Помни, что смертен.

Последние минуты своей жизни, Том провёл в муках. То и дело мелькающие перед лицом люди в белых халатах, так тщетно старающиеся вернуть его к жизни. Оглушительный вой сирен и нескончаемая толпа людей вокруг. Хотелось рыдать, взмолить у Бога прощенья за всё то зло, сотворённое в жизни и попросить вернуть всё вспять, но разве такое возможно? Всё на что хватило сил, это последний истошный вялый хрип, такой какой издаёт загнанная в угол добыча, перед тем как станет лакомством хищника. Глаза помутнели, но даже сквозь эту прощальную белую пелену можно было разглядеть, что все силуэты вокруг, так долго и упорно старавшиеся реанимировать Тома, застыли в неподвижной позе. Жизнь уходила. Постепенно, расплывчивая белизна начала меняться более тёмными тонами, пока мир вокруг полностью не сошёл на нет и не заменил собой полную тьму. Всё то чем живёт человек, то ради чего он живёт, что чувствует - кончается ожидаемо. Уже не было страха и той прежней боли, но на душе, словно отправляющейся в бесконечность было некое беспокойство, а не зря ли была прожита эта жизнь? Человек совершает много ошибок, но когда одна из них ставит крест на всей его дальнейшей жизни, то стоит задуматься, а на каком моменте ты свернул не туда? Несчастное детство, дурное юношество и бесцельная взрослая жизнь. Казалось бы, если вернуться хоть бы в один из этих периодов, то всё можно изменить, повернуть жизнь вспять, оттянуть свою смерть или хотя бы сделать её не такой глупой. Размышляя о таком на предсмертном одре, понимаешь, что смерть - это и есть лучшая мотивация для жизни. Наступила полная тишина, без надежды на секунду спокойствия, душа разрывалась на части и если бы Том имел возможность вернуться к своему телу, то непременно бы взвыл и зарыдал. Мрак, стремительно окутавший всё вокруг, также и стремительно развеивался, словно стремясь начать новую жизнь и навсегда прикончить отголоски старой. Кадры первых секунд появления на свет Тома, от утробы матери и вновь до самой кончины. Это был не сон, всю жизнь действительно поставили на ускоренный повтор и до такой степени было тяжко, радостно, грустно, хотелось смеяться и в тоже время плакать, если бы такое было только возможно! Кадры проносящейся жизни постепенно замедлялись, но между тем, как пришло чёткое ощущение возвращающейся жизни, возможно прошли года, а может и десятки лет, но разве тут есть понятие времени? Разве если только - вечность, да даже вечности бы не хватило, чтобы насладиться всем тем, что удалось только пережить Тому, оказывается что жизнь состоит не только из плохих моментов, за ними всегда следуют и хорошие, как этого можно было не замечать раньше? Шкала пролетающих событий постепенно замедлилась и фокусировалась то на школьных годах, то на последних днях его жизни. Первый поход в школу сразу же заменял собой финальный экзамен, за ним следовала его первая работа, жена, семья, развод и всё это вразноброс, наподобие сбившейся компьютерной программы. Постепенно, очертания событий терялись где то там, во мраке и всё это становилось более чем реальным. Белая пелена, вновь окатившая всё вокруг, возвращала Тома куда то туда, далеко, давая ему шанс.Перед глазами Тома предстал узкий коридор, за которым следовала потрёпанная дверь. Отчётливый запах производственных цехов ударил в нос, перемешавшись с невероятно резким химическим запахом неопределённой формы. Данное место, секунду назад не представляющее из себя ничего такого, окатило невероятной тоской и таким сильным желанием поскорее убраться отсюда, но отступать было явной трусостью, выход был лишь там - за закрытой дверью. Собравшись с силами, Том постучался в дверь. За ней раздались приглушённые голоса, за которыми последовал звук открывающегося засова двери. Показавшийся в узком проходе низкорослый мужчина, с неопрятной растительностью на лице и некой ухмылкой взглянул на Тома, пропуская его внутрь и затворяя за ним дверь.