Глава 12

- Ты сказала, что были какие-то пятеро учёных, которые занимались этим вопросом. Они сейчас живы? - Артём посмотрел на карту, удобно расположенную на потолке. - Трое уже умерли - двое своей смертью, третий был найден с перерезанной глоткой, - честно ответила девушка, совершенно не стесняясь. Её взгляд так же блуждал по карте, пока взгляд не зацепился за знакомую улицу - Городскую - где-то на окраине карты. - Горгона утверждала, что она чёрная чайка. Преснова убил и шёл по следу за шеф-поваром Вельских, а это уже “ДэАдлер”. Такое ощущение, что они соревнуются между собой за что-то. Нужно узнать, что так разозлило Гордена в той записке и что получили “чайки”. -Ты говорила, что Мила допрашивала Лиреева, он должен знать больше, мне кажется. Плюс у нас ждут допроса Виктор и Олег, - Артём заглянул в блокнот и сделал ещё одну запись. - Они должны были хоть что-то знать про того, кто превратил их дом в заброшку. Мирослава встала и потянулась. -Тогда идём на допрос. Кстати, - она подошла к собственному столу, порылась в одном из ящиков и достала оттуда небольшую книжечку с надписью “Удостоверение”. Протянула напарнику и похлопвла по плечу. - Теперь ты точно один из нас.

Прочитав протокол допроса Лиреева, Артём мало что понял. Причиной тому стал не уставший и распухший от большого количества информации мозг, а кошмарный почерк, которым и был расписан процесс допроса. -Ему сообщили о том, что идёт разработка по передаче гена обычным людям, но нужны некоторые запрещённые препараты и вещества. Он согласился помочь в передаче, - разъяснила печально сопящему напарнику Мира. - Связался лично глава “Чёрных чаек”. На секунду они замолчали, девушка засунула папку с допросом подмышку и направилась из архива открытых дел к лестнице. Что-то её цепляет тут. Вот прямо какая-то мелкая и вредная мысль как пилой дерет мозг. Но не успела она и начать спускаться по лестнице, как перед ней появился дух дома с широкой ухмылкой на лице. -А вы куда? - спросил Александр, рассматривая парочку. -В допросные. Ты с нами? - отвлекшись, улыбнулась Мира. - С вами! - мальчишка пошаркал ножкой и просящими глазами взглянул на Артёма. Парень только покачал головой и присел, чтобы прокричавший “УРААААААА!” Александр смог забраться ему на шею. Такой весёлой процессией они спустились на один из нижних этажей и зашли в небольшую комнату. Здесь были два дивана, пара кресел и столик, на котором стояли пара бокалов и графин с водой. На диване и одном из кресел тихо отдыхали братья Куниковы. Одному тридцать пять, второму тридцать три, но в данный момент оба выглядели как старцы за девяносто. Среди обычных людей не принято связываться с одаренными, очень часто бывает так, что закончится это плохо. Эти двое поняли простую истинную слишком поздно. -Доброе утро, - громко проговорила Мира, заставляя спящих вздрогнуть и начать приводить себя в порядок. Александр забрался в одно из кресел и там затих.

Как признался Виктор - а Мирослава поверила этому человеку, чья жизнь так круто изменилась, - Лиреев надавил на него. Заставил напоить всех коктейлем, заставил подлить его в вино, а затем ускорил процесс опьянения, доводя до фазы падения в сон в единый момент. -Почему вы согласились это делать? - нахмурилась Мирослава. Допрос уже давно перетек в беседу, мужчины не видели смысла скрывать что-либо. - Вы не похожи на людей, которые стали бы этим заниматься. -У меня в Подольске жена и двое детей, - Виктор сложил руки на груди и сжал зубы. -Лиреев угрожал? - нахмурился волк. - Да. Я теперь даже не знаю, как показаться им на глаза, - усмехнулся Виктор, рассматривая собственные старческие ладони. - Мы посмотрим, можно ли что-то с этим сделать. Но сначала расскажите, что произошло в доме. Вы видели этого одаренного? Напарники в тот день опаздали совсем немного: пришли бы на пять минут раньше и встретились бы. Это была девушка с зелёными волосами, голубыми глазами. Отличительной чертой была татуировка на шее в виде змеи - её заметили оба Куниковых. -А ещё у неё было множество раз порезано запястье левой руки, как будто она хотела совершить самоубийство. Только порезы небольшие, аккуратные, какие-то уже зажили, а какие-то свежие. “Что за странность?” - мелькнула мысль у волка, но он её лишь записал в блокнот, обещая себе подумать над этим.

