Где-то между

POV Elizabeth

- Бетти, иди завтракать, - доносится мамин голос. 

- Сейчас иду, - громко отвечаю.

Ещё раз внимательно осмотрев себя в зеркале, я вздохнула. Нужно просто как-нибудь прожить этот день. Собрав все нужные вещи для школы в рюкзак, я направилась на кухню.

На столе уже стояли тарелки с едой, но мама ещё суетилась у плиты, ловко орудуя кухонными приборами. В это время папа совершал свой утренний ритуал: сидел за столом и, не отрывая глаз от газеты, попивал Эрл грей.Странный человек - на улице век компьютерных технологий, когда вся информация мира доступна нам в любом виде, а он читает то, что напечатали в неизвестном издательстве на самой дешёвой бумаге. Я не очень доверяю таким газетам.

- Привет, пап, - я села за стол. 

- Доброе утро, Элизабет, - ответил отец прожёвывая пищу, - какие планы на сегодняшний день?

- Да всё как обычно, уроки, а потом я иду в музыкальную школу, - говорю как можно более непринуждённым тоном.Отец многозначительно кашлянул. 

- Элизабет...

- Пап, давай просто позавтракаем, ладно? - попыталась сказать я как можно мягче.

Мои слова улетели в пустоту.

- Не перебивай меня, когда я хочу с тобой поговорить. Мне не нравится, что ты так много времени уделяешь этому бесполезному... кхм. Хобби. Ты уже взрослая девушка, Элизабет, и ты должна понимать, что игрой на пианино на жизнь не заработаешь. То время, которое ты тратишь на эти занятия, ты могла бы уделять более углублённой подготовке к экзаменам, которые тебе, между прочим, очень пригодятся при поступлении в колледж. Я надеялся, что хотя бы в этом учебном году ты поймёшь это.

Мама не вмешивается в разговор и виновато прячет глаза. Всё это отец говорил спокойным и твёрдым голосом. Аппетит пропал.Ну вот серьёзно? С самого утра нужно было затронуть эту тему? Да ещё и растягивать лекцию на несколько томов.- Пап, - мой голос начинает дрожать от гнева, который я всеми силами сдерживаю в себе, - я только пришла, не успела даже сделать глоток чая, а ты сразу начал этот разговор, который ты начинал уже много раз.

Медленный вдох, регуляция громкости речи.

- И никогда мы ни к чему не приходили, кроме как к тому, что портили друг другу настроение. Неужели это было так важно - обсуждать моё "бесполезное хобби" именно перед завтраком?Бросаю взгляд на маму, пытаясь найти в ней поддержку, но она отворачивается к плите, изображая занятость.

Я глубоко вдыхаю в себя воздух и считаю до пяти, пытаясь успокоиться. В последнее время я стала слишком раздражительной. Может, виной всему мой возраст, но с каждым днём я становлюсь всё менее смиренной и всё более вспыльчивой. Решив, что какое-либо сопротивление или дискуссия будут бесполезными,  я натягиваю на себя улыбку.

- Да, вы правы.

Чай остаётся недопитым, а я быстрыми шагами оказываюсь на улице, наплевав на возмущённые крики отца. Эти люди умеют испортить настроение с самого утра.

Как же мне надоело, что с моим мнением совершенно не считаются, что мои интересы ставят ниже своих, и считают меня глупым, ни в чём не смыслящим ребёнком. Наверное, все с этим сталкиваются в свои семнадцать. 

Улица встретила меня хмурым небом и сильным ветром. Что же, день обещает быть не самым лучшим.Осень пришла в наш город слишком быстро, за одну ночь, и все жители, выходя утром по своим делам, с недоумением принимали холодное приветствие этой дамы, которая только вчера была приветливой и ласковой.

Вытащив из кармана телефон с наушниками, я начала распутывать эти дьявольские узлы. Никогда не понимала, каким образом наушники запутываются до такой степени. Быстро шагая по тротуару, я вмиг стёрла всех прохожих из поля зрения, нажав на  "Play".

