Глава 12

Аманда

После бурной ночи с Дэвидом я чувствовала себя одновременно окрыленной и совершенно разбитой. Ноги были ватными, а веки слипались, но адреналин не давал окончательно провалиться в сон.

Я потихоньку повернула ключ, стараясь, чтобы замок не издал ни единого щелчка, и проскользнула в темную прихожую. Затаив дыхание, я замерла, вслушиваясь в тишину квартиры. Казалось, даже мое сердце бьется слишком громко. Я начала прокрадываться в свою комнату, как тень, стараясь обходить каждую скрипучую половицу, которую знала наперечет.

Вдруг половица в коридоре предательски хрустнула. Я замерла, вжавшись в стену. Из комнаты родителей послышался шорох и сонный голос мамы:

— Уже вернулась? — раздался тихий голос мамы.

Я вздрогнула так сильно, что едва не выронила сумку. Сердце пустилось вскачь.

— Черт, мам! Ты меня до смерти напугала.

— Почему это ты такая пугливая? — она вышла в коридор, внимательно изучая мой помятый вид.

— Просто не думала, что ты встанешь в такую рань, — я постаралась придать голосу сонную хрипоту.

— Ну что, взяла свои конспекты?

— Эм-м, да... Мы всю ночь зубрили, я буквально валюсь с ног, — я потянулась, скрывая неловкость.

— Не знала, что у вас с Сарой есть общие предметы, — мама прищурилась, и по моей спине пробежал холодок.

— Только один, — быстро нашлась я. — По нему самый жесткий зачет, - он-то нас и спас.

— Милая, папа хочет поговорить с тобой до того, как ты уедешь в университет, — сказала мама, провожая меня взглядом.

— О чем? — я замерла, уже предчувствуя что-то неладное.

— О тебе и об Эдмонде.

— О ком? — я нахмурилась, искренне надеясь, что ослышалась.

— Как это «о ком»? Аманда, ты уже забыла? Мы были у них на ужине всего два дня назад.

— И что можно обсуждать касательно нас? — я почувствовала, как внутри всё сжалось. — Мы едва знакомы.

— Папа выйдет через пару минут, так что переоденься и спускайся завтракать. Кстати, — мама улыбнулась, — я говорила с Мэтью. Он обещал приехать через пару месяцев.

— Правда?! — я на мгновение забыла об Эдмонде. — Боже, это лучшая новость! Я так по нему соскучилась.

— Мы все соскучились, — мягко ответила мама. — Ладно, иди, не заставляй отца ждать.

Через 15 минут я уже сидела за столом.

— Доброе утро, пап, — я старалась не смотреть ему в глаза.

— Доброе, Аманда. Как ночь прошла?

Перед глазами тут же вспыхнули воспоминания о ночи с Дэвидом. Я почувствовала, как щеки обдало жаром, но заставила себя сохранить невозмутимый вид.

— Крепко спала, — соврала я, не моргнув глазом.

— Хорошо. У меня есть новости. Ты произвела фурор в доме Теодора. Эдмонд под большим впечатлением.

Я почувствовала, как аппетит мгновенно пропал.

— Пап, к чему этот разговор?

— К тому, что наши семьи теперь связаны бизнесом. Теодор предложил, чтобы вы с Эдмондом проводили больше времени вместе. Вам стоит узнать друг друга получше, — его тон не терпящим возражений.

— Но каким образом ваши дела связаны с моей личной жизнью? — я посмотрела на маму, ища поддержки, но та отвела взгляд.

— Милая, — осторожно начала мама, — ты очень понравилась Эдмонду. Он хочет узнать тебя поближе, проводить время вместе...

— Я вас не понимаю! — внутри меня закипало возмущение. — Я же говорила вам, что у меня есть парень, любимый человек! Я даже хотела вас с ним познакомить. А вы тут про какого-то Эдмонда...

— Я не доверяю какому-то там фитнес-тренеру, — холодно отрезал папа, не меняя выражения лица.

