Серия работ: Они встречались до дебюта, после расставания Т/И оказалась...

Серия работ: Они встречались до дебюта, после расставания Т/И оказалась беременной, а он скучал по ней, спустя несколько лет Т/И молодая мамочка и начинающая актриса(модель, телеведущая), он узнаёт о Т/И и ребёнке при их встрече на публике

Хосок

- Какая она у вас лапочка! - Твоя коллега с таким упоением смотрит на твою четырёхлетнюю дочку, что прячется за твои ноги от незнакомцев на съёмочной площадке.

Ты улыбаешься коллеге, обмениваясь ещё парой фраз, и спешишь с девочкой в свою гримерную. У тебя сегодня ответственный день - ты назначена ведущей самого популярного музыкального шоу. Только вот дочку сегодня оставить было не с кем: нянечка заболела, а родители погибли два года назад. Вообще за последние четыре года ты слишком многое пережила. Твоя большая, искренняя, внеземная любовь к парню, отцу собственной дочери, разбилась о реку строительства карьеры. До сих пор ты ночами вспоминаешь его потерянные глаза, зажатые руки в кулаки и неуверенные, но очень болючие слова "Т/И, мы расстаёмся". Ты тогда подумала, что ничего страшного, вам только по девятнадцать, вы найдёте своих настоящих вторых половинок. Но ты ужасно ошиблась. С каждым днём любовь к теперь далёкому от тебя парню росла катастрофическими масштабами, а успокаивающие слова мамы и папы бесили не на шутку. И лишь после смерти родителей ты осознаёшь, что именно её слова о том, что ребёнок должен жить, что малыш не повинен в вашем расставании, заставили оставить ребёнка, о котором и не подозревала поначалу. Ты только после расставания поняла, как сильно любишь Хосока, как тяжело находиться с ним далеко и не иметь возможности увидеть и прикоснуться, как трудно не набрать его номер и не слышать голос. Боль окутывала всё тело, поэтому ты сначала и не поняла почему стало тошнить по утрам, почему не можешь переносить стойкие запахи и почему