***Физика. Пожалуй, мой самый нелюбимый предмет в школьном расписании. Интересно, кто-нибудь вообще её любит? Я перевела взгляд на часы и с ужасом осознала, что прошло меньше половины урока. Машинально записывая конспект под диктовку миссис Ленч, я совершенно не понимала, о чём пишу. Понятия и формулыпереставали иметь значение, ведь я думала совсем о другом. В первую очередь я думала о том, как сильно хочу отсюда уйти, но во вторую... Я вздохнула. - Псс, - услышала  я шёпот слева, - Элизабет. Я повернулась к Монике, которая пыталась незаметно передать мне записку. Я аккуратно забрала из рук подруги клочок бумаги, проследив взглядом, чтоб миссис Ленч нас не заметила. С интересом развернув бумажку, я прочла:"Не против ли ты пойти со мной на свидание?" Внизу были две клетки для ответа, а вариантами ответа были "Да, не против" и "Нет, не против". Кроме этого в углу был нарисован смешной человечек в окружении сердечек. Я улыбнулась и повернулась назад. На меня смотрели смеющиеся глаза Тайлера. Я покрутила пальцем у виска и, повернувшись обратно, написала на листочке: "Придурок".Моника, выполнявшая сегодня роль почтальона, передала Тайлеру мой ответ. - Что на этот раз? - улыбнулась подруга.- Ничего нового, - тихо ответила я, но, видимо, недостаточно тихо, так как строгий взгляд миссис Ленч остановился на нас.- Девушки, если вам неинтересно, то я вас не задерживаю в кабинете, можете уходить, и получить соответствующую оценку. 

- Простите пожалуйста, - извинилась я. Преподавательница приняла мои извинения и продолжила излагать материал. Я снова перевела взгляд на стрелки часов: чёрт, они почти не сдивнулись.Краем глаза я наблюдала за Моникой, которая усердно записывала все слова миссис Ленч. Эх, мне бы её стремление к изучению точных наук. При этом, у меня по таким предметам, как математика, физика, химия стоят хорошие оценки, но мне эти уроки совсем не интересны, и учить весь этот материал мне даётся нелегко. Наверное, я преуспеваю в учёбе исключительно из-за родителей, которые приучили меня ещё с детства ответственно относиться к занятиям в школе. Ну, или проще говоря, они меня убьют, если у меня будут плохие оценки. Время шло медленно, тянулось, словно резина, и я не знала, чем себя занять. Не придумав ничего лучшего, я стала рисовать на листе, погружаясь в собственные мысли. Подперев подбородок рукой, я выводила линии на бумаге, вернувшись мыслями к тому, кто часто был их гостем.

Звонок прозвенел, словно ангельская мелодия. Наконец-то закончился этот скучный урок, и миссис Ленч прекратила своё полуразборчивое бормотание. В классе и в школе в целом, вмиг стало шумно.Я быстро собрала вещи в рюкзак, и стала ждать Монику, которая что-то спешно дописывала в тетрадь. Мельком я глянула на Тайлера, который нарочно медленно собирал тетради. - Моника, - простонала я, - давай быстрее, пожалуйста, я не вынесу больше и минуты в этом ужасном классе. - Ага, сейчас, - пробормотала она, заправив прядь вьющихся каштановых волос за ухо. Я закатила глаза.- Жду тебя в коридоре.

Я вышла из класса, и услышала, как кто-то догоняет меня сзади. Это точно не Моника, которая дописывала формулы.  Я продолжила идти.- Хей, детка, ну что скажешь? - поравнялся со мной Тайлер.- А что тебе было непонятно в моём ответе? - улыбнулась я этому чудаку. - Как знаешь, Элизабет, - он вышел на пару шагов вперёд и повернулся ко мне лицом, продолжая идти вперёд спиной. - Однажды я завоюю тебя, вот увидишь. Он потрепал мои волосы и скрылся в толпе, оставив меня улыбаться. - Дурак.

Чья-то рука легла мне на плечо, и обернувшись, я увидела Монику.- Ну что, ты сегодня снова идёшь играть?- Да, сегодня утром у нас с папой был разговор по этому поводу.

Моника вздохнула, и взяла меня под руку.- Знаешь, ты не должна сдаваться. Ты должна бороться за то, что любишь, и никому не уступать, даже родителям.

- Да, только я долго не протяну в этой схватке, - ответила я беспомощно.

- Ты на автобусе добираться будешь? Я могу попросить Зака подбросить тебя.

- Твой парень скоро начнёт требовать с меня деньги за услуги водителя, - улыбнулась я. Моника рассмеялась в ответ.

- Не говори глупостей. Он всё равно хотел заехать к Питеру, а он живёт примерно в том же районе.- Хорошо, я буду очень благодарна.

В коридоре было много людей, и мы с Моникой пробирались сквозь толпу к выходу.

