17. Признание

— Это длинный и печальный рассказ, — начала Мышь, но на слове рассказ она закашлялась и издала какие-то нечленораздельные звуки, которые Алисе показались похожими на слово «хвост».— Как это, не твоя дочь?! — переспросил Алексей.— Малена — моя племянница, дочка брата.— Но она живет с тобой и твоей мамой? Когда мы видели твоего брата в ресторане...— Нет, не его. Я же говорила, что у меня два брата и сестра.— Серьезно? Прости, как-то вылетело из головы...— Кирилл и Ира — дети моего отца от второго брака. А Костя — родной брат. Мы близнецы. — Ксения посмотрела на Малену и улыбнулась. — Малышка вся в него.Алексей смутился и опустил взгляд на замок своих рук, который беспардонно взгромоздил на обеденный стол. Не зная всех подробностей, он сложил факты: что брат Ксении не с ними, и матери девочки тоже нет.— Подождите минуту... — Ксения выбежала с кухни, но почти сразу вернулась с фоторамкой. — Вот, это мой брат. Костя.Алексей взял фотографию и посмотрел на двух улыбающихся подростков. Рядом с Ксенией, которая так мало изменилась с того времени, стоял долговязый парень с такими же, как у нее, золотыми волосами. Они были похожи и лицом, но только если Ксения вся светилась с очаровательной детской улыбкой, то ее брат выглядел чересчур серьезным, а острые скулы и легкая щетина делали его старше своих лет. Тем не менее они действительно были близнецами, разве что время и взросление на каждом сказались по-разному.— Серьезный парень, — единственное, что смог сказать Алексей.— Да... Он с детства таким был. Говорил, что единственный мужчина в семье и должен заботиться о нас с мамой. Отца он так и не простил. Они не общались много лет. Костя не мог свыкнуться, что папа предпочитает других своих детей, — вздохнула Ксения и перенеслась мыслями в прошлое, но тут же вернулась в реальность. — Он работал со старших классов, помогал маме деньгами. А когда мы пошли в вузы, ему стало сложнее работать, как раньше. За прогулы могли лишить стипендии и перевести на платный, мы себе этого позволить не могли. Мама ничего не говорила, она одна тянула нас на себе, и тогда я приложила все силы, чтобы получить грант на обучение в Лондоне. Там у меня все сложилось хорошо. Ну, вы знаете...— Да, Ксюш. По-другому и быть не могло. Ты же умница, — ласково проговорил Алексей, и Ксения зарделась. Она широко улыбнулась и посмотрела на него. В этот момент Алексей хотел послать к черту все условности, притянуть ее к себе и целовать до потери сознания. Конечно, ее сознания. И, безусловно, от счастья. Но он сдержал себя, давая возможность Ксении закончить рассказ.— Спасибо.— Это правда. А я, идиот, так поступил с тобой.— Вы разозлились, потому что считали, что Малена моя дочь, а я вас обманула?— Именно. Посуди сама, со стороны вы были как мать и дочь.— Со стороны? Вы нас видели?— Да, я зашел с приятелем поужинать в ресторан, куда ты пригласила маму. Когда я вас увидел, то сначала решил, что девочка — дочь твоей мамы, даже попросил Влада спросить. Ты отошла, он сделал комплимент Наталье Владимировне, а она призналась, что Малена ее внучка. Вот я и сделал вывод. К тому же вы так похожи.— Да... в некотором роде я заменила Малене маму. Я была первая, кто взял ее на руки... — Ксения улыбнулась малышке, и та ей ответила задорным смехом. — Я тогда уже работала в «Хилтоне», мы устраивали благотворительный аукцион. Одним из организаторов со стороны аукционного дома была Нора Тернер. Знакомая фамилия?— Тернер?.. Да... Что-то на слуху. Тернер... Тернер... Подожди! Уильям Тернер. Британская делегация. Тот, что с Викой...