42. Операция "Клементинум". Часть I

С детства человека тянет на авантюры и приключения, но с возрастом в приоритете становятся безопасность и стабильность. Еще год назад моя жизнь текла размеренно и предсказуемо, я знала, что меня ждет завтра и случится через месяц. Как дрейфующая шхуна, я двигалась по течению, пока сама не встала у штурвала собственной судьбы. Мое тихое и спокойное существование наполнилось опасными приключениями, но мне безумно нравился тот выброс адреналина, который сопровождал каждую нашу с Димой авантюру. На этот раз игра была еще серьезнее - на кону стояло будущее нашего расследования, но это только сильнее подстегивало.

К Клементинуму мы со Смирновым шли поодиночке, заранее договорившись делать вид, что не знакомы. Он уже ждал во внутреннем дворе, где собиралась наша экскурсионная группа. Итальянцы, русские, немцы и англичане - туристы общались парами и тройками, которыми пришли, даже Индюк перекинулся парой слов с какой-то рыжеволосой девицей. Я чувствовала себя неловко и была рада, что пришла почти к началу экскурсии и не успела я заскучать, как молодая девушка с папкой в руке пригласила нас внутрь.

Наш экскурсовод была явной фанаткой своего дела. Она так воодушевленно рассказывала про Клементинум, словно это был важный доклад, готовившийся долгими месяцами, а не экскурсия, рассказываемая изо дня в день. Я внимательно вслушивалась в каждое сказанное ей слово, на случай если что-то упустила, читая про иезуитский коллегиум, а Смирнов в это время осматривал углы, стены и окна на наличие датчиков сигнализации.

Сначала наша группа отправилась в Зеркальную капеллу. Удивительной красоты барочный зал, украшенный великолепными фресками. Свое название капелла получила благодаря зеркалам, вставленным в лепнину купола и развешенным по стенам — в них отражается и многократно умножается ее роскошная барочная отделка: лепнина, росписи и позолота. А если встать прямо под зеркалами и поднять голову, то можно увидеть отражение мраморного пола, рисующего звезды, что создает ощущения звезд на потолке. Капелла посвящена Благовещению Святой Девы, поэтому главная купольная фреска рисует этот сюжет. Сейчас в барочном зале дают концерты классической музыки. В Зеркальной капелле располагаются два органа, оба действующие. Я как завороженная любовалась убранством барочного зала, и так не хотелось уходить, потому что десяти минут здесь было ничтожно мало, чтобы все как следует рассмотреть. 

Медленно мы продвигались к библиотеке. К моему большому разочарованию, войти внутрь нам не позволили. Бумага старых книг была слишком хрупкая, поэтому в помещении поддерживалась определенная температура. По этой же причине туристам было запрещено фотографировать. Пользуясь удобным случаем, я протиснулась в первые ряды и стала внимательно осматривать зал.