Погода переменилась к лучшему, и в отличие от хмурого утра,  на улице стоял ясный солнечный день. Куча школьников пересекала школьный двор вдоль и поперёк, а мы с Моникой шли к машине Зака, болтая о фильме, что недавно вышел в прокат.

Мы подошли к автомобилю, возле которого стояло трое парней, в числе которых был и возлюбленный Моники. - ...хорошо, тогда договорились, - Зак пожал руки каждому из друзей, и переключил своё внимание на нас.

- Хэй, Элизабет, как дела? – спросил парень, облокотившись одной рукой об открытую дверь автомобиля. Моника подошла к нему, и быстро поцеловала, в то время, как Зак приобнял её за талию. 

Мне так нравится их пара, они  хорошо подходят друг другу. Каждый раз, когда я смотрю на их отношения, мне становится так тепло на душе, и я счастлива, что моя подруга нашла такого парня, как Зак, ведь он очень отзывчивый и дружелюбный человек. При том, он довольно симпатичный и спортивный парень. В его внешности не было чего-то особенного, что можно было бы выделить, но в целом это был привлекательный молодой человек, которого все заслуженно любили. 

- Всё хорошо, а ты как?

- Когда рядом со мной она, - Зак нежно посмотрел на Монику, что находилась в его объятиях, - то у меня всё отлично. 

Я не смогла сдержать улыбки. 

- Зак, подвезёшь Элизабет в школу искусств?

Парень посмотрел на наручные часы. 

- Да, конечно. Запрыгивайте.

Я захлопнула за собой дверь и расслабилась на заднем сидении. Откинув голову назад, я прикрыла веки, предвкушая сегодняшнее занятие на фортепиано. Зак сосредоточенно вёл машину, не отвлекаясь на разговоры,  изредка отвечая на вопросы Моники. Ехали мы молча, слушая песню какой-то группы по радио.  Механически перебирая пальцами руки, будто играя на фортепиано, я думала о том, как хочу и подсознательно боюсь его встретить. За окном проплывали дома, случайные прохожие, магазины, машины, и я, не отрывая взгляда, следила за всеми этими мелочами, но была полностью погружена в мысли о другом, о далёком. Я уплывала мыслями к человеку, для которого моё существование значило так ничтожно мало, что хотелось просто упасть в пропасть без дна. Падать бесконечно долго, вечно, и не вспоминать ни о чём, ни о ком, не вспоминать о том, что ты не нужен тому человеку, который для тебя нужнее всех в этом чёртовом мире. 

- Приехали, - весело сказал Зак.

Я не заметила, как быстро мы прибыли. Такое со мной случается постоянно – всё происходит слишком быстро, я просто-напросто не замечаю, как течёт время.

- Да? Так быстро.

- До встречи, солнце, - улыбнулась Моника, поцеловав меня в щеку.

- Пока, Моника, Зак, спасибо, - улыбнувшись сказала я и вышла из машины. Мне нужно было пройти совсем немного.

Машина Зака, бульвар, ворота школы, ступеньки остались позади. Я вошла в здание, и по привычке направилась к кабинету музыки, проходя холл, ступеньки и коридор. Я задержалась на несколько секунд у двери, за которой слышались обрывки мелодии. Видимо, у мистера Лайнфорта сейчас занимается ребёнок: игра была неуверенной и обрывистой.Повернув ручку двери, я тихо вошла, наблюдая за тем, как мальчик, лет восьми, старательно играет на пианино, внимательно вглядываясь в ноты. Рядом с ним сидел мистер Лайнфорт, терпеливо его поправляя. - Здравствуйте, - нерешительно сказала я. Мальчик перестал играть и я словила на себе взгляд мистера Лайнфорта. 

- Тимми, можешь собирать вещи. На сегодня всё. Дома прорепетируй вот этот фрагмент, и этот.

Пока мистер Лайнфорт разговаривал с Тимми, я сняла с себя рюкзак, поставила его на стол и сняла пиджак.- И главное, не забывай, в чём разница между половинными и четвертными.

- Хорошо, - мальчик послушно кивнул. – До свидания. Хлопнула дверь и мы остались одни.

Секунды ощущались, как часы.

Я смотрела на этого человека, не отводя глаз, и он принял мой вызов на несколько секунд.Этого времени вполне хватило, чтобы моё сердце ускорило ритм, а внутри появилось чувство, близкое к страху. Я всем телом чувствовала оцепенение. Наверное, похожее чувство возникает у маленькой мышки в кольцах удава, что не отводит от неё свой гипнотический взгляд.

