как заб­ра­ли те­бя.— А Хайд? Он так и рос с ни­ми?— Нет. Ему дей­стви­тель­но по­вез­ло мень­ше. Пе­рехо­дил из од­ной семьи в дру­гую. Но не­уже­ли он это все пом­нил, и по­чему ре­шил отом­стить толь­ко сей­час? — Кар­рик ме­ня­ет те­му.— Ви­димо, да. Бар­ни го­ворил, что до­кумен­ты соз­да­ны че­рез две не­дели пос­ле то­го, как Анас­тей­ша ус­тро­илась на ра­боту. Ре­шил мстить, ког­да уз­нал что мы па­ра. Он счи­тал, что я за­нял его мес­то и усы­новить дол­жны бы­ли его.— О Гос­по­ди!

Грейс уты­ка­ет­ся ли­цом в пле­чо Кар­ри­ка.

— Ти­ше, не плачь, до­рогая. – Он про­тяги­ва­ет но­совой пла­ток и при­жима­ет ма­му к се­бе.— По­жар в Грей-Ха­усе и па­дение вер­то­лета то­же его рук де­ло?— Да. – Вы­дав­ли­ваю я, сно­ва вспо­миная все это дерь­мо.— Кто внес за не­го за­лог? — По­ка не из­вес­тно. – Во вся­ком слу­чае, ро­дите­лям не нуж­но это­го знать. — Он боль­ше не от­вертит­ся. Де­тек­тив го­ворил, что бли­жай­шие двад­цать лет Хайд про­ведет за ре­шет­кой.

Кар­рик по­нима­ет, что по­ка я не го­тов про­дол­жать раз­го­вор и вряд ли смо­гу еще что-ни­будь вспом­нить. Они под­ни­ма­ют­ся, и все вмес­те спус­ка­ем­ся на пер­вый этаж, к Миа и Анас­тей­ше.

Эли­от про­тяги­ва­ет Анас­тей­ше бо­кал…шам­пан­ско­го?! Она что, серь­ез­но соб­ра­лась это пить? А ре­бенок? Спо­кой­но, Грей, дер­жи се­бя в ру­ках.

— Здравс­твуй, Кейт, — сдер­жанно при­ветс­твую я ее.— Здравс­твуй, Крис­ти­ан. — Она не ме­нее сдер­жанна. – Чес­тно го­воря, ожи­дал дру­гой ре­ак­ции. В боль­ни­це Ка­вана бы­ла ре­шитель­но нас­тро­ена вы­пол­нить свое обе­щание в лю­бую ми­нуту.— Ва­ше ле­карс­тво, мис­сис Грей. — Я оки­дываю взгля­дом бо­кал в ее ру­ке. Не ду­маю, что сей­час всем нуж­но знать о бе­ремен­ности.

Она сер­ди­то при­щури­ва­ет­ся, и я уже го­тов заб­рать шам­пан­ское си­лой, но к нам вов­ре­мя при­со­еди­ня­ет­ся Грейс.

— Гло­точек мож­но, — шеп­чет она, за­говор­щи­чес­ки под­мигнув мо­ей же­не, и под­ни­ма­ет свой бо­кал, что­бы чок­нуть­ся. Я свер­лю их обе­их гроз­ным взгля­дом.— Чу­вак, вче­ра бы­ла от­личная иг­ра. Те­бе обя­затель­но нуж­но прос­мотреть пов­тор. «Ма­рине­ры» бук­валь­но ра­зор­ва­ли «рей­ндже­ров». Про­пус­тил са­мое ин­те­рес­ное. В сле­ду­ющий раз пой­дем на матч вмес­те.— Ты прек­расно зна­ешь, что мне сей­час не до это­го. А вот как те­бя от­пусти­ла Кэт­рин?— Мы с ней лег­ко до­гово­рились. – Эли­от на­чина­ет хо­хотать. Знаю, как он ве­дет все свои «важ­ные пе­рего­воры». На­де­юсь, на этот раз слу­шать не при­дет­ся. — Хо­тя пос­ле то­го, как наз­на­чили да­ту свадь­бы, ее как буд­то под­ме­нили. Энер­гии при­бави­лось ра­за в два, и пос­то­ян­но тас­ка­ет ме­ня за со­бой. А ты же зна­ешь, я не­нави­жу по­ходы по ма­гази­нам.— Наз­на­чили да­ту свадь­бы? — Да, пла­ниру­ем в мае. Ана – за­муж­няя под­ружка не­вес­ты. – Он до­воль­но ух­мы­ля­ет­ся. Что за бред? Я не поз­во­лю сво­ей бе­ремен­ной же­не быть сви­детель­ни­цей на их свадь­бе. Тем бо­лее ма­лень­кий джу­ни­ор дол­жен ро­дить­ся при­мер­но тог­да. 

Анас­тей­ша ус­тра­ива­ет­ся на ди­ване ря­дом со мной.

— Один гло­ток, — шип­лю я и за­бираю бо­кал из ее ру­ки.

Эли­от рас­плы­ва­ет­ся в улыб­ке, но ни­чего не го­ворит.

— Слу­ша­юсь, сэр. – Ох, дет­ка. Обя­затель­но от­шле­паю, как толь­ко ты выз­до­рове­ешь.

***

На­ши «гос­ти» уш­ли чуть боль­ше ча­са на­зад. Ана ле­жит, у­ют­но свер­нувшись в кро­вати, и смот­рит ка­кое-то му­зыкаль­ное пред­став­ле­ние по те­леви­зору.

— Мои ро­дите­ли счи­та­ют те­бя свя­той, — бор­мо­чу я, стас­ки­вая с се­бя фут­болку.— Хо­рошо, что ты так не ду­ма­ешь, — фыр­ка­ет она. — Ну, не знаю. — Я стя­гиваю джин­сы. 

Пос­ле все­го, что мы про­бова­ли в сек­се, это дей­стви­тель­но тя­жело. Но все-та­ки Анас­тей­ша боль­ше по­хожа на ан­ге­ла, чем на дь­яво­лицу.

— Они за­пол­ни­ли для те­бя про­белы? — Не­кото­рые. Я жил с Коль­ера­ми два ме­сяца, по­ка ма­ма с па­пой жда­ли, ког­да бу­дут го­товы до­кумен­ты. Они уже по­лучи­ли раз­ре­шение на усы­нов­ле­ние из-за Эли­ота, но за­кон тре­бовал по­дож­дать, что­бы убе­дить­ся, что у ме­ня нет жи­вых родс­твен­ни­ков, ко­торые хо­тят заб­рать ме­ня. – Я все рав­но не мо­гу ни­чего из это­го вспом­нить.— И что ты чувс­тву­ешь в свя­зи с этим? — шеп­чет она.

Я хму­рюсь. 

Я пом­ню толь­ко свою би­оло­гичес­кую мать, кро­ме кли­ен­тов и про­тив­но­го су­тене­ра к ней ник­то не при­ходил. На­вер­ное, это да­же к луч­ше­му. Я рад, что жил имен­но с Кар­ри­ком и Грейс. А родс­твен­ни­ки…ес­ли и есть, то не ис­кал бы. Мне и так хва­та­ет кош­ма­ров.

— Ты име­ешь в ви­ду, что у ме­ня нет родс­твен­ни­ков? Да и черт с ни­ми. Ес­ли они та­кие, как моя ма­маша-нар­ко­ман­ка… — Я с от­вра­щени­ем ка­чаю го­ловой.

На­деваю пи­жаму, за­бира­юсь в пос­тель и мяг­ко прив­ле­каю Ану в свои объ­ятия. Она нуж­на мне сей­час. Хо­чу за­быть­ся, ра­зоб­рать­ся со все­ми де­мона­ми.

— Я кое-что на­чинаю вспо­минать. Пом­ню еду. Мис­сис Коль­ер уме­ла го­товить. И, по край­ней ме­ре, мы те­перь зна­ем, по­чему этот по­донок так за­цик­лился на мо­ей семье. — Сво­бод­ной ру­кой приг­ла­живаю ее во­лосы. Это ус­по­ка­ива­ет.

— Ты по­кушал, птен­чик?

Я ки­ваю и жен­щи­на лас­ко­во улы­ба­ет­ся мне.

Жи­вотик боль­ше не бо­лит, эта те­тя на­кор­ми­ла вкус­ным суп­чи­ком.

— Пой­дем, я по­читаю те­бе кни­жеч­ку. Ты же лю­бишь ис­то­рию про птен­чи­ка?— Люб­лю. 

Жен­щи­на бе­рет ме­ня за ру­ку и ве­дет в ком­на­ту. По до­роге к нам под­бе­га­ет Джек. 

— Ма­ма, ты обе­щала, что по­чита­ешь со мной.— Ма­лыш, ты же у ме­ня боль­шой. По­читай по­ка сам, а я при­ду поз­же. – Джек на­супил бро­ви и зло смот­рит на ме­ня. Он злит­ся, хо­чет уда­рить. — Черт! – Я вспом­нил! — Что? — Те­перь до ме­ня дош­ло! – Вот что зна­чила за­пис­ка Хай­да. Он то­же все пом­нил. Не­нави­дел за то, что я всег­да по­лучал боль­ше вни­мания и усы­нови­ли то­же ме­ня. — Что? — Сно­ва спра­шива­ет Ана.— Птен­чик. Мис­сис Коль­ер на­зыва­ла ме­ня Птен­чи­ком. 

Она хму­рит­ся.

— И что до те­бя дош­ло?— За­пис­ка. За­пис­ка о вы­купе, ко­торую этот по­донок ос­та­вил. В ней бы­ло что-то вро­де: «Ты зна­ешь, кто я? Ибо я знаю, кто ты, Птен­чик». 

Как же дол­го я пы­тал­ся по­нять смысл этой фра­зы, а все ока­залось нас­толь­ко прос­то. Это из мо­ей лю­бимой дет­ской книж­ки. Он на­мекал, по­чему де­ла­ет это все, а я не по­нял, не до­гадал­ся.— Это из дет­ской книж­ки. Бог ты мой. У Коль­еров она бы­ла. Она на­зыва­лась… «Ты моя ма­ма?» Черт. — В па­мяти сно­ва всплы­ва­ет ка­кой-то от­ры­вок. Бе­локу­рая жен­щи­на гла­дит ме­ня по во­лосам и чи­та­ет. — Мне нра­вилась та книж­ка.

Анас­тей­ша пот­ря­сен­но смот­рит на ме­ня, а го­лова слов­но рас­ка­лыва­ет­ся на две час­ти. Пом­ню. Я все пом­ню! Они на са­мом де­ле хо­рошо ко мне от­но­сились, всег­да ку­шали всей семь­ей, ус­тра­ива­ли праз­дни­ки. Пом­ню Хе­лу­овин, как нас на­ряди­ли в раз­ные кос­тю­мы. Я уку­тал­ся в бе­лую прос­ты­ню, а Хайд на­дел тем­ный плащ мис­те­ра Коль­ера. Он еще тя­нул­ся по зем­ле. Мис­сис Коль­ер ку­пила мно­го кон­фет, к нам при­ходи­ли дру­гие де­ти. Я еще на­соби­рал боль­ше кон­фет, и Джек кри­чал. Уже тог­да он не­нави­дел ме­ня.