- Извините, - обратилась я к экскурсоводу, - в этом зале работал Кониас Браге?- Да, вы слышали о нем? - удивилась девушка.- Читала. Это правда, что у него не складывались отношения с иезуитами?- Да, изначально Кониас Браге был очень уважаем в ордене, проводил много времени в библиотеке. Он читал много первоисточников, античных философов, средневековых богословов, научных трактатов нового времени. Изучал труды Авиценны и Да Винчи. Это привело его к выводу, что наука не может опираться на католицизм, - поправив на носу безвкусные очки с толстенными линзами, учительским тоном сказала экскурсовод. - Поговаривали, будто Кониас Браге увлекся мистикой и оккультизмом. Конечно же, он держал это в тайне, но все же некоторые достопочтенные иезуиты хотели изгнать его из ордена, когда подобные слухи распространились.- Но его так и не изгнали?- Нет, Браге был весьма обеспеченным. Его отец имел огромные владения с внушительным годовым доходом. Потом они перешли к Кониасу. После указа об упразднении ордена иезуитов вся надежда была на Браге, он был довольно молодым и очень богатым. Иезуиты надеялись на его заступничество. Он полностью спонсировал экспедицию в Российскую империю, где под патронажем Екатерины Великой оказывал содействие князю Оболенскому в создании знаменитого университета. Вы же из России? Должны знать это учебное заведение.- Вы сказали, что Браге увлекся мистикой и оккультизмом?..- Да. Его поездка в Россию была интересна ему с мистической точки зрения. Он прочел о том, что в стране суровых зим есть загадочное место с особой энергетикой. Браге загорелся идеей найти то место и построить там дворец мудрости и силы, - девушка усмехнулась, давая понять, что считает эту затею несерьезной. - Вы же понимаете, что по той же легенде Кониасу Браге это удалось, а дворцом мудрости стал тот самый российский университет?- Дворец мудрости и силы?- Браге утверждал, что для того, чтобы достичь высот, необходимо сочетать в себе силу и мудрость. Он называл свою идею "благой вестью" по аналогии с Архангелом Гавриилом, принесшим "благую весть" Деве Марии, что та станет матерью Христа. Кониас Браге говорил о создании новых идеальных людей, которые будут сочетать в себе ум, красоту и физическую силу.- Его не казнили за еретичество после такого?- Хотели, но даже до суда не дошло дело. Самому ярому противнику Браге - Дону Хуану, иезуиту испанского происхождения, это практически удалось, но одним утром его нашли мертвым в своей келье. Ходили слухи, что Браге имел к этому отношение, но никто не стал развивать эту тему. Ну, не будем отвлекаться и пойдем дальше, - вздохнула девушка и махнула нам рукой. - Зал необходимо закрыть. Мы и так долго оставались здесь.

Экскурсовод заперла массивные двери барочного зала и убрала ключ в карман. Про себя я отметила, что двери закрываются только на один замок. Значит, безопасность библиотеки должна обеспечивать мощная сигнализация.

Мы остановились в фойе библиотеки, где разместился один из старейших музеев Европы, открытых для посещения - музей математики. Мое внимание привлекли книги, это были рукописные копии фолиантов, хранившихся в Национальной библиотеке. Я внимательно осмотрела каждую в надежде обнаружить ту, что мы искали. Но, конечно, ни одна из них не была заветным манифестом. Вряд ли такой важный документ хранился бы на всеобщем обозрении.

Пока экскурсовод рассказывала нам про секстант, которым пользовался Иоганн Кеплер и астрономические часы, Смирнов незаметно от всей группы вернулся к дверям в библиотеку. Я не видела, что именно он делал, но уже через несколько минут он с довольным лицом присоединился к нам.

После математического музея экскурсовод повела нас в Астрономическую башню. В первом Меридианном зале она показала астрономические приборы, и в том числе «камеру-обскура» — прибор, с помощью которого и по сей день измеряется «пражский полдень». Измерение проводится с помощью натянутой на полу струны, которая точно соответствует пражскому меридиану, и отверстия в стене. Через отверстие попадают солнечные лучи, которые на полу или стене образуют колечко. Это колечко можно видеть на полу в период между половиной двенадцатого и половиной первого часа астрономического времени. В тот момент, когда световое колечко пересекается струной, и наступает пражский полдень. Удивительное приспособление. Возможно, оно не меньше чем труды философов, помогло Браге с его собственной философией. Он видел, что может современная наука и отрицал устаревшие католические догматы.

- Да, тяжко им было без часов, - шепнул Смирнов, незаметно ко мне подкравшийся сзади.- У них были часы, солнечные. Думаю, нам их покажут, - быстро ответила я и прошла дальше, стараясь не привлекать к нам внимания.- Теперь поднимемся наверх, где вы сможете сделать фото города с высоты птичьего полета! – с придыханием сказала экскурсовод и тут же погрустнела. – А я с вами попрощаюсь. Спасибо за экскурсию, было приятно вести такую группу и особенно - отвечать на вопросы, - она взглянула на меня. – Редко встретишь таких просвещенных туристов.

