XIII.Вязь признаний на твоем теле

План маленькой и победоносной войны был прост, но не имел никакого отношения к реальности, и Гарри пришлось с этим смириться. Он вежливо и даже жалобно улыбнулся Нарциссе, положил руку ей на талию, чувствуя под пальцами приятный атлас платья. Мама Драко не старалась смутить его или расспросить о сыне, скорее присматривалась и оценивала. Разумеется, на ней была маска, но Поттер всегда считал очень нереалистичными те фильмы, в которых кусок ткани на лице мешал узнать человека. Поэтому он как мог старался произвести хорошее впечатление, игнорируя тот факт, что буквально пару минут назад встретился лицом к лицу с Волдемортом, который не бросил в него авадой в первые же секунды.

Музыка сохраняла какой-то бешеный ритм, и очень скоро Поттер возненавидел тех, кто придумал танцы, музыку и жесткие туфли, которые полагалось надевать, если не хочешь выглядеть деревенщиной. Разумеется, на этой одежде настоял Драко, и ему придется возместить Гарри моральные страдания.

- Благодарю за танец, таинственный незнакомец, - наконец произнесла Нарцисса, отходя от Гарри, и он улыбнулся уже совершенно искренне.

Счастье от того, что все уже закончилось, было настолько велико, что Гарри даже взял ее ладонь в свою, поднес с губам и поцеловал. Женщина сделала изящный реверанс и скрылась в толпе, а Гарри огляделся в поисках единственного достаточно знакомого человека. Тот все еще был совершенно непростительно занят.

«Он меня сюда притащил, он и...» - осекшись, Гарри вспомнил, что сам сюда пришел, и недовольно поджал губы. Пришлось отойти к столу, на котором стояли не только бокалы. Танцевать больше ни с кем не хотелось, рассекречивать Пожирателей и сдавать их Ордену феникса не представлялось возможным, поэтому гриффиндорец отошел к стене, стараясь максимально слиться с обстановкой. И стал наблюдать.

Драко Малфой танцевал с лордом Волдемортом и это совершенно никого не заботило. Как и в принципе не заботило то, что пары разномастные: красиво одетые девушки, кружившиеся в своих легких платьях по залу, средних лет женщина, которую медленно вел какой-то лорд... Было кое-что особенное в мире, в котором жили Малфои. Если у человека были средства и положение в обществе, всем было плевать на то, кого в постели он предпочитал и кого выбирает в партнеры для танца. Это было... с одной стороны, Гарри чувствовал отвращение. К главенству материального, разумеется, а не к отношениям между людьми. Семья Уизли заменила Гарри его собственную, поэтому юноша был совершенно уверен, что и без баснословного богатства можно жить счастливо. С другой стороны... Малфой слишком удобно устроился! Ну конечно, он может выбрать себе любого! И если это Мальчик-Который-Выжил, то тем лучше для него.

«Но танцуют они так себе», не смог не заметить Гарри. Волдеморт явно танцевал едва ли не впервые, точно так же неловко, как сам Гарри. «Не очень-то потанцуешь, когда пытаешься убить школьника, да?», мстительно подумал гриффиндорец, утаскивая со стола несколько разноцветных кусочков чего-то аппетитно пахнущего. Зато Драко, несмотря на поникший вид, двигался грациозно.

Приходилось признать, что в нем это было воспитано едва ли не в первые годы жизни. Гарри замечал это еще раньше, когда Драко летал на квиддичном поле, идеально ровно держа спину. Или когда Драко участвовал в дуэлях, высоко задрав нос, но при этом сохраняя величественную позу.

Да, Гарри наглым образом засмотрелся. И он имел право! Драко же его партнер, разве нет? Гарри слишком много пережил по его вине, чтобы просто так сейчас взять и отдать Волдеморту на растерзание!

Перепланировав маленькую победоносную войну, Гарри уверенно отошел от стены, собираясь забыть про всех Пожирателей разом и просто провести время в компании этого высокомерного, наглого, надоедливого, но жутко красивого сейчас слизеринца. И он имел на это право. Так тот парень с портрета сказал.