— О бо­же. Он знал… этот по­донок знал.— Ты рас­ска­жешь по­лиции?— Да, рас­ска­жу. Кто зна­ет, что Кларк сде­ла­ет с этой ин­форма­ци­ей. — Я ка­чаю го­ловой, ста­ра­ясь про­яс­нить мыс­ли. Слиш­ком мно­го ин­форма­ции за пос­ледние па­ру дней. — В лю­бом слу­чае спа­сибо за этот ве­чер.— За что?— За то, что в один мо­мент соб­ра­ла всю мою семью. — Но ты сде­лала го­раз­до боль­ше. Ты по­мог­ла мне ра­зоб­рать­ся в се­бе, сло­жить пазл до кон­ца. Я ни­ког­да рань­ше не звал род­ных к се­бе. Обыч­но они при­ходи­ли, ес­ли что-то нуж­но и то, не все. А се­год­ня я по­чувс­тво­вал се­бя нуж­ным, уви­дел то, че­го ни­ког­да не за­мечал. Моя семья лю­бит ме­ня, они гор­дятся сво­им сы­ном и не жа­ле­ют, о ре­шении усы­новить его. Ты по­дари­ла мне ве­ру, что я то­же смо­гу стать хо­рошим от­цом для сво­его ре­бен­ка. — Не бла­года­ри ме­ня. Ска­жи спа­сибо мис­сис Джонс за то, что всег­да дер­жит в кла­довой со­лид­ный за­пас про­дук­тов.

Де­ло вов­се не в еде. За ми­нув­ший ве­чер я по­лучил от­ве­тов боль­ше, чем за пос­ледние двад­цать че­тыре го­да. 

Я ка­чаю го­ловой.

— Как ты се­бя чувс­тву­ешь, мис­сис Грей?— Хо­рошо. А ты как? 

Я хму­рюсь. 

— От­лично. — К че­му этот воп­рос?

Анас­тей­ша хит­ро улы­ба­ет­ся и ве­дет паль­ца­ми вниз по мо­ему жи­воту. Так вот к че­му она кло­нила? Ка­жет­ся, не толь­ко я тут здо­рово про­голо­дал­ся. 

Я сме­юсь.

— Ну нет. Да­же и не ду­май. – Док­тор Сингх от­лично да­ла по­нять, что те­бе нуж­но окон­ча­тель­но выз­до­роветь, что­бы не нав­ре­дить ре­бен­ку. Как бы я не хо­тел сей­час ов­ла­деть этим ап­пе­тит­ным те­лом, но не мо­гу при­чинить боль.

Она де­ла­ет оби­жен­ное ли­цо.

— Ана, Ана, ну что мне с то­бой де­лать? — Це­лую ее в во­лосы. Сом­не­ва­юсь, что смо­жем про­дер­жать­ся еще не­делю.— Есть у ме­ня па­роч­ка идей. — Она соб­лазни­тель­но ер­заю воз­ле мо­его бо­ка, но рез­ко мор­щится от бо­ли. Вот те­перь я точ­но про­тив.— Дет­ка, те­бе на­до как сле­ду­ет ок­репнуть. Кро­ме то­го, у ме­ня есть для те­бя сказ­ка на ночь.

По­ра по­кон­чить со все­ми де­мона­ми.

— Ты хо­тела знать… — Я не до­гова­риваю, зак­ры­ваю гла­за и нер­вно сгла­тываю. Па­мять сно­ва пе­рено­сит в те вре­мена.— Пред­ставь се­бе под­рос­тка, ищу­щего, как под­за­рабо­тать день­жат, что­бы и даль­ше по­такать сво­ему тай­но­му прис­трас­тию к вы­пив­ке.

Я по­вора­чива­юсь на бок, так, что­бы мы ле­жали ли­цом друг к дру­гу и смот­рю в ее без­донные го­лубые гла­за.

Грейс го­вори­ла, что Эле­на ищет ко­го-ни­будь для убор­ки в са­ду. Не дол­го ду­мая, я по­шел к Эле­не и она ска­зала, что еще ни­кого не наш­ла, по­это­му мо­жет взять ме­ня.

— Так я ока­зал­ся на зад­нем дво­ре до­ма Лин­коль­нов, уби­рая ка­кой-то му­сор из прис­трой­ки, ко­торую толь­ко что пос­тро­ил мис­тер Лин­кольн. 

Ко­неч­но, мать до­гады­валась, что я пот­ра­чу день­ги на вы­пив­ку, но про­дол­жа­ла ве­рить в ме­ня. Она на­де­ялась, что я об­ра­зум­люсь, прек­ра­щу пить. Что, впро­чем, ско­ро и про­изош­ло. 

— День был лет­ний, жар­кий. Я па­хал по-чер­но­му. — Я фыр­каю и ка­чаю го­ловой. — Ра­ботен­ка бы­ла та еще, тас­кать вся­кий хлам. Я был один, и тут не­ожи­дан­но по­яви­лась Эле… мис­сис Лин­кольн и при­нес­ла мне ли­мона­ду. Мы по­бол­та­ли о том о сем, у ме­ня с язы­ка сор­ва­лось ка­кое-то гру­бое слов­цо… И она да­ла мне по­щечи­ну. Вре­зала будь здо­ров. 

Ще­ка сно­ва го­рит, а пе­ред гла­зами пред­ста­ет зна­комая кар­тинка. У ме­ня бы­ли сме­шан­ные чувс­тва. Грейс и Кар­рик ни­ког­да ме­ня не би­ли, ува­жали мои гра­ницы и ни­ког­да не при­каса­лись лиш­ний раз, а эта жен­щи­на пос­ме­ла уда­рить. Злость и вос­хи­щение, страх и удив­ле­ние – все сме­шалось в один кок­тей­ль бе­зумия. Она слов­но окол­до­вала этим пос­тупком.

— Но по­том она ме­ня по­цело­вала. А пос­ле по­целуя опять уда­рила. — Это бы­ло впер­вые. Неж­ность, за­бота и боль од­новре­мен­но. Нас­лажде­ние и на­каза­ние. Рань­ше я ни­чего не знал об этой сме­си, но Эле­на… Член рвал­ся на­ружу.— Ме­ня ни­ког­да рань­ше не це­лова­ли и не би­ли так. – Все бы­ло но­вым, не­обыч­ным. Ка­залось, что по­пал в дру­гой мир.— Ты хо­чешь это слу­шать?— Толь­ко ес­ли ты хо­чешь рас­ска­зать мне, — ти­хо от­зы­ва­ет­ся Ана.— Я пы­та­юсь дать те­бе ка­кое-то пред­став­ле­ние о том, как об­сто­яло де­ло.

Она ки­ва­ет.

Я хму­рюсь, пы­та­ясь оп­ре­делить ее ре­ак­цию. По­том пе­рево­рачи­ва­юсь на спи­ну и ус­трем­ляю взгляд в по­толок.

— Я, ес­тес­твен­но, был оза­дачен, зол и чер­тов­ски воз­бужден. То есть ког­да зной­ная взрос­лая жен­щи­на так наб­ра­сыва­ет­ся на те­бя… — На ме­ня и сверс­тни­цы смот­реть не хо­тели, а тут опыт­ная за­муж­няя жен­щи­на. Я воз­буждал ее и это зас­тавля­ло за­быть обо всем.— Она уш­ла на­зад в дом, ос­та­вив ме­ня на зад­нем дво­ре. И ве­ла се­бя как ни в чем не бы­вало. Я ос­тался в пол­ной рас­те­рян­ности. По­это­му про­дол­жил ра­боту, сгру­жал хлам в му­сор­ный бак. Ког­да в тот ве­чер я ухо­дил, она поп­ро­сила ме­ня прий­ти на сле­ду­ющий день. О том, что слу­чилось, ни сло­вом не об­молви­лась. По­это­му на сле­ду­ющий день я при­шел опять. Не мог дож­дать­ся, ког­да сно­ва уви­жу ее. – В тот ве­чер я не по­шел тра­тить день­ги на вы­пив­ку, как пла­ниро­вал сде­лать, а ос­тался до­ма. Меч­тал о ней, фан­та­зиро­вал с кем и ка­кой бу­дет мой пер­вый секс. Тог­да Эле­на ста­ла воз­буждать ме­ня луч­ше лю­бой мо­лодой де­вуш­ки. — Она не при­каса­лась ко мне, ког­да це­лова­ла, — бор­мо­чу я и по­вора­чива­юсь ли­цом к Анас­тей­ше. — Ты дол­жна по­нять… Моя жизнь бы­ла адом на зем­ле. Я был хо­дячей эрек­ци­ей, пят­надца­тилет­ний юнец, слиш­ком вы­сокий для сво­его воз­раста, с бу­шу­ющи­ми гор­мо­нами. Дев­чонки в шко­ле… — они не об­ра­щали на ме­ня вни­мания, счи­тали неп­ривле­катель­ным. Дру­гое де­ло — Эли­от, за не­делю имел по три пар­тнер­ши. — Я был зол, так чер­тов­ски зол на всех, на се­бя, на сво­их пред­ков. У ме­ня не бы­ло дру­зей. Мой тог­дашний врач был пол­ным бол­ва­ном. Ро­дите­ли дер­жа­ли ме­ня в стро­гос­ти, они не по­нима­ли. — Я был не тем, ко­го они хо­тели ви­деть, и это бе­сило еще боль­ше. Всег­да огор­чал, не да­вал при­чин гор­дить­ся. 

Я сно­ва ус­трем­ляю взгляд в по­толок и про­вожу ру­кой по во­лосам.