Со смотровой площадки Клементинума открывался потрясающий вид на сердце Праги. Ни морозный воздух, ни ветреная погода не могли испортить магию момента. Я наслаждалась красотой города и даже не заметила, как ко мне подошел Смирнов. В эту минуту я была рада, что он оказался рядом. Мы молчали будто незнакомцы, но слова были не нужны, достаточно было легкого прикосновения к моей руке и вскользь брошенного «рад, что здесь с тобой». 

Обсудить дальнейшие действия и поделиться тем, что удалось выяснить на экскурсии в Клементинуме, мы с Димой решили за обедом. Отыскав недалеко от центра подвальное кафе под забавным названием «У Чипа», мы спустились в него и устроились, как обычно у дальнего столика. Опять Дима взял на себя выбор блюд, заказав еды на целый пир, а вот от алкоголя на этот раз предпочел отказаться, понимая, что нам нужна ясная голова.

- Ну, что скажешь? – я сразу перешла к делу, как только официант ушел.- Охранная система сильная, но я думаю, наши ребята смогут с ней справиться, - улыбнулся Смирнов.- Но как?! Ты же сказал, что ФСБ не поддержит эту нашу вылазку.- Официально нет, но есть те, кто сможет помочь. Позже свяжусь с Лариской, а она все обеспечит.

И как я раньше не поняла, что тут не обойдется без его обожаемой Лариски? Снова явилась неприятная ревность, которой никак не должно было быть.

- Твоя Лариса такая умелица? - ехидно вопросила я, но Индюк проигнорировал мой тон.- Не она сама. У Ларисы есть ребята, которые отлично разбираются в подобных вещах. Они настоящие профессиональные хакеры. Не раз выручали нас. Кстати, я созванивался с ней, пока ты дрыхла. Она передавала тебе привет.- Вот как? С чего вдруг? – моментально в памяти всплыли слова Ларисиного брата, что она воспринимает меня своей соперницей и жаждет встречи. Видимо, это была с ее стороны издевка. Интересно, неужели Индюк этого не понял?- Ну как с чего? Она же знает, что мы с тобой здесь. Жаль, она не с нами. Втроем нам было бы замечательно.

Даже самая благочестивая барышня способна на грязные мысли. Именно такие появились у меня после Диминых слов. Конечно, под «втроем» он не подразумевал ничего подобного, хотя, кто его знает? В любом случае, лучше было не думать об этом и увести тему в прежнее русло, что я и сделала.

- Если хорошо подумать, то манифест Браге должен быть как следует спрятан, но при этом оставаться доступным. Вряд ли мы найдем его на одной из книжных полок. Ты обратил внимание на глобусы, которые стоят в центре зала? – я взглянула на Диму, и он кивнул. - В них достаточно места чтобы спрятать манускрипт, но в любом случае, нам будет нужно время, чтобы исследовать зал.- У нас его будет достаточно, - улыбнулся Смирнов. - Как ты смотришь на то, чтобы встретить Новый год в стенах самой красивой в мире библиотеки?- Ты хочешь провернуть все в новогоднюю ночь? - удивилась я.- Это отличное время. Только подумай: все будут праздновать, ни у кого не возникнет мысли о том, что двое сумасшедших решили пробраться в иезуитскую библиотеку. К тому же, мы сможем, не привлекая внимания, дойти до Клементинума - кругом шумят гуляния, все навеселе...- Да, ты прав, идея хорошая... - задумчиво протянула я.- Тебя что-то смущает? – нахмурился Дима.- Если честно, то мне немного страшно, - призналась я. Как бы меня ни тянуло на авантюры, я оставалась живым человеком, которому не чужды страх и беспокойство.- Что?! – рассмеялся Смирнов, вводя меня в ступор своей реакцией. - Бесстрашная Валерия Ланская испугалась? Не верю! Это после того, как опаивала меня, чтобы обыскать мой дом? После ночных гуляний по пустому учебному корпусу? После твоего одиночного похода в подземелье? - Есть немного, - обиженно надулась я. Индюк снова разозлил! Неужели он не понимал, как опасно, и чем грозит то, что мы затеяли?- Не надо, - прекратив смеяться, сказал он неожиданно ласковым голосом. - Я буду с тобой. У нас все получится. 