— У него есть имя — Дэвид! И он не просто тренер, у него собственный спортзал в очень престижном районе, между прочим. Вы даже не хотите его узнать!

— Ты еще слишком молода, чтобы понимать, что для тебя действительно хорошо, что важно для твоего будущего, — папа сжал губы в тонкую линию.

— Я не маленькая! — я резко встала из-за стола, готовая уйти.

— Аманда, сядь на место, — сухо, не повышая голоса, приказал отец. Его тон не терпел возражений.

Я перевожу взгляд на маму, безмолвно умоляя её вмешаться, но она лишь прячет глаза, поправляя край салфетки. Понимаю: поддержки не будет. Семейный фронт един, и я на нём — проигравшая сторона.

— Приятного аппетита. Хотя у меня он окончательно пропал. Я в университет, — чеканю я каждое слово.

Игнорируя тяжелый взгляд отца, я хватаю сумку и почти выбегаю из дома. Холодный утренний воздух обжигает легкие, но не может унять пожар внутри. Как они могут?! Они уже всё решили, распланировали мою жизнь, как бизнес-сделку, даже не спросив меня.

На парковке у входа в универ я замечаю знакомую фигуру. Сара, прислонившись к машине, лениво листает ленту в телефоне. Увидев меня, она мгновенно меняется в лице. Я подлетаю к ней и буквально вцепляюсь в неё, пряча лицо на её плече.

— Эй, тише, детка! Что стряслось? — Сара напрягается, её голос становится опасным. — Это Дэвид? Клянусь, я отрежу ему яйца тупым ножом, если он тебя обидел.

— Родители... — глухо выдавливаю я. — Представь, они решили свести меня с этим Эдмондом.

Сара отстраняется и смотрит на меня с недоумением.

— Ты им про Дэвида говорила?

— Да! Всё выложила! А отец в ответ назвал его «каким-то тренером».

— М-да... Ситуация — дрянь, — цедит она, качая годовой. — Стремно всё это, Аманда. Дэвиду скажешь?

— Нет! Боже, ни в коем случае. Ты же знаешь его вспыльчивость — он разнесет и этот особняк, и Эдмонда заодно. Пообещай, что не проговоришься!

— Поняла, рот на замке, — кивнула Сара, приобнимая меня за плечи. — А теперь пошли на пары. Всё образуется, вот увидишь. Мы что-нибудь придумаем.

— Надеюсь на это, — выдохнула я, стараясь унять дрожь в руках.

Мы вошли в корпус, окунувшись в привычный шум студенческой жизни. На удивление, лекции пролетели незаметно — мысли о доме и Дэвиде полностью вытеснили учебный материал. Когда прозвенел звонок с последней пары, мы с Сарой переглянулись.

— Нужно где-нибудь приземлиться и всё обсудить в тишине, — предложила она.

— Согласна. Мне просто необходимо выговориться.

Но видимо нашим планам не суждено было сбыться.

— Привет, Аманда. Как жизнь? — Эдмонд возник передо мной буквально из ниоткуда, когда мы с Сарой только вышли на парковку.

— Что ты здесь делаешь? — я невольно сделала шаг назад, чувствуя, как внутри всё напряглось.

— Решил заехать, узнать, не составишь ли ты мне компанию за обедом?

— Нет. Я обедаю с подругой, — я собственнически притянула Сару к себе, ища в ней поддержку.

— Ну, мы вполне могли бы посидеть втроем, — он улыбнулся, но эта улыбка не затронула его холодных глаз.

— Послушай, Эдмонд, — я постаралась, чтобы мой голос звучал твердо. — Я не знаю, что там наобещали тебе мои родители, но у меня есть парень. И я его люблю.

Желваки на его челюсти резко дернулись, лицо на мгновение превратилось в каменную маску, будто он сдерживал вспышку ярости.

— И всё же... может, я смогу побороться за твое сердце? — вкрадчиво спросил он.

Я замерла в недоумении. Он что, вообще меня не слышит?