— Я прос­то не мог вы­нес­ти, что­бы кто-то дот­ро­нул­ся до ме­ня. Не мог. Не вы­носил ни­кого ря­дом с со­бой. Я драл­ся… черт, как я драл­ся! Ма­ло ка­кая пь­яная дра­ка об­хо­дилась без ме­ня. Ме­ня ис­клю­чили из па­ры школ. Но это был спо­соб вы­пус­тить пар. Вы­тер­петь оп­ре­делен­но­го ро­да фи­зичес­кий кон­такт. — Ме­ня мог­ло за­деть лю­бое сло­во и спро­воци­ровать выб­рос аг­рессии. — Что ж, ты по­лучи­ла пред­став­ле­ние. И ког­да она по­цело­вала ме­ня, то толь­ко ух­ва­тила за ли­цо. Боль­ше ниг­де не при­каса­лась ко мне. — Как буд­то зна­ла мои гра­ницы, ува­жала их и не со­бира­лась на­рушать. От­но­силась как к взрос­ло­му муж­чи­не, а не под­рос­тку. Раз­го­вари­вала на рав­ных.— Ну так вот, на сле­ду­ющий день я вер­нулся в дом, не зная, че­го ждать. Я из­бавлю те­бя от гряз­ных под­робнос­тей, но то же са­мое пов­то­рилось. Так и на­чались на­ши от­но­шения. – В тот день она по­каза­ла мне свою иг­ро­вую и пред­ло­жила ис­про­бовать лю­бые де­вай­сы на ней. Она на сво­ем при­мере да­ла по­нять, что вы­пус­тить пар мож­но не толь­ко с по­мощью драк, а боль мо­жет дос­та­вить и сек­су­аль­ное нас­лажде­ние. Тог­да я из­би­вал ее плет­кой. Это был сво­его ро­да ри­ту­ал. Я по­нял, что это по­может мне и уже пос­ле­ду­ющие ра­зы, на про­тяже­нии шест лет был в ро­ли саб­мисси­ва. Сра­зу бы­ли ус­та­нов­ле­ны чет­кие пра­вила, за на­руше­ние ко­торых пос­ле­дова­ло на­каза­ние. Эле­на пре­дуп­ре­дила, что не тер­пит, ког­да пь­ют и де­рут­ся. Тог­да бы­ло на­чало пе­ремен в мо­ем ха­рак­те­ре. Даль­ше она ра­зум­но ог­ра­ничи­ла мои пра­ва, и я был в ка­кой-то ме­ре счас­тлив. Не нуж­но ни­чего ре­шать, ду­мать, как пра­виль­но пос­ту­пить. Мис­сис Лин­кольн ста­ла все ре­шать за ме­ня.— И зна­ешь что, Ана? Мой мир сфо­куси­ровал­ся. Стал чет­ким и яс­ным. Во всем. Ока­залось, что имен­но это мне и тре­бова­лось. Она бы­ла глот­ком све­жего воз­ду­ха. Она при­нима­ла ре­шения, из­бавля­ла ме­ня от все­го это­го дерь­ма, да­вала мне ды­шать.

Я был счас­тлив, что встре­тил ее.

— И да­же ког­да все за­кон­чи­лось, мир ус­то­ял, не рух­нул. – Эле­на хо­рошо зна­ла мои вку­сы и лич­но под­би­рала опыт­ных саб. — И так бы­ло до тех пор, по­ка я не встре­тил те­бя.

Пер­вая де­вуш­ка, ко­торую я по­желал в са­бы...пер­вая, ко­го выб­рал я, а не Эле­на…пер­вая толь­ко моя. 

— Ты пе­ревер­ну­ла мой мир с ног на го­лову.

Смеш­но, но я ис­крен­не ве­рил, что смо­гу из­ме­нить те­бя. Вот толь­ко те­перь сам не хо­чу это­го. Ты ни­ког­да не бы­ла са­бой, и не бу­дешь. Моя же­на, в ко­торой ме­ня все ус­тра­ива­ет.

— Мой мир был упо­рядо­чен­ным, раз­ме­рен­ным и кон­тро­лиру­емым, но тут в мою жизнь вош­ла ты со сво­им дер­зким ртом, сво­ей не­вин­ностью, сво­ей кра­сотой и со сво­ей без­рассуд­ной сме­лостью… и все, что бы­ло до те­бя, по­тус­кне­ло, ста­ло пус­тым и се­рым… ста­ло ни­чем. — Я по­любил, — шеп­чу я.Гла­жу свою же­ну по ще­ке.— Я то­же, — ти­хо вы­дыха­ет она.— Знаю. – Те­перь я ве­рю. Сво­им пос­тупком Ана не прос­то до­каза­ла лю­бовь, а по­каза­ла мир под дру­гим ра­кур­сом, без из­лишней ко­рыс­ти, с ис­крен­ней лю­бовью.— Прав­да? — Да.

Ана роб­ко улы­ба­ет­ся мне.

— На­конец-то. – Да, дет­ка. Ты окон­ча­тель­но из­ме­нила ме­ня.

Я ки­ваю.

— И это по­мог­ло мне уви­деть все в ис­тинном све­те. Ког­да я был мо­ложе, Эле­на бы­ла цен­тром мо­ей все­лен­ной. Для нее я го­тов был на все. И она мно­го сде­лала для ме­ня. Бла­года­ря ей я пе­рес­тал пить. Стал хо­рошо учить­ся… Зна­ешь, она да­ла мне уве­рен­ность в се­бе, ко­торой у ме­ня ни­ког­да рань­ше не бы­ло, поз­во­лила мне ис­пы­тать то, что, как я ду­мал, ни­ког­да не смо­гу.— При­кос­но­вения. – Не толь­ко их.— Не­кото­рым об­ра­зом.

Ана хму­рит­ся.

— Ес­ли ты рас­тешь с рез­ко не­гатив­ным пред­став­ле­ни­ем о се­бе, счи­тая се­бя из­го­ем, не­дос­той­ным люб­ви ди­карем, ты ду­ма­ешь, что зас­лу­жива­ешь быть би­тым. – Я за­мол­каю и нер­вно про­вожу ру­кой по во­лосам.— Ана, нам­но­го лег­че но­сить свою боль сна­ружи… Она нап­ра­вила мой гнев в рус­ло. – На лю­дях я мог быть адек­ватным пар­нем, но в иг­ро­вой — прев­ра­щал­ся в зве­ря. — По боль­шей час­ти внутрь, те­перь я это соз­наю. Док­тор Флинн од­но вре­мя не­од­нократ­но го­ворил об этом. И толь­ко не­дав­но я уви­дел на­ши от­но­шения та­кими, ка­кими они бы­ли на са­мом де­ле. Ну, ты зна­ешь… на мо­ем дне рож­де­ния.— Для нее эта сто­рона на­ших от­но­шений оз­на­чала секс, кон­троль и воз­можность оди­нокой жен­щи­ны по­заба­вить­ся с жи­вой иг­рушкой. – В то вре­мя как я ве­рил, что она при­мет каж­дое мое ре­шение и бу­дет ува­жать так, как и все дру­гие гра­ницы.— Но те­бе нра­вит­ся кон­троль.— Да, нра­вит­ся. И так бу­дет всег­да, Ана. Та­ков уж я есть. На ко­рот­кое вре­мя я ус­ту­пил его. – Это был сво­его ро­да от­дых. — Поз­во­лил ко­му-то дру­гому при­нимать за ме­ня все ре­шения. Я не мог де­лать это­го сам — не го­дил­ся для это­го. Но нес­мотря на мое под­чи­нение ей, я об­рел се­бя и об­рел си­лы из­ме­нить свою жизнь… стать хо­зя­ином сво­ей жиз­ни и са­мому при­нимать ре­шения. — Стать до­минан­том?— Да.— Это твое ре­шение? – Тог­да я уже не был сам­бвис­си­мом Эле­ны и сам об­ду­мывал каж­дый шаг. По­это­му она мог­ла толь­ко дать со­вет, но ни­как не ре­шить за ме­ня.— А бро­сить Гар­вард?— То­же мое, и это луч­шее ре­шение, что я ког­да-ли­бо при­нял. До встре­чи с то­бой. — Со мной? – Да, дет­ка. Пос­ле на­шего зна­комс­тва мне при­ходи­лось быс­тро при­нимать пра­виль­ные ре­шения, но я счас­тлив, что все сло­жилось имен­но так.— Да. — Я мяг­ко улы­ба­юсь ей. — Мое са­мое луч­шее в жиз­ни ре­шение — это же­нить­ся на те­бе.— Не ос­но­вать ком­па­нию?

Я ка­чаю го­ловой. План ос­но­вать ком­па­нию за­родил­ся еще в сем­надцать лет, тог­да я дол­го изу­чал пра­вила ве­дения биз­не­са и смог до­бить­ся же­ла­емо­го ре­зуль­та­та.

— Не на­учить­ся ле­тать?

Я сно­ва ка­чаю го­ловой.

— Ты. Она зна­ла. — И я рад, что прис­лу­шал­ся к со­вету Эле­ны. Пусть она и хо­тела раз­ру­шить на­ши от­но­шения, что­бы сно­ва кон­тро­лиро­вать каж­дый мой шаг, но жизнь ре­шила пре­под­нести мне по­дарок в ви­де те­бя.— Что зна­ла?— Что я по уши влю­бил­ся в те­бя. Она под­би­ла ме­ня по­ехать в Джор­джию уви­деть­ся с то­бой, и я рад, что она это сде­лала. Она ду­мала, что ты ис­пу­га­ешь­ся и сбе­жишь. Что и слу­чилось.

Ана блед­не­ет.— Она по­лага­ла, что я нуж­да­юсь во всех ат­ри­бутах той жиз­ни, ко­торую вел.

— Как до­минант?

Я ки­ваю.

— Это по­мога­ло мне не под­пускать ни­кого близ­ко к се­бе, да­вало власть и дос­та­точ­ную сте­пень отс­тра­нен­ности. Так, по край­ней ме­ре, я ду­мал. Уве­рен, ты уже по­няла по­чему, — мяг­ко до­бав­ляю я.— Из-за тво­ей би­оло­гичес­кой ма­тери?— Я ни за что на све­те боль­ше не хо­тел пов­то­рения той бо­ли. А по­том ты уш­ла, — чуть слыш­но го­ворю я. — И я про­пал.— Я так дол­го из­бе­гал ин­тимнос­ти — Бо­ял­ся. Стал об­ду­мывать каж­дый пос­ту­пок, что­бы не по­терять свой вто­рой шанс.— У те­бя прек­расно по­луча­ет­ся, — бор­мо­чет она, об­во­дя мои гу­бы ука­затель­ным паль­цем, и я неж­но це­лую его. — Ты раз­го­вари­ва­ешь со мной.— Ты ску­ча­ешь по это­му?— По че­му?— По то­му об­ра­зу жиз­ни. – Я жил так две­над­цать лет. При­вык к стро­гим пра­вилам, за на­руше­ние ко­торых сле­ду­ет на­каза­ние. При­вык к пол­но­му по­вино­вению, жес­тко­му сек­су, бо­ли. Но ску­чаю ли по это­му сей­час? Ес­ли вы­бирать меж­ду БДСМ и то­бой, то ко­неч­но БДСМ го­тов ос­та­вить, лишь бы не по­терять те­бя. Мой мир пе­ревер­нут и боль­ше ни­ког­да не ста­нет та­ким, как рань­ше. Я го­тов от­ка­зать­ся от все­го, но быть ря­дом с то­бой. Но не­кото­рые пра­вила все же сто­ит сох­ра­нить.— Да, ску­чаю. Но толь­ко по той влас­ти, ко­торую он да­ет. И, ес­ли чес­тно, твоя глу­пая вы­ход­ка, — я спо­тыка­юсь, — что спас­ла мою сес­тру… По­мог­ла по­нять.— По­нять?— По-нас­то­яще­му по­нять. Что ты лю­бишь ме­ня. – Ни Эле­на, ни мои са­бы ни­ког­да бы не рис­ко­вали сво­ей жизнью ра­ди ме­ня. Они мог­ли толь­ко из­бавлять­ся от до­рогих мне лю­дей, что­бы стать бли­же. А ты еще раз до­каза­ла, что не та­кая, что ис­крен­не лю­бишь и сде­ла­ешь все ра­ди счастья ме­ня и мо­ей семьи.