Я ему поверила. Не знаю почему, ведь прекрасно понимала, что малейшая ошибка – и все будет кончено, и ни Дима, ни его Лариса или ее прославленные хакеры не помогут, но я верила Смирнову. Какие бы противоречивые чувства ни вызывал во мне этот человек, одно оставалось неизменным – майор Смирнов был единственным, кому я полностью доверяла.

На подготовку у нас было несколько дней, которые мы практически безвылазно провели в квартире. Я изучала планировку помещения. Дима получил данные о системе безопасности и просчитывал, как лучше ее отключить. По-хорошему, нам следовало бы еще пару раз наведаться в Клементинум, но мы не могли привлекать к себе внимания, показывая излишнюю заинтересованность в этом месте. Мое предложение замаскироваться было встречено таким скептичным взглядом, что я тут же пожелала забрать слова обратно. Хотя сам Смирнов этой идеей воспользовался и накануне операции в парике и накладных усах отправился в Клементинум. Я разозлилась его самодеятельности, но Индюк спокойно ответил, что из-за моего неуемного любопытства во время экскурсии меня наверняка запомнила экскурсовод и обязательно бы узнала.

Оказалось, что во время экскурсии Дима умудрился снять на крошечную три-дэ камеру замок библиотечной двери и главной двери в Клементинум изнутри. По кадрам съемки удалось изготовить слепок, а по нему ключ. Теперь оставалось только ждать назначенного часа, который наступил неожиданно скоро. 

Наш план по поиску манифеста Браге был расписан по минутам. Попасть в Клементинум мы должны были ровно в полночь, поэтому в половине одиннадцатого вышли на улицу. Нам удалось легко затеряться в толпе, нарядившись в колпак Санта-Клауса и разноцветный блестящий парик. 

- Лер, не будь такой серьезной, мы идем кутить, - строго сказал Индюк притом, что сам был мрачнее тучи.- Ты себя в зеркало видел? Сам хмурый, - огрызнулась я.- Мне позволительно, я всегда такой. А ты поддержи легенду и засмейся, - приказным тоном отчеканил Смирнов.- Ха-ха-ха! - наигранно произнесла я.- Нет, так дело не пойдет.

Неожиданно Дима подхватил меня на руки и стал кружить прямо посреди Вацлавской площади, моментально избавляя от тревожных мыслей. Мы засмеялись оба, и даже появилось ощущение настоящего праздника. Как два подростка, мы дурачились и теперь отлично вливались в веселящуюся толпу.

- Пусти меня, - сквозь смех сказала я, пытаясь выпутаться из крепких объятий Смирнова.- Теперь ты больше похожа на праздную туристку, Ланская! Да и я тоже, - он опустил меня на землю, но взял за руку и повел дальше в сторону Староместской площади, где были куранты Орлой – ядро новогодней Праги. Это был самый короткий путь к Клементинуму, но только зря мы пошли именно им.

Чем ближе мы были к площади, тем гуще становилась толпа. Чтобы не потеряться, я крепко сжимала руку Димы, но он и не собирался меня отпускать. Путеводители не обманули, и у многих из собравшихся на головах были каски – своеобразный способ защиты от праздничного «артобстрела» фейерверками и петардами, которые уже начали запускать со всех сторон. 

Пока весь народ продвигался ближе к курантам, мы с Димой пытались двигаться «против течения». Это оказалось нелегко. Изрядно подвыпившие туристы недовольно смотрели в нашу сторону, кто-то даже толкнул, и, если бы не Дима, я бы упала. Только в конце Староместской площади стало свободнее, и мы смогли спокойно пойти к Карловой улице, где стоял Клементинум.

Без двадцати двенадцать мы оказались у закрытых дверей иезуитского коллегиума. Карлова улица была еще заполнена людьми, часть которых спешила к ратуше Орлой, другая - к Карлову мосту. 