Я не успеваю и рта открыть, чтобы поставить Эдмонда на место, как воздух вокруг словно наэлектризовывается.

— А ты попробуй, — раздается за моей спиной ледяной, до боли знакомый голос.

Дэвид возникает из ниоткуда, как разъяренная тень. Прежде чем Эдмонд успевает хотя бы моргнуть, кулак Дэвида с глухим звуком врезается ему точно в челюсть. Удар такой силы, что Эдмонд буквально отлетает в сторону, теряет равновесие и валится на стриженый газон парковки.

— Дэвид! — вскрикиваю я, прижимая ладони к губам.

— Дэвид, нет! Хватит! — я бросаюсь к ним, когда Дэвид прижимает Эдмонда к земле, нанося сокрушительные удары в лицо.

Эдмонд уже даже не пытается защищаться, только закрывает голову руками, но Дэвида это не останавливает. Он не слышит ни моих криков, ни шума собирающейся толпы студентов.

— Прекрати, пожалуйста! — я обхватываю его со спины, упираясь каблуками в асфальт и пытаясь сдвинуть его с места. — Дэвид, посмотри на меня!

В этот момент я по-настоящему пугаюсь той тьмы, о которой он говорил. Сейчас передо мной не мой «милый» парень, а тот самый монстр, которого он так боялся в себе разбудить.

— Сядь в машину, Аманда. Сейчас же! — цедит он сквозь зубы.

Его голос звучит низко и вибрирует от ярости. Я никогда не видела его таким — глаза превратились в две черные бездонные щели, а всё тело натянуто как струна. Даже Сара, которую сложно чем-то пронять, попятилась и испуганно схватила меня за локоть.

— Пойдем в машину, Аманда, лучше не спорь сейчас, — быстро зашептала она.

— Нет! Дэвид, перестань, тебя же арестуют! — закричала я, когда он снова дернулся к лежащему на земле Эдмонду.

Наконец трое крепких парней из нашего корпуса подбежали и буквально повисли на Дэвиде, с трудом оттаскивая его в сторону.

— Сукин ты сын! Еще раз увижу тебя рядом с ней — убью! Слышишь?! — рычал Дэвид, вырываясь из рук парней. Это был уже не человек, а раненый зверь, готовый рвать всё на своем пути.

Эдмонд, пошатываясь, поднялся с асфальта. Его лицо представляло собой кровавое месиво, а дорогой пиджак был испачкан в грязи.

— Ты сгниешь в тюрьме, — прохрипел он, зажимая сломанный нос рукой. — Моя семья об этом позаботится, мразь.

Одарив нас ненавидящим взглядом, он направился к своей машине, едва переставляя ноги.

Я смотрю на его руки, измазанные в крови, и меня начинает подташнивать от страха.

— Дэвид, посмотри на меня... Ты цел? Он задел тебя?

Он будто не слышит. Он стоит, сжав кулаки, и в его глазах догорают остатки того безумного гнева.

— Кровь не моя, — бросает он, наконец фокусируя взгляд на мне. — Это ведь он был пару дней назад с тобой? Тот ублюдок, о котором говорила Сара?

Я молча закусываю губу до боли, чувствуя вкус крови.

— Аманда, не молчи!

— Да, это он! — выдыхаю я, и голос срывается. — И ты только что подарил ему идеальный шанс разрушить твою жизнь. Ты хоть понимаешь, кто он? Сын Теодора Мерли! Я пыталась защитить нас, пыталась всё решить мирно, а ты просто пришел и всё растоптал. Теперь я буду считать дни до твоего приговора, Дэвид. Ты об этом думал, когда махал кулаками?

— Малыш, не надо... Пожалуйста, не плачь, — Дэвид делает шаг ко мне, пытаясь обнять.

Я отступаю назад, качая головой. Его недавняя ярость всё еще вибрирует в воздухе.

— Не трогай меня сейчас, — мой голос дрожит. — Я уеду с Сарой. Мне нужно... мне нужно прийти в себя.

— Как скажешь, — он опускает руки, выглядя потерянным.