- Эсмонт, тут по твою душу. - Окликнул впустивший Тома мужчина, через секунду уперевшийся ему в спину и приступивший к тщательному обыску, не самое радужное приветствие. Перед Томом предстало знакомое небольшое складское помещение, посередине которого, на стареньком диване вальяжно расположилось двое мужчин, с одним из которых Том уже был знаком.- Я уж думал, что ты соскочишь, парень. Как сам? - Эсмонт, располагающийся рядом со своим помощником Бёрном, приветливо кивнул. Мужчина средних лет, в меру с длинными волосами, с первых дней знакомства с Томом не вселял особой надежды на долгое сотрудничество. В меру тактичный для подобного бизнеса и достаточно рассудительный, Эсмонт тем не менее очень сильно "заляпался" в своих первых делах, отчего и стал неким изгоем среди своих же, дела с которыми ведут только его подмастерье и немалочисленные "шестёрки", сбывающие товар по знакомству или стоя на углах, как это принято в совершенно обнищавших районах.- Чист. - Низкорослый мужчина, слегка подтолкнул Тома вперёд, а сам скрылся за крайней дверью складских помещений. - Я в порядке, да. Спасибо. - Отвечая достаточно тихо и крайне неуверенно, Том поочерёдно поздоровался с мужчинами. Бёрн, лишившийся практически всего переднего ряда зубов, с ехидной улыбкой, подобной хищнику, осматривал Тома.- Помнишь же Уилла младшего, да? - Закуривая, спросил Эсмонт. - Чувак свой последний передоз в жизни словил, теперь надежда только на тебя. - Вернувшийся из-за соседней двери мужчина, демонстративно показал два зипа с марихуаной и расплылся в придурковатой улыбке, кивая Эсмонту и сбрасывая товар на стол подле дивана.- Там по семь с половиной грамм в каждой, время у тебя.. До четверга. - Эсмонт, внимательно осмотрел Тома и хотел было продолжить, прежде чем его перебил Бёрн.- И кстати, ты теперь получаешь не двадцать пять процентов, а двадцать за... За весь проданный товар, но у тебя будет что-то типа стимула. - Переглянувшись с Бёрном и одобрительно кивнув, Эсмонт продолжил.- Ага, если что ставки мы будем повышать, глядишь и до тридцатки дорастёшь. Сам понимаешь, времена сейчас такие, что хоть в петлю лезь, мужик. - Всё это время Том внимательно слушал, держа руки за спиной, дабы не казаться уж совсем жалким с наличием лёгкого тремора. Неловкое молчание затянулось на непривычно долгое время и наперерез недовольству Бёрна, Том уже было потянулся к товару, но что то дрогнуло в нём, сломалось в ту же минуту.- Не, Эсмонт. Я кончаю с этим, выхожу из дела. - Совершенно чётко и уверенно сказал Том, даже в некотором роде оживившись. Все трое переглянулись, не особо то и приятная гримаса Бёрна скорчилась не то в усмешке, гневе, а может и всём вместе взятым. Эсмонт, спокойно улыбнулся, отодвигая зипы поближе к себе.- Я расстроен, Том. Хотя что можно было ожидать от уличного барыги, да? - Затушив сигарету, Эсмонт не лишаясь улыбки на лице, глядел на Бёрна.- Без обид, да? С этим всё равно рано или поздно надо было кончать. - Ответил Том. Низкорослый мужчина, переглянувшись с Эсмонтом и дождавшись его одобрения, забрал товар и повертев его в руке, вновь скрылся за дверью. - Обида не обида, какая нахрен разница, а? Я тебе сразу говорил, Эс, с самими торчками дела не ведём. - Вспылил Бёрн, показательно осмотрев Тома с ног до головы, словно унижая, он продолжил.- Тебя бы всё равно хватило на несколько месяцев от силы, вали уже. - Эсмонт, всё это время остававшийся в неких раздумиях, хотел было что то добавить, но поддержав Бёрна, кивнул на выход, но перед этим всё таки добавил.