Глава 29

Наши с братом глаза были наравне, и когда он пытался говорить со мной, я не могла ничего с собой поделать, кроме как продолжать думать об одной навязчивой мысли.

Нет, это невозможно, мы не можем быть неродными, ведь... Но я даже не могу оправдать свои мысли. Это всего лишь мысли. Не догадки. Кинан — мой брат,  хочет он этого или нет, но мы родные брат и сестра. Пусть продолжает кричать на меня, ссориться со мной и отвергать, но от этого мы не поменяем ДНК. Да и мама с папой... они бы не соврали мне, они не могут. Я же их дочь.

До этого момента я и не могла подумать, что, возможно, я приёмная, ведь если раньше Кинан так и говорил, то я точно не воспринимала его слова всерьёз. А может, стоило?

— Ты что, не слушаешь меня? — сжимая челюсти, спросил Кинан.

Отряхнув голову, я вышла из оцепенения, отводя взгляд от зелёных глаз, но мой подбородок подцепили, заставляя смотреть.

— Лея, что с тобой? Ссорься со мной! Мне не нравится, что ты просто молчишь.

— То ссориться, то заткнуться! — крикнула я на него и мигом оттолкнула. — Определись с собой, а меня перестань трогать, брат, — в непривычной для меня форме выделила я последнее слово.

— Я буду тебя трогать, потому что ты принадлежишь мне.

— Я никому не принадлежу! А если и буду, то только своему парню.

— У тебя его не будет, — отрезал брат.

— Уже есть.

— Я убью его, Лея. И не смей называть этого подонка, лишившего тебя первого поцелуя, своим парнем.

— Это всего лишь поцелуй!

— Он мой, — внезапно заявил он. — Всё, что касается тебя — моё. Даже твоё тело. Особенно оно.

По телу пробежался страх. Но мне не привыкать, Кинан вызывает у меня его только одним своим присутствием.

Отступив от громадного тела мужчины, я дёргаю за замок и срываю с петель дверь, собираясь выбежать наружу, но только Кинан снова хватает меня за руку, чтобы в последний раз взглянуть в мои стеклянные от слёз глаза.

— Я не говорю пустых слов. Я убью его, — говорит он, имея в виду Чипа. — И, Лея, — притянул он меня ближе, — я тоже твой.

Схватив воздух, я пытаюсь как-то заглотнуть его в лёгкие, только он остаётся где-то снаружи, пропуская лишь слёзы горечи. Я отталкиваю Кинана в истерике и срываюсь с места так быстро, чтобы он больше никогда не успел посмотреть мне в глаза. Потому что глаза говорят так много.

***

Измотанная и промокшая от дождя, я захожу в свою комнату, оставляя за собой дорожки воды. Мне было так стыдно появляться перед друзьями, что я решила убежать через другой выход, только бы не пересекаться с ними взглядами. Они бы поняли всё. А я не хотела их расстраивать, особенно Чипа. Он думал, что я просто поговорю со своим братом, и мы решим наши проблемы, но на самом деле их стало намного больше. И я не знаю, как объяснять ему всё, чтобы не соврать. Он не поймёт всего, ведь таких отношений, как у нас с Кинаном, не должно быть между братом и сестрой. Чип говорил правду, мы ведём себя, как абьюзивная пара, и это видно.

В ванной я стою под кипятком, чтобы хоть как-то согреться, и когда я ощущаю, что сейчас упаду от горячей температуры, то переодеваюсь в пижаму и, как только оказываюсь в комнате, сразу же падаю без сил на кровать.

Проходит всего несколько минут, и я начинаю ощущать, как тело ломит от незнакомого холодка. Откуда этот холодок, если я живу в Майами и только что вышла из кипящего душа? Но я всё равно забираюсь под одеяло и плед, продолжая трястись.