Я уже делаю несколько шагов к парковке, как его пальцы смыкаются на моем предплечье. Одним рывком он разворачивает меня и вжимает в себя. От него пахнет мятой и опасностью. Дэвид зарывается носом в мои волосы у виска, и я на миг замираю, борясь с желанием обнять его в ответ. Он мой защитник, но сегодня он стал тем, от кого хочется бежать.

— Люблю тебя. Больше всего на свете, — его дыхание обжигает кожу.

— Я тоже... — выдыхаю я, понимая, что эта любовь начинает меня пугать.

ххх

— Почему ты не поехала с Дэвидом? — спросила Сара, как только мы захлопнули двери машины. — Ты оставила его там одного, в таком состоянии.

— Ты серьезно? — я повернулась к ней, не скрывая шока. — Ты вообще видела, что сейчас произошло?

— И? Твой парень отлупил подонка, который к тебе приставал. По-моему, это поступок мужчины.

— Сара, Эдмонд не шутил, когда обещал засудить его. У его семьи хватит связей, чтобы упрятать Дэвида за решетку до конца десятилетия. Я не хочу провести свою молодость, дожидаясь его из тюрьмы!

Сара на секунду замолчала, выруливая с парковки, а потом тихо спросила:

— Ты не хочешь его ждать или просто не сможешь?

— Сара! Как ты можешь такое спрашивать?! — я почувствовала, как к глазам снова подступили слезы.

— Прости, — она вздохнула. — Ты не обязана отвечать. Я просто... я вижу, какВопрос Сары эхом отдавался в голове, но я хранила молчание. Честный ответ пугал меня саму. Я любила Дэвида, но та сцена на парковке... она словно прочертила трещину в моем идеальном мире. Смогу ли я смотреть на него так же, как прежде, если он окажется в тюрьме? Буду ли я той верной тенью, что ждет годами, или просто сломаюсь под тяжестью обстоятельств?

Едва машина Сары отъехала, я на автомате поднялась в квартиру. Тишина родных стен казалась спасением. Я мечтала только об одном: забраться под одеяло и отключить телефон, чтобы не видеть новостей и не слышать его голоса. Но моим планам не суждено было сбыться. Как только я переступила порог, я поняла, что дома я не одна — и разговор, которого я так боялась, сейчас состоится. ты напугана.

— Аманда! — громовой голос отца заставил меня вздрогнуть еще до того, как я успела снять обувь. По спине пробежал холодок: плохие новости всегда летят быстрее пули.

— Да, папа, — я вошла в гостиную, стараясь сохранять остатки самообладания.

— Ты хоть осознаешь, что натворил этот твой Дэвид? — он стоял у окна, и его спина была напряжена до предела.

— Мой парень заступился за меня, когда этот подонок Эдмонд начал переходить все границы! — сорвалась я.

— «Подонок»? Аманда, как ты смеешь так выражаться? — отец резко обернулся, его взгляд был ледяным. — Этот твой тренер явно оказывает на тебя дурное влияние. Ты теряешь всякое приличие.

— Пап, он не трен... — я попыталась вставить слово, но он оборвал меня на полуслове.

— Ты больше с ним не увидишься. Эдмонд, несмотря на нанесенные ему травмы, беспокоится о твоей безопасности. И я не допущу, чтобы рядом с моей дочерью находился человек, который не в состоянии контролировать своих внутренних демонов.

— Ты разорвешь с ним все связи. Немедленно! — голос отца сорвался на крик, который эхом разнесся по гостиной.

— Теодор в ярости, — бросил он маме, которая стояла бледная у камина. — Этот психопат сломал Эдмонду нос и едва не раздробил челюсть. Уму непостижимо!

— О боже, бедный мальчик... — ахнула мама, прикрыв рот ладонью. — Как он это перенесет?

— Мама, какой «бедный мальчик»?! — я задыхалась от несправедливости. — Дэвид заступился за меня! Он не монстр, он просто защищал свою женщину. Папа, если ты хоть раз с ним поговоришь, ты поймешь...