— Да, он ее брат. Нора была из знатной семьи. В их жилах течет голубая кровь, чем Тернеры очень гордятся, — пренебрежительно фыркнула Ксения и тут же осеклась, но, когда увидела улыбку Алексея, снова расслабилась. — Мы занимались аукционом вместе с Норой, часто засиживались допоздна. А ко мне тогда как раз прилетел в гости Костя. Не знаю, как у них так вышло, но, когда аукцион состоялся, эти двое уже были вместе. Сначала семья Норы не была против, точнее, Тернеры просто не обращали внимания на ее отношения с моим братом, но, когда речь зашла о переезде, всерьез заволновались. Только представьте: ее детство прошло в родовом поместье, а она перебирается в Москву к простому безродному парню... Тернеры поставили ультиматум: или Костя, или наследство и титул. Нора выбрала моего брата. Но им было мало ее слов. Уильям разыскал меня и предложил денег, если я сумею разлучить Костю с Норой. Я не согласилась, конечно, хотя никому не рассказала об этом предложении.— И они поженились?— Да, несмотря на то, что оба были совсем молоды. Они думали, что, узаконив отношения, Тернеры или простят Нору, или просто-напросто забудут. Свадьба была здесь, в Москве, после того как получили все необходимые документы. Нора забеременела почти сразу. Они с Костей не планировали, но были рады малышу, а когда узнали, что родится девочка, решила назвать ее Маленой — в честь бабушки Норы. Она была единственной, кто ее поддержал. Наверное, потому, что была сама из простой семьи. Малена Марчетти-Тернер родилась в Тоскане, недалеко от Флоренции. Дед Норы без памяти в нее влюбился и перевез в Лондон. К сожалению, ее дети и внуки забыли, что такое настоящая любовь, и не позволяли Норе жить так, как подсказывает сердце. Малена очень переживала, что все так сложилось. В какой-то момент у нее не выдержало сердце. Нора тогда была на седьмом месяце. Врачи не рекомендовали лететь в Лондон, но она не могла не проститься с любимой «нонной»*. Здесь все и случилось... — У Ксени на глаза навернулись слезы, и она встала, чтобы налить себе воды. Только руки тряслись, и она чуть не пролила все на себя.— Ксюш, если ты не хочешь, не говори. — Алексей подошел и положил ладони ей на плечи. Сама не понимая, что делает, Ксения повернулась и крепко его обняла.— Они возвращались с похорон, когда навстречу выехал джип. Следствие определило, что водитель был пьян. Он погиб на месте. Мой брат и Нора попали в больницу. Костю покалечило, а Нора... Врач сказал, что она держалась только из-за ребенка. Ей сделали экстренное кесарево, но как только Малена появилась на свет, Нора ушла... — Ксения сильнее прильнула к Алексею, и он сжал ее в своих медвежьих объятьях.— Тш...— Я была на работе, когда мне позвонили. Мисс Ливингтон меня отпустила и даже попросила водителя из «Хилтона» отвезти в больницу. Когда я приехала, Малена была уже в специальном инкубаторе для деток. Может быть, вы видели такой в кино? — Ксения посмотрела на Алексея, и он кивнул. — Мой брат был жив, но в себя не приходил. Я видела его только через окошко в двери, но... это был не Костя. Мой брат красивый, мужественный... Я же увидела что-то бесформенное. Мне твердили, что это он, но я не могла поверить. Кажется, только из-за Малены я смогла взять себя в руки. Помню, как сидела в больничном коридоре на полу. Мне казалось, что, если я уйду, она умрет. Доктора не давали никаких прогнозов.— Но Малена жива, — улыбнулся Алексей и усадил Ксению обратно на стул. — Она не просто жива, но еще и красавицей растет.— Да... Она наша радость. — Ксения сквозь слезы посмотрела на малышку, которая уже клевала носом. — Мне нужно ее уложить. Хотите пойти со мной?— А где она спит?— Сейчас со мной. Когда я была в «Авроре», спала с мамой.— Я хочу пойти с тобой и посмотреть, как ты с ней управляешься. Тебе идет быть с детьми.