Ана хму­рит­ся.

— Прав­да?— Да. По­тому что ты столь­ким рис­ко­вала… ра­ди ме­ня… ра­ди мо­ей семьи.

Анас­тей­ша хму­рит­ся еще силь­нее. Я про­тяги­ваю ру­ку и про­вожу паль­цем по се­реди­не ее лба к но­су. 

— У те­бя тут та­кая га­лоч­ка меж­ду бро­вей, ког­да ты хму­ришь­ся, — бор­мо­чу я. — Так и хо­чет­ся ее по­цело­вать. Я так ужас­но вел се­бя… и все же ты здесь, со мной. – Ты нас­то­ящий ан­гел, Ана.— А по­чему те­бя это удив­ля­ет? Я же сто раз го­вори­ла те­бе, что не уй­ду.— Из-за то­го, как я по­вел се­бя, ког­да ты ска­зала мне, что бе­ремен­на. — Гла­жу паль­цем ее ще­ку. — Ты бы­ла пра­ва. Я под­росток. — Крис­ти­ан, я на­гово­рила мно­го та­кого, че­го не сле­дова­ло. – Нет. Ты все пра­виль­но ска­зала. Те сло­ва на­обо­рот по­мог­ли осоз­нать, сколь­ко оши­бок я нат­во­рил.

Прик­ла­дываю па­лец к ее гу­бам.

— Ш-ш. Я все это зас­лу­жил. Кро­ме то­го, это моя сказ­ка. — Я сно­ва пе­рево­рачи­ва­юсь на спи­ну. — Ког­да ты ска­зала мне, что бе­ремен­на… — Я за­мол­каю. — Я по­лагал, что ка­кое-то вре­мя бу­дем толь­ко мы вдво­ем — ты и я. Я ду­мал о де­тях, но толь­ко как о чем-то абс­трак­тном. У ме­ня бы­ла смут­ная мысль, что у нас бу­дет ре­бенок ког­да-ни­будь в бу­дущем.— Ты еще та­кая мо­лодая и дос­та­точ­но чес­то­люби­вая.

И пол­ная про­тиво­полож­ность всех, ко­го мне при­ходи­лось встре­чать рань­ше.

— В об­щем, ты вы­била поч­ву у ме­ня из-под ног. Бо­же мой, это бы­ло так не­ожи­дан­но. Ни­ког­да в жиз­ни, спра­шивая те­бя, что слу­чилось, я не ожи­дал ус­лы­шать, что ты бе­ремен­на. — Я взды­хаю. — Я так жут­ко ра­зоз­лился. На те­бя. На се­бя. На всех. И ко мне сно­ва вер­ну­лось чувс­тво, ког­да я ни над чем не влас­тен. Мне на­до бы­ло вый­ти, уй­ти ку­да-ни­будь. Я по­шел к Флин­ну, но он ока­зал­ся на ка­ком-то ро­дитель­ском ве­чере. — Смеш­но, — шеп­чет она, и я сог­ласно ус­ме­ха­юсь.— По­это­му я шел, шел и шел и… об­на­ружил, что при­шел в са­лон. Эле­на ухо­дила. Она уди­вилась, уви­дев ме­ня. И, по прав­де го­воря, я и сам уди­вил­ся, что очу­тил­ся там. Она уви­дела, что я зол, и спро­сила, не хо­чу ли я вы­пить.

Все бы­ло та­ким стран­ным, от ко­личес­тва мыс­лей я пе­рес­тал нор­маль­но со­об­ра­жать.

— Мы пош­ли в ти­хий бар, и я взял бу­тыл­ку ви­на. Она из­ви­нилась за то, как ве­ла се­бя, ког­да мы пос­ледний раз ви­делись. Ее силь­но за­дева­ет, что моя ма­ма боль­ше не же­ла­ет ее знать — это силь­но су­зило для нее круг об­ще­ния, — но она по­нима­ет. Мы по­гово­рили о биз­не­се, ко­торый идет прек­расно, нес­мотря на спад в эко­номи­ке… Я упо­мянул, что ты хо­чешь де­тей.

Ана хму­рит­ся.

— Я ду­мала, ты рас­ска­зал ей, что я бе­ремен­на. — Нет, не рас­ска­зал. – Я от­лично пом­ню, как она ве­ла се­бя на мо­ем дне рож­де­нии, и не мог со­вер­шить та­кую ошиб­ку. Ко­неч­но, Эле­на не ста­ла бы лезть к мо­ей же­не, по­тому что ува­жа­ет мои ре­шения, но что-то внут­ри под­ска­зыва­ло мол­чать— По­чему же ты мне это не ска­зал?

Я по­жимаю пле­чами. 

— Не бы­ло воз­можнос­ти. – Пос­ле то­го слу­чая мы прак­ти­чес­ки не раз­го­вари­вали. — Ра­зуме­ет­ся, бы­ла.— На сле­ду­ющее ут­ро я не мог най­ти те­бя, Ана. А ког­да на­шел, ты бы­ла так зла… - Я стру­сил, ре­шил не рис­ко­вать и от­ло­жить раз­го­вор на по­том. — В об­щем, в ка­кой-то мо­мент, при­мер­но на се­реди­не вто­рой бу­тыл­ки, она нак­ло­ня­ет­ся, что­бы при­кос­нуть­ся ко мне. И я це­пенею, — шеп­чу я, прик­ры­вая ру­кой гла­за.— Она уви­дела, что я от­шатнул­ся от нее. Это пот­рясло нас обо­их. — Эле­на боль­ше не воз­бужда­ла ме­ня. На­обо­рот – ка­залась про­тив­ной.

Анас­тей­ша тя­нет мою ру­ку, и я от­пускаю ее. По­вора­чива­юсь и всмат­ри­ва­юсь в го­лубые гла­за сво­ей же­ны. Сно­ва…она сно­ва хо­тела все пов­то­рить…

— Что? — Сно­ва…она сно­ва хо­тела все пов­то­рить…

Я хму­рюсь, по­том сгла­тываю.

— Она по­пыта­лась… соб­лазнить ме­ня. Это был мо­мент, слов­но зас­тывший во вре­мени. Она уви­дела вы­раже­ние мо­его ли­ца, и до нее дош­ло, как да­леко она пе­рес­ту­пила грань. Я ска­зал… нет. Я уже мно­го лет не ду­мал о ней в этом смыс­ле, и, кро­ме то­го, — я сно­ва сгла­тываю, — я люб­лю те­бя. Я ска­зал ей, что люб­лю свою же­ну.

Эле­на выг­ля­дела по-нас­то­яще­му удив­ленной, нем­но­го рас­сержен­ной, но быс­тро взя­ла се­бя в ру­ки. 

— Она сра­зу же пош­ла на по­пят­ный. Из­ви­нилась еще раз, об­ра­тила все в шут­ку. Я имею в ви­ду, ска­зала, что счас­тли­ва с Ай­зе­ком, и до­воль­на биз­не­сом, и не дер­жит ни на ко­го из нас зла. Ска­зала, что ску­чала по мо­ей друж­бе, но по­нима­ет, что моя жизнь те­перь свя­зана с то­бой. И как это бы­ло не­лов­ко, учи­тывая то, что про­изош­ло в пос­ледний раз, ког­да мы все бы­ли в од­ной ком­на­те. Я был с ней пол­ностью сог­ла­сен. Мы с ней рас­про­щались — окон­ча­тель­но. Я ска­зал, что боль­ше мы ви­деть­ся не бу­дем, и она уш­ла.— Вы це­лова­лись? – Что? Нет! Я же ска­зал, мне нуж­на толь­ко ты!— Нет! — кри­чу я. — По­доб­ная бли­зость с ней бы­ла для ме­ня не­выно­сима.— Я чувс­тво­вал се­бя нес­час­тным. Мне хо­телось пой­ти до­мой, к те­бе. Но… я знал, что вел се­бя ужас­но. Я ос­тался и при­кон­чил бу­тыл­ку, по­том при­нял­ся за бур­бон. По­ка пил, я вспом­нил, как ты как-то ска­зала мне: «А ес­ли б это был твой сын…» И я стал ду­мать о Стар­шень­ком и о том, как мы с Эле­ной на­чали. И по­чувс­тво­вал се­бя… не­уют­но. Я ни­ког­да рань­ше не ду­мал об этом с та­кой точ­ки зре­ния. – Впер­вые пе­редо мной бы­ла не Эле­на, а мис­сис Ро­бин­сон. И толь­ко пос­ле той встре­чи по­нял, как хит­ро она вер­те­ла мной все это вре­мя. Я да­же спал с те­ми, ко­го вы­бира­ла она.— Это все?— По­жалуй. – Боль­ше нет ни­каких тайн. Я рас­ска­зал все, что знал и чувс­тво­вал, пол­ностью от­крыл­ся пе­ред сво­ей Аной. Даль­ше мы бу­дем ид­ти толь­ко вмес­те.— А.— А?— Зна­чит, все за­кон­чи­лось? – Уже дав­но. На­чалась но­вая ис­то­рия. Нор­маль­ная жизнь без де­монов из прош­ло­го.— Да. Все за­кон­чи­лось еще тог­да, ког­да я впер­вые уви­дел те­бя. В ту ночь я на­конец осоз­нал это, и она то­же.— Прос­ти, — бор­мо­чет Ана.

Я хму­рюсь.

— За что?— За то, что так зли­лась на те­бя на сле­ду­ющий день. – Ты име­ла на это пра­во. Стран­но, что во­об­ще тер­пе­ла та­кое по­веде­ние с мо­ей сто­роны. Грейс еще в боль­ни­це го­вори­ла, что я зас­лу­жил.— Дет­ка, злость мне по­нят­на. — Я за­мол­каю и взды­хаю — По­нима­ешь, Ана, я хо­чу, чтоб ты при­над­ле­жала мне од­но­му. Не хо­чу ни с кем те­бя де­лить. Хо­чу быть цен­тром тво­ей все­лен­ной, по край­ней ме­ре ка­кое-то вре­мя.— Ты и есть центр мо­ей все­лен­ной. И это не из­ме­нит­ся. – Мы оба прек­расно по­нима­ем, что пос­ле рож­де­ния ре­бен­ка на­ши от­но­шения хоть и нем­но­го, но из­ме­нят­ся. Нам обо­им при­дет­ся уде­лять ему мно­го вре­мени, по­это­му на се­бя ос­та­нет­ся го­раз­до мень­ше, чем сей­час.

Лас­ко­во ей улы­ба­юсь.

— Ана, но это же неп­равда. — Как та­кое мо­жет быть? — бор­мо­чу я.

По ее ще­ке на­чина­ют течь сле­зы. Черт! Я…это я во всем ви­новат.

