Часть 13. Трешатина

Каждый раз натыкаясь на фанерного Чонгука нервно вздрагивала, и вскорости отвезла его в свой клуб, украшать вход у гардероба. Распаковала голого искусственного мужика и иногда беседовала с ним, жалуясь на неурядицы на работе, делясь впечатлениями о прошедшем дне, идеями для шоу и сердечной тоской женского бытия. Шиза дошла до того, что я назвала его Фридрих и спешила вечером домой именно к нему, моему молчаливому, терпеливо сносящему все сексуальные прихоти куску бездушного силикона. В разгар весны я даже выволокла Фридриха на улицу, усадив рядом с собой в шезлонг, и попыхивая сигареткой взахлеб рассказывая о том, что «Муджиге» стоит на пороге открытия!

- Фу бля..., да она совсем ебанулась. – Сергей харкнул в траву, словил недовольный взгляд Дани, растер харчу и пошел на обход.

Еще через неделю я застукала Василя злобно душащего Фридриха у бассейна. И чего не поделили? Я пожала плечами, но все же оттащила силиконового парня обратно в дом, пожалуй, в рэдрум он будет смотреться уместнее. Так, секундочку, а почему тут на полу валяются мои хуи 16-ть и 18-ть см? почему дверцы шкафчика приоткрыты? Так-так-та-а-а-ак. Это кто это вздумал тут у меня хозяйничать?! Схватив 18-ть см силикона, я воинственно вылетела из комнаты. Со стороны кухни слышался грохот посуды, и я рванула туда. Игорь совал свой нос то в одну кастрюлю, то в другую в поисках пропитания.

- Это ты!!! – возопила я.

- Ох ты ж блять! – перепугался Игорян глядя на страпон в моей руке. – Что, оторвала? Филька твой без хера теперь? Просто приклей и делов-то, чего орать так.

- Я тебе говорила, чтобы в мою спальню не лез?! – возмущение бушевало, руки тряслись от злости.

- Ну говорила.

- Я предупреждала, что сделаю, если полезешь?

- Предупреждала... - Игорь явно не понимал к чему я клоню, и насколько он близок к насаживанию на 18-ть сантиметров!

- Иди сюда блять... - прошипела я, приближаясь к напрягшемуся охраннику.

- Чегой-то... - тот начал отступать почуяв неладное.

- Тогой-то! Сейчас получишь у меня по полной, разгильдяй тупоголовый! – я рванула за Игорем размахивая членом в руке как саблей.

- Да за что??? – Игорь ловко уворачивался, виртуозно огибал предметы мебели, попадающиеся у него на пути, и сука очень быстро бегал.

- За то, что по шкафам моим шаришься, придурок! – я носилась за Бурковым сшибая стулья, задевая углы стола и вечно на что-нибудь натыкаясь.

- Это не я!!! отстань полоумная!!! Ай! Оставь мое очко в покое!!! Помогите! Насилуют! – Игорь начал хохотать баррикадируясь от меня сразу двумя стульями.

Я резко сменила траекторию огибая стол и нападая на противника с тыла.

- Не уйдешь!!! Я тебя на всю жизнь проучу, чтоб не лез в личное!!!

- Да не лез я!!! Это Кузьмич там рылся! Блять, проболтался...

Я уже почти воткнула между булок Игоря игрушку, но в последний момент замерла. Кузьмич? В смысле Кузьмич?

- А ему-то зачем...? – растерялась я.

- Вот у него сама и спроси. – восстанавливая дыхание и отходя от меня на безопасное расстояние Игорь кивнул на сердитого Василя. – Кузьмич, прости, я не хотел. Это она всё! Она меня пытала!

- На периметр. – рявкнул Василь.

- Есть, периметр! – Игорька как ветром сдуло.

Я устало отбросила елдак и уселась на первый попавшийся стул.

- Объяснишь? – без энтузиазма спросила я кивнув на насадку.

- Потом. Там Джи Хо пришел. Говорит, что оставил что-то в прошлый раз. Что с ним делать?

- Пусть забирает и уходит. – я неопределенно махнула рукой.

- Понял.