-Что за тату змеи? - не удержался от вопроса Артём, когда они вышли из допросной. Сашка уснул прямо в кресле, поэтому ему пришлось тащить мальчишку на руках. - Не слышала. Меня больше интересует другое: Лиреев всегда был мирным одарённым, в дела ни наши, ни “ДэАдлер” не лез. С чего вдруг такая заинтересованность в участии в этих экспериментах? - не успела она договорить, как в животе заурчало. Тихонько вздохнув, девушка подняла глаза на напарника: - Тем, я кушать хочу! И губы надула, как маленький ребёнок. Артём закатил глаза и направился на небольшую кухню, благо она была на первом этаже.

Тётя Надя, дородная кухарка, абсолютная королева в этом помещении, была очень рада видеть и Мирославу, и, как ни странно, Артёма. -А чего ты удивляешься, я сразу поняла, что ты парень хороший и Миру в обиду не дашь! Садитесь, я вам сейчас обед приготовлю. Пока тётя Надя ураганом носилась от плиты к холодильнику, от духового шкафа к полкам, проснулся дух,тут же заявивший, что он тоже голодный. Звонок от отца заставил Артёма встать из-за стола и отойти на пару минут - родитель позвонил убедиться, что с сыном все в порядке. -Кстати, тут Света уехала по делам… Не можешь мне подсказать, где у нас можно найти гречку и как её приготовить? -  немного виноватый голос отца заставил Артёма улыбнуться и покачать головой. Он был потрясающе умным собеседником, гениальным работником в сфере IT, прекрасным человеком, но, увы, совершенно не умел готовить. После смерти мамы, они со Светой готовили еду, заставляя отца хоть чем-то поддерживать организм, поэтому если кто-то из них куда-то уезжал, оставляли родителю что-то не особо сложное в приготовлении, чтобы дом остался на месте целым и невредимым. Продиктовав отцу все, что нужно сделать и сообщив то, чего делать нельзя категорически, Артём отключился и вернулся на кухню. На столе уже стояли тарелки с борщом, чей запах заставил желудок сжаться и громко заурчать. Артём не стал сним спорить и присел за стол, поблагодарив кухарку. Но стоило только взять ложку супа и поднести ко рту, как две горошинки перца, лежащие в ложке вдруг превратились в чёрные глазки маленькой лягушки, заставляя Артёма вздрогнуть и отодвинуть прибор от рта. Картина была прекрасной: волк глупо хлопал глазами на лягушку, лягушка хлопала чёрными бусинами на волка. Отвлекшийся на миг от тарелки Сашка заметил, что что-то не так, а когда увидел попрыгунью на ложке, то карие глаза мальчонки широко распахнулись от восторга. -Вот это да! - заявил дух. Одна только Мирослава продолжала есть, не обращая внимания на происходящее вокруг. -Мира, я знаю, что это ты. Во-первых, лягушка не может сидеть в настолько горячей жидкости, как тут. И во-вторых, не может сидеть так спокойно, уже испугалась бы и ускакала. В ответ на это земноводное гордо приподнялось и спрыгнуло с ложки, и, даже не оставляя следов борща на белой скатерти, попрыгало к восторженно следящему за происходящим духу. Опустив ложку в тарелку, Артём с сожалением отодвинул суп и притянул к себе второе. Но и тут поесть спокойно ему не удалось: небольшие кусочки картошки вдруг открыли глазки и громким басом заявили:-Папочка, не ешь нас, мы будем слушаться! Тихо выругавшись, Артём грозно развернулся к напарнице. Та ехидно приподняла брови, осмотрела учиненное собственными руками безобразие и спросила:-С каких пор ты вдруг стал есть собственных детей, дорогой? -С тех пор, как ты, дорогая, не готовишь мне ужин, - с этими словами он беспощадно воткнул в одну из картофелин вилку и засунул верещащий кусочек “деточки” в рот. -Тоже мне, Канибал Лектер, - фыркнула Мирослава. Аппетит пропал окончательно. Отодвинув и тарелку со вторым, Артём начал молча сверлить мрачным взглядом напарницу. -И не смотри на меня так, совесть не появится. Закатив глаза, Артём встал и направился к выходу. -Ты куда? - чуть обижено спросила Мира. -К Дэну. Жаловаться на тебя, и распивать очередную бутылку коньяка Повелителя Гравитации. И скрылся за дверью. Мысль о том, что она переборщила, вдруг затесалась в рой остальных дум.