21. «... то я буду кусаться...»

     В голове какой-то бедлам, всплывают странные нереальные образы и звуки! Что это? Сон? Вернее кошмар? Как же всё болит, особенно голова, будто молот звучит в ушах, отдавая в виски, глаза, застылок... да везде отдаваясь!— Мммм. — простонала я вслух, кладя руку на лоб.— Шшшш, Риана, не шевелись! Тебе нужен отдых. — услышала я голос Николаса, не открывая глаза, я стала прощупывать... кровать? Это кровать? Чья? Стало мгновенно страшно от неизвестности и от того, что я не помню, как закончился вчерашний вечер, и как я попала ... а куда я попала? Где я? Я попыталась открыть глаза, которые болезненно отреагировали на дневной свет. Николас, видя мои мучения, поднялся закрыть шторы. Тааак. Что мы имеем. Комната. Не моя. Плохо. Я одета. Хорошо. Одежда - не моя. Плохо. Николас. Хорошо, хотя не точно! Одет. Хорошо. Голова! ... Как же болит!— Привет! Как ты себя чувствуешь? — вернулся Николас, нет не в кровать. Хорошо. На стул рядом с кроватью. Хорошо.— Бывало и лучше... Где я?— У меня....не пугайся! — увидел он мои расширяющиеся глаза. — Как? ... Как я здесь оказалась? Почему ничего не помню? — посмотрела я на мужчину.— Оххх... — вздохнул он, опустив голову на руки, закрывая глаза. Выглядел он уставшим. Он, явно, не ложился. Николас поднял на меня печальный взгляд:— Риана, милая, я всё расскажу, только не волнуйся и... — он встал со стула и начал расхаживать по комнате туда-сюда, явно нервничая.— Николас, твоя нервозность уже волнует меня! — приподнялась я на кровать, берясь за голову. Каждое движение отдавалось жуткой болью в голове. — Мы... что? — начала я, краснея.— Что? — не понимал мужчина.— Ну...Ночью...— Ох, Риана, нет... уж лучше бы да... — размышлял он.— Чтооо?— Ну, в смысле... ах, не важно! Ничего не было, вернее не было того, о чем ты... Но было кое-что, что нам нужно серьезно обсудить. Что ты помнишь из вчерашнего?— Всё помню до того момента, как беседовала с этой девушкой, ну, с которой ты вчера знакомил.— Так. Что дальше?— Мы встретились в уборной, она предложила поболтать, мы сидели в небольшой комнате, пили... то ли сок, то ли коктейль, и всё, потом всё в обрывках. Помню ее голос, она кому-то говорила, что... ох, какая-то каша... о каком-то товаре, который надо подпортить, и ... отметить или пометить? Что-то странное. — я посмотрела на Николаса, который побледнел, как-будто, понимая, о чем шла речь. — Потом я очнулась в другой комнате, рядом был ты? Или не ты? Нет, вроде, ты... Но какой-то другой, не помню, что конкретно, но что-то было не так. Последнее, что помню это... ты... ты укусил... ой, прости, Николас, какую-то чепуху несу. — осознала я всю несуразность сказанного, при этом рука рефлекторно потянулась к ключице и ...— Ай, что это? — дотронувшись до ключицы, почувствовала боль. — Укус? Реально укус? Ты правда меня укусил?— Эээммм, — то ли стон, то ли согласие вырвалось из уст Николаса, он вновь сел на стул, опустив голову на руки, трепля нервно волосы.— Риана... да, я... кхм... укусил тебя. Не смотри так на меня, я всё объясню, только выслушай.— Ты уж постарайся, иначе я чувствую себя ничего не понимающей... дурой.— Нет, дело не в тебе, скорее во мне. Тебя опоили какой-то дрянью, наркотик, слабый... из-за него ты мало, что помнишь. Врач сделал тебе промывание и поставил капельницу, ближе к вечеру придёт проверить тебя и прокапать ещё раз, чтоб до конца вывести эту дрянь из твоего организма. Если голова сильно болит, вот, выпей это. — протянул он мне таблетку с водой, я послушно ее проглотила в надежде унять эту наковальню в голове.— Так, а зачем кому-то меня травить?— Из-за меня. Эта девушка хотела... навредить тебе из-за меня. У неё, вроде как, были планы на меня...