Мимо прошел Сергей, фублякнул на валявшийся хуй, брезгливо перешагнул его и скрылся в комнате для отдыха. Холеный, сияющий лоском Джи Хо с игривой улыбочкой вальяжно прошествовал по лестнице к рэдрум. А что, собственно, он мог там забыть? Совесть свою? Ну-ка, что там к чему. Я последовала за ним.

- Вижу ты себе подходящего мужика завела. – гаденько хихикнул Джи Хо глянув на Фридриха. – Так что, надумала? Смотри, я настоящий, теплый, пылкий плохиш. Вам же такие нравятся. Такой красавчик альфонс всяко лучше бездушной, да и еще какой-то уебищной куклы.

- Я не надумала. Я никогда не надумаю. Уж лучше с куклой, чем с таким как ты.

- Вот идиотка! – расхохотался вдруг Джи Хо. – Ты действительно думаешь, что кому-то будешь нужна без своих денег? Не я, так другой тебе башку заморочит! Я хотя бы не скрываю это. Честно сделку предложил. Ты же любишь честность. Ха-ха-ха! Ну чего вылупилась?! Ты хоть понимаешь, что кроме шлюх тебя никто терпеть не будет? Кому ты нужна, чудовище ебливое?! Чем ты лучше меня? А? пизду свою эскортникам подставлять не западло, а спать с одним красавчиком, это фу, бе, нет, как можно, да еще и за деньги. Да ты такая же шалава, как и я! учить она меня вздумала! Я из-за тебя сука неделю срать не мог нормально, а потом еще и на коленях прополз, чтобы ты хоть денег блять нормально насыпала. Что в итоге? Я не такая, я жду трамвая? Да от тебя даже твои охранники шарахаются! Ха-ха! Вот умора! Я-то найду себе дуру при деньгах, а ты так и останешься с резиновыми хуями и вон, мужиком резиновым. Пизд-е-е-ец...

- Все сказал? – все силы сейчас были брошены на сохранения спокойствия.

- Почти. За то, что до крови затрахала я отомщу. – слова звучали с тихой неприкрытой угрозой. – Я б тебя до кровавых мозолей выебал, но себе дороже. Через пацанов твоих отомщу и будем квиты.

Джи Хо направился к двери, но остановился.

- Ах да, чуть не забыл. Помнишь, я говорил тебе, что люблю часы. – рука корейца потянулась к безмятежно тикающим антикварным часам. – Ронять. – звук глухого удара и звона разбившегося стекла. – Упс! Дорогие наверное? Это за то, что отказала. Прощай, дура ебанутая. – Джи Хо поправил идеальную укладку и приспокойненько зашагал вниз.

Вдох-выдох. Вдох-выдох. Еще. Вдох-выдох, вдох-выдох. Снизу послышался еще один звук разбитой вещицы. Опять часы?

- Руки убрал! Я сам уйду! Руки блять! – и тишина...

Вдох-выдох, вдох-выдох. Мозг беспощадно жалили обидные слова, по сотому, тысячному разу вгрызаясь отвратительно-жестоким выводом – он прав. Собрав осколки от часов и сложив их в ведро, я сомнамбулой поползла вниз. надо убрать, что он там еще разбил, пока никто не поранился.

На кухонном полу лежала разбитая статуэтка ебущихся кроликов. А я так ее любила... Сил хотя бы просто стоять на ногах не было. Я медленно осела на пол рядом с кусочками некогда счастливых зверушек. Обхватив колени руками, я начала тихонечко раскачиваться из стороны в сторону, словно вгоняя себя в транс.