Мистер Лайнфорт принял поражение первым, видимо, понимая, что наш зрительный контакт затянулся неприлично долго. Он улыбнулся, встав со стула. Так улыбаются котам, найденным на улице, так улыбаются милым детям, которые делают какие-то забавные вещи, так улыбаются псам, которые гоняются за своим хвостом. 

- Здравствуй, Бет.  

Что-то неприятно кольнуло внутри.

- Не называйте меня так, пожалуйста. Я же уже просила вас об этом.

Мне не хочется, чтобы он воспринимал меня маленькой девочкой. 

- Да, прости, не могу избавиться от этой привычки, - одной рукой он поправил тёмные волосы, которые вечно находились у него в беспорядке. – Прошлое занятие у нас сорвалось, и...

- Это моя вина, я себя плохо чувствовала в тот день, – солгала я, перебив. – В школе были неприятности, ещё и с родителями не поладили, вот я и несла всякую чушь, срываясь на всех подряд, в том числе и на вас, прошу прощения.

На самом деле вот уже сколько времени, из-за тебя я плохо чувствую себя каждый день.

Я прошла несколько шагов вперёд и села на стул возле фортепиано, опустив взгляд на клавиши. Мистер Лайнфорт стоял чуть позади меня, скрестив руки на груди. 

- Что ж, понятно, - вздохнул он, - ничего страшного, со мной тоже такое бывает. Но сейчас с тобой всё в порядке?

- Да, - смиренно ответила я. Мне было трудно переносить этот разговор с ним, который мы вели из вежливости, чтобы как-то разбавить последующий час сухого урока.

Мистер Лайнфорт присел рядом со мной и поставил передо мной ноты. Я затаила дыхание от того, как близко он находился. Почему это происходит каждый раз? Из-за его присутствия рядом, я на какое-то время напряглась, не в состоянии сосредоточиться на чём-либо.

- Начнём. Я принёс одну мелодию, она тебе должна понравиться. Хотелось бы, чтобы ты её выучила, не потратив на это много времени, и отточила нужные навыки. Она небольшая, но очень красивая, и поможет тебе поработать над некоторыми твоими недостатками в игре. 

- Хорошо, - тихо ответила я. 

- Давай я сначала сыграю её. 

Я лишь кивнула, и отодвинулась, чтобы не мешать мистеру Лайнфорту играть.

Примечание автора: Советую прямо сейчас включить трек Primi passi - Fabrizio Paterlini, чтоб сполна прочувствовать атмосферу.

Он чувственно коснулся пальцами чёрно-белых клавиш, и первые ноты окутали меня своей нежностью. С каждой секундой музыка пронизывала душу, и я завороженно наблюдала за красивыми длинными пальцами учителя, что так профессионально скользили вдоль пианино. Звуки очаровывали меня, заполняя собой  комнату. Я не отводила взгляд от мистера Лайнфорта. Он погрузился в мир этой прекрасной мелодии, что овладевала моей душой, наполняя собой всё тело. Я прикрыла на мгновение глаза, пытаясь сполна насладиться музыкой. Она уносила сознание куда-то далеко, туда, где не ступала нога человека, где все чувства были настоящими, искренними и их не запирали в клетку за тысячей замков. Я открыла глаза и продолжила наблюдать за учителем.

Рукава белой рубашки мистера Лайнфорта были закатаны чуть ниже локтя, и его сильные руки нежно и бережно касались клавиш фортепиано. Он играл так аккуратно, что иногда казалось, будто он вовсе и не дотрагивается до пианино. Его тёмные глаза, обрамлённые чёрными ресницами, выхватывали ноты на бумаге, а брови были слегка нахмурены, выражая сосредоточение на лице мужчины. Я вновь перевела взгляд на его руки, на длинные пальцы, которые так эстетично выглядели на этом чёрно-белом фоне. Мне так хотелось прикоснуться к этим рукам, почувствовать их на своём теле, на лице, на губах, хотелось нырнуть в тёмную глубину его глаз, заглянуть в самые дальние уголки сознания.

Мелодия затихла, и мне пришлось вернуться в реальный мир, в котором я – не больше чем ребёнок, который по глупости влюбился в своего учителя. 

- Это было... Прекрасно, – на выдохе сказала я. – Надеюсь, что когда-нибудь я смогу играть так же, как и вы. 

- Схема простая, Бет, ты и сама знаешь. Просто нужно много тренироваться, - улыбнулся мистер Лайнфорт, - чем мы сейчас и займёмся. Давай, начинай играть первую строчку. 