- Можно моего партнера обратно? Премного благодарен, - мило улыбнулся гриффиндорец, очень удачно попав в конец одной из песен.

Человек в темной мантии помедлил секунду, а потом отошел, мгновенно теряясь среди остальных танцующих пар.

- Ты должен немедленно уйти...! – Драко крепко сжал его руку, и Гарри тяжело вздохнул; никто и не сомневался, что невозможно поговорить с темными волшебниками, а потом остаться в себе.

- Без проблем, танцы – это явно не мое. Но я отвратительно осмотрел твой особняк в прошлый раз, как насчет показать мне его сейчас?

Драко поспешно согласился, принимая за благо возможность вывести Поттера из зала. Тому совершенно точно не нужно было сюда приходить! Но раз уж пришел, то лучше не поднимать шумиху и тихо-мирно выдворить гриффиндорца через камин или хотя бы через дыру в зеленой изгороди. Главное – выдворить, потому что мертвый Гарри Поттер уж точно больше не казался Малфою лучше, чем живой.

- Мистер Поттер!

- Мистер Поттер занят, - рявкнул Малфой, даже не посмотрев, кому там вздумалось лезть.

Гарри же не смог справиться с любопытством, поэтому обернулся. Это был журналист или тот, кто начитался историй о журналистах и решил воплотить их в реальность. По крайней мере, Гарри показался совершенно лишним в его руке маггловский микрофон, который все равно не работал в магическом мире.

- А что такое?

- Поттер, ты очень упорно стараешься умереть.

- Да ладно тебе, не убьет же меня журналист!

- Мистер Поттер, это правда, что Вас держат в заложниках, чтобы свергнуть власть?

Гарри на секунду выпал из реальности, оценивая, успел ли он оказаться в заложниках и не заметить этого. Выходило, что успел и сам этому поспособствовал. Ну вот кто отвечает согласием посетить прием, на котором будут Пожиратели и твой злейший враг?

- А... а эта информация давно появилась? – решил уточнить он на случай, если журналист сейчас просто выдвинул догадку, которая пришла ему на ум пару секунд назад.

- Три часа назад Ежедневный пророк опубликовал срочную новость о том, что Вас держат в заложниках и планируют убить, если министр не покинет свое кресло и в ближайшее время не произойдет переизбрание. Предварительный опрос показал, что большинство голосов соберет лорд Малфой, который решил выдвинуть свою кандидатуру, но опрашивали тех, кто в этом зале, так что это неудивительно. Как Вы прокомментируйте эту информацию? – с готовностью рассказал журналист, даже протягивая Гарри номер Ежедневного пророка, уже второй за сегодняшний день.

- Вау, - прокомментировал Гарри.

Он поспешно взял газету, игнорируя тот факт, что чем больше журналист говорил, тем спокойнее становился Драко. Если поначалу он только подозрительно щурился, то теперь бледность окончательно сошла с его лица, уступив место улыбке, которая появляется, когда ты понимаешь, что Филч прошел мимо. И чем дольше Гарри вчитывался в строки статьи, тем расслабленнее становился Малфой. Он даже успел поздороваться еще с тридцатью людьми, которых раньше будто и вовсе не замечал, чем грозил нанести удар по репутации гостеприимства Малфоев.

А вот Гарри происходящее совершенно не нравилось. Получается, его сюда пригласили не для того, чтобы получше узнать и этим продемонстрировать поощрение отношений между ним и Драко? Он был лучшего мнения о Люциусе Малфое, вообще-то!

- А кто вообще разрешит Малфою выдвигать свою кандидатуру на выборы Министра? Он же... э... - замялся Поттер, хотя вся Британия прекрасно знала, что Малфой с Волдемортом не потому, что заклинание империо может мутировать и порабощать на всю жизнь.

- Все, кто старается избежать гражданской войны? – предположил журналист.

- Аргумент. Но он же может продвигать всякие законы, которые будут ущемлять права магглорожденных и всех остальных, разве нет? Разве все не поэтому стараются бороться с Пожирателями?