Через час или два... я не ориентировалась по времени, а лишь по тому, что мои волосы всё ещё были слегка мокрыми. Я стала просыпаться от жары и холода одновременно, я не понимала, что со мной. И я снова заснула. Проснулась от прикосновения к моему лбу и от чьих-то губ. Мне показалось, что это были губы, они были мягкие, но грубые. Я не зацикливалась на этом, ведь в следующее мгновение уже не могла думать, я заснула. А потом снова стала просыпаться, когда моё лицо было в чьих-то руках, кто-то что-то говорил, но это был не крик, а шёпот. Или, может, я так слышала, ведь по ощущениям уши заложило.

— Малышка, что болит?

Я хотела выкрикнуть и сказать о всей боли внутри, но получалось лишь стонать, и уверена, что выглядело это жалко. Но человек, сидящий со мной всё это время, не обращал на это внимания, он пытался мне помочь.

И так я просыпалась и снова впадала в неизвестное, ужасное состояние по несколько раз в час. Глаза не открывались, я не могла посмотреть, кто дышит на моё лицо и держит тёплое, смоченное полотенце на моём лице. Откуда этот человек узнал, что сейчас мне холодно, ведь всего несколько минут назад я сгорала, будто меня кинули в кипящий котёл? Я не понимала.

— Ты слышишь меня? Я рядом, моя маленькая.

Я слышала. Я чувствовала. Это был мужской голос. Немного грубый, но с очень нежными нотками. Я слышала его лишь один раз. В шестнадцать лет я тоже заболела, но тогда это было намного серьёзней, и рядом никого не было, кто мог бы мне помочь, но всё же нашёлся один мужчина, который следил за мной всю ночь, пока я была в отключке из-за упадка сил. Это был мой папа. Конечно, он, больше некому. Хоть мы и не говорили о том дне, и папа ни разу не упомянул об этом, будто этого и не было, я знаю, что это он помог мне. Но он говорил, что Кинан заезжал к нам в тот вечер, но, наверное, я спала в это время. И он даже не поздоровался со мной, просто приехал и уехал, как ни в чём ни бывало.

Сейчас во мне бушевало большое количество эмоций, и я вспоминала много событий из моей жизни. Наверное, перед смертью мозг решил воспроизвести лучшие момент из моей жизни.

Когда меня стали поднимать, и я оказалась в странном положении, будто под мою голову подложили ноги, чтобы я выпила какое-то отвратительное лекарство. Я стонала и трепетала в сильных руках, которые не давали мне вырваться, и мне пришлость выпить странную смесь.

— Пей, ты выздоровеешь, — снова произнёс голос.

А я послушно пила, плача.

Я заснула.

***

В этот раз я проснулась и открыла глаза с полным пониманием окружения. Глаза всё ещё пекли, но я смогла их открыть и осмотреться: моя комната и пасмурное небо за дверьми балкона. Я сильно хотела в туалет и поплелась в него на едва держащих меня ногах. Хоть температура и была высокой, но меня всё ещё трясло от легкого холодка, поэтому я закуталась в свой махровый плед и поплелась на первый этаж, перед этим умывшись и почистив зубы. К удивлению, мама и папа были на кухне, выпивая по чашке кофе и смакуя сладкий десерт, который приготовила мама. Они оба зыркнули на меня и нахмурились. Полагаю, выглядела я не очень.

— Доброе утро, — прохрипела я и удивилась своему голосу. Горло стало зудеть, будто засохло и начало трескаться.

— Доброе, милая. Что за вид? — хмуро спросил папа. — Ты не заболела?

— Это шутка? Если да, то не смешная.

— О чём ты говоришь? — спрашивает мама, подходя ко мне и прикладывая свою ладонь к моему лицу. — Ты заболела, Лея!

— Ну да, — неуверенно произнесла я. — Я думала вы знаете. Папа всю ночь был рядом.

Родители переглянулись, но никто так ничего и не понял. Тем более папа. Он точно не выглядел, как человек, понимающий мои слова.

— Лея, мы до утра были у Холландов.

От слов папы по мне ударила дрожь. Кто же тогда это был? Мне же не приснилось. Я точно помню чьи-то прикосновения и слова. Голос. Со мной говорил голос.

— А как же тогда...