Я подвинулась ближе, вновь ощутив близость с этим человеком, который учил меня играть, и, сам того не зная, разбивал мне сердце. Разобрав несколько аккордов, я сделала первый шаг к изучению, в последствии которого по комнате разлилось нежное звучание. Учите меня музыке, мистер Лайнфорт.

***

Доиграв последние аккорды, я сняла руки с фортепиано. За этот урок мне удалось выучить примерно две трети мелодии, которую принёс мистер Лайнфорт. Всё это время он сидел справа от меня, исправляя ошибки и указывая на недочёты в моей игре. Как и обычно, на протяжении всего занятия между нами была тишина, изредка прерываемая его замечаниями, а я тихо принимала их во внимание.

- Хорошо, Элизабет. На этом закончим. Мистер Лайнфорт собрал ноты в стопку, и протянул их мне. 

- Держи, прорепетируй дома.

Я протянула руку и забрала листы бумаги из рук мистера Лайнфорта, нарочно коснувшись его руки кончиками пальцев.Наши взгляды встретились на секунду. Я смотрела на этого человека, который находился ко мне так близко, но так непостижимо далеко, и что-то неприятно стонало внутри. Я отвела взгляд.

- Вам когда-нибудь хотелось дотянуться до звёзд, мистер Лайнфорт?

Я часто задаю ему такие странные вопросы в надежде на то, что однажды он поймёт их скрытый смысл. Конечно же, я так только усугубляю своё положение, и, наверное, кажусь ещё более глупой и наивной, чем он считает. Но что мне остаётся делать, раз я не могу говорить прямым текстом?

Мой вопрос, наверное, озадачил его. Проведя рукой по густым чёрным волосам, он на несколько мгновений задумался.

- Знаешь, Бетти, это в сущности человека - хотеть достичь звёзд. Люди ведь созданы из их пыли, - его голос звучал низко, приглушённо, и мне казалось, что он в этот момент чувствовал то же самое, что и я. - Но мы не должны мечтать о чём-то неосуществимом, ведь в конечном итоге пустые надежды убивают нас.

Он встал со стула и облокотился о книжный шкаф, что стоял немного позади нас.

- Но разве... - я нажала рукой на несколько клавиш. Тихий грустный звук заполнил собой пространство между нами. - Разве мечты не созданы для того, чтобы хоть немного быть ближе к тому, о чём мечтаешь?

- Так и есть, - вздохнул мистер Лайнфорт, - только все эти мечты отравляют существование, делая его невозможным. Реальность слишком неприятная, но нам ничего не остаётся, как просто принять её. Жизнь - лекарство от смерти, а реальность - горький компонент этого лекарства.

Я опустила взгляд на руки и дрожащим голосом сказала:

- Значит, нужно просто сдаться? Просто принять поражение, даже не начиная бой?

Между нами повисла тишина. Я спиной почувствовала, как мистер Лайнфорт устремил на меня взгляд.

Он молчал. Молчал и смотрел.

Я встала, оставив позади себя учителя. Быстро собрав вещи, я молча направилась к выходу. Взявшись за дверную ручку, я бросила взгляд на своего преподавателя, которого снова оставляла наедине со своими мыслями. Его лицо ничего не выражало.

Внутри меня откололся ещё один кусочек чего-то важного.

- Может, - нарушила я тишину, - и правда лучше сдаться.

Повернув ручку двери, я сделала шаг.

Дверь позади меня закрылась, и я услышала, как с другой стороны яростно захлопнулась крышка фортепиано.

***

Вечера стали приходить рано, цепляясь короткими закатами за небосвод, с каждым днём становясь всё холоднее. Солнце становилось всё тусклее, а осенняя печаль сосредотачивала в своих руках всё больше власти.

Покинув здание школы искусств, я быстрым шагом шла наперегонки с ветром. Пытаясь не думать ни о чём, я смотрела  под ноги машинально огибая каждого встречного. Дыхание сбилось. Было ли это оттого, что я быстро шла? Вечер был тёплым и мягким. Я набрала в лёгкие как можно больше воздуха, пытаясь как-то сохранить в памяти этот момент, который таил в себе так много чувств. Я стала идти медленнее. Оранжевый – этим цветом можно описать то, что я чувствую к человеку, которого оставила за закрытой дверью четверть часа назад. И серый – то, что оставляет во мне каждая встреча с ним. Этими цветами сейчас окрашено всё вокруг меня.

