Часть 1

Правило жизнь №324 - "Нельзя бить священнослужителей, даже если очень хочется".

-Я же вам говорю, это не для печати, - его голос был умиротворенным и спокойным, как у уставшего лектора.

-Но, святой отец, только подумайте, какой хороший материал получится и как это исправит ситуации в церкви. Пожалуйста, прислушайтесь к моим словам.

-Нет, деточка, это не мое дело, когда Бог захочет, он сам это исправит, пришлет посланника или знак.

-Но я ваш знак, пророк, знамение, называйте. как хотите. только позвольте мне напечатать материал, - уже бунтовала я. Мои руки рассекали воздух в широких жестах, а брови полезли на лоб от возмущения

-Вы жуткая богохульница, юная леди, наверняка, еще и неверующая, - мужской силуэт отдалялся от меня с каждой секундой, я наблюдала, как подол черной монашеской рясы подметал пол, пока окончательно не скрылся за углом.

-Я поверю в Бога, если вы одобрите мне статью - это будет настоящий Божий дар, - крикнула я ему вдогонку.

Я собрала свои вещи и отправилась в редакцию. Выйдя из здания храма, мои легкие стали жадно хватать воздух непропитанный свечным воском и молитвами.

В кармане завибрировал телефон. "Лана, слушаю", безнадежно и устало звучал мой голос.

-Хей, ты где? Ты же не забыла про собрание редакторов, иначе босс тебя убьет, - прошептал мой коллега в трубку, наверное, он находился в непосредственной близости ко всем остальным.

-Не забыла. - Я тоже начала шептать, потому что так делал мой собеседник. - Только вышла из церкви, уже бегу.

Я сбросила вызов. Мои глаза застали как зеленый цвет светофора сменялся на красный. Черт, черт, черт! Я уже 13 минут как должна быть на собрании.

Выбор был сделан, я шумно вдохнула и выдохнула, застегивая легкое пальто, которое не грело, посмотрела по сторонам, убедившись, что поблизости нет машин, и побежала. Вряд ли что-то случится, это был безлюдный район. Я почти перебежала дорогу, как увидела перед собой грузовую фуру. Водитель громко сигналил, этот звук меня оглушал. От испуга я впала в шок, мое тело замерзло на месте.

Последнее, что я увидела - номера машины, которые встретились с моим телом.

***

-Извините, вы последний в очереди?

-Нет, очередь заканчивается там, - молодой парень ткнул худым пальцем в уходящую в туман очередь. Это шутка какая-то! Я не буду столько стоять в толпе.

-Наверное, это какой-то знак судьбы, что я умерла и очнулась рядом с вами. Думаю, судьба заняла мне очередь, - я чарующе похлопала своими ресницами, томно глядя на собеседника. Моя рука легла на его плечо, еле заметно поглаживая.

Молодой человек свел густые брови к переносице, переводя взгляд на руку на его теле: "Я гей, это не сработает". Стон отчаяния вылетел из моего рта.

Динамики прикрепленные на верхние облака начали издавать шуршание.

"Изнасилована и зверски убита № D1817, пройдите окошку № 27 и заберите ваши документы" - голос оператора был похож на тот, что звучит в аэропортах. Ничего не понятно, если синхронно не замолчать всем залом ожидания и не сосредоточиться на словах. Я всегда считала, что это какое-то изобретение дьявола, и уж точно не рассчитывала встретить этот голос на небесах.

Я отвела взгляд от динамиков, перемещая его на моего нового знакомого.

"Тут, блять, еще и электронная очередь?!", мои глаза округлились в вопросе.

Одиночная молния вышла из облаков и ударила мне в задницу.

-Аааа! Что за хуйня?! - кричала я скорее от недовольства, чем от боли, растирая поверженное место сквозь джинсы. В то время, как вторая молния ударила меня в живот. Я вскрикнула от неожиданности, парень громко рассмеялся на всю очередь, длинной в Миссисипи.

-Это небеса, чудачка. Тут нельзя сквернословить, - сквозь проступающий гогот сообщил он мне.

-А раньше, блять, ай - новая молния - нельзя было сказать. Или ты хочешь, чтобы я умерла дважды?

Он все еще смеялся. Мы постепенно продвигались вперед с очередью. Уходить в конец я не собиралась, блюстителем правил я все равно никогда не была.

-Я Чак, кстати.

-Лана. Давно стоишь в очереди?

-Пару дней, вчера была жуткая пробка, куча народу, теракт в Париже. Слышала?

-Ага, - с сожалением вздохнула я, - это было за день до моей смерти.

-Сходи возьми электронный талончик, без него тебя точно не пустят.

Я развернулась на пятках и пошла к одинокому аппарату, который штамповал талоны. Я коснулась пальцами сенсорного экрана и заполнила обязательные поля анкеты. Фамилия, имя, емэйл, контактный номер телефона, причина смерти. В конце опросника я нажала кнопку печать и стала послушно ждать номера своего талона. Я ожидала что-то вроде "Несчастный случай с девушкой, которая постоянно опаздывает № В3659".

Но вышло совершенно другое - "Особое приглашение номер № А0001". Это билет на шоколадную фабрику Вилли Вонка?

Снова послышалось шуршание из динамиков: "Особое приглашение № А0001, оставайтесь на своем облаке, сейчас за вами выйдут".

Даже если бы я хотела, то не сдвинулась. От ступора я застыла на месте. Мои ноги начали проваливаться в облачную перину, я огляделась и встретилась глазами с Чаком. Его лицо было не столько озабоченным, сколько озадаченным. Я пожала плечами, как бы говоря "Хрен его знает, что происходит". В стене из облаков образовалась дверь, оттуда вышла невысокая женщина лет сорока, она была похожа на учительницу начальных классов.