Ксения взяла Малену на руки, и малышка тут же стала капризничать, но успокоилась, когда Алексей помахал перед ней погремушкой. Они пошли в спальню, и Ксения стала переодевать кроху ко сну. Алексей стоял на пороге, облокотившись о дверной косяк, и наблюдал за ними. Ему нравилось смотреть, как Ксения возится с ребенком. Она все делала уверенно и в то же время нежно, напевая какую-то детскую песенку. В желтом свете ночничка комната казалась еще более уютной, и какая-то далекая, идущая из детства боль кольнула Алексея в самое сердце. У него не было заботливых родителей. Именно поэтому Алексей так остро реагировал, думая, что Ксения скрывает свою дочь. У него не укладывалось в голове, как такая добрая, отзывчивая девушка может отказываться от собственного ребенка. Тогда он решил, что ошибся в Ксении, и уволил, даже не дав объясниться.— Она очень красивая. Но, кажется, я это уже говорил, — улыбнулся Алексей, глядя, как Ксения ловко застегивает на Малене комбинезончик в смешных мишках.— Да, но можно еще. Я не возражаю, — усмехнулась Ксения. — Она самая красивая девочка, и я обязательно верну ей папу. Костя сейчас в Берлине. После длительной комы ему требуется восстановительная терапия. Там лучшие врачи. В Лондоне и Москве за него не стали браться.Ксения уложила малышку в кроватку и перевела дыхание. Она вспомнила брата, каким видела его несколько месяцев назад, и ее сердце сжалось от боли. Как бы она ни хотела верить в чудо, в отличие от мамы, понимала жестокую правду.— Даже после терапии Костя никогда не станет прежним. Его парализовало почти полностью, включая лицо. Когда мы звоним ему, то практически невозможно разобрать, что он нам говорит. С этим помогают медсестры, но не всегда, потому что не знают русский. Зимой, когда Малена станет постарше, мама поедет с ней в Германию. Она ду... мы думаем, что рядом с Маленой, Костя быстрее пойдет на поправку.— Почему нет? Ради своих детей люди способны на многое.— Думаете? — Ксения с надеждой посмотрела на Алексея, словно он был самым опытным в мире врачом. Почему-то она не сомневалась, что все будет так, как скажет именно он.— Да.Алексей подошел к Ксении, взял ее за руку и молча вывел в коридор. Взглянув на малышку, которая уже сладко сопела, посасывая свой пальчик, он прикрыл дверь в спальню. Ксения смотрела на его лицо, пытаясь разгадать, что задумал ее начальник. Она чувствовала его тепло, слышала дыхание, видела, как он весь напрягся. Алексей коснулся ладонью ее щеки и нежно провел вниз до шеи. Ксения прикрыла глаза, а из груди вырвался рваный вздох. Ее захватил вихрь необъяснимых, неизведанных ранее чувств: волнение, страх, удовольствие, желание — все вместе в едином клубке... Алексей чуть склонился и прошептал ей в губы:— Останови меня сейчас, потому что потом пути назад не будет...Ксения распахнула глаза и в испуге отпрянула от Алексея. Он нахмурился и молча кивнул. Никогда еще он не чувствовал себя так скверно. Мир рухнул в одно мгновение. Все потеряло значимость. Алексей хотел развернуться, чтобы уйти, но Ксения сама подошла к нему.— Вы мне нравитесь, — тихо сказала она, глядя в пол и боясь поднять глаза.— Нравлюсь как начальник? Или как человек? — Алексей за подбородок поднял ее лицо, заставляя посмотреть в глаза.— Как начальник, — прошептала она и на мгновение замолкла. — И как человек. — Ксения сама взяла Алексея за руку. — И как мужчина...Теперь рухнул весь ее мир. Впервые Ксения делала признание первой и с волнением ждала ответа. Алексей ничего не стал говорить. Он притянул ее к себе и легко, словно она могла рассыпаться на миллион кусочков, коснулся губами ее губ.— Ты же вернешься в «Аврору»? — Алексей прислонился своим лбом к ее лбу, продолжая обнимать Ксению за талию.— Вы возьмете меня обратно?— Вы? — усмехнулся Алексей и поцеловал Ксению в шею. — После такого нашего общения выкать глупо.Ксения кивнула. Она не могла больше произнести ни слова. Ее щеки горели, глаза лихорадочно блестели, а внизу живота возникла приятная тяжесть. Ей казалось, что она превратилась в воздух, распавшись на молекулы, чтобы собраться в новую Ксению. И все же до конца не верилось, что все это происходит наяву, поэтому Ксения прикрыла глаза и мотнула головой.— Что такое? — нахмурился Алексей. — Ты не хочешь возвращаться в «Аврору»?