— Я не собираюсь с ним разговаривать! — отрезал отец, ударив кулаком по столу. — Для меня этот человек больше не существует. Всё, я сказал.

— Но...

— Никаких «но», Аманда! Сегодня же ты поставишь точку в этой истории. Сдай его в архив своей памяти и забудь это имя!

Слезы обожгли глаза, застилая всё вокруг туманной пеленой. Я сорвалась с места, взлетела по лестнице и заперлась в своей комнате, прислонившись спиной к двери. В этот момент, слушая гулкое сердцебиение в тишине, я вдруг четко осознала: вопрос Сары был лишним. Я бы ждала Дэвида и десять лет, и вечность. Вся моя рациональность рассыпалась в прах перед этой любовью. Я поняла, как сильно обидела его сегодня своим холодом на парковке, как оставила его один на один с его тьмой. Дрожащими руками я выхватила телефон и набрала его номер.

— Детка? — его низкий, чуть хриплый голос в трубке заставил мое сердце сжаться.

От этого простого обращения я готова была разрыдаться прямо сейчас. Я проклинала себя за каждое холодное слово на парковке, за то, что оттолкнула его, когда он сам нуждался в поддержке.

— Прости меня... Дэвид, я такая дура! — я всхлипнула, уже не пытаясь сдержать слез. В голове эхом гремел приговор отца: «Ты больше его не увидишь».

— Ш-ш-ш, эй, малыш, тише. Пожалуйста, не плачь, — он тихо выругался, и я кожей почувствовала, как он там, на другом конце провода, сжимает телефон, не зная, как мне помочь.

— Я люблю тебя, Дэвид... — выдохнула я в трубку. — Слышишь? Я всегда буду тебя любить, что бы ни случилось.

В трубке повисла тяжелая тишина, а потом он неловко усмехнулся:

— Эй, детка, это уже попахивает прощанием. Ты что, собралась меня бросить? — он попытался обратить всё в шутку, но я уловила в его голосе тень тревоги.

— Я... я просто... — я не могла заставить себя произнести ложь, которую требовал отец.

— Аманда, — его голос мгновенно стал стальным. — Что случилось? Этот ублюдок снова подходил к тебе? Говори мне правду!

— Нет, дело не в нем... Просто дома всё узнали, — выдохнула я, прижимая телефон к уху так сильно, что заболела челюсть.

— Черт. Да уж, не самое лучшее первое впечатление для твоих родителей, — он издал короткий, нервный смешок. — Но ничего, детка, мы это исправим. Я найду способ всё загладить. Всё будет хорошо, малыш, обещаю.

— Не будет, — я снова всхлипнула, чувствуя, как земля уходит из-под ног. — Папа сказал, чтобы я... чтобы мы... расстались. Прямо сейчас.

В трубке воцарилась тяжелая, звенящая тишина. Я отчетливо слышала его участившееся, рваное дыхание. Он нервничал, и эта его реакция пугала меня больше всего.

— А ты? Что сказала ты? — его голос стал низким, почти неузнаваемым.

— Я сказала, что люблю тебя.

— Ты всё правильно сделала, девочка моя, — его голос мгновенно смягчился, наполнившись какой-то отчаянной нежностью. — Слышишь? Они поймут. Остынут и примут нас. Я очарую их, чего бы мне это ни стоило. Только не сдавайся.

На мгновение на моем лице промелькнула слабая улыбка — его уверенность всегда была моим якорем.

— Мой отец... он очень непростой человек, Дэвид. Он никогда не меняет своих решений. А Эдмонд — сын его главного бизнес-партнера.

— Ах, вот оно что... — в его голосе прорезался холод. — Извини, детка, но твой отец просто хочет обменять тебя на выгодный контракт. Это мерзко.

— Я знаю, — я зажмурилась, чувствуя, как к горлу подкатывает комок. — И мне чертовски стыдно за это. За то, что я для него лишь разменная монета.