— Боже, у тебя температура, срочно ложись в кровать, я приготовлю тебе суп и горячий чай, — говорит мама, отправляя меня наверх.

Без лишних слов я поднимаюсь наверх и сижу там. Мама приносит мне чай и суп. Папа кормит меня с ложечки, но я уверяю его, что мне не настолько плохо, чтобы я нуждалась в помощи. С ворчанием он выходит из моей комнаты и даёт мне побыть наедине и посмотреть мой любимый фильм в жанре зомби-апокалипсиса «28 дней спустя». Не знаю, почему, но когда я болею, то включаю ужасы. Кинан всегда так делал, и я привыкла делать так же.

Двери балкона были распахнуты, чтобы я могла чувствовать свежий запах после дождя. И когда на улице раздаётся звук хлюпанья, будто кто-то прямо сейчас прыгнул в наш бассейн, я с интересом выхожу на террасу, чтобы посмотреть.

Это Кинан. Он прямо сейчас плавает в бассейне. Когда он успел прийти? Родители сказали ему, что я заболела? Может, ему хотя бы немного будет жалко меня. Может, он захочет хотя бы поздороваться со своей умирающей сестрой.

Я прокашливаюсь и в этот момент Кинан выплывает из воды, обращая свой взгляд на меня. Моё тело цепенеет, не зная, что делать. Кинан, как всегда, непроницаем, будто ему всё равно, но почему-то он продолжает смотреть. А я делаю недовольное лицо и захожу обратно в комнату, садясь на кровать и доедая чипсы под крики зомби.

И пока я пытаюсь удобно устроиться на кровати, то чувствую под попой какой-то квадратный предмет, похожий на смартфон. Поднимаю его, и это правда оказывается телефон. Только не мой, а Кинана. Что телефон Кинана делает в моей постели?

Я слышу звук открывающейся двери, но когда в мою комнату заходят, то я даже на секунду не могу подумать, что это будет Кинан, но это он. В одних плавках и с полотенцем на спине. Он смотрит скучающе, и я подозреваю, что зашёл он сюда не по собственной воле, а лишь для галочки.

— Заболела? — промямлил он.

— А тебе какое дело? — прищуриваюсь я.

Кинан закатывает глаза, показывая, насколько скучно со мной говорить. Но я думаю над тем, что, возможно, он заходил ко мне сегодня ночью... И, возможно, именно он помогал мне не умереть во время горячки. Но в голове всё никак не укладывалось. Как? Ну как Кинан мог всё это делать? Но если не папа и не мама, то кто?

— Не находила мой телефон?

Я сжимаю смартфон в руке, думая, как же мне поступить. С одной стороны, мне не должно было быть никакого дела до его жизни, но с другой... я могу знать что-то полезное. Может, что-то масштабное.

— А почему он должен быть у меня? Ты что, заходил ко мне?

Я наблюдаю за тем, как зрачки Кинана расширяются, а рука сжимает полотенце. Но больше его ничего не выдаёт. Может, он просто злится на меня?

— Может, ты украла его.

— Сдался мне телефон наркомана, — фыркаю я слишком интенсивно и откашливаюсь.

Кинан закрывает дверь моей комнаты, подходя к моей кровати ближе. С каждым его шагом чёрная аура всё ближе, я начинаю чувствовать её. Кинан не в духе. Только непонятно, почему. Неужели я настолько бешу его?

— Лучше тебе придержать свой ротик от громких высказываний, — говорит брат.

— А что, неприятно, когда тебя затыкает девушка?

Он слегка щурится, наклоняясь ко мне так, чтобы мои глаза не могли никуда деться, кроме как смотреть в его.

— Мне приятно немного другое, что делают девушки. Но тебе это не грозит.

Мои щёки горят, но, слава богу, что за естественным румянцем этого не видно.

— Почему это — не грозит?

Глаза Кинана приобретают тёмный цвет, его тело напрягается от моих слов.

— Потому что. Я тебя защищу от этого разврата.

Так смешно это слышать.

— От какого ещё разврата, если ты сам как один сплошной разврат? Тогда, может, мне не находиться рядом с тобой?