/Чем ты лучше меня?!/

/Даже охранники шарахаются! /

/Кому ты нужна без своих денег?!/

Все верно. Все правильно. Получив наследство, я получила и власть. Власть над мужскими попками вскружила мне голову. Госпожой себя возомнила? Мой удел силиконовый мужик в спальне и шлюхи мужики? Словесная пощечина от Джи Хо кажется начала приводить меня в чувства. Что я творю?! С куклой болтаю? С членом за охранником бегаю? Совсем ополоумела! Надо срочно менять свою жизнь, пока реально в психушку не увезли. Если богатство = одиночество, что ж, я приму это. Придется принять. Джи Хо прав, со мной цацкаться бы никто без денег не стал. А мое нутро требует взаимности, бескорыстной, честной, открытой, искренней. Губу закатай. Да когда уже снайпера этого поймают?! Или пусть пристрелит, чтоб не мучилась. Не могу я рядом с Василем быть. Это просто невыносимо. То, что я как бешеная хочу его, это полбеды. Я еще и люблю его, сильно, безгранично, безудержно. Видеть постоянно человека, вызывающего такую бурю чувств нестерпимо больно, на грани. Он чужой. Большой, женатый, самый лучший, заботливый угрюмый молчун. Одиночество не так тяготило меня, как эта ебучая любовь к чужому мужику. Как там говорят, с глаз долой из сердца вон? Надо перестать с ним видеться. Поменяю агентство и дело с концом. Ну не могу я так больше, крыша уже едет.

Василь торопливо вошел в кухню и замер, узрев мое скрюченное раскачивающееся тело на полу и пустой взгляд в никуда.

- Ника... - осторожно позвал Василь. – Лучше пореви... Так совсем страшно. Что он тебе наговорил? Ника-а... Мне убить его? Ну серьезно, лучше поплакать, чем вот так... Никусь... Никочка... Поговори со мной... Что случилось? Ну? Рассказывай... Никусь...? – Василий медленно сел рядом со мной и начал отодвигать осколки на безопасное расстояние. – Из-за кролей расстроилась? Купить тебе новых? Никусь...

Да от одного этого «Никусь» можно голову потерять!!!!! Остановись!!! Невыносимо!

- Всем нужны только деньги, а не я. – тихо и уверенно сказала я, продолжая смотреть в пустоту.

- Знакомая история. Из-за этого такая?

Я медленно повернула голову к Василю, захлебнулась в его черных глазах и устало созналась.

- Из-за этого, и из-за того, что я люблю тебя. прости, так вышло, это не специально. Я найду другое агентство. Тебе не придется возиться с чокнутой влюбленной в тебя извращенкой.

Я начала потихоньку вставать, но вдруг взвилась пружиной, вспомнив слова Джи Хо про месть через моих парней! Блять!!! Ник! Дик! Черри!!!

- Черри... - с ужасом выдохнула я и выбежала на улицу. Хоть бы успеть! Хоть бы этот придурок Джи Хо ничего не успел сотворить с любым из парней!!! За мной выбежал озадаченный моими откровениями и поведением Василь. – Всё потом! Я тороплюсь!

- Ложись!!! – истошно крикнул Василь, дернул меня за шкирку к себе, а перед носом что-то просвистело.

Василь повалил меня на землю, сгруппировался вокруг, обхватил ручищами и покатил по траве за угол дома. Там придавил своей тушей так сильно, что я дышать не могла. Я лежала на животе, пытаясь увернуться от травинки, нагло лезущей в глаз. Внутри все сжалось от животного страха. Казалось, от навалившейся сверху тяжести я скоро превращусь в мокрый блин.

- ИГОРЬ!!! ФАС!!! – прогремело над ухом.

- Кузьмич, прикрой!

Я увидела, как Игорь ураганом выскочил за ворота и куда-то помчался.

- Просто лежи. Поняла? Ты поняла?!

Я попробовала кивнуть, Василю хватило и этого. Он вскочил с меня и выныривая из-за угла дома начал стрелять в кого-то там, вдалеке.

- Вали гада!!!! Серый, вали его!!!

Звуки выстрелов сжали мое сердце в маленький комочек, который вот-вот перестанет биться. Боже, почему так страшно...

- Никусь, за спину, быстро!

Я попыталась встать на трясущиеся негнущиеся ноги и тяжело дышала, спрятавшись за огромной спиной своего телохранителя. Там, где я только что лежала, в землю вонзились две пули. Я сейчас от страха сдохну!

- Уёбок. – рыкнул Василь, мгновенно сменил обойму и снова начал палить из-за угла.

- От стайера не уйдешь! Черепаха блять! Серый, подсоби! – орал Игорь в пылу погони. – Ага! Попался! Страпон тебе в зад!