— Тебе не за что стыдиться, — отрезал он, и я почти физически почувствовала его ярость через трубку. — Это ему должно быть стыдно. Но послушай меня: я люблю тебя и не собираюсь отпускать. И уж тем более я не отдам тебя какому-то выскочке. Ты моя, Аманда. Только моя. Поняла?

— Твоя... — выдохнула я, и сердце забилось чаще. — Я люблю тебя. Вечером я что-нибудь придумаю и вырвусь к тебе. Целую.

— Жду тебя. Будь осторожна.

ххх

Вечером я, стараясь сохранять невозмутимый вид, направилась к выходу. Моя рука уже коснулась дверной ручки, когда в прихожей зажегся свет.

— Куда-то собралась, Аманда? — голос отца прозвучал как выстрел. Он стоял, опершись о дверной косяк, и в его взгляде не было и тени тепла.

— К Саре. Нам нужно закончить проект по учебе.

— Хорошо. Тед отвезет тебя, я уже вызвал его.

Я замерла, медленно поворачиваясь к нему.

— Папа, ты серьезно? Я что, под домашним арестом? Теперь мне разрешено выходить только под конвоем шофера?

— Это продлится до тех пор, пока до тебя не дойдет, насколько опасен этот твой Дэвид. Я не допущу, чтобы ты попала в неприятности из-за этого дикаря.

— Ты не имеешь права! — выдохнула я.

— Имею. Пока ты живешь в моем доме.

— Ладно, — я сцепила зубы, понимая, что в лоб его не прошибить. — Тогда я просто останусь у Сары на ночь.

— Без проблем. Тед будет ждать тебя внизу через пять минут.

«Черт, папа... Что ты на это скажешь, Аманда?» — лихорадочно думала я, спускаясь к машине. Перехитрить бывшего спецназовца — задача не из легких. Мне срочно нужна помощь Сары.

— Добрый вечер, Тед. Как дела? — я постаралась, чтобы голос звучал непринужденно, хотя сердце колотилось в горле.

— Добрый, Аманда. Все хорошо, спасибо. А ты как? — он, как всегда, был безупречен в своем строгом темном костюме и предельно вежлив. Несмотря на солидную разницу в возрасте, мы с Мэтью с самого детства звали его просто Тедом, и он никогда не был против этой маленькой фамильярности.

— Едем к Саре, — коротко бросила я, усаживаясь на заднее сиденье.

— Да, мистер Лукас уже проинструктировал меня, — он плавно вырулил со двора. — Я буду ждать тебя у ее подъезда до самого утра, а потом доставлю обратно.

— Тед, тебе вовсе не обязательно дежурить всю ночь, — я попыталась улыбнуться через зеркало заднего вида. — Сара сама может меня подвезти.

— Извини, Аманда, но это прямое указание твоего отца.

— Да, я понимаю... — я отвернулась к окну, чувствуя, как внутри закипает глухая обида. — Ничего страшного.

Как только я переступила порог квартиры Сары, я буквально набросилась на нее сбивчивым шепотом. Бедная подруга даже не успела поздороваться, как я уже втащила ее вглубь комнаты.

— Аманда?! Ты чего без предупреждения? — Сара уставилась на меня, придерживая дверь.

— Сара, мне нужна твоя помощь. Срочно, — я ввалилась в квартиру, чувствуя, как меня трясет.

— Да что стряслось? На тебе лица нет.

Я сделала глубокий, судорожный вдох и выпалила всё на одном дыхании, боясь остановиться:

— Родители узнали о драке. Они запретили мне даже видеться с Дэвидом и потребовали, чтобы я немедленно с ним порвала! Но это ещё не самое худшее... Папа решил, что я должна «узнать получше» этого Эдмонда. Он буквально навязывает его мне!

Сара замерла с открытым ртом, не в силах вымолвить ни слова. В её глазах читался абсолютный шок.

— Какой кошмар... — Сара прижала ладони к щекам. — Они что, серьезно решили устроить тебе средневековье?

— Это еще не всё. Я приехала сюда с Тедом. Представляешь? — я кивнула в сторону окна.