— Хочу. Очень хочу.— Замечательно, потому что без тебя я не вернусь. Завтра же пойдем в отдел кадров и оформим тебя по всем правилам.— Но я... я не знаю... — Ксения высвободилась из объятий Алексея и, ведя его за руку, не спеша пошла в гостиную, чтобы продолжить разговор там.— Чего ты не знаешь? — Алексей потянул на себя Ксению и снова заключил в объятия на пороге комнаты.— Сегодня утром я подала документы на визу. Мисс Ливингстон берет меня в «Хилтон» и позаботилась об официальном приглашении. Как же мне быть?— А ты хочешь в Лондон?— Нет. Я хочу остаться в Москве... с тобой.— В таком случае мы позвоним мисс Ливингстон и все ей объясним. — Алексей подхватил Ксению на руки, понес к дивану и усадил себе на колени.— А как же виза? Что мне с ней делать, если я не полечу в Лондон?— Ничего. Ты полетишь.— Что?— На будущей неделе мы с Александром летим в Будапешт на всемирную ресторанную выставку. Он будет представлять «Аврору» на конференции в рамках деловой программы. Ты полетишь с нами, но только перед Венгрией отправимся в Лондон, и тебе поставят печать о въезде в страну. Так тебя устроит?— Спасибо!— В таком случае собирай вещи. Завтра вернешься. Твой номер должны были подготовить. Но только ты понимаешь, что поедешь со мной в «Аврору» не просто как помощница, но и как моя девушка?— Алексей...— Ты тоже мне нравишься, Ксюш. И даже больше.— Но ведь это неправильно. Вы... то есть... ты мой начальник. Если мы будем встречаться, то как же это будет выглядеть со стороны?— Я предупреждал тебя, Ксень, что идти на попятную будет поздно... Мне нужна ты вся целиком!Алексей не церемонясь опрокинул Ксению на диван и сам навалился сверху. Былая нежность исчезла без следа, уступая место страсти. Он целовал ее почти яростно, она зарывалась пальцами в его жесткие волосы. Он ласкал ее бедра, а она обхватила ногами его торс. Алексей не заметил, как его рука пробралась под футболку Ксении, скользнула под чашечку бюстгальтера и накрыла горячую грудь. Ксения негромко простонала, когда он зажал пальцами сосок. Ему нестерпимо хотелось большего. Разум давным-давно его покинул, и Алексей потянул вверх ее футболку, но Ксения неожиданно отпрянула, поправляя одежду обратно.— Нет. Я не могу. Это... это слишком быстро...Алексей увидел страх в ее огромных изумрудных глазах. «Неужели она думала, что я возьму ее? Хотя именно так я бы поступил, не останови она меня. Нельзя, чтобы она меня боялась... Она должна меня любить, желать, но никак не бояться. Может быть, я был прав, и у нее никогда не было любовника?»— Прости меня. Я не хотел напугать. Просто держать себя в руках, когда ты рядом и отвечаешь, слишком сложно. Прошу не бойся. Я не сделаю ничего того, чего ты сама не захочешь.— Я не боюсь тебя, но не могу так быстро.— У тебя никогда раньше не было? В смысле ты еще...— У меня был парень в Лондоне. Я уже не девочка, если ты об этом. Но все равно не могу вот так сразу... Понимаю, ты уже состоявшийся мужчина со своими потребностями, и тебе это проще.Ксения хотела взять Алексея за руку, но не решилась. Ей было страшно, что сейчас романтический дурман развеется и наступит суровая действительность. Но Алексей улыбнулся и провел ладонью по ее щеке.— Ты совершенно права. Все слишком быстро. У нас даже свидания толком не было. Сначала мне следовало бы ухаживать за тобой, а потом уже... Но ты же мне дашь шанс исправиться?— Да, — радостно улыбнулась Ксения. — Но все равно, давай никому в «Авроре» не будем говорить, что мы с тобой... в смысле, что ты и я...— Что мы вместе? — докончил за Ксению Алексей.— Угу.— Хорошо, но учти, я не стану долго прятаться. Тем более в «Авроре» есть еще претенденты на твое сердце.Ксения отвела взгляд в сторону. Она догадалась, что Алексей говорит о Филиппе. И возможно, у него был бы повод для ревности, но Ксения уже отдала свое сердце, и Фил ни на что не мог рассчитывать.