— Черт… не плачь, Ана. По­жалуй­ста, не плачь. — Гла­жу ее по ли­цу.— Прос­ти. — Ниж­няя гу­ба у нее дро­жит, и я ве­ду по ней боль­шим паль­цем, ус­по­ка­ивая свою де­воч­ку.— Нет, Ана, нет, не из­ви­няй­ся. У те­бя бу­дет еще ко­го лю­бить. И ты пра­ва. Так и дол­жно быть. – Де­ти дол­жны рас­ти в люб­ви. У ме­ня ее бы­ло ма­ло, и по­это­му я не поз­во­лю сво­ему ре­бен­ку чувс­тво­вать се­бя не нуж­ным или не лю­бимым. — Ко­мочек то­же бу­дет лю­бить те­бя. Ты бу­дешь цен­тром все­лен­ной Ко­моч­ка-Джу­ни­ора, — шеп­чет она. — Де­ти лю­бят сво­их ро­дите­лей бес­ко­рыс­тно, Крис­ти­ан. Та­кими они при­ходят в мир. Зап­рограм­ми­рован­ны­ми лю­бить. Все де­ти… да­же ты. Вспом­ни дет­скую книж­ку, ко­торая нра­вилась те­бе, ког­да ты был ма­лень­ким. Ты до сих пор нуж­да­ешь­ся в сво­ей ма­ме. Ты лю­бил ее.

Я хму­рю лоб и уби­раю ру­ку, сжав ее в ку­лак на под­бо­род­ке. 

Моя мать не зас­лу­жива­ет люб­ви. Она не да­рила ее мне, не мог­ла за­щитить от сво­его су­тене­ра. Она бро­сила ме­ня, я не нуж­да­юсь в ней! Нет! 

— Нет, — шеп­чу я.— Да. — Сле­зы уже сво­бод­но те­кут у нее по ли­цу. — Ко­неч­но, лю­бил. Это не бы­ло вы­бором. По­это­му ты так стра­да­ешь.

Я не мог…не мог по­любить ту жен­щи­ну. Она бро­сила ме­ня од­но­го в этом ми­ре, а са­ма уш­ла. Она пре­дела ме­ня…мою лю­бовь. 

Лю­бил…но за­был об этом, как ка­залось, нав­сегда. А те­перь сно­ва ста­рые вос­по­мина­ния, ра­на в еще дет­ской ду­ше. Я лю­бил ее, черт по­дери!

— По­это­му ты мо­жешь лю­бить ме­ня, — бор­мо­чет Ана. — Прос­ти ее. У нее хва­тало собс­твен­ной бо­ли. Она бы­ла пло­хой ма­терью, но ты все рав­но лю­бил ее. – Да! Лю­бил…и это боль­но осоз­на­вать. Всег­да ста­рал­ся за­быть. Вну­шить се­бе, что это не так и не­нави­жу ее. Но не мо­гу, сно­ва не мо­гу. Она ведь про­бова­ла за­щищать ме­ня от то­го по­дон­ка, но он прос­то был силь­нее. И пря­тала ме­ня, а зна­чит лю­била то­же. Сколь­ко бы я не от­ри­цал, Анас­тей­ша пра­ва.— Она бы­ла пло­хой ма­терью. — Пов­то­ряю я чуть слыш­но. А ка­ким бу­ду я?— Я бо­юсь, что бу­ду пло­хим от­цом. – Что я мо­гу дать сво­ему ре­бен­ку, кро­ме де­нег? Я толь­ко учусь лю­бить, и да­же не мо­гу обес­пе­чить для сво­ей семьи бе­зопас­ность. Так что я ему по­дарю? — Крис­ти­ан, ты хоть на ми­нуту мо­жешь пред­ста­вить, что я поз­во­лю те­бе быть пло­хим от­цом? — Нет. Но я бо­юсь…бо­юсь, что не смо­гу стать для не­го при­мером.— По­жалуй, нет. — Я гла­жу ее блед­ное ли­цо кос­тяшка­ми паль­цев. — Бог мой, а ты силь­ная, мис­сис Грей. Я так люб­лю те­бя. — Моя Ана… ве­рит в ме­ня да­же ког­да я сам го­тов сдать­ся…мой ан­гел. — Не знал, что смо­гу.— О Крис­ти­ан, — шеп­чет она, вы­тирая пос­ледние ка­пель­ки слез.— Ну, сказ­ка на ночь за­кон­чи­лась. – Как и все пять­де­сят от­тенков мо­ей ду­ши.— Та еще ска­зоч­ка… - Пос­ле нее обя­затель­но бу­дет но­вая, ку­да ин­те­рес­нее и без все­го это­го дерь­ма.

Я тос­кли­во улы­ба­юсь, но в ду­ше счас­тлив, что мы на­конец со всем ра­зоб­ра­лись.

— Как твоя го­лова? – Спра­шиваю я, ста­ра­ясь сме­нить те­му раз­го­вора.— Го­лова? Вот-вот лоп­нет от все­го, что ты мне рас­ска­зал! — Не бо­лит?— Нет. — Вот и от­лично. Не при­дет­ся лиш­ний раз при­нимать ле­карс­тва и вре­дить на­шему ма­лышу.— Хо­рошо. Ду­маю, те­перь те­бе на­до пос­пать. 

Ана про­тес­ту­юще смот­рит на ме­ня.

— Спи, — стро­го го­ворю я. — Те­бе ну­жен от­дых.

Се­год­ня был тя­желый день, нам обо­им нуж­но от­дохнуть. Ду­маю, Флинн уди­вит­ся та­кому ре­зуль­та­ту. Ведь за не­делю Ана по­мог­ла до­бить­ся боль­ше­го, чем все эти пси­хоте­рапев­ты за сем­надцать лет.

— У ме­ня один воп­рос. – Ох, дет­ка. Я рас­ска­зал те­бе боль­ше, чем за все вре­мя, что мы зна­комы. И у те­бя все рав­но ос­та­лись воп­ро­сы? — Да? Ка­кой же? — Нас­то­рожен­но смот­рю на нее.— По­чему это ты ни с то­го ни с се­го стал та­ким… раз­го­вор­чи­вым, ес­ли не ска­зать боль­ше?

Я хму­рюсь. 

— Рас­ска­зыва­ешь мне все это, ког­да обыч­но вы­удить у те­бя хоть что-ни­будь — де­ло, пря­мо ска­жем, не из лег­ких. — Да? – Я прос­то ста­рал­ся от­го­родить те­бя от все­го дерь­ма, что на­зыва­ет­ся мо­им прош­лым. Один раз я уже не смог те­бя убе­речь. Те­перь знаю, оно все рав­но бу­дет час­то всплы­вать, по­это­му и ре­шил по­кон­чить со всем се­год­ня. Что­бы боль­ше не бы­ло ни­каких тайн.— Ты сам зна­ешь, что да.— По­чему я стал раз­го­вор­чи­вым? Не мо­гу ска­зать. Мо­жет, от­то­го, что уви­дел те­бя, прак­ти­чес­ки мер­твую, на хо­лод­ном це­мен­те. Или при­чина в том, что я бу­ду от­цом. Не знаю. Ты ска­зала, что хо­чешь знать, и я не же­лаю, чтоб Эле­на вста­ла меж­ду на­ми. Она не мо­жет. Она — прош­лое, и я го­ворил те­бе это мно­го раз.— Ес­ли б она не за­иг­ры­вала с то­бой… вы по-преж­не­му бы­ли бы друзь­ями? – Нет. Од­нажды она по­пыта­лась по­мешать нам, и я не мог до­пус­тить пов­то­рения си­ту­ации. К то­му же я обе­щал, что пор­ву с ней все свя­зи.— Это уже боль­ше чем один воп­рос.— Прос­ти. Мо­жешь не от­ве­чать. — Она крас­не­ет. — Ты и так рас­ска­зал мне боль­ше, чем я ког­да-ни­будь на­де­ялась от те­бя ус­лы­шать. — Нет, не ду­маю, но с мо­его дня рож­де­ния она бы­ла как не­завер­шенное де­ло. Она пе­рес­ту­пила чер­ту, и я по­кон­чил с ней. По­жалуй­ста, по­верь мне. Я боль­ше не со­бира­юсь ви­деть­ся с ней. Ты ска­зала, что она за пре­делом то­го, что ты мо­жешь стер­петь. Это я мо­гу по­нять, — го­ворю я с ти­хой ис­крен­ностью.— Спо­кой­ной но­чи, Крис­ти­ан. Спа­сибо за по­учи­тель­ную сказ­ку. — Ана нак­ло­ня­ет­ся, что­бы по­цело­вать ме­ня, и на­ши гу­бы ко­рот­ко соп­ри­каса­ют­ся. Быс­тро отс­тра­ня­юсь, ког­да мис­сис Грей де­ла­ет оче­ред­ную за этот ве­чер по­пыт­ку, уг­лу­бить по­целуй. Мне и так тя­жело сдер­жи­вать се­бя, а она еще от­кро­вен­но про­воци­ру­ет.— Не на­до. Мне нес­терпи­мо хо­чет­ся за­нять­ся с то­бой лю­бовью.— Так зай­мись. – Черт! Не ис­ку­шай ме­ня, дет­ка.— Нет, те­бе ну­жен от­дых, и уже поз­дно. Так что спи да­вай. — Вык­лю­чаю прик­ро­ват­ную лам­пу, пог­ру­жая нас в тем­но­ту.— Я люб­лю те­бя бес­ко­рыс­тно, Крис­ти­ан, — бор­мо­чет она, у­ют­но ус­тра­ива­ясь у ме­ня под бо­ком.— Знаю.

***

По­ка Гейл го­товит зав­трак для мо­ей мис­сис Грей, я нас­лажда­юсь чу­дес­ной я­ич­ни­цей с бе­коном. На ча­сах де­вять ут­ра, а зна­чит ос­та­лось не так мно­го вре­мени и ско­ро нуж­но бу­дить Ану. Я ре­шил при­гото­вить ей сюр­приз на се­год­ня. Пос­ле та­кой не­дели нам обо­им нуж­но боль­ше по­ложи­тель­ных эмо­ций, а это от­лично по­может. 

Ана вхо­дит на кух­ню в неп­ри­лич­но ко­рот­кой чер­ной юб­ке и бе­лой шел­ко­вой блуз­ке. Го­тов пок­лясть­ся, что на ней чул­ки. Не­уже­ли она ре­шитель­но нас­тро­ена соб­лазнить ме­ня?

— Доб­рое ут­ро, мис­сис Грей. Ку­да-то соб­ра­лись?— На ра­боту. — Она ми­ло мне улы­ба­ет­ся. 

Ду­ма­ет, что я, прав­да, от­пу­щу ее в из­да­тель­ство? Точ­но нет, осо­бен­но в та­ком ви­де.