- Фу бля! Игорь!!!

- Мочи его!

- Живым брать!!! – распорядился Василь.

- Да не дергайся ты! Серега, винтовку подержи. Всё!!! Кузьмич, взяли!!! Обезвредили!!! Ща притащим!

Василь опустил оружие и повернулся ко мне.

- Вот и всё, Никусь, вот и всё. Испугалась? Маленькая, дрожишь вся..., иди сюда.

Василь сгреб меня в охапку и пару раз качнул из стороны в сторону. Потом резко поклонился и поцеловал адским шершавым пламенем. Я испуганно отпрянула и влепила первую в своей жизни пощечину, аж ладонь от боли загудела и неприятно жгла. Отступив на пару шагов, я с ужасом смотрела на Василя. Тот приложил руку к щеке и блять улыбнулся! Так нежно и тепло, как будто погладила, а не вмазала.

- Понял. Рано еще.

- Вы чего тут, а?!?! – над забором внезапно появилась злющая голова соседа.

Василь среагировал мгновенно, загородил меня собой и пальнул предупреждающим в воздух.

- Второй на поражение. – рявкнул он, целясь в деда, а тот уже кубарем летел с перепугу вниз. раздался хруст веток, и такое ощущение, что и костей. Крик дикой боли разлетелся по городам и весям.

- Вась, чё тут? – к нам заглянул встревоженный Сергей. – Помочь?

- Не, Серый, норм. Сосед невовремя.

- А со стрелком что делать-то?

- Где он?

- Игорян с ним в гусеницу играет. Веревками обмотал, пиздец.

- Тащите в дом, будем разбираться.

- Понял. – Сергей ушел, а Василь с криком: «Куда полезла?!», стащил меня за шкирку с приставной лестницы.

- Он там орет. Надо посмотреть, пусти. Да пусти ты.

- Никусь. Да блин, Никусь! Я сам посмотрю. Ты пока думай, что со стрелком делать будешь.

Василь быстро поднялся по дощечкам и заглянул за забор.

- Доигрался?

- Солдатик! Скорую! Ноги... Ох, ноги мои...

- Похоже на перелом. Сейчас отец, вызову медиков.

Мы дождались скорую помощь, помогли перетащить плаксиво воющего деда в машину, узнали куда его повезут и пообещали навестить.

- Ну что, готова?

- Где эта тварь?! – я закатала рукава и зашагала в дом чинить расправу над собственным убийцей.

В столовой за столом сидел спеленатый в кучу веревок совершенно незнакомый мне мужик. Настольная лампа ярко светила ему в глаза, во рту кляп из знакомого Игоряшкиного носового платка.

- Ну вот и свиделись. – улыбка, не предвещавшая ничего хорошего, исказила мое лицо. – Кто тебя нанял?

- Спрашивал я! В партизана играется! – завозмущался Игорь.

- Вы нахуя лампу средь бела дня притащили? – я захрустела костяшками пальцев.

- Чтоб как в кино. А что, не надо было? – Игорь сдвинул плафон вниз.

- Повторяю вопрос. И лучше на него ответить сразу. Кто тебя нанял? – я хуйнула кулаком по столу, а пленник замычал. – Игорь блять, вытащи тряпку, неслышно нихуя.

- Ты дура?! Заказчики не представляются! – сплюнув ниточку киллер заржал и снова заглох от кляпа. Теперь уже Василь его заткнул, а потом резко дал кулачиной под дых. Мужик хрипнул, вытаращил глаза и замер.

- Что Сокол, отстрелялся. Три года за тобой вся братва бегает. Думаю, в полицию тебя сдать будет самым гуманным. Хотя, долго ты и там не протянешь.

Пленник обмяк и опять что-то замычал.

- Ребят, давайте тряпочку вынем, я не понимаю, что он там говорит. – попросила я.

Игорь брезгливо двумя пальцами подцепил свой обслюнявленный платок и резко дернул.

- Фу бля. – комментарии Сергея как всегда бесценны!

- Вы кучка идиотов. Что вы без доказательств можете?! Доказательства где? А я камеры-то по всей округе повыключал. Помутузите и отпустите, придурки сторожевые.