— Да, и поверь, это будет лучшим решением. Тебе нельзя находиться рядом со мной, — жёстко проговаривает он.

Хоть Кинан и попытался скрыть то, как разглядывает меня, будто пытается убедиться, что всё в порядке, но я всё равно замечаю это, глядя прямиком на него. 

— Телефон у тебя? — отрезает он, когда проходит несколько секунд наших гляделок.

Мы переглядываемся, и я не хочу отдавать ему телефон, но он уже знает, что он у меня. Всегда знает всё без слов.

Я вытаскиваю телефон из-под ноги, показывая Кинану и он тут же выхватывает его, а после просто встаёт и уходит.

— Ты был здесь ночью? — успеваю спросить я его, перед тем как он уйдёт за дверь.

Брат останавливается перед дверью, и я могу понаблюдать за его мускулистой спиной, покрытой каплями воды. Могла бы я только облизать их...

— Тебе приснилось. Меня не было ночью дома.

Он смотрит на меня, и я успеваю усмехнуться, когда он выходит за дверь и хлопает ею.

Он знает, что соврал. И он знает, что я знаю.

Если бы он молчал, я бы, наверное, поверила, что его здесь не было, но теперь я точно знаю, что Кинан был здесь, в моей комнате, рядом со мной.

Только вот, у меня возникает вопрос: зачем? Почему? Чего он хотел добиться тем, что просидел возле меня всю ночь и пытался вылечить? Кинан не такой человек, который бы бросил всё для того, чтобы позаботиться о ком-то. Он бесстыдный, безжалостный и совершенно не умеет заботиться.

Я решаю включить свой телефон, чтобы проверить его на наличие пропущенных звонков и сообщений. И он буквально разрывается, когда я включаю его. Мне звонил Чип, Арден, несколько незнакомых номеров.

Первым делом я пишу Арден, которая больше всех переживала, а потом я звоню Чипу. Он звонил десять раз. Мне становится стыдно за себя.

— Лея? Алло!? Что с тобой? Где ты была, мать твою?

Прикрываю глаза, понимая, какой разговор меня ждёт.

— Чип, привет. Прости, что... не вышла к вам, мне нужно было побыть наедине с собой.

Я вру, когда говорю, и мне очень стыдно. Единственный человек, которого я хотела видеть рядом с собой — был Кинан. Я такая глупая. После ссоры с ним же, я хочу побыть рядом. Просто в моменты, когда мой брат не злится и не кричит на меня, он кажется таким милым. Хоть слово «милый» не сильно подходит для описания Кинана, но для меня он кажется именно таким.

Я жалкая, знаю. И Кинан не лучше. Но я обманываю своего парня, и мне совершенно не хочется сказать ему правду.

Я слышу чей-то голос на фоне, и мне кажется, что это женский голос. Мое тело слегка напрягается, пытаясь услышать какие-то слова, но выходит плохо. Похоже на то, будто Чип у моря.

— Лея, ты же обещала, что всё будет нормально, и ты выйдешь ко мне. Я ждал тебя, чёрт возьми, два часа. А потом стал искать по всему подвалу вместе с Арден. А ты говоришь, что хотела побыть наедине с собой? — ругается Чип, одновременно отвечая на чьи-то вопросы.

— Прости, прости меня...

— Кинан что-то сделал тебе и ты боишься говорить мне об этом? — вдруг произносит он. — Чёрт, да я же сказал, отвалите, я разговариваю, — рычит парень в трубку, а после раздаётся писклявый смех девушек. Их там не две. Их много.

— Похоже, ты сильно занят. Перезвоню позже, — тяжело сглотнув, говорю я и отключаюсь.

Тяжёлый ком обиды, грусти и боли оседает там, где ему пора бы уже выйти. И поэтому из меня вырываются слёзы. Очень горькие слёзы.

Весь день я плачу в подушку, казалось, без причины, но их было так много, что я могла бы проплакать до следующей недели.

***

ураа, новая часть!всех с прошедшим новым годом и приятного чтенияp.s надеюсь, главы будут выходить чаще🤞