— Они не отпускают тебя одну даже к лучшей подруге?!

— Нет. Папа перешел в режим тотального контроля. Мне нужно обхитрить Теда и поехать к Дэвиду. Я обещала ему, Сара.

— Аманда, это самоубийство! Ты же знаешь Теда, у него глаза на затылке.

— Мне всё равно. Я должна быть там.

Сара на секунду замерла, закусив губу, а потом ее лицо вдруг просияло.

— Есть! — она торжествующе щелкнула пальцами. — Чёрный ход нашего здания! Его только вчера открыли после ремонта, Тед о нем сто процентов не знает. Ты сможешь проскочить через подвал прямо к парковке. На, лови! — она бросила мне ключи. — Моя машина стоит как раз у того выхода.

— Сара, ты просто мой ангел-хранитель! — я поймала ключи на лету.

— Потом поблагодаришь. Давай, вали, пока твой «конвой» не заподозрил неладное!

Я пулей пронеслась по лестнице к запасному выходу. Оказавшись на улице, я пригнулась, пробираясь к машине Сары. Тед стоял на посту, как скала — его силуэт четко выделялся в свете фонарей. Он смотрел в сторону главного входа, полностью уверенный в своей безупречной тактике.

«Прости, Тед, не в этот раз», — пронеслось в голове. Я прыгнула за руль, завела двигатель и, стараясь не газовать, вырулила из тени. Он не обернулся. Путь был свободен.

Город мелькал за окнами яркими огнями. Я бросила машину на гостевой парковке с тыльной стороны дома Дэвида и рванула к лифту. Когда двери закрылись, я наконец-то смогла выдохнуть. Каждая секунда подъема казалась часом — я чертовски хотела его видеть.

— Детка, ну наконец-то! Я уже места себе не находил, — Дэвид буквально втащил меня в квартиру, заключая в объятия.

— У меня плохие новости: отец официально запер меня в «золотой клетке». Теперь мой каждый шаг контролирует Тед.

— В смысле? За что такие меры? — он нахмурился, не выпуская меня из рук. — И как ты тогда проскользнула мимо этого цербера?

— Считай, что я прошла краткий курс спецназа, — я довольно улыбнулась, крутя на пальце связку ключей. — Сбежала через черный ход у Сары и взяла её тачку.

— Черт, ты меня поражаешь, — прошептал он, и его губы накрыли мои.

Он поднял меня, заставляя обхватить его талию ногами, и я почувствовала, как по телу пробежала волна жара. Мы двигались в спальню, не разрывая поцелуя, забыв обо всём, кроме друг друга.

— У меня для тебя плохие новости, детка, — прохрипел он между поцелуями, обжигая мою кожу горячим дыханием.

— М-м-м? — я едва могла соображать от его близости.

— Я не собираюсь быть благородным. Плевать, что твой отец против нас. Я слишком эгоистичен, чтобы позволить тебе уйти. Ты останешься моей, что бы ни случилось, — его слова звучали как клятва.

Я посмотрела на него с любовью, чувствуя себя в полной безопасности, несмотря на бурю снаружи.

— Именно это я и хотела услышать. Не отпускай меня.

Далее страсть полностью окутывает нас, вытесняя все тревоги и страхи. Одежда летит на пол, и мы погружаемся друг в друга, как будто это наша последняя ночь на Земле. Мы отдаемся этому безумию без остатка, пытаясь запомнить каждое прикосновение. Какая-то тревожная мысль, словно тень, проскальзывает в груди — предчувствие скорой разлуки, — и я невольно съеживаюсь, отчаянно пытаясь прогнать эти мрачные мысли.

Но вот буря стихает. Мы лежим рядом, обнаженные не только телом, но и душой. По крайней мере, я чувствую себя абсолютно открытой перед ним. Моя голова покоится на широкой груди Дэвида, я слышу мерное биение его сердца и понимаю: сейчас я в безопасности. Сейчас я счастлива, как никогда.