- Вот доказательства. – к нам подошел Даня с легким шлейфом корвалола и положил на стол два телефона свой и Криса. А там с двух разных точек заснята вся перестрелка.

- Спасибо Даня. Молодцы, не подкачали. – Василь похлопал моего садовника по плечу.

- А Крис где? – я забеспокоилась. – С ним все в порядке?

- Уже да. Переволновался он малость. Я пойду? – было видно, что Дане самому успокоительное не повредило бы.

- Иди, конечно. Ребят, спасибо.

- Ну что Сокол, отлетался? – гоготнул Игорь. – Суши сухари!

- Кто тебя нанял? – не унималась я.

- Кузьмич, что у тебя за баба дурная. Сказал же, не знаю я!

- Ты даже не представляешь, насколько я дурная баба. – елейным голосом начала я.

- Ой бля-я-я-я... Пизда тебе Сокол. Соболезную. – выдал очередной перл Игорь.

- Фу-у-у-у.... бля-я-я... - догадался Сергей о мыслях Буркова.

- Что? Мужики, что?! – глаза испуганно забегали, и стрелок заелозил на стуле.

- Мне нужна его фотография «До». – я повернулась с просьбой к Василю и тот защелкал затвором камеры с разных ракурсов.

- Так пойдет?

- Вполне.

- Для могилки фотосессия? – хихикнул Игоряша.

- Ну может потом и пригодится, кто знает. А теперь приступим к созданию образа «После».

Я бухнула на стол саквояж с косметикой. Все четверо с недоумением посмотрели на меня.

- Чёт новенькое. – выдал Серега.

- Тебе не понравится. – предупредила я. усевшись поближе к источнику моей недосмерти, я начала наносить ему яркий блядский макияж. Мужик сыпал оскорблениями и вырывался. – Зря ты так. Я ж по-хорошему хотела.

Принеся пару изумрудных туфель с длинными острыми каблуками, я с хрустом всадила один каблук в древесину стола почти полностью.

- Следующий каблук будет у тебя в глазу. Сиди смирно. Блять, ноготь из-за тебя сломала.

На среднем пальце откололся кусок маникюра сделав ноготь кривым и острым. Киллер перестал трепыхаться ровно до покраски губ в насыщенно-алый цвет, тут он начал мотать головой из стороны в сторону, а я не могла уследить, где в этой мотанке глаз, чтобы реально всадить в него каблук. Василь снова пихнул пленника под дых. Тот замер на месте, ловя открытым ртом воздух.

- Рисуй, чего зависла. Дернется – еще получит.

Когда киллер моими стараниями превратился в престарелую блядь, я довольно улыбнулась, подошла поближе и наснимала серию селфи, позируя, подмигивая, требуя улыбок от стрелка, чтобы фоточки повеселее были.

- Кри-и-и-и-инж... - выдохнул Игорь.

- Блевану сейчас. – согласился Сергей.

- Ну так что, все еще не знаешь кто тебя нанял? – невинно похлопав глазками уточнила я.

- Думаешь, рожу мне размалюешь и на меня озарение снизойдет? Реально упоротая баба!

- Так, хорошо, тогда зальем в соцсети наши совместные фоточки и подпишем «Ваша куколка у нас. Ищем кукловода» или лучше «Кукловод – ты следующий»? А? Как лучше? – я улыбалась, как научил Черри, с ноткой неадеквата.

- Велкова Анастасия Ильинична. Удали фотки! Сотри эту хуйню с моего лица!!!

- Я бы оставил, в СИЗО на ура зайдешь. – буркнул Василь.

- Браво. – Сергей пару раз хлопнул в ладоши.

- Ну вот, а пытки? Только интересно стало! – разочарованно воскликнул Игорь.

- Сперва проверить надо. Может напиздел. – резонно заметил Василь. – Попрошу Славика с Олегом Велкову доставить для разъяснительной беседы.

Поговорив по телефону, Василий Кузьмич объявил всем присутствующим, что Настасью Ильиничну привезут только завтра.

- Джи Хо! – вдруг вскрикнула испуганно я.

- Где?! – дернулся Игорь.

Я побросала косметику и стремглав помчалась к машине.

