Ради меня

Влад и вправду надеялся, что больше никто не заставит его вновь открыть глаза и взглянуть на этот мир. Ожидания, как всегда, остались только лишь ожиданиями.- Ты очнулся.. - прозвучало у самого уха, вместе с шумом ветра где-то на заднем плане.Осознание накатывало волнами, вместе с ноющей болью во всем теле и отвратительным горько-кислым привкусом во рту.- Зачем?..-еле шевеля языком и не внятно, но Слава понял содержание фразы слетевшей с бледных губ лежавшего на постели черноволосого.- Мне стоило оставить тебя умирать?...- Да.- не дождавшись окончания фразы, настойчиво и четко разрезал хриплый голос тяжелый воздух.В светлых глазах Славы загорелась ярость, постепенно расползающаяся под ребрами, и лишь чистая сила воли удерживала парня от того, что бы не вдавить хрупкое тело в постель, и доходчиво рассказать, что да как в этом мире.- Не смей так больше говорить, - сцепив зубы процедил он поднося к потрескавшимся губам стакан с водой, - если ты не хочешь жить ради себя, значит будешь жить ради меня.Реальность Влада рушилась. Он, тот кому было суждено, вырезано на сердце корявыми буквами, но так глоко, что почти насвозь - умереть в одиночестве; должен жить ради кого то. Но почему-то так хотелось согласиться. Мир аксиономичен. Мы страдаем чтобы нас не замечали, истинное страдание может быть лишь в одиночестве-так ведь? Но в итоге, из-за того что все равно абсолютно всем, начинаем страдает еще пуще. И тут находится человек которому не все равно.Он вторгается в жестокие рамки мира и по кирпичику рушит их, заполняя все пространство внутри и снаружи теплом, которое казалось чуждым.В голове крутились сотни мыслей, но Влад молчал, и вскоре, сам не заметил как, уснул.Открыв глаза Слава хотел было их вновь закрыть, но протянув руку почувствовал лишь плоскую и холодную кровать. Внезапно из-за двери комнаты послышался грохот. Вскочив, светловолосый направился к эпицентру шума.Зайдя на кухню он смог лицезреть странную, но почему-то успокоящую его вмиг картину, которая в то же время заставила сердце биться не на один десяток ударов в минуту чаще.На полу сидел Влад, а рядом лежала разбирая глубокая тарелка; только через пару секунд он заметил кровь на ноге.Бездонные черные омуты взглянули на светловолосого, постепенно наполняясь слезами.- Я не хотел.. Я просто приготовил ужин, - Влад указал на сковородку на плите,- но тарелка разбилась, и я нечаянно наступил на осколок, прости... Так всегда. Я калека и даун. Серьезно, сорян..- Покажи ногу,- быстро собрав осколки, подметя пол и дослушав монолог подростка сидящего на полу наконец смог сказать Слава.Порез был не глубокий, поэтому кровь получилось довольно быстро остановить, и перебинтовав ногу, они сели за стол ужинать.С этого момента Влад любил есть.Любил просто сидеть за столом жуя картошку, кашу или лапшу с мясом, рыбу, да что угодно, и говорить о всем что сегодня случилось, с тем ради кого теперь существует.Он любил спать, засыпая и просыпаясь в тепле, которое никогда, он точно это знал, его не покинет.Он все еще не считает себя красивым, но и отвратительным назвать тоже язык не поворачиваться(Слава все же весьма доходчиво объяснил, что его мнение о себе ошибочно)..

Пройдет еще очень много лет, прежде чем они поймут, что шрамы на руках и воспоминания об избиениях отца и сверстников - вовсе не клеймо. Это память о том что было ТОГДА, и без чего бы не было СЕЙЧАС.

Спасибо что читаете мою работу.Следующая глава будет последней.