Погрузившись в раздумья, я шла, не обращая особого внимания на то, что меня окружает. Это было моей плохой чертой – уходить в себя и не замечать происходящего вокруг. Меня не интересовали прохожие, дома, машины; мне было абсолютно всё равно. И временами это становилось опасно, ведь иногда я не замечала, что перехожу дорогу на красный, едва не попадая под колёса машины. Я могла в любую минуту вот так вот задуматься, и буквально выпасть из реальности, делая всё на автопилоте. Так случилось и в этот раз. Я машинально шла по тротуарам, проходя мимо случайных прохожих, думая о чём-то далёком. Окружающий мир долетал до меня лишь обрывками звуков и размытыми цветами, не составляющими собой полноценную картину. И вот, спустя какое-то время, я пришла к своему району, замечая знакомые здания и переулки. Я удивилась тому, что прошла всё это расстояние пешком.

Я почувствовала, как кто-то положил руку мне на плечо. Почему все мои знакомые так делают? Обернувшись, я увидела стоящего перед собой Тайлера.   

- Хэй, - улыбнулся он, - не ожидал встретить тебя сегодня здесь. 

- Я была в школе искусств, - ответила я, продолжив идти. Мне сейчас не хотелось ни с кем разговаривать.

- Аа, занятия на фортепиано. Ну и как? 

- Как обычно, - пожала я плечами.

Парень хмыкнул. Он шёл за мной, засунув руки в карманы брюк. 

- Сейчас домой идёшь? 

Меня немного раздражал этот диалог, не несущий в себе никакой смысловой нагрузки. Я очень устала, и была ужасно голодна, и в мои планы никак не входило мило беседовать с Тайлером ни о чём. 

- Да, домой. Мне нужно сделать ещё кучу дел. 

- Хм, а может, я свожу тебя куда-нибудь и покормлю? – Тайлер широко улыбнулся, в точности угадав мои желания. 

Я задумалась на пару мгновений. Идти домой совсем не хотелось.

- Что-ож, Нордсон, я слишком голодна для того, чтобы отказаться от твоего предложения, –  взглянула я на лицо парня, ожидая увидеть там восхищение, но заметила лишь тень грустной улыбки. – Только вот у тебя, наверное, были свои планы? Мне бы не хотелось доставлять тебе неудобства.

Тайлер на секунду задумался, и, достав телефон из кармана, что-то быстро там напечатал. Я услышала звук оповещения в его смартфоне, и парень, слегка кивнув головой, положил его обратно. На его лице вновь появилась дружелюбная полуулыбка. 

- Всё, проблема решена, можем идти. 

- Только давай найдём местечко поблизости, потому что в моём желудке скоро образуется чёрная дыра, которая засосёт в себя всё сущее на этой планете. 

Тайлер рассмеялся. За несколько мгновений моё настроение стремительно начало расти. Я раньше не обращала внимание на то, как Тайлер смеётся, и только что поняла, что мне нравится его смех. 

- Я сказала что-то смешное? – не смогла сдержать я улыбки. 

- Пойдём, - сказал Тайлер, пропустив мой вопрос мимо ушей. – Тут совсем недалеко есть хорошее кафе.

***Я сидела на мягком диванчике бордового оттенка, разглядывая меню. Слева от меня было большое окно, за которым то и дело мелькали фигуры прохожих. Я всматривалась в папку в моих руках и практически не могла ничего понять, буквы плавали перед глазами.

- Элизабет? – услышала я мягкий голос Тайлера. – В этом меню не такой большой выбор, чтобы молча разглядывать его уже десять минут подряд.

Я подняла глаза на сидящего напротив меня парня. Ах да, я совершенно забыла, что пришла не одна.

- Прости, я просто задумалась о своём. Со мной это часто происходит. 

- Хм, может что-то закажешь? Не думаю, что на голодный желудок так уж хорошо думается о своём, - улыбнулся Тайлер.

Его светлые глаза излучали тепло, и от этого я чувствовала себя будто укутанной в плед.Этот парень добрый, отзывчивый, вежливый. Его всегда окружают хорошие люди, которые относятся к нему с уважением и доброжелательностью. А ещё он играет на гитаре. Моя слабость. Всё, что связано с музыкой, имеет на меня какое-то необъяснимое, но сильное действие. Помимо всех его отличных человеческих качеств Тайлер ещё и очень красив. Хотя красота - понятие субъективное, он подходит под общепринятые стандарты.

Не трать на меня своё время, Тайлер, найди другую.