- Если ты меня сдашь, тебе - конец. - Невероятно спокойным голосом отрезал Эстон, Том лишь легонько кивнул, отворив засов и скрывшись за дверью. Теперь же, прошагав по узкому коридору и спустившись на лестничной клетке вниз, Том отворил входную дверь и растворился в воздухе, делая шаг на встречу свободе. Перед глазами вновь сплыли кадры пролетающей жизни, столь стремительно, что не было шанса и уцепиться хотя бы за один. Привычная мгла поглотила Тома или по крайне мере то, что от него осталось. В следующее мгновенье, Том оказался на пороге родительского дома, а может того, что от него осталось. Опустевший дом в котором не прослеживалось ни души, а ведь когда то, тысячи или сотни лет, а может всего пару мгновений назад, он был наполнен детским смехом и невероятно притягательным чувством. Чувством, что роднее этого места, на этом свете ничего нет. Пустота внутри дома, постепенно приобретала очертания проведённого здесь детства. По дому бегал, веселился и прыгал Том, вместе со своим младшим братом Джейкобом, а мать, строгим тоном, но с любовью отчитывала сорванцов за их поведение. Через несколько кадров, уже всё семейство, с возвратившимся с работы отцом, сидела за вечерним ужином и что-то активно обсуждала. Подобные воспоминания, столь спонтанно появившееся, стремительно терялись и возвращались вновь, вместе с Томом. От этих событий он был недалёк, он был где то здесь и переносился туда, где всё начало рушиться и это надо было исправить. Времени оставалось всё меньше и меньше, это и был тот самый шанс.- Ты продул, парень. - Задорно воскликнул Том, собирая карты в единую колоду. Джейкоб, всё это время сидевший с озадаченным лицом, наигранно скривился.- Знаешь, иногда ты полный мудак. Мог хоть и поддаться. - сказал Джейк, откинувшись на спину своей кровати. Том лишь улыбнулся.- Я вообще не люблю играть в рамми, дурь, а не игра. - Сказал младший, осматривая уже свою небольшую комнату с двухъярусными кроватями, одна из которых принадлежала Тому до его переезда.- Нет лучше способа познакомиться с человеком в Бруклине, чем сыграть с ним в карты, так что не ворчи. - Том отложил карты обратно в полку и уставился на часы.- Ты опять куда то сваливаешь? Только же приехал. - Джейкобу явно не хватало внимания со стороны брата, Том это чувствовал, но словно старался от этого отмахнуться, будто от чего то ненужного. Том не ответил, а лишь подмигнул брату и уже стоя в дверном проходе, Джейк его окликнул.- Я знаю, что ты куришь траву с Грантом. Мама переживает. - Том нахмурился.- Увидимся вечером. - Сухо отрезал Том, но сразу же застыл в дверном проёме, ощутив такой стыд и позор перед братом. Возвращаясь уже к обиженному Джейку, Том потрепал его по голове.- Всё будет хорошо, Джейк. Я поговорю с матерью. За меня не переживай, ладно? - Том говорил это с подобающей заботой, но брат был непреклонен и молчал. - И я помню про то, что кое-кому скоро стукнет шестнадцать. И этот кое-кто, не отказался бы от новой приставки. - Ехидно подметил Том, улыбнувшись. Джейк, сразу же поменял страдальное лицо на тёплую улыбку. Немного замешкавшись, Джейк соскочил с кровати и достал из полки потрёпанную коробочку, протягивая её удивлённому Тому.- Хотел подарить тебе по приезду, да только откладывал. - Джейк возвратился на место и кивнул, мол, открывай. Том, открыл коробку и достал из него навесной серебряный кулон, на котором красовалась гравировка его имени, самостоятельно вырезанная Джейком. На месте гравировки ранее располагалось другое имя, да и кулон казался невероятно знакомым, но вспомнить откуда он и для чего, Том так и не смог.- Я думаю, что он поможет. Не знаю почему, в чём именно, но.. Просто носи его, ладно? - Джейк неловко улыбнулся. Том, одел кулон и благодарно обнял Джейка. В этот самый момент в комнату вошла мать и улыбнувшись, кивнула Томасу, жестом, давая понять, чтобы он зашёл к ней позже и скрылась в обратном направлении.- Шею сломаешь, Джейк. Тренировки даром не прошли, да? - Джейк лишь рассмеялся, ослабляя хватку и отпуская брату. Всё словно наладилось вновь, так как было раньше.