— Вот уж не ду­маю, — нас­мешли­во фыр­каю я. — Док­тор Сингх ска­зала: не­деля от­ды­ха.— Крис­ти­ан, я не со­бира­юсь од­на ва­лять­ся в кро­вати. Так что я впол­не мо­гу по­ехать на ра­боту. Доб­рое ут­ро, Гейл. – Вер­но. Я не дам сво­ей же­не про­вес­ти весь день од­ной в кро­вати. — Мис­сис Грей. — Мис­сис Джонс пы­та­ет­ся спря­тать улыб­ку. — Хо­тите по­зав­тра­кать?— Да, по­жалуй­ста. – Бе­ремен­ность оп­ре­делен­но идет Вам на поль­зу, мис­сис Грей.— Гра­нолу?— Я бы пред­почла ом­лет с бе­лым тос­том. – Что? Ана ре­шила нор­маль­но по­зав­тра­кать? Да, джу­ни­ор, ты хо­рошо вли­яешь на на­шу ма­му.— Очень хо­рошо, мис­сис Грей, — го­ворит мис­сис Джонс.— Ана, ты не идешь на ра­боту. — Но…— Нет, ни­каких «но». Не спорь. — Во­об­ще, пос­та­ра­юсь мак­си­маль­но ог­ра­ничить твое вре­мя там. — А ты едешь на ра­боту? – Я по­хож на че­лове­ка, что бро­сит свою же­ну од­ну? В офи­се есть Рос, а я мо­гу поз­во­лить се­бе сде­лать вы­ход­ной.— Нет.— Се­год­ня ведь по­недель­ник, пра­виль­но?

Я улы­ба­юсь.

— Был, ког­да я пос­ледний раз смот­рел.

Она су­жа­ет гла­за и смот­рит на ме­ня с вы­зовом.

— Ты про­гули­ва­ешь?— Я не ос­тавлю те­бя здесь од­ну, чтоб ты опять по­пала в ка­кой-ни­будь пе­реп­лет. И док­тор Сингх ска­зала, что прис­ту­пить к ра­боте ты смо­жешь толь­ко че­рез не­делю. Пом­нишь? – А ес­ли я уй­ду, то не бу­ду уве­рен, что ты пос­лу­ша­ешь­ся и ос­та­нешь­ся си­деть до­ма.

Анас­тей­ша за­бира­ет­ся на бар­ный та­бурет ря­дом со мной и под­тя­гива­ет свою слиш­ком ко­рот­кую юб­ку. Гейл ста­вит пе­ред ней чаш­ку чая.

— Ты хо­рошо выг­ля­дишь, — Да­же слиш­ком, учи­тывая, ку­да ты соб­ра­лась в та­ком на­ряде. Она кла­дет но­гу на но­гу. — Очень хо­рошо. Осо­бен­но вот здесь. — Про­вожу паль­цем по го­лому те­лу, ко­торое вид­не­ет­ся над чул­ка­ми. — Эта юб­ка очень ко­рот­кая, — бор­мо­чу я с лег­ким не­одоб­ре­ни­ем в го­лосе, ког­да гла­за сле­ду­ют за паль­цем.— Прав­да? Я не за­мети­ла. – Ох, дет­ка, ты иг­ра­ешь с ог­нем.— В са­мом де­ле, мис­сис Грей?

Она крас­не­ет.

— Не уве­рен, что этот на­ряд го­дит­ся для ра­боты, — бор­мо­чу я.— Ну, пос­коль­ку я не иду на ра­боту, то это воп­рос спор­ный. — Спор­ный?— Спор­ный, — пов­то­ря­ет она од­ни­ми гу­бами.

Я опять ух­мы­ля­юсь и воз­вра­ща­юсь к сво­ему ом­ле­ту.

— У ме­ня есть идея по­луч­ше.— Вот как? – Не на­дей­тесь, мис­сис Грей. — Мы мо­жем по­ехать пос­мотреть, как идет де­ло у Эли­ота с до­мом. — С удо­воль­стви­ем.— Вот и хо­рошо. – А по­том бу­дет сюр­приз.— А раз­ве те­бе не на­до ра­ботать?— Нет. Рос вер­ну­лась с Тай­ва­ня. Там все прош­ло хо­рошо. И се­год­ня все от­лично.— Ты ведь то­же со­бирал­ся на Тай­вань. – Со­бирал­ся, по­ка не убе­дил­ся, что те­бя ни на ми­нуту нель­зя ос­тавлять од­ну.

Я опять фыр­каю.

— Ана, ты же бы­ла в боль­ни­це.— А-а.— Вот имен­но. Так что се­год­няшний день я с поль­зой про­веду со сво­ей же­ной, — за­яв­ляю я и де­лаю гло­ток ко­фе.— С поль­зой? – Мис­сис Грей, я на­чинаю бо­ять­ся за Ва­ше здо­ровье. 

Мис­сис Джонс ста­вит пе­ред Анас­тей­шей ом­лет, сно­ва тщет­но пря­ча улыб­ку.

Я ух­мы­ля­юсь.

— С поль­зой. — Я ки­ваю.

Анас­тей­ша до­воль­но улы­ба­ет­ся и пе­рево­дит вни­мание на свой зав­трак. 

— При­ят­но ви­деть, что ты ешь, — бор­мо­чу я. Под­нявшись, нак­ло­ня­юсь и чмо­каю ее в во­лосы. — Пой­ду при­му душ.— Э… мож­но я при­ду пот­ру те­бе спин­ку? — нев­нятно бор­мо­чет она с пол­ным ртом.— Нет. Ешь.

***

Я сво­рачи­ваю на подъ­ез­дную до­рож­ку к до­му. Ос­та­нав­ли­ва­юсь у кно­поч­ной па­нели, на­бира­ею вы­учен­ный на­изусть код, и бе­лые ме­тал­ли­чес­кие во­рота рас­па­хива­ют­ся. Мы едем по ал­лее под кро­нами де­ревь­ев зе­лено­го, жел­то­го и мед­но-крас­но­го цве­тов. Вы­сокая тра­ва на лу­гу уже жел­те­ет, но в тра­ве еще вид­не­ют­ся по­левые цве­ты. День чу­дес­ный. Све­тит сол­нце, и в воз­ду­хе ви­та­ет со­лоно­ватый за­пах Са­ун­да с при­месью аро­матов нас­ту­па­ющей осе­ни. Мес­то здесь та­кое ти­хое и прек­расное. Всег­да меч­тал жить так близ­ко к при­роде и рад, что Ана сог­ла­силась ку­пить этот дом.Ал­лея из­ги­ба­ет­ся по­лук­ру­гом, и от­кры­ва­ет­ся наш дом. Спе­реди при­пар­ко­ваны нес­коль­ко гру­зови­ков с над­писью «Грей конс­тракшн» на бо­ку. Дом об­шит ле­сами, и нес­коль­ко ра­бочих в кас­ках тру­дят­ся на кры­ше.

Ос­та­нав­ли­ва­юсь пе­ред пор­ти­ком и вык­лю­чаю за­жига­ние. Мы пе­ре­едем сю­да сра­зу пос­ле рож­де­ния ма­лыша. На­де­юсь, к то­му вре­мени, мой бра­тец ус­пе­ет за­кон­чить ре­монт.

— Да­вай най­дем Эли­ота.— Он здесь? — На­де­юсь. Я дос­та­точ­но ему пла­чу. — Лэ­ли­от всег­да от­ветс­твен­но от­но­сит­ся к сво­ей ра­боте, ина­че я бы не стал де­лать у не­го та­кой за­каз.

Ана фыр­ка­ет, и я улы­ба­юсь, ког­да мы оба вы­ходим из ма­шины. 

— Эй, бра­тец! — от­ку­да-то кри­чит Эли­от. Мы оба ози­ра­ем­ся.— Я здесь! — Он на кры­ше, ма­шет нам обо­им и улы­ба­ет­ся от уха до уха. — Дав­но по­ра вам тут по­явить­ся. Ос­та­вай­тесь там. Я сей­час спу­щусь.

Анас­тей­ша бро­са­ет на ме­ня воп­ро­ситель­ный взгляд, но я все­го лишь по­жимаю пле­чами. Че­рез нес­коль­ко ми­нут у вход­ной две­ри по­яв­ля­ет­ся Эли­от.

— При­вет, бра­тиш­ка. — По­жима­ет мне ру­ку — И вы как, ма­лень­кая ле­ди? — Он бес­це­ремон­но хва­та­ет Анас­тей­шу и кру­жит.— Луч­ше, спа­сибо. — Пой­дем­те-ка в стро­итель­ный офис. Вам по­надо­бит­ся вот это. — Он сту­чит паль­цем по сво­ей кас­ке.

Дом — один кар­кас. По­лы пок­ры­ты ка­ким-то твер­дым во­лок­нистым ма­тери­алом, по­хожим на меш­ко­вину; не­кото­рые сте­ны ис­чезли, а на их мес­те по­яви­лись но­вые. Эли­от ве­дет нас по до­му, объ­яс­няя, что де­ла­ет­ся, а пов­сю­ду тру­дят­ся ра­бочие — муж­чи­ны и нес­коль­ко жен­щин.

В глав­ной гос­ти­ной зад­нюю сте­ну уб­ра­ли, что­бы вмес­то нее, по про­ек­ту мисс Мат­тео, воз­вести стек­лянную сте­ну, и на­чали ра­боты на тер­ра­се. Нес­мотря на ха­ос, вид по-преж­не­му пот­ря­са­ющий. Но­вая ра­бота близ­ка по ду­ху и впи­сыва­ет­ся в ста­ромод­ное оча­рова­ние до­ма… Джиа пот­ру­дилась на сла­ву. Эли­от тер­пе­ливо рас­толко­выва­ет суть ра­бот и на­зыва­ет приб­ли­зитель­ные вре­мен­ные рам­ки для каж­дой. Он на­де­ет­ся, что мы смо­жем все­лить­ся к Рож­дес­тву, хо­тя его прог­но­зы ка­жут­ся че­рес­чур оп­ти­мис­тичны­ми.

Он за­кан­чи­ва­ет эк­скур­сию на кух­не.

— Ос­тавляю вас са­мих поб­ро­дить. Будь­те ос­то­рож­ны. Это все-та­ки строй­ка.— Ко­неч­но. Спа­сибо, Эли­от, — бор­мо­чу я, бе­ря свою же­ну за ру­ку. — Нра­вит­ся? — спра­шиваю ее, как толь­ко Эли­от ос­тавля­ет нас од­них. — Очень. А те­бе?— И мне то­же. — Хо­рошо. Я ду­мала, ку­да по­вешу на­тюр­морт. — Те кар­ти­ны, что мы ку­пили во Фран­ции. Хо­рошая идея. Но есть еще кое-что, и то­же зас­лу­жива­ет ви­сеть на вид­ном мес­те.

Я ки­ваю.

— А я хо­чу по­весить в этом до­ме твои пор­тре­ты ра­боты Хо­се. Те­бе на­до ре­шить где.

Она крас­не­ет.

— Где-ни­будь, где я не­час­то бу­ду их ви­деть.— Ну-ну, — жу­рю я ее, боль­шим паль­цем пог­ла­живая ниж­нюю гу­бу. — Это мои лю­бимые фо­тог­ра­фии. Од­ну я хо­чу по­весить у се­бя в офи­се.— Не пред­став­ляю за­чем, — бор­мо­чет мис­сис Грей и це­лу­ет по­душеч­ку мо­его паль­ца.— Что­бы иметь воз­можность весь день лю­бовать­ся тво­им кра­сивым ли­цом. Про­голо­далась? — Смот­ря что ты име­ешь в ви­ду. – Нет, Анас­тей­ша. Я уже го­ворил, что те­бе нуж­но наб­рать­ся сил и не со­бира­юсь сей­час за­нимать­ся лю­бовью, как бы оба это­го не хо­тели.— Еду, мис­сис Грей. 