- Ну что ж, я, наверное, буду какао и панкейки с кленовым сиропом, - сказала я официантке, подошедшей к нам.

- А мне принесите греческий салат, пожалуйста, и стакан клюквенного сока.

Официантка вежливо улыбнулась, кивнув, и сообщила, что наш заказ будет выполнен как можно скорее. 

- О чём же ты постоянно думаешь, Элизабет? - Тайлер пристально посмотрел мне в глаза.

Мне захотелось отвернуться. Знаете, любое животное, которому смотришь в глаза, всегда первым отведёт взгляд?

- Ох, в моей голове творится такой бардак, если честно. 

- А ты просто закрой глаза, представь, что ты птица, ты летишь куда-то. - Тайлер пытался говорить таким голосом, как говорят психотерапевты в фильмах. - Представь небо вокруг себя, белоснежные облака, и как ветер развивает твои перья. Это расслабляет, помогает упорядочить мысли.

- Эм? Что это за куриная методика такая?

Тайлер улыбнулся. 

- Смеёшься надо мной, да? А мне помогает. Серьёзно, такая релаксация, ещё включишь какую-нибудь музыку на фон, вообще отлично будет. 

- Может, попробовать стоит. Буду представлять себя курицей, - улыбнулась я.  

- Почему именно курицей? – рассмеялся парень. – Раз на то пошло, то курицы вообще не летают. 

В какой-то момент Тайлер начал смеяться, и я тоже рассмеялась чуть ли не на всё кафе - у него ужасно заразительный смех. 

- Я просто представил тебя в такой шапочке курицы, - утирал слёзы парень, - с торчащими перьями, и с красным гребешком. 

Веселье завладело нами обоими очень быстро, и атмосфера между нами стала теплой, уютной, идеальной для посиделок в кафе прохладным октябрьским вечером. 

- Я на хеллоуин так оденусь, серьёзно, - умирала со смеху я, так как слишком реалистично представляла себя в костюме курицы с красным гребешком. 

Уже принесли наш заказ, но мы ещё долго не могли успокоиться и нормально поесть. Самая простая шутка, которая завтра мне покажется не смешной, буквально сделала мой вечер. Я сделала глоток тёплого какао.

- Может, пойдёшь со мной на школьную вечеринку в честь хеллоуина? – Как бы невзначай спросил Тайлер, закончив пережёвывать салат.

- Ага, в костюме курицы, а ты обязательно надень костюм петуха, - попыталась пошутить я, но заметила, что во взгляде Тайлера нет прежней искры веселья. Он молча смотрел на меня, ожидая ответа.

Я вздохнула, заправив выбившуюся прядь волос за ухо. Его настроение может так быстро меняться, удивительно, как он умеет управлять собственными эмоциями.

- Что ж, ладно, - согласилась я и увидела, как в глазах парня вновь появилась искра радости. – Сильно не радуйся. Я согласилась только потому, что мне не с кем идти.

Да, я была временами резкой с этим замечательным парнем, ведь я заранее давала ему понять, что между нами ничего не выйдет. Я не хочу давать ему ложные надежды, и поэтому всегда держу его на нужном расстоянии. И раз он соглашается с этим, пусть так и будет, я не хочу разрывать дружеские отношения. 

- Я знаю, по другой причине ты бы не пошла со мной, - тихо, но серьёзно ответил Тайлер.

- Я просто не хочу ничего запутывать.

Тайлер улыбнулся своей фирменной улыбкой, маскируя то, что оставляли мои слова в его душе. От лёгкой атмосферы, что царила между нами, не осталось и следа. Я знала, что делала с этим человеком, и делала это сознательно. Но я не виновата в том, что он в меня влюбился, верно? 

Мы ели в тишине. По окончании трапезы Тайлер сдержанно спросил:- Давай я провожу тебя домой?

Я посмотрела в окно и удивилась, как на улице потемнело, и как быстро пролетело время, проведённое с Тайлером. Взглянув на часы в своём смартфоне, я поняла, что прилично засиделась.

- Да, было бы неплохо, - ответила я, доставая деньги из кошелька. 

- Вообще-то это я тебя пригласил. Положи деньги обратно.

- Но...

- Это не обсуждается. - Его решительный тон не мог не заставить покориться. Мне это жутко понравилось.

Конечно же, моё самолюбие не позволяло отступать, и в таких вопросах переубедить Тайлера было невозможно. Он был истинным джентльменом, его манеры - безупречны.

Примечание автора: советую прямо сейчас включить трек Losing it - Rhodes, чтоб полностью проникнуться атмосферой.