- Вечером, я обыграю тебя в рамми, Томми. Ещё увидишь! - Том лишь рассмеялся вместе с братом и покинул комнату, направившись к матери, занимающейся делами на кухне.- Как у тебя с работой в Бруклине, Том? Ты очень редко об этом говоришь. - Мать, прежде закончившая готовку, казалось бы одним вопросом поставили Томаса в тупик. Можно было долго врать, оправдываться, но себя не обманешь. Том был замешан в нарко-трафике и мать об этом прекрасно догадывалась. Неловкое молчание затянулось неприлично долго. - Всё будет хорошо, обещаю. Вернусь вечером. - Прежде, чем Том покинул родительский дом, мать остерегла его вопросом.- Знай, что я жду тебя живым, Том. Подумай, что сказал бы отец, будь жив? - Найти в себе силы ответить, Том, так и не нашёл. Это было не под его властью, но всё должно было измениться, он чувствовал, что всё это скоро кончится. Захлопнув за собой входную дверь и выйдя на свежий воздух, Том взглянул на небо. Казалось бы, только начинающийся майский дождик растворился вместе со своими подручными тучками, за которыми прорезались лучи света. Том, сам и не заметил, как стал одним из этих лучей, растворившись где то там, в небе. Перемещение выдалось очень непростым, но то и дело всплывающие кадры, ясно давали понять, что время уносилось в прошлое всё дальше и дальше, пока не достигло одной из ключевой точек. Поворот не в ту сторону, начался задолго до этого момента, но этот должен был стать предрешающим. Ворошиться в прошлом - дело не из приятных, но осознание собственной смерти приходило именно здесь, где нет ничего, а одна лишь изнывающая пустота, то и дело возвращающая Томаса к жизни. Это случилось вновь, Том в окружении многочисленной компании в чьём-то доме, громкая музыка бумбокса, перебивающая абсолютно все звуки. Но что-то тут было не то, время будто начало измываться над Томом, над самой его попыткой что-то исправить, люди и знакомые силуэты вокруг, все до одного уставившиеся на Томаса, заменялись белой пеленой в глазах и словно уже сама Вселенная давала понять парню, что он вышел за границы дозволенного. Время трещало по швам, разрывалось, силуэты расплывались в огромных трёхметровых фигурах и сжимались до невероятно маленьких размеров, пока всё не вернулось в привычную жизненную колею и всё вокруг стало приобретать привычный характер. Перед глазами предстала обширная комната, целиком и полностью закуренная табачным дымом. Силуэты вокруг замерли в одной позе и смотрели в одну точку и до такой степени, это было неестественно, что Том впервые за всё время испытал настоящий страх. Может, это и есть предупреждение? Всё было понятно с самого начала, но это начиналось не от сюда, нет, всё это началось задолго до этого, с одной незначительной мелочи, но нащупать этот момент в собственной памяти - было очень трудно, сейчас бы очень пригодилась помощь того, благодаря или вопреки которому, здесь находится Том. Но раз здесь было суждено оказаться Томасу, то и это событие должно быть повёрнуто вспять. Всё началось со студенческой шалости, настолько безобидной, а закончилось героиновым передозом на вокзале. Чтобы это осознать - пришлось умереть, символично. Силуэты постепенно приобретали более живую форму и всё вокруг очень быстро оживилось, на смену бумбокса пришла гитара, звон которой, так тепло отдавался на душе. Передающийся по кругу блант, звонкий смех вокруг.