— Это, что нынче так модно? Соперниц убирать? Что за криминал! Что за методы? — у меня даже слов не было выразить весь мой шок.— Она просто избалованный наглый самоуверенный ребёнок, которому снесло крышу отцовской властью и алчными идеями.— Ты сейчас оправдываешь это недоразумение? — возмутилась я.— Ни в коем случае! Ее поступок подлежит наказанию и так и будет!— Она в полиции?— Да, почти. За это не переживай, каждый получит по заслугам, я прослежу.— Я не переживаю, просто не приятно стать причиной чьих-то проблем и ... оступления. Или преступления.— Риан, — взял Николас меня за руку, поглаживая, — ты не виновата, правда... это их, вернее, ее глупость.— Ладно, давай к сути, зачем ты...кусаешься? Говорю, а самой смешно! И больно, кстати! — вернулась я  к теме укуса.— Ну... скажем это был самый лучший и надежный метод тебя защитить. — как-то не уверено ответил мужчина.— Аха -ха... — не выдержала я. — Прости, Николас, но это очень несуразно звучит. — я посмотрела на него, но Николас не разделил моего веселья.— Да, с твоей стороны, скорее всего. Но для меня это был важный шаг! — серьезно заметил он.— Тогда объяснись, пожалуйста! Потому что я не понимаю.— Пообещай, что выслушаешь до конца и не сбежишь на полу слове!— Хорошо.— Ты доверяешь мне? — неожиданно спросил он.— Да... — удивилась я вопросу, — конечно! — добавила более уверено.— И знаешь, что я никогда бы не навредил тебе или твоим близким?— Да, ты всегда помогал, ты спас Рона, я абсолютно уверена в тебе и доверяю.— Хорошо... — замолчал Николас, размышляя.. — Теперь послушай...Я... не совсем обычный человек, вернее, совсем необычный... — было видно, как ему трудно даются эти слова.— Хмм, подробнее... скажи, как есть, Николас, тебе тоже нужно мне больше доверять.— Да, наверное... Я... оборотень. — он аж скривился при этом, будто эти слова горчили во рту. И вопросительно уставился на меня в ожидании моей реакции.— Так.... — начала я. — Оборотень - это тот, кто, превращается в монст... эммм ... в животное в полнолуние? — попыталась уточнить я.— Животное... — повторил тот за мной. — Да, в волка, если точнее.... и монстр тоже подходящее определение. В общем, да. Только не в полнолуние, а вообще... Хотя полнолуние тоже имеет своё влияние, но... — прервал сам себя Николас. — но ... сейчас это не так важно.. И?— Что и? — не поняла я.— Страшно?—  Пока нет, а должно? Я не особо ... вижу картину в целом, что ли... — задумалась я.— Чтобы картина стала полной, тебе нужно увидеть меня монстр... кхм... животным?— Возможно, хотя я не уверенна...— Да, сейчас точно не подходящее время, ты и так натерпелась.— На самом деле, теоретически я спокойна, т к мой прадед внёс в нашу семью одну интересную историю, которая стала что-то вроде семейной легенды для нас. По рассказам моего отца речь шла о том, что деда во время Гражданской войны спас волк. Он был ранен где-то в лесах и когда уже был при смерти его спас и выходил волк-человек. Отец, правда считает, что горячка от ранения отложила свой отпечаток на памят прадеда, но эту историю любят в нашей семье. — вспомнила я семейную легенду, которую любила слушать в детстве от деда. — И Рональд искренне верит в то, что тогда его нашёл волк, я не стала разубеждать его, ведь, мало ли, возможно, и был там волк... лес же... Но теперь, возможно, это всё объясняет. — задумалась я. — И именно благодаря своей возможности быть... волком ты и смог найти Рона и спасти его? В таком случае я могу быть лишь благодарной за твою такую особенность. — рассуждала я, хотя принять услышанное в «заправду» сейчас не могла.