- Спасибо большое за этот вечер. Мне правда понравилось проводить с тобой время, - сказала я, выйдя из кафе, чувствуя на лице холодное прикосновение осени. - Обращайся в любое время.

Заметив, что я замёрзла, Тайлер снял с себя пиджак и заботливо накинул его мне на плечи, не произнося ни слова.

Ну зачем он всё это делает? Зачем ведёт себя так со мной, ведь я никогда не смогу ответить на его чувства взаимностью, потому что... Я вдохнула аромат мужского парфюма, который окутал меня с головой. От этого запаха приятно закружилась голова. Чем я заслужила внимание такого прекрасного парня, как Тайлер? Я не достойна того, чтобы он страдал, я не имею права разбивать ему сердце своим безразличием. Но что я могу с этим сделать?

Вечерний город вовлёк нас в свои объятия. Люди спешили домой, размытыми фигурами проносясь мимо ярких фонарей, что словно маленькие звёзды освещали полные мрака улицы. Мы тихо шли в шаге друг от друга, мягко касаясь асфальта подошвами обуви. 

- Получается, у нас с тобой свидание, - довольно улыбнулся Тайлер, засунув руки в карманы брюк. 

- Даже не смей думать, что это так, Нордсон, - улыбнулась я в ответ. 

- Как знаешь. Я буду считать это свиданием. 

Я лишь хмыкнула, пожав плечами, сильнее укутываясь в аромат духов Тайлера. Одна улица сменялась другой, а мы молча шли, думая о своём.

Мои мысли вновь улетали куда-то, где ложится спать солнце. Я думала о том, что такого сделала, из-за чего Тайлер вдруг стал так ко мне относиться. Когда он влюбился в меня? Я не тот человек, кто заслуживает такого отношения – я играю его чувствами, думая только о том, как будет лучше для меня самой. Я ведь могла бы просто отрезать его от себя, и дать понять, что он мне абсолютно безразличен, но я иду сейчас, укутавшись в его пиджак, разве он поверит в то, что он для меня ничего не значит? Вернее, он для меня что-то значит, и многое, но только как друг, не больше, но ведь ему это не надо? 

- О чём задумалась? – тихо спросил он, едва коснувшись рукой моих пальцев. Я убрала руку в карман. 

- Зачем, Тайлер? - я замедлила шаг. 

На пару секунд мы оба вновь погрузились в молчание.

- Знаешь, Элизабет, я желаю, чтобы ты никогда не почувствовала на себе, что такое безответная любовь, – горько усмехнулся парень. От того ли, сколько боли я услышала в его голосе, или от холодного вечера, у меня пошли мурашки по коже. Внутри что-то неприятно застонало, снова дав о себе знать. - Я знаю, что это такое.- Тогда для чего спрашиваешь? Ты и сама должна знать ответ на свой вопрос.

Вот он, настоящий Тайлер – разбитый, сломленный, со взглядом, полным боли, и с сердцем, полным слёз. Сегодня я впервые увидела его полуобнажённую душу, истерзанную, раненую. Эти раны жестоко нанесло  чудовище, которое безжалостно обращалось с этой хрупкой вещью, как с игрушкой. Этим чудовищем была я.

Почему-то меня притягивает в людях всё тёмное - их грехи, их боль. Дрожащий голос, обессиленный взгляд, сжатые до боли кулаки, все эти вещи заставляют меня чувствовать. Мотыльки летят на свет. Меня же притягивает тьма. И чем она глубже, темнее, тем сильнее притяжение.

То ли от того, что я слишком узнавала в нём себя, то ли от того, что я впервые видела в нём столько разбитого стекла, я сделала шаг и поцеловала холодные губы Тайлера. Он прикоснулся ко мне, как к хрупкой фарфоровой кукле, но через мгновение крепче прижал к себе, и я отчётливее чувствовала его руки на себе.Мне было грустно и холодно, и я топила себя ещё больше, пытаясь спасти того, кто тонет сам.

Мы тонем с тобой в разных морях.

Продолжая целовать Тайлера, я уже ненавидела себя за это. Я знаю, знаю, что это ни к чему не приведёт, мы начнём запутывать этот клубок, и в конечном итоге, не связав ничего, просто задушу его тонкими нитями. Но я не хочу их разрывать. Именно поэтому я чудовище.

Саундтрек к главе: Losing it - Rhodes. Я очень трепетно подбираю песни к книге, поэтому советую вам их слушать, и читать перевод.