муза его вдохновения

Дэниэл сидел за столом и яро строчил слова черной гелевой ручкой, совершенно не заботясь о разборчивости почерка, но удивительным везением попадал в клеточки.

Да, его журнал был в клеточку. И Где он только такой отыскал? Он уже не помнил.

Буквы складывались в слова, слова в предложения, а предложения в целые абзацы.

Он писал, писал и писал. Не обращая внимания на голоса родителей, раздовавшиеся внизу по поводу его сестры, ни на гул голосов на улице, ни на уведомления, приходивших и приходивших на забытом невыключенном ноутбуке, ни раздражающего пения птиц, ни музыки, раздовавшейся в комнате Мэйв, по поводу очередного расставания с очередным парнем.

Вдохновение посетило его так неожиданно, оно подкралось к нему, убивая шум вокруг, оставляя его в тишине со своими снами.

Неделя.

Неделю ему не снилась его королева кошмаров, как он прозвал ее после позорного пробуждения.

Его передернуло.

Но он записывал о девочке, стараясь понять что она хочет сообщить ему чего она ждет от него и почему именно он.

Вдруг он резко замер. Сжал зубы и сидел просто уставившись в окно.

Завтра его день рождения.

Почему-то он был уверен, что девочка вновь придет ему во сне. Чувствовал на интуитивном уровне, озарение охватило его настолько сильно, что он до сих пор не отошел от шока.

Дэниэл поморщился.

Тишина исчезла и вдохновение покинули его.

Приятная дама. Почему-то он представлял ее элегантной дамой в сиреневом платье с длинным шлейфом, тянувшимся за ней, пока она крадется к нему, чтобы украсть от внешнего мира.

Еще от нее пахло персиками. В общем-то он не любил персики, но когда приходила Она, этот запах становился единственным, который он соглашался слушать хоть вечность.

Дэниэл отложил ручку и медленно про себя прочитал написанные им строчки.

Перечитал раз. Второй. Третий.

И улыбнулся.

А потом рассмеялся.

Это был всего лишь сон. А он сделал из него великое событие века.

Вдруг кто-то поступал в дверь его комнаты. Это было так неожиданно, что он вздрогнул.

- Да?

- Дорогой, там пришел Лео. Ты его ждал?

- А вы уже перестали ругаться с папой?

- Мы не ругались, а разговаривали.

- Так громко?

Мать сжала губы в тонкую линию.

- А нам что запрещено? - и не дождавшись ответа, поторопила сына.

- Да иду я иду, - и после ухода матери Дэниэл пробормотал: - И чего он приперся?

Спускаясь по лестнице, мальчик услышал, как мама расспрашивала Лео о его родителях и новорожденных близнецах: мальчике и девочке. Его родители так хотели еще детей и спустя двенадцать лет, у них наконец получилось. Как ему сказал Лео, младенцы совсем немилые как все говорят. И тем более слишком много кричат. А тут еще и двое!

Дэниэл подумал тогда как благодарен родителям, что остановились на нем. Хотя Мэйв, наверно, была немного лишней.

Выйдя в хол, он быстро взял куртку и молча вышел на улицу.

- Эй, эй, подожди, - послышалось сзади, - ты чего?

Дэниэл остановился.

- Да нет ничего, просто устал.

- Отчего ты это устал? Сидишь дома и ничего не делаешь.

- От жизни устал.

Лео округлили глаза.

- Что? Ты что того... ну это...

- Нет я не того.

- Но...

Дэниэл его перебил.

- Так ты чего пришел?

- Да дома мама с близнецами таскается, а на меня ноль внимания. Сказала гулять идти. Представляешь! До этого лекции постоянно читала, а тут два слова сказала.

- Ну так радуйся. Ты же хотел избавиться от опеки.

Лео вздохнул.

- Хотел. Просто как-то... не так что ли... даже в компьютерные игры разрешает играть сколько захочу. А мне уже надоело в них играть.

Дэниэл в ответ лишь хмыкнул.

- Что будем делать? - спросил Лео.

- Я то откуда знаю? Ты пока не пришел я писал.

- Что писал?

- Да, - отмахнулся Дэниэл, - ерунду всякую.

- Ясно.

Было видно, что разговор не клеился. И каждый из них это понимал - как мало у них общих тем, если тех вообще нет.

- Как Мэйв?

Дэниэл  подозрительно скосил глаза.

- А что тебе до Мэйв?

- Эм... ну... она же... эм твоя сестра и я просто... - начал заикаться Лео, покраснев.

- А что Мэйв, - Дэниэл пожал плечами, - бунтует. Недавно рассталась с очередным парнем и решила покрасить волосы в синий. Мама запретила, и она как начала кричать, что всем на нее плевать. А ее собственное мнение подавляют. Обещала сбежать из дома, если не не разрешат покраситься. Хотя она в любом случае покрасится.

Лео кивнул.

- Ясно.

На улице послышался крик:«Лео!»

Тот вздохнул и покачал головой.

- Какой ты скучный Дэни.

- Иди. Мамочка тебя зовет.

- Остань, - толкнул Лео почти друга в плечо, легко рассмеявшись и махнув рукой на прощание.

- А говорил, что маме плевать, - пробормотал Дэннис, разворачиваясь в сторону дома.

Начало темнеть. На улицах почти на каждом углы включаются фонари на немноголюдных районах.

Дэниэл вздохнул.

Завтра ему двенадцать.

Он надеялся, что девочка скажет, чего хочет и отстанет от него. Он надеялся на интуицию.

А интуиция еще ни разу его подводила.