— Фил действительно говорил, что я ему нравлюсь, но я сразу сказала, что между нами ничего не будет. И даже после увольнения из «Авроры» не дала ему надежды.— Хм... С Филом я разберусь сам. Но я говорил не о нем.— Не о нем? А о ком тогда?— Еще когда ты была в «Авроре», ко мне приходил Александр с заявлением. Он просил моего разрешения встречаться с тобой.— Александр? Токарев? Шеф-повар «Крейсера Авроры»? — Ксения думала, что ослышалась или Алексей разыгрывает ее, но он оставался серьезным.— Да, Ксюш, но я не подписал его заявление и попросил забыть о тебе. Кхм... Тогда я был уверен, что руководствовался исключительно твоими интересами, ведь понимал, что он тебе не нравится, но... да, я просто ревновал. Признаю, с моей стороны это некрасиво, но в свое оправдание скажу, что со мной тебе будет лучше.— Я не могу поверить... Александр!— Только не говори, что чувствуешь к нему что-то! Не разбивай мне сердце! — картинно воскликнул Алексей, и Ксения рассмеялась. — Вот такой ты мне нравишься больше всего. Когда смеешься. Когда радуешься. Когда тебе хорошо.И снова слова стали лишними. Но на этот раз Алексей не был столь напористым. Они лежали на диване и целовались, как подростки, и оба не заметили, как уснули. Их разбудил звук СМС. Наталья Владимировна писала, что они с Марком уже в такси. Ксения улыбнулась тому, какая предусмотрительная у нее мама, и спрятала телефон в карман.— Что-то важное? — разминая затекшую шею, спросил Алексей.— Мама возвращается.— В таком случае мне лучше уйти...— Может, останешься? Время позднее, я постелю тебе здесь.— А как к этому отнесется Наталья Владимировна?— Моя мама самая лучшая на свете. Она поймет, если я настою, чтобы ты остался, но наругается, если отпущу посреди ночи.— Но ведь я могу вызвать такси. Сейчас в Москве это не проблема.— Знаю. Но мне не хочется, чтобы ты уходил, потому что, если завтра утром я проснусь, а тебя не будет, я ни за что не поверю в то, что весь этот вечер был на самом деле.— Все реально, моя милая. Более чем реально. — Алексей притянул к себе Ксению и неспешно, смакуя ее, как редкий деликатес, поцеловал. И снова время остановилось, они почти забылись, но все же смогли оторваться друг от друга. — Завтра с утра у меня будет к тебе одно важное задание.— Какое?С улицы донесся звук подъезжающей машины. Хлопнула дверца, за ней другая. Смех Натальи Владимировны был слышен на весь двор, Ксения сразу его узнала, как и голос Марка.— Я уволил Марка сдури. Попался мне под горячую руку, ну, я и вспылил, а где его искать — не знаю. Спрашивал у Вики, она не говорит. Ты же поможешь его разыскать и вернуть?— Даже быстрее, чем ты думаешь. — Ксения развернула Алексея к двери как раз в тот момент, когда в квартиру вошли Наталья Владимировна и Марк.— О мой бог! Алексис, чтоб тебя, Данилевский! — воскликнул Марк.— Я не говорила ему от греха подальше, — улыбнулась Наталья Владимировна и, обойдя ошарашенного Марка, направилась в гостиную. — Погуляли мы отлично. Марк устроил нам настоящий салон красоты на дому. Всех уложил и накрасил. Потом у нас была фотосессия... Ну ладно, это все ерунда. Как у вас дела?— Наталья Владимировна, — Алексей подошел к ней и встал напротив, — Ксения согласилась вернуться со мной в «Аврору». Завтра ее оформят по всем правилам.— Очень хорошо, Алексей Сергеевич. Но учтите, если еще раз вы доведете мою дочь до такого отчаяния, я лично с вами разберусь!— Мама! — одернула ее Ксения.— Вы правильно говорите. Я сам себе не прощу, если снова обижу Ксюшу. К счастью, мы решили с ней все недоразумения. Но осталось кое-что нерешенное с тобой, — Алексей посмотрел на Марка, — я бы хотел, чтобы ты тоже вернулся в «Аврору». Спа без тебя пропадает.— Ну-у... Я не знаю... — протянул Марк, а затем прокрутился на одной ноге вокруг себя, словно стокилограммовая балерина, и бросился к Алексею. — Ах! Я согласен! Конечно, согласен!