- Игорь. Сторожить! – рявкнул Василь и догнав меня выдернул с водительского места. – Куда?! В таком состоянии за руль не пущу!!! Сюда прыгай. Куда ехать?

- В клуб! Господи! Хоть бы успеть!!! Василь, солнышко, поднажми, умоляю!!!

На подъезде к клубу я практически на ходу выпрыгивала из машины и в панике летела в зал с бушующей толпой. Безумными от страха глазами я металась по хохочущим лицам. Вот Эмиль Айрапетович нахваливает грузного мужика капризной дамочке, вот Карина призывно улыбается Антонио и виснет на нем так бесстыдно и откровенно, как сказал бы Серега «фу бля». У бара ждут своих спутниц Ник и Дик. Уф-ф-ф, живые... Я несусь к ним сломя голову.

- Госпожа? – Ник удивлен.

- Отменить бронь? – улыбается Дик.

- Черри! Где Черри??! С ним все в порядке?!

- Он вроде в сортир пошел... - задумчиво припоминал Ник.

- Давно? Давно он туда пошел? – истерично выкрикивала я.

- Довольно давно... - подтвердил мои опасения Дик.

Почти умирая от дурных предчувствий, я, расталкивая хамящих возмущенных людей, проталкивалась тараном к мужскому туалету.

- Больно!!! Больно блять!!! Отпусти меня!!! Придурок отвали!!! – навзрыд орал почти охрипший Черри в дальней кабинке.

Кровавая пелена застилала глаза, и я резко распахнула дверцу сорвав замок. Джи Хо придавил еле трепыхающегося Черри к стенке и ебашил свои жирным хуем его очко. На пол уже натекла лужица крови.

- Отпусти его. – я не узнала собственный голос.

- О, как вовремя! Посмотри из-за кого я так зол. – Джи Хо даже не собирался останавливаться.

Я сжала руки в кулаки, сколотый ноготь больно вонзился в ладонь. С силой отшвырнув Хо от начавшего сползать по стене Черри, я влепила недоноску вторую в жизни оплеуху. В туалет забежал запыхавшийся Василь.

- Уведи малыша. – приказала я.

- А этот?

- Сама разберусь.

- Справишься?

- Черри нужна помощь.

- Понял.

Василь натянул штаны на трясущиеся ножки теряющего сознание Черри, осторожно подхватил на руки и вынес из клуба.

- И что ты мне сделаешь без псины своей сторожевой? – скривился Джи Хо, растирая покрасневшую щеку.

- Научу, что мое трогать нельзя. Ты мразь запомнишь эту ночь надолго. – меня трясло всю от злобы.

- Вероника Валерьевна, это мужской сортир! А что происходит? Кровь? – Эмиль испуганно вжался в зеркала.

- Ваш премиум только что до крови изнасиловал Черри. Я требую вендетты!

- Джи Хо?.. Объясни...

- Да чё она мне сделает? – мерзко хмыкнул кореец.

- Вероника Валерьевна, давайте мирно все обсудим. У Джи Хо бронь, ему через час на вызов надо. Ну какая вендетта, о чем Вы говорите.

Улыбка психопата сегодня зачастила на мое лицо. Я быстро перевела деньги Джи Хо за час, скинула Эмилю его долю и дождавшись, когда они увидят уведомления о денежном поступлении, вкрадчиво сообщила.

- Час. У меня есть целый оплаченный час. Я успею. Видимых повреждений не будет, обещаю.

Я прикрыла подрагивающую дверь перед носом растерянного Эмиля, и тот со стоном: «Ну нахер, пусть сами разбираются.», вышел из сортира.

- Снимай штаны. Вставай на место Черри. Этот час ты – моя игрушка.

- Пф-ф! Напугала, можно подумать. Да на, еби. Тем более тебе нечем. Ой ду-у-ура... - Джи Хо встал лицом к стенке и отклячил голую задницу.