— Интересно... — вглядывался мужчина в мое лицо, пытаясь прочесть между строк. — И обнадеживающе! Я очень рад, что ты так спокойна. — он вновь взял меня за руку, пристально наблюдая за мной. — Для начала не плохо! — сказал он. — Вернёмся в этому разговору позже... — он облокотился локтями на кровать, целуя мою руку, ни на миг не спуская с меня взгляд. — И кусаться, я так понимаю, нормально для волка? — вспомнила я начало нашего разговора.— Что? — не понял Николас, возможно, слишком увлёкшись целованием моих ладоней.— Зачем ты укусил меня?— Ааа...Ну, это не просто укус. Это метка... Печать, что ты моя. — обескуражил он меня своим непринуждённым ответом.— Это из той же оперы про невесту? — пришла мне на память наглость мужчины.— Да, именно. На самом деле, для меня ты именно невеста, и теперь моя метка, как кольцо на твоём пальце, — я проследила за взглядом мужчины на свою левую руку и лишь сейчас увидела кольцо на пальце. Я подняла тяжелую руку, что тоже отразилось болью в моей голове, но уже не такой сильной. Я рассматривала кольцо с камнем, не находя слов.— Риана, я ... очень прошу, я б сказал, настаиваю, стать моей женой. — Но... Николас, мы знакомы пару недель... — попыталась я осмыслить происходящее.— О! Поверь, для меня это вечность! Я мечтал о метке на тебе с первой нашей встрече в кафе!— В кафе? — не поняла я. — Мы же познакомились тогда, при аварии. — Да, но я тебя встретил где-то неделю до этого, в кафе. И мне было достаточно одного взгляда, вернее одного вдоха, что бы понять, что ты та самая. Мы, волки, находим пару по запаху, и ты и твой аромат идеальны для меня! Поэтому я был готов уже тогда, как ты говоришь, «укусить» тебя. Для оборотня метка на самке - это, как печать в паспорте, или даже серьезнее, т к у нас нет разводов и это раз и навсегда.— То есть? Ты хочешь сказать, что присвоил меня или как бы поставил печать в мой паспорт без моего «да»?! — до меня стало доходить.— Вот... вот этого я и боялся! Такой вот твоей реакции! — начал защищаться Николас. — Но вчера у меня не было выбора...— Т е ты не хотел, но пришлось, т к не было выбора? — прервала я его своим вопросом.— Нет, я хотел! В смысле... — запутался он. — Я уже говорил, что только и думал об этом всё это время, но именно вчера пришлось это сделать. Моя метка - твоя защита, теперь никто не посмеет тебя тронуть. А недоволен я лишь тем, что мне пришлось это сделать вчера под давлением обстоятельств, а не из-за нашего обоюдного желания. — он нежно коснулся моего лица, приподнимая за подбородок. — Риана, ты очень важна для меня. Я абсолютно знаю, чего хочу... больше жизни. И хочу я ...тебя...всю, целиком, без остатка, со всей твоей жизнью, проблемами, мальчишками, с твоими страхами... всю. Тебя, такую тёплую, нежную, любимую. — он говорил, а я не могла отвести взгляда от его глаз, меня будто затягивало в омут, будто какая то нить тянула  к нему. Он наклонился, аккуратно целуя меня, проверяя, позволю ли я... Но я не могла оттолкнуть его и не факт, что это из-за слабости в теле, скорее где-то... в сердце. — Кхм. — послышалась в дверях. — Простите, альфа, я стучала, но, видимо, вы были слишком... кхм, заняты. Я принесла завтрак, девушке бы поесть. Я залилась краской в то время, как Николас даже не глядя на прервавшего нас, неспешно поцеловал меня, затем прислонился лбом к моему лбу:— Отдохни, поговорим позже. — он встал, направляясь к двери. — Эрику я ещё вчера позвонил, сказал, что тебе стало плохо, и что ты останешься у меня. Так что не переживай, у них всё хорошо. Я отправил к ним утром свою домработницу, дети накормлены и под присмотром. — Спасибо, Николас. — он в ответ лишь кивнул и вышел из спальни, оставив меня с сотней вопросов в голове.