Она прит­ворно на­дува­ет гу­бы и взды­ха­ет.

— Да. В пос­ледние дни я все вре­мя хо­чу есть. – Это не уди­витель­но, ведь ты те­перь не од­на.— Мы втро­ем мо­жем ус­тро­ить пик­ник.— Втро­ем? Кто-то к нам при­со­еди­нит­ся?

Я нак­ло­няю го­лову на­бок.

— Ме­сяцев че­рез семь или во­семь.— Я по­думал, те­бе за­хочет­ся по­есть на воз­ду­хе.— На лу­гу? 

Я ки­ваю.

— Ко­неч­но. — Это прек­расное мес­то, что­бы рас­тить де­тей, — бор­мо­чу я, вгля­дыва­ясь в ее кра­сивые гла­за цве­та мо­ря.

Ос­то­рож­но кла­ду ла­донь на жи­вот Аны. Она нак­ры­ва­ет мою ру­ку сво­ей. 

— Труд­но по­верить, — я ста­ну от­цом. Мы бу­дем ро­дите­лями…— Знаю. Ой, у ме­ня же есть до­каза­тель­ство! Сни­мок.— Прав­да? Пер­вая улыб­ка ре­бен­ка?

Анас­тей­ша вы­тас­ки­ва­ет из су­моч­ки уль­траз­ву­ковое изоб­ра­жение ма­лень­ко­го Джу­ни­ора.

— Ви­дишь?

Я вни­матель­но рас­смат­ри­ваю сни­мок. 

— О… Ко­мочек. Да, ви­жу, — прав­да, по­ка тя­жело ра­зоб­рать что где. Но в ду­ше уже за­рож­да­ет­ся лю­бовь…лю­бовь к это­му ма­лень­ко­му Джу­ни­ору.— Твой ре­бенок.— Наш ре­бенок, — воз­ра­жаю я.— Пер­вый из мно­гих.— Мно­гих? – Я не уве­рен, что смо­гу спра­вить­ся с од­ним. А ес­ли это бу­дут де­воч­ки? О Гос­по­ди.— По мень­шей ме­ре двух.— Двух? Мо­жет, не бу­дем спе­шить и сна­чала ро­дим од­но­го?

Она улы­ба­ет­ся.

— Ко­неч­но.

Мы вы­ходим на ули­цу, в теп­лый осен­ний день.

— Ско­ро, — бор­мо­чет она — Хо­тела бы­ло рас­ска­зать Рэю се­год­ня ут­ром, но там был мис­тер Род­ри­гес. 

Я ки­ваю и от­кры­ваю ба­гаж­ник «R-8». Внут­ри — пле­теная кор­зинка для пик­ни­ка и шот­ланд­ский плед, ко­торый мы ку­пили в Лон­до­не.

— Пош­ли, — го­ворю я, од­ной ру­кой бе­ря кор­зи­ну и плед, а вто­рую про­тяги­вая мис­сис Грей. Вмес­те мы идем на луг.

***

Я си­жу, по­ложив ру­ки на ко­лени и наб­лю­даю за сво­ей ма­лень­кой де­воч­кой. Ана ле­жит ря­дом, вы­тянув­шись на оде­яле, и со всех сто­рон нас ок­ру­жа­ет вы­сокая зо­лотис­то — зе­леная тра­ва, за­щищая от шу­ма и скры­вая от лю­бопыт­ных глаз стро­ите­лей. Мы — в собс­твен­ном бу­коли­чес­ком раю. Кла­ду ей в рот еще од­ну клуб­ни­чину, и она иг­ри­во жу­ет и по­сасы­ва­ет. 

Еще од­на по­пыт­ка соб­лазнить, мис­сис Грей?

— Вкус­но? — шеп­чу я.— Очень.— Боль­ше не хо­чешь?— Клуб­ни­ки — нет. – Ана смот­рит на ме­ня с лег­ким вы­зовом, от че­го член в джин­сах сра­зу нап­ря­га­ет­ся

Я ух­мы­ля­юсь.

— Мис­сис Джонс при­гото­вила прос­то ши­кар­ный ланч.

Ос­то­рож­но ло­жусь так, что го­лова ока­зыва­ет­ся на жи­воте Аны и с до­воль­ным ви­дом зак­ры­ваю гла­за. Она впле­та­ет паль­цы мне в во­лосы.Идил­лию раз­ру­ша­ет жуж­жа­ние блэк­берри. Я тя­жело взды­хаю, за­тем не­доволь­но хму­рюсь и смот­рю но­мер на дис­плее. У­элч. Я же ска­зал не бес­по­ко­ить по ме­лочам. За­каты­ваю гла­за, но все же от­ве­чаю на зво­нок.

— У­элч, — от­ры­вис­то го­ворю я Ане.— Сэр, ста­ло из­вес­тно кто внес за­лог за Хай­да. Это мис­тер Лин­кольн. — Я рез­ко са­жусь. — Мы уве­личим ко­личес­тво ох­ра­ны, есть осо­бые по­жела­ния?— Двад­цать че­тыре на семь… — Хо­рошо, че­рез два ча­са бу­дут в Эс­ка­ле.—Спа­сибо, — го­ворю я сквозь стис­ну­тые зу­бы и от­клю­ча­юсь.

Не мо­гу по­верить, что это сде­лал Лин­кольн. Они с Эле­ной дав­но раз­ве­лись, но не­уже­ли так хо­тел отом­стить? Он ведь прек­расно по­нимал, что я уз­наю кто зап­ла­тил. Или ду­мал, что этот слиз­няк смо­жет ис­портить мне жизнь? 

Тог­да Линк со­вер­шил ошиб­ку, по­тому что я не со­бира­юсь ос­тавлять это прос­то так, а тем бо­лее про­щать. Я пос­туплю с ним так же – ли­шу са­мого до­рого, а в его слу­чае это день­ги.

Паль­цы са­ми на­бира­ют зна­комый но­мер.

— Рос, сколь­ко у нас ак­ций в «Лин­кольн Тим­бер»? — Кон­троль­ный па­кет, пять­де­сят два про­цен­та. — Зна­чит, пе­реве­ди на­шу до­лю в хол­динг «Грей эн­тер­прай­зес», по­том уволь со­вет ди­рек­то­ров… кро­ме ге­нераль­но­го… — Ты с ума со­шел, Грей?! — Пле­вать мне.— Да пос­лу­шай ме­ня! Это при­несет при­быль толь­ко че­рез нес­коль­ко лет!— Я те­бя слы­шу, прос­то сде­лай это. — Лад­но. Не знаю, что за иг­ру ты ве­дешь, но я пре­дуп­ре­дила о пос­ледс­тви­ях.— Спа­сибо. Дер­жи ме­ня в кур­се. — Я от­клю­ча­юсь и бесс­трас­тно смот­рю на Анас­тей­шу. — Что слу­чилось?— Линк. – Этот гад пос­мел мстить мне. Он знал, что Джек не ос­та­новит­ся и стал спон­си­ровать.— Линк? Быв­ший муж Эле­ны?— Он са­мый. Это он внес за­лог за Хай­да.

Ана пот­ря­сен­но та­ращит­ся на ме­ня.

— Что ж… он бу­дет выг­ля­деть иди­отом, — в смя­тении бор­мо­чет она — Я имею в ви­ду, Хайд ведь со­вер­шил еще од­но прес­тупле­ние пос­ле то­го, как был от­пу­щен под за­лог.— Спра­вед­ли­во под­ме­чено, мис­сис Грей.— Что ты сей­час сде­лал? 

Она прив­ста­ет и са­дит­ся на ко­лени, ли­цом ко мне.

— Я ра­зорил его.— Хмм… это ка­жет­ся нес­коль­ко им­пуль­сив­ным.— А я во­об­ще им­пуль­сив­ный па­рень.— Мне это из­вес­тно.— Я уже не­кото­рое вре­мя дер­жал этот план про за­пас, — он дол­жен поп­ла­тить­ся за то, что сде­лал. И ес­ли семь лет на­зад Эле­на уго­вори­ла ни­чего не де­лать, то сей­час я не со­бира­юсь ме­нять свое ре­шение. — Прав­да?— Нес­коль­ко лет на­зад, ког­да мне бы­ло двад­цать один, Линк силь­но из­бил свою же­ну. Он сло­мал ей че­люсть, ле­вую ру­ку и че­тыре реб­ра, по­тому что она тра­халась со мной. И те­перь я уз­наю, что он внес за­лог за че­лове­ка, ко­торый пы­тал­ся убить ме­ня, по­хитил мою сес­тру и из­бил мою же­ну. С ме­ня хва­тит. Ду­маю, приш­ло вре­мя рас­пла­ты. – Ес­ли я не мо­гу за­садить его за ре­шет­ку, то отом­щу бо­лее изощ­ренным спо­собом.— Спра­вед­ли­во под­ме­чено, мис­тер Грей.— Да, Ана, это так. Обыч­но я не ру­ководс­тву­юсь местью, но это не мо­гу ему спус­тить. То, что он сот­во­рил с Эле­ной… в об­щем, ей на­до бы­ло за­явить на не­го в по­лицию, но она это­го не сде­лала. Это бы­ло ее пра­во. Но с Хай­дом он за­шел слиш­ком да­леко. Прес­ле­дуя мою семью, Линк сде­лал это лич­ным де­лом. Я раз­давлю его, унич­то­жу его ком­па­нию пря­мо у не­го под но­сом и про­дам по час­тям по са­мой вы­сокой це­не. Я обан­кро­чу его.— Кро­ме то­го, мы сде­ла­ем на этом хо­рошие день­ги.

Ана смот­рит на ме­ня с лег­кой опас­кой.

— Я не хо­тел те­бя на­пугать.— Ты и не на­пугал, — шеп­чет она как мож­но прав­до­подоб­нее. Вы со­вер­шенно не уме­ете врать, мис­сис Грей.

Я нас­мешли­во вы­гибаю бровь.

— Ты прос­то зас­тиг ме­ня врас­плох.— Я сде­лаю все ра­ди тво­ей бе­зопас­ности. Ра­ди бе­зопас­ности мо­ей семьи. И это­го ма­лыша, — бор­мо­чу я, ос­то­рож­но кла­дя ру­ку на еще плос­кий жи­вот.

Ос­то­рож­но ка­са­юсь сво­ими гу­бами ее, но Анас­тей­ша уг­лубля­ет по­целуй, впле­та­ет паль­цы в мои во­лосы, на­порис­то изу­ча­ет язы­ком дав­но зна­комую тер­ри­торию. 