- Одного пальца для твоей грязной жопы будет достаточно. – напророчествовала я и показав испуганно сжавшемуся Джи Хо фак с острым сколом ногтя с силой вонзила его во вражеское очко. Я с остервенением начала глубоко царапать кишку, и на слезливые крики прекратить лишь шикала. – Работай, мразота. Кайфуй. А если еще раз посмеешь хоть кого-то тронуть из моих близких, друзей, любовников, ну ты понял, ты будешь не жопу штопать, а купаться... в серной кислоте.

Оставив еще одну глубокую борозду внутри зареванного уебка, я выудила окровавленный палец и вытерла его о спину этой мрази.

- Мы все выяснили?

- Д-да...

- Вот и прекрасно. Поработай сегодня как следует. Надеюсь, больше никогда не встретимся. – я намыла руки и вытирала бумажными полотенцами, когда вбежал Василь.

- Ты... как?

- Вроде мы поняли друг друга.

Василь развернул к себе зареванного парня и со всей дури прописал ему хук слева.

- Надеюсь, мы тоже поняли друг друга. Еще раз рядом с Никой увижу – разорву.

- Ого, он живой хоть?

- Отключился. Скоро очухается.

- Где Черри?

- На улице, на лавочку уложил. Вот. Ты уж это... сама... - Василь протянул мне пакет с медикаментами.

- Спасибо! – я двинулась к выходу.

- Ника. Одна не уезжай. Дождись меня. Я быстро. Мне тут еще надо...

- Хорошо, я на улице подожду.

Черри лежал на животе на лавочке спрятанной стеной из кустов, уткнувшись головой в скрещенные руки и тихонечко всхлипывая.

- Черричка... - шепотом позвала я и присела рядом на корточки. – Черричка, маленький мой... Прости меня. Это из-за меня все. Мне так жаль, что не успела. Ты сможешь меня простить?

- А я на Вас и не сержусь. – буркнул в скамейку паренек.

- Я... господи, что я натворила...

- Вероник..., ты не виновата в том, что Джи Хо псих.

- Очень больно? – я вдруг разревелась сама и сквозь всхлипы полезла в пакет с влажными бесспиртовыми салфетками и несколькими видами заживляющих мазей. – я... нх... я обработаю..., потерпишь?.. на..х... надо... смаза-а-а-а-ать...

- Это вода в пакете?

- Дх-да...

- Попей воды, успокойся сперва, а то из-за слез хуже сделаешь.

Утеревшись рукавом и проморгавшись, я с силой прикусила щеку изнутри, чтобы снова не разреветься, и приспустив Черри штанишки начала потихоньку обтирать салфетками, и дуя в попку смазывать ее успокаивающей мазью. Черри, судя по звукам, грыз лавку, но терпел.

- Я тебя такого Минами не отдам. Побудешь у меня под присмотром несколько дней. Позвони ей, чтобы не волновалась. – я помогла выудить из кармана телефон и отошла в сторонку.

Из-за кустов я увидела, как из клуба выходит рассерженная Карина и хмурый Василь. Они остановились недалеко от моей засады.

- Васенька, ну что ты начинаешь опять?

- Я закончить хочу. Хватит от этого бегать.

- Меня все устраивает!

- А меня нет. И уже давно. Работа почти завершена. Как только освобожусь, назначу дату. Если ты опять не явишься, это будет приравнено к согласию без компенсации. Твоя явка выгодна лишь тебе. Я предупредил.

- Зря ты так. Не нужен ты ей, импотентишко заносчивый.

- Карина. – угрожающе зарычал Василь.

- Что? Ударишь меня? Давай! Смогу отсудить побольше!

- Вот даже как... И опять деньги... - устало выдохнул Василь.

- А что еще с тебя взять? Смешно! Арриведерчи бамбино! Меня уже ждут! Иди работай Васенька, увидимся в суде! – Карина вильнула жопкой и хохоча вернулась в клуб.

- Выходи. – с кем это он? – Подслушивать нехорошо.

Блять! Это он мне! Засек все-таки! Я понуро обогнула куст.

- Извини. Я не специально. – покаялась я.

- Ты как? Все хорошо? Где Черри?

- Мы его забираем с собой. На пару дней. Пусть отлежится.

- Понял. Сейчас машину подгоню.

- Спасибо...

Я устало брела к дому, рядом шагал Василь с уснувшим Черри на руках, от трагического шепота мы резко обернулись.