- Люциус Малфой выдвигает свою кандидатуру не от мифической партии «Пожиратели смерти». Сдается мне, если его вообще кто-то изберет, то это будет самый тяжелый пост министра за все время существования этой должности.

- А это-то почему? – Поттер был совершенно сбит с толку, потому что ничерта не понимал ни в своем положении, ни в политических играх, ни в том, почему журналист вообще назвал Пожирателей партией.

- Потому что все, кто предотвращает гражданскую войну, помнит, что общество достаточно активно, чтобы поднять восстание и устроить резню, - заявил Драко, выпивший пару бокалов шампанского и теперь собиравшийся отправиться на кухню, чтобы получить у эльфов что-то из нормальной еды; он потратил слишком много нервов сегодня, стоило возместить все сожженные калории. – Гарри Поттер очень обеспокоен своим статусом заложника, но ничего не поделаешь, он очень занят. Идем, Поттер.

Обеспокоенный своим положением Поттер растерянно сунул газету обратно в руки журналиста. Это был самый первый прием в его жизни, и да, он оказался очень... запоминающимся.

- Наверное, нужно было тебя послушать и никуда не ходить.

- Глупости говоришь, Поттер, это единственный твой правильный выбор едва ли не за всю жизнь.

- Да неужели? Меня больше не хочет убить Волдеморт, но точно убьет Грюм! «Какую же ты нам всем свинью подложил, Поттер».

- Ему придется как-то жить с этим, потому что на парня сына министра рявкать не положено. Вообще, у меня из-за тебя все еще проблемы: нужно сообщить Астории, обеспокоиться тем, что у Малфоев должно быть продолжение рода, уточнить про весь этот нейтралитет учеников Хогвартса и сохранится ли он, когда мы закончим школу. Сплошные проблемы, Поттер!

Гарри собрался что-то возразить, тем более, что он не понял и половину из того, что говорил Драко, особенно про какой-то нейтралитет, но внезапно застыл посреди зала. Впереди, у дверей, стоял Люциус Малфой, важно вытянувшись и расправив плечи. Прямо перед Гарри вышагивал Драко Малфой, державшийся как такой же полноправный хозяин мира, как и его отец.

«Что-то определенно изменилось за эти полчаса, но я упустил момент, когда этому можно было найти простое и логичное объяснение», отметил про себя Гарри, собираясь подумать еще о чем-нибудь в подобном ключе – возможно, там было бы что-то о том, что все Малфои слишком высокомерные и что нужно объяснить им, что совсем не обязательно задирать нос, когда они просто находятся в вертикальном положении – но Драко заметил, что Гарри рядом нет, и обернулся.

- И не думай сбежать, Поттер. Моя жизнь только что наладилась, и я не позволю тебе все испортить. Тем более, я могу поспорить на свою руку, что вся каминная сеть под контролем. Ты же не хочешь, чтобы Темный лорд снова пустился в попытки убить тебя? Потому что теперь, когда он не синий, что-то мне подсказывает, что у него больше шансов. Идем, у меня дела, но я не могу оставить тебя здесь без присмотра, в конце концов, тогда появится еще больше этих дурацких слов на моей прекрасной коже, в которых ты пытаешься подобрать хоть что-то оригинальное.

- О, Мерлин, я уже и забыл, какой ты болтливый, когда не находишься в депрессии и не трясешься от страха за свою шкуру...

- К твоему сведению, Малфои никогда не трясутся от страха, они просто отвлекают внимание своих врагов, - раздраженно передернул плечами Малфой.

Уж теперь-то он чувствует себя совершенно свободным, и никакому Поттеру не получится перебить это прекрасное ощущение своим вечным бухтением. Теперь у Драко были грандиозные планы на будущую жизнь, и он собирался воплотить их в жизнь как можно скорее. Для начала – вернуться в слизеринскую гостиную. Никто не просил Поттера говорить о том, что он «тоже спокойно может пожить в обители змей».

Драко усмехнулся. Что ж, самое время показать этому нелепому мальчишке, что обитель змей с радостью примет всех, кто достаточно глуп, чтобы ошиваться рядом.

- Нелепый мальчишка? Да брось ты...