- Ага, я бы на твоём месте молчал, Ти. Ты там со страху чуть не упал. - Раздался женский смех, люди вокруг продолжали о чём то говорить, но Томаса это мало волновало. Встав с потрёпанной кровати, на которой он сидел с какой то малоизвестной девушкой, Том в торопясь покинул комнату. Удивительно, но на это никто не отреагировал, также как и на его присутствие здесь. Может, он уже что то наподобие призрака в собственном теле? А может он был там и не нужен, раз его ухода никто не заметил. Оказавшись в просторном холле общежития, Том пошёл куда глаза глядят. Пожалуй, несмотря на все трудности в эти времена, это было самое беззаботное время. Практически полная свобода действия вкупе с остальными подростками, это лучший из вариантов, чтобы выпрыгнуть из привычной зоны комфорта родительского дома, узнать себя, кто ты есть на деле, а не тот, кем притворялся ранее. Оказавшись на лестничной клетке, Том спускался вниз, этаж за этажом и чувствовал, что вышел за границы дозволенного. Видимо, комната и коридор общежития - это был порог за которой лучше не выходить, но в этом и была цель возвращения сюда? Чтобы уйти. Неожиданно, по лестничной клетке навстречу Тому поднималась девушка, незнакомая, но до такой степени притягивающая, но Томас не поднял и глаз. Всё вокруг померкло, но ненадолго. Раздался школьный звонок, а за ним радостный детский визг. Томас, стоял как вкопанный в школьном коридоре, пока мимо него пролетали десятки детей. - Том, давай! Помоги нам, Том! - Раздался крик на весь коридор. приглушающий всё вокруг. В одном из ответвлений коридора, ведущим к запасному выходу, стояло двое пятиклассников, заблокировавших проход одной из девочек, такой же притягательной как и там, на лестничной клетке. Том, всё понимал и всё чувствовал, он не вернулся в один из периодов жизни и не пребывал в небытие, осознавая всё, лишь когда померкнет жизнь вокруг. Он понимал зачем он здесь и для чего, порушить цепочку можно было и отсюда, но до сюда нельзя было добраться без всего того, что в значительной степени и повлияло на жизнь Томаса.- Грант, прекрати. - Тихо и сухо отрезал Том, он знал кто стоит перед ним, что ждёт этого человека и как он повлияет на его жизнь. Старый друг предстал перед ним совершенно в другом виде, детские шалости тогда - переросли в нечто большое в будущем и Том был ответственен за это вместе с ним. Пятиклассник глупо уставился на Тома, а второй лишь наблюдая такую немую сцену засмеялся. - Ты полудурок, я говорю, держи её! - В неком недоумении кричал Грант, но Том был непреклонен и начал отталкивать парней от прохода. Грант послушно отлетел в сторону, в то время, как второй зачинщик полез в драку. Несмотря на обширный багаж знаний о драках, в своём детском обличии, Том лишь нарвался на пару ударов, слабо пытаясь дать отпор. Свалившись на пятую точку, Грант оттащил парня от Тома и оба кинулись бежать. К Тому подошла девочка и протянула ему руку. Оба как то по глупому улыбнулись и немая сцена сменилась тем, что девочка сняла со своей шеи именной кулон, протягивая его Тому в качестве благодарности. Оба молчали и оба улыбались, пока всё вокруг вновь не померкло, но эта пустота, привычно ожидающая Тома после каждого такого возврата в прошлое, постепенно наполнялась кадрами прожитой жизни, но совершенно другой. Дружба с Грантом растворялась в пустоте и за ней следовал приятный облик той самой девочки, через секунду, встретивший её Том мило беседовал с ней на лестничной клетке, после столь долгого затишья в их отношениях. Всё изменилось и все те изменения, происходящие в жизни Тома - были прекрасным чувством, он чувствовал это на себе и понимал, что меняется сам, а за ним и сама суть пребывания здесь. Последний кадр, так долго представший перед глазами, был последний из прошлой жизни Тома. Лёжа на грязном вокзале, в окружении тех самых людей в белых халатах, Том умирал. За этим всем удалось наблюдать скорее от третьего лица, как будто за жизнью незнакомого тебе человека. Всё это прекратилось как только, один из медиков не прощупал пульс Тома и не удостоверился в том, что он мёртв, отрицательно кивнув своим коллегам. Это и был Том? Теперь нет, это был явно кто-то другой, от кадров прежней жизни не осталось и следа. Том, лежал на больничной койке и последние минуты своей жизни провёл со своей семьёй.