- Я убил его... Я его убил... - Даня судорожно сжимал в руках лопату и смотрел на странный сверток у себя под ногами.

Из дома, как ошпаренный вылетел заспанный Игорь с воплями:

- Убёг! Убёг ирод!!!

Что-то мне не нравится это всё. Опустив живую спящую ношу на лежак возле бассейна, Василь побежал к Дане, я припустила за ним. В траве лежал связанный киллер и не шевелился.

- Что? Почему? – я с ужасом уставилась на бледного Даню.

- Хозяйка! Я его убил! Видать Игорь уснул, а этот как пополз и вон докуда дополз, гортензию мою помял, мудила. Ну, думаю, сбежит! Схватил лопату и ка-а-а-ак шандарахнул по башке. Убил его...

Василь присел к неподвижно лежащему телу, приложил два пальца к шее, сунул ладонь под кровоточащий нос и спокойно встал:

- Живой. В отключке просто. Сильно ты его Даня приложил. Игорь! Ты хоть знаешь, что я с тобой за такое сделаю? А если бы удрал?!

- Приму любое наказание. – смиренно повесив голову пропыхтел Бурков.

- Ника.

- Что?

- Он твой. Сама придумай, как его за халатность при исполнении и сон на посту наказать.

- Только не она!!! – столько ужаса в этом вопле.

На лежаке заворочался Черри.

- Чего орешь, дубина. Ребенка разбудил! Молись пока, я с тобой завтра разберусь, сил нет...

- Хозяйка! Даня! – к нам подбежал Крис с пластырем на лбу. – Что происходит?

- Позову ребят из «Барса», пусть покараулят. Не против? Ника?

- А? Да, конечно, хорошо.

Василь снова бережно поднял всхлипнувшего Черри на руки.

- Куда его?

- Кузьмич, и давно ты по мальчикам?! – ляпнул Игорян.

- Завали хлеборезку. Ника? Потерпи еще чуть-чуть. Давай Черри отнесем.

- Да, идем. Даня, Игорь, глаз с этой гусеницы не спускать! Крис, идем, поможешь бедолагу нашего устроить в гостевой. Ему сегодня сильно досталось.

Объяснив дворецкому, что пережил Черри и оставив его присматривать за мечущимся во сне корейчонком, мы вернулись в сад. Подъехала машина с пятью крепкими полностью экипированными охранниками. Объект пришел в себя и явно перебздел от такого зрелища. Теперь он под мощным бдением и о побеге даже мечтать не приходилось.

Всё. Не могу больше. Слишком много событий за один день. Ситцевая спальня встретила меня покоем и уютом. Еще одно маленькое дело и я рухну в кровать. Но сперва... Я зашла в ванну, достала маникюрные ножницы и под самый корень состригла ногтевой обломок. Тот упал в унитаз. Нажав кнопку слива, я завороженно смотрела, как водоворот уносит страшный кусок ногтя в канализацию. Ощущение, что я от улик избавляюсь. Занервничав, я стала с каким-то маниакальным остервенением отстригать и все остальные ногти, спуская и спуская воду, и таращась, как вода уносит остатки маникюра. Последний ноготь давно ушел в небытие, а я все смывала и смывала.

- Остановись. – от красивого низкого голоса я вздрогнула и очнулась. – Никусь, поешь, пожалуйста.

На тарелке лежал криво накромсанный горячий бутерброд, в стакане теплое молоко.

- Надо покушать.

Василь усадил меня в кресло и проследил, чтобы я все съела и выпила.

- А теперь ложись спать. Это переутомление. Дай себе отдохнуть.

- Не уходи... - тихо попросила я.

- Не уйду. Иди, ложись.

Я покорно поплелась в постель плохо соображая, что вообще происходит. В голове только одна мысль: / умру, если он сейчас уйдет. /.

Василь укрыл меня одеялом, поправил подушку и сел рядом с кроватью на пол, чтобы видеть дверь. Луна посеребрила его темные волосы и скрылась за тучей.

- Ты... меня поцеловал... - сонно промямлила я.

- Да.

- Зачем?..

- Спи.

- Хорошо...