-Особое приглашение № А0001? - Спросила меня миниатюрная женщина. Юбка карандаш облегала ее бедра, розовая блуза была застегнута на все пуговицы под горло, на глазах были очки для зрения в стиле кошачий глаз. На лице не было макияжа, кроме красной помады. Ну точно француженка.

Я протянула ей свой талон. Женщина приспустила свои очки на кончик носа, вчитываясь в текст на бумажке.

-За мной, - скомандовал ее бархатный голос. я поплелась за ней в сторону двери, из которой она только что вышла, проходя мимо Чака. "Удачи, Чак", сказала я ему одними губами, когда мы поравнялись. Уже подходя к двери, я услышала его саркастичное "ха. ха. ха.".

Пройдя через дверь, мы миновали несколько длинных коридоров, останавливаясь у лифта. Я была совершенно потеряна в этих небесных делах:

-Зачем здесь лифт? не в смысле для чего он, я прекрасно знаю для чего люди используют лифт, но мне казалось, что небеса и есть верхний этаж, - от удивления я всегда начинала тараторить так быстро, что за мной бы не угнался ни один логопед.

Моя провожающая поправила очки на переносице и посмотрела на меня исподлобья. Я была немного выше нее. Готова поспорить, она была не больше пяти дюймов. Ее красные губы были похоже на тот поцелуйчик с валентинок. "Сейчас поймешь" - все, что она сказала. Мы так и стояли в тишине, пока лифт не прибыл. Железные дверцы открылись, из динамиков железного транспорта играла песня "Аллилуйя". Я уставилась на нее заискивающим взглядом, женщина безразлично пожала плечами.

-Это его любая песня, - добавила она.

Дверь за нами закрылась, Провожающая нажала на кнопку "ОН". Рядом находились кнопки "Регистратура", "Комната отдыха", "Стаф рум", "Рай" и "Офис". Лифт начал движение, но двигался он не вверх, а в сторону. Мой взгляд снова упал на женщину рядом со мной. Она поправляла одежду.

-Вот поэтому нужен лифт. Ты хоть представляешь, как много должно уместиться на самом верхнем этаже. Приходится осваивать новые территории.

Не знаю, сколько это в минутах, но когда мы доехали, то я прослушала два кавера и один танцевальный ремикс на "Аллилуйя".

Железные двери открылись, Провожающая вытолкнула меня наружу, от неожиданности я чуть не упала, но ухватилась за что-то крепкое и вязанное. За спиной я слышала, как лифт уезжал обратно. Я подняла глаза, посмотреть на то, за что я держусь.

-Джони Синкс? - от шока мой голос стал сиплым, глаза вылезали из орбит.

Молодой мужчина около тридцати был высокий, накаченный и... лысый. В момент, когда он услышал мой вопрос, его ладонь громко шлепнула по лицу. "Побойся Бога", был его усталый голос.

Я убрала рука с его вязанного свитера и отдалилась на пару шагов, скидывая грязное после аварии пальто на соседнее кресло. Крепкая мужская мускулатура была окована самым милым свитером, который я когда-либо видела: на голубой ажурной вязке был рисунок птенца в скорлупе, а рядом надпись "-Курица или яйцо? -Бог".

-Подарок подчиненных, - смущенно произнес он, когда заметил мой любопытный взгляд, на щеках образовался румянец. Он поближе пододвинул кружку, которая гласила "Босс номер один" и отпил из нее зеленый чай.

-Ты к себе только жополизов набираешь? - возможно, стоило выбирать словечки, когда ведешь диалог с Богом, но в состоянии шока меня это мало волновало.

Бог прыснул от смеха, капли зеленого чая попали мне на лицо.

-А ты мне нравишься, - сквозь подступающий смех сказал он.

-Поэтому у меня Особое приглашение № А0001?

-Да, а еще потому что я хочу, чтобы ты была моим пресс-секретарем. Мне нужно, чтобы ты написала со мной интервью и отправила в The Heaven Times сегодня до полудня, потом забрать мои вещи из химчистки на углу ангелов и третьей адамовой. Еще нужно подготовить... - он перестал загибать пальцы, перечисляя дела, и просто смотрел на то, как я ничего не делаю. - Почему ты не записываешь?

-Черта с два я буду работать после смерти. Я хотела отдохнуть в раю, - безразлично ответила я, с жутким любопытством осматривая его стол. Куча ручек паркер, цветные стикеры на экране макбука по бокам экрана. Ничего примечательного. Даже не открыта СРМ система с делами. Единственное, что настораживало идеальная чистота и разложенные предметы, как по линейке.

-У тебя ОКР? - был мой вопрос, когда я пялилась на него. Свет от лампочных облаков блестел на лысине, Бог оттянул подол свитера немного вниз, теребя его пальцами.

-Легкая форма, это от нервов. В двадцатом веке было много работы, тогда же я и облысел, - он покашлял в кулак, чтобы прервать неловкость, и продолжил, - почему это ты не будешь работать? Ты работала каждый день на протяжении семи лет, я думал, ты любишь работать.

-Люблю, но в минуты отчаяния меня спасала мысль, что я отдохну в гробу. Я планировала умереть от рака легких лет в сорок и спокойно наслаждаться пустотой после смерти. Что же теперь? - Моя левая бровь изогнулась в вопросе.

-Ты умерла в двадцать пять, ленивая ты девчонка!

Я сложила руки на груди, смотря на Него исподлобья. Он знает, что не сможет меня заставить, если я не захочу, насколько бы главным он тут не был.

Бог снова прочистил горло:

-Мы можем обсудить условия