-Выходи за меня-вдруг говорит он

Девид

— Выходи за меня, — эти слова сорвались с моих губ прежде, чем я успел их обдумать. Но в ту же секунду я понял, что никогда не был так уверен в чем-либо.

— Что? — Аманда приподнялась на локте, глядя на меня с нескрываемым изумлением.

— Выходи за меня, — повторил я, глядя ей прямо в глаза.

— Дэвид... — она медленно села, притягивая одеяло к груди, словно пытаясь защититься от обрушившейся на нее реальности. — Это так неожиданно. Ты же знаешь, что устроил отец... Мне нужно время, чтобы переубедить его насчет Эдмонда, чтобы всё уладить.

При упоминании этого ублюдка кровь мгновенно ударила мне в голову. Ярость обожгла изнутри: кто-то смеет претендовать на то, что принадлежит мне? Аманда — моя, и я костьми лягу, но не отдам её этому ничтожеству. Она заметила, как я изменился в лице, как челюсти сжались до хруста.

— Я люблю тебя, Дэвид, — она ласково коснулась моей щеки, пытаясь унять мою бурю. — И мой ответ — «да». Обязательно «да». Но, любимый... дай мне немного времени.

Я закрыл глаза, прижимаясь лицом к её теплой ладони, и запечатлел на ней долгий поцелуй.

— Хорошо, малыш, — прошептал я, снова притягивая её к себе. Мой поцелуй был одновременно нежным и собственническим, я дразнил её губы, заставляя забыть обо всем мире за пределами этой комнаты.

— Я хочу тебя. Каждую секунду, всегда... Ты моя, Аманда. Клянусь, я уничтожу любого, кто попытается тебя забрать, — мой голос переходит в хриплое рычание.

Она замирает и как-то странно, пронзительно смотрит на меня, словно пытается заглянуть в самую душу.

— Что? — спрашиваю я, мгновенно смягчая тон и касаясь её щеки.

— Ничего, — она вдруг весело прыскает и заливается смехом. — Ты просто чертов собственник, Дэвид!

— А тебе как будто это не нравится, — ухмыляюсь я, притягивая её ближе.

— Очень нравится, — выдыхает она и сама накрывает мои губы поцелуем.

Предрассветные сумерки окутывали город, когда я притормозил у дома Сары.

— Тише... вон там машина Теда, — Аманда указала на черный седан, притаившийся в тени деревьев.

— Понял. Объедем с тыльной стороны, — я выключил фары и медленно припарковался в слепой зоне.

Прежде чем она успела открыть дверь, я перехватил её руку.

— Детка, насчет моего предложения... я не шутил. Каждое слово — правда. Я хочу засыпать и просыпаться с тобой. Я люблю тебя больше всего на свете.

— И я люблю тебя, Дэвид, — она нежно коснулась моей ладони. — Я поговорю с родителями. Они увидят, как я счастлива, и поймут.

— А если нет? — в моем голосе прорезался холод, а в глазах на мгновение вспыхнула та самая тьма, которую я так долго в себе подавлял. Аманда вздрогнула, заметив эту перемену.

— Просто доверься мне, — прошептала она.

— Если твой отец продолжит настаивать на этом браке, мне придется украсть тебя, — отрезал я, и в моем тоне не было ни капли иронии.

Улыбка мгновенно исчезла с её лица. Я видел, как она побледнела. Она была слишком привязана к семье, чтобы просто сжечь мосты и уйти в неизвестность. Да и я, честно говоря, понимал: бегство — это путь слабых, а я не собирался прятаться.

— Шучу. Дыши, малыш, — я попытался улыбнуться, чтобы разрядить обстановку.

— Ты напугал меня... — выдохнула она, приходя в себя. — Ладно, мне пора. Люблю тебя.

Она быстро поцеловала меня, выскользнула из машины и скрылась за дверями подъезда.

— Блять! — я с силой ударил по рулю, чувствуя, как костяшки пальцев отзываются тупой болью. Бессилие перед её семьей выжигало меня изнутри.