Растерявшийся Алексей все же обнял Марка. А Наталья Владимировна в это время внимательно рассматривала дочь. Она видела, как светятся радостью ее глаза, но также заметила опухшие губы, растрепанную прическу и мятую футболку. Как и любая мать, она волновалась за своего ребенка, тем более Алексей был на десять лет старше Ксении, но что-то подсказывало ей, что этому мужчине можно доверять. Наталья Владимировна предпочла положиться на свою интуицию, хотя и держать ухо востро.— Так, дорогие! — сказала она, поднимаясь с дивана. — Время позднее, завтра вам троим на работу, а на мне Малена. Так что предлагаю идти спать. Вы же заночуете у нас, Алексей Сергеевич?— Ваша дочь меня любезно пригласила, но мне бы не хотелось вас стеснять. Я вполне могу добраться до отеля на такси. И, пожалуйста, не зовите меня по имени отчеству. Просто Алексей.— Хорошо, Алексей. Но моя дочка совершенно права. Вам лучше переночевать у нас, а утром поедете вместе в «Аврору». Я постелю вам в гостиной, а Марк ляжет со мной.И Алексей, и Ксения не сомкнули глаз. Мысли, чувства, эмоции кружили вихрем, не давая им уснуть. Под утро Ксения не выдержала и выглянула в гостиную.— Не спишь? — прошептала она.— Нет.— Я тоже— Иди сюда. — Алексей раскрыл одеяло, и Ксения юркнула к нему. Только оказавшись в его объятиях, она смогла уснуть, а он, как верный часовой, охранял ее сон.Алексей разбудил Ксению, когда в комнате Натальи Владимировны сработал будильник. Ему не хотелось дурно выглядеть в глазах Ксениной матери. Ночью ему показалось, что она догадалась об их чувствах, и за завтраком он в этом убедился. Наталья Владимировна не сводила глаз с него и дочери, загадочно улыбаясь.— Алексис, ты прислал за нами лимузин? — поинтересовался Марк, размешивая мед в чае.— Нет. Вызвал такси, — ответил он.— Ну вот... Ах... Как же все мои вещи в него поместятся? А ведь еще у солнечной пара сумок!— Уверен, что ты справишься, Марк. Если, конечно, хочешь вернуться в «Аврору».— Хочу! Только дай мне время собраться.— Безусловно. У вас с Ксенией двадцать минут, потому что мне нужно заниматься подготовкой к поездке.— Двадцать минут? — расстроено переспросил Марк.— Ты справишься, — усмехнулся Алексей и подмигнул Ксении. — Я в тебя верю.Практически без опоздания они смогли выехать в «Аврору», и всю дорогу Марк расспрашивал Алексея о делах в отеле. Ксения их почти не слушала, весь ее мир сошелся лишь в одном — руке Алексея, что под плащом, сваленным на сиденье между ними, сжимала ее ладошку. Ксении хотелось оттянуть как можно дальше приезд в отель, ведь там им придется снова стать начальником и подчиненной, пусть и только на людях.В «Авроре» их возвращения ждали с нетерпением. Виктория дежурила в лобби, Александр то и дело выглядывал из «Крейсера», Юра торчал у ресепшена. Стоило Ксении и Марку появиться в дверях, как Виктория бросилась к ним. Но Алексей не дал толком поговорить друзьям. Он распорядился, чтобы Марк и Ксения отнесли в номера вещи и немедленно приступали к работе.— Да, Ксеня, перед тем как ты пойдешь оформляться в отдел кадров, зайди в мой кабинет на пару слов.— Конечно, — Ксения с трудом сдержала улыбку, а вот щеки ее порозовели. Чтобы Виктория и Марк ни о чем не догадались, она поспешила к лифтам.Ее багаж должны были доставить следом, а пока Ксения хотела выпить чашку чая. Она открыла дверь ключом, который вернула ей Виктория, и чуть не наступила на коробку в подарочной упаковке. Ксения улыбнулась и взяла ее в руки — ни карточки, ни конверта. «Скорее всего, внутри», — подумала она и стала распаковывать подарок.— Книга, — прошептала Ксения, доставая из коробки потрепанный экземпляр «Алисы в стране чудес» Льюиса Кэрролла. Она пролистала книгу, и из нее выпала записка.«Продолжим игру, которую начали на маскараде. Ты будешь Алисой, а я твоим Белым Кроликом. Следуй за мной и попадешь в страну чудес. Б.К.»

Примечания:* Нонна (ит.) - бабушка.