- Будет подозрительно, если мы просто будем тут стоять, - пробормотала я. Хотя никто не смотрел в нашу сторону, мне казалось, будто над нами, как в мультфильме, стрелочка с надписью «замышляют преступление».- Ты права, и у меня есть идея. Подыграй мне.- Как? 

Смирнов, шагнув в мою сторону, толкнул меня прямо на стену Клементинума. Не успела я опомниться, как он оказался рядом и практически вжал меня в холодный бетон.

- Что ты делаешь? - прошипела я, уперев ладони в его грудь, стараясь отстранить от себя.- Создаю видимость, - шепнул на ухо Индюк, заставляя мурашки побежать по телу от его горячего дыхания. - Так мы точно не вызовем подозрений. Все будут думать, что мы просто влюбленная пара, которая наслаждается друг другом.- Я не хочу играть в подобные игры, - пробормотала я и снова попыталась его оттолкнуть, но Смирнов только сильнее вжал меня в стену. - Пусти же ты! Мне нечем дышать!- Прости, - он чуть ослабил натиск, но не освободил меня от своего плена. – Но ты все равно мне подыграешь. Ради дела, Лера! Ради дела!

Я сдалась. Только «ради дела». От близости Смирнова перехватило дух. Я вдыхала его аромат, наслаждалась объятьями и теплом, влюбляясь снова, влюбляясь сильнее. Мне не нравилось это. Дима не тот человек, которому можно доверить свое сердце, он не раз это доказывал. Прикрыв глаза, я стала воскрешать в памяти нашу ночь, чтобы прогнать к черту неуместный дурман любви. Я вспоминала боль, его грубость, желание поскорее от меня отвязаться после того, как все кончилось. Помогло. Отрезвило. Ненадолго. Стоило открыть глаза и увидеть его лицо, как все мои старания пошли прахом. 

- Что, Лер? Почему ты так на меня смотришь? – нахмурился Дима.- Потому что ты меня бесишь, Смирнов, - честно ответила я, умолчав, что причина тому моя влюбленность.

Последние минуты уходящего года тянулись со скоростью черепахи. Карлова улица пустела, разгоряченные пивом, бехеревкой и шампанским туристы добрели до конечного пункта встречи полуночи, и нам с Димой можно было прекратить глупую игру во влюбленных. Он задрал рукав и показал мне на часы, где секундная стрелка наматывала последние круги. Она не успела подобраться к двенадцати, как со всех сторон послышались гул, крики и грохот фейерверков.

- С новым годом, Ланская! – криво улыбнулся Индюк.- У тебя часы отстают, - усмехнулась я. – Тебя тоже с новым годом.- Пора.

Хакеры-дружки Ларисы смогли взломать доступ в систему безопасности здания. По их уверениям, чехи совсем не заботились о мерах предосторожности, хотя что-то подсказывало, что ребята лукавили. Отключить все строение от сигнализации мы не могли, но частично это было возможно, для этого Смирнов подсоединил к двери небольшой датчик, запрограммированный таким образом, что глушил сигнал от вторжения. У датчика был один большой недостаток – он мог удерживать систему в неведении только тридцать секунд, после чего код безопасности двери менялся и, если мы не успевали открыть ее, проскочить внутрь и снова запереть – срабатывала сигнализация. Дима нажал кнопку на датчике и пошел обратный отчет полуминуты. Индюк быстро достал из кармана дубликат ключа, и открыл двери иезуитского коллегиума. 

Оказавшись во внутреннем дворике Клементинума, мы не стали терять времени и сразу побежали в сторону библиотеки. На месте Дима вручил мне ключ, а сам стал подключать датчик.

- Открывай! – скомандовал он, и я вставила ключ в замок.

Что-то пошло не так. Я давила на ключ, но он не поворачивался. Замок никак не хотел поддаваться, а время уходило. 

- Ключ не подходит! - запаниковала я.- Отойди!

Оттолкнув меня, Дима с силой стал давить на ключ, но он не поворачивался. До разблокировки сигнализации оставались последние секунды: двенадцать, одиннадцать, десять, девять, восемь, семь...