— Ана, — вы­дыхаю я, слов­но за­воро­жен­ный, и ла­донью сколь­жу вниз, к краю ее ко­рот­кой юб­ки. Она быс­тры­ми не­ук­лю­жими дви­жени­ями на­чина­ет рас­сте­гивать мою ру­баш­ку. Те­ло тре­бу­ет раз­рядки, но я не мо­гу…бо­юсь сде­лать ей боль­но…нав­ре­дить на­шему ма­лышу.— Эй, Ана… ос­та­новись. — Я отс­тра­ня­юсь, стис­нув зу­бы, и хва­таю ее за ру­ки.— Нет. — Она мяг­ко при­кусы­ва­ет мою ниж­нюю гу­бу и тя­нет. — Нет, — пов­то­ря­ет, с неж­ной страстью гля­дя на ме­ня, по­том от­пуска­ет. — Я хо­чу те­бя.

Я рез­ко втя­гиваю воз­дух. Внут­ри про­ис­хо­дит борь­ба меж­ду же­лани­ем и ра­зумом.

— По­жалуй­ста, ты ну­жен мне. 

Я сто­ну, приз­на­вая свое по­раже­ние, ког­да мой рот на­ходит ее, и на­ши гу­бы сли­ва­ют­ся. Од­на ру­ка при­дер­жи­ва­ет го­лову, а дру­гая бе­жит по те­лу к та­лии. Опус­каю Ану на спи­ну и вы­тяги­ва­юсь ря­дом, не пре­рывая по­целуя.

Же­лание мгно­вен­но рас­те­ка­ет­ся по кро­ви, ли­ша­ет воз­можнос­ти мыс­лить. Пле­вать!

Я хо­чу ее здесь и сей­час. Нам обо­им это нуж­но…за­быть­ся друг в дру­ге…по­лучить но­вую пор­цию нас­лажде­ния.

— Вы так прек­расны, мис­сис Грей.— Вы то­же, мис­тер Грей. Ду­шой и те­лом.

Я хму­рюсь, и она паль­ца­ми ри­су­ет ма­лень­кий кру­жок у ме­ня на лбу.

— Не хмурь­ся. Для ме­ня ты луч­ший на све­те, да­же ког­да злишь­ся.

Я сно­ва из­даю стон и зав­ла­деваю ром сво­ей же­ны, ук­ла­дывая ее на ло­же из мяг­кой тра­вы под пле­дом.

— Я так сос­ку­чил­ся, — шеп­чу я, мяг­ко по­кусы­вая ее под­бо­родок и ску­лу. Ка­жет­ся, я ни­ког­да не смо­гу на­сытить­ся ею.— Я то­же сос­ку­чилась. О Крис­ти­ан. — Од­ной ру­кой она стис­ки­ва­ет мои во­лосы, а дру­гой сжи­ма­ет пле­чо.Мои гу­бы пе­реме­ща­ют­ся на шею, ос­тавляя за со­бой неж­ные по­целуи, а за ни­ми сле­ду­ют паль­цы, лов­ко рас­сте­гивая пу­гови­цы блуз­ки. Раз­ве­дя в сто­роны блуз­ку, це­лую мяг­кую вы­пук­лость гру­ди. Уже ско­ро я смо­гу поп­ро­бовать из них мо­локо.— Твое те­ло ме­ня­ет­ся. — Боль­шой па­лец драз­нит со­сок, по­ка тот не зат­верде­ва­ет, на­тяги­вая ткань лиф­чи­ка. — Мне нра­вит­ся, — до­бав­ляю я.Язы­ком об­во­жу ли­нию меж­ду лиф­чи­ком и грудью, му­чая и драз­ня ее. Ос­то­рож­но за­жав чаш­ку бюс­тгаль­те­ра зу­бами, стас­ки­ваю ее вниз, ос­во­бож­дая грудь и ты­чась но­сом в со­сок. Тот мор­щится от при­кос­но­вения и прох­ла­ды мяг­ко­го осен­не­го ве­тер­ка. — А-а! — сто­нет Ана, рез­ко втя­гивая воз­дух, и мор­щась. По­хоже, я за­дел реб­ро. Черт!— Ана! — вос­кли­цаю я и сер­ди­то хму­рю бро­ви. — Вот об этом я и го­ворил, ты сов­сем не ду­ма­ешь о се­бе. Я не хо­чу при­чинить те­бе боль.— Нет… не ос­та­нав­ли­вай­ся.

Черт! Я хо­чу ее, но бо­юсь при­чинить еще боль­ше бо­ли.

— По­жалуй­ста.— А ну-ка. — При­под­ни­маю свою же­ну и уса­живаю на се­бя вер­хом. Ко­рот­кая юб­ка те­перь зад­ра­лась на бед­ра так, что ла­доня­ми сво­бод­но гла­жу ко­жу по­верх края чу­лок.— Вот так-то луч­ше, и я мо­гу лю­бовать­ся ви­дом. — Длин­ным ука­затель­ным паль­цем цеп­ляю вто­рую чаш­ку бюс­тгаль­те­ра, ос­во­бож­дая и эту грудь. Об­хва­тываю ру­ками обе гру­ди. Про­дол­жаю драз­нить ее, по­тяги­вая и пе­река­тывая сос­ки, по­ка мис­сис Грей не вскри­кива­ет, по­том са­жусь так, что мы с ней ока­зыва­ем­ся ли­цом к ли­цу. Ос­то­рож­но це­лую, паль­ца­ми про­дол­жая лас­кать и драз­нить. Анас­тей­ша рас­сте­гива­ет пер­вые две пу­гови­цы на мо­ей ру­баш­ке. Спе­шит…бо­ит­ся, что пе­реду­маю.— Эй… — Я мяг­ко бе­ру ее за го­лову и от­тя­гиваю на­зад. — Нет ни­какой спеш­ки. Не то­ропись. Я хо­чу нас­ла­дить­ся то­бой.— Крис­ти­ан, я так сос­ку­чилась, что прос­то не мо­гу ждать.— Мед­ленно, — шеп­чу я. Це­лую ее в пра­вый уго­лок рта — Мед­ленно. — Це­лую в ле­вый. — Мед­ленно, дет­ка. — Тя­ну ее ниж­нюю гу­бу зу­бами. — Да­вай прод­ви­гать­ся мед­ленно.

Ана гла­дит мое ли­цо, паль­цы не­реши­тель­но сколь­зят вниз к под­бо­род­ку, по­том на шею, и сно­ва рас­сте­гива­ют пу­гови­цы ру­баш­ки, по­ка я це­лую ее. Мед­ленно рас­па­хива­ет ру­баш­ку, об­во­дит паль­ца­ми клю­чицы. Она мяг­ко тол­ка­ет ме­ня, по­ка не ук­ла­дыва­ет на спи­ну. Усев­шись свер­ху, на­чина­ет ер­зать на воз­бужден­ном ор­га­не, что все еще под джин­са­ми. Об­во­дит паль­ца­ми гу­бы, спус­ка­ет­ся по под­бо­род­ку на шею, че­рез ка­дык к ма­лень­ко­му уг­лубле­нию у ос­но­вания гор­ла. Она нак­ло­ня­ет­ся, и лег­кие по­целуи сле­ду­ют за кон­чи­ками ее паль­цев. Зу­бами ле­гонь­ко про­водит по ску­ле, по­том це­лу­ет шею. Я зак­ры­ваю гла­за от нас­лажде­ния.

— А-а, — сто­ну я и зап­ро­киды­ваю го­лову.

Ее язык сколь­зит вниз по мо­ей гру­ди, кру­жа в во­лоси­ках. Анас­тей­ша це­лу­ет вна­чале один, по­том вто­рой из мо­их ма­лень­ких круг­лых шра­мов, и я еще креп­че стис­ки­ваю ее таз. 

— Ты хо­чешь это­го? Здесь?— Да, — бор­мо­чет она, и ее гу­бы и язык сколь­зят по мо­ей гру­ди к сос­ку. Ана мяг­ко тя­нет и ка­та­ет его меж­ду зу­бами.— Ох, Ана, — го­рячо шеп­чу я, по­том бе­ру за та­лию и при­под­ни­маю, рас­сте­гивая пу­гови­цу и ши­рин­ку, что­бы ос­во­бодить се­бя. По­том вновь са­жаю свою же­ну на се­бя. Про­бегаю ла­доня­ми вверх по ее бед­рам, за­дер­жавшись там, где за­кан­чи­ва­ют­ся чул­ки и на­чина­ет­ся го­лое те­ло, ру­ками ри­суя ма­лень­кие драз­ня­щие кру­ги на чувс­тви­тель­ной ко­же, что­бы кон­чи­ки паль­цев ка­сались ее… — Я на­де­юсь, это не твои лю­бимые. — Мои паль­цы сколь­зят по жи­воту вдоль ре­зин­ки тру­сиков, за­тем ны­ря­ют внутрь, драз­ня мис­сис Грей. По­том креп­ко хва­таю тру­сы и про­совы­ваю боль­шие паль­цы сквозь тон­кое кру­жево. Ткань рвет­ся. Мои ла­дони рас­плас­та­ны на ее бед­рах, а боль­шие паль­цы сно­ва ка­са­ют­ся пло­ти. Вы­гиба­юсь и трусь об нее.— Я чувс­твую, ка­кая ты влаж­ная. — Я са­жусь, вновь об­ви­вая свою же­ну ру­кой за та­лию, и мы сно­ва — ли­цом к ли­цу. — Мы бу­дем прод­ви­гать­ся мед­ленно, мис­сис Грей. Я хо­чу по­чувс­тво­вать всю те­бя. — Я ос­то­рож­но, нес­пе­ша при­под­ни­маю ее, и так же опус­каю на член.— А-а, — из­да­ет она стон, сжи­мая мои ру­ки. — Все­го ме­ня, — шеп­чу я и при­под­ни­маю таз, вхо­дя до кон­ца. Анас­тей­ша от­ки­дыва­ет го­лову на­зад и ис­пуска­ет глу­хой гор­ло­вой стон.— Дай мне ус­лы­шать те­бя, — бор­мо­чу я. — Нет… не дви­гай­ся, прос­то чувс­твуй.

Она сто­нет. Мои гу­бы це­лу­ют ее тон­кую шею.

— Это мое лю­бимое мес­то. Глу­боко внут­ри те­бя.— По­жалуй­ста, дви­гай­ся.— Мед­ленно, мис­сис Грей. — Я вновь при­под­ни­маю таз, и удо­воль­ствие вол­на­ми рас­те­ка­ет­ся по те­лу. Она бе­рет мое ли­цо в свои ру­ки и ос­то­рож­но це­лу­ет.— Лю­би ме­ня, Крис­ти­ан. По­жалуй­ста.

Зу­бами сколь­жу по ее ску­ле к уху.

— Да­вай, — шеп­чу я и при­под­ни­маю ее вверх-вниз.

Чувс­твую, как вол­ны нап­ря­жения про­ходят по ее те­лу, де­лаю пос­ледний тол­чок, и она рез­ко от­ки­дыва­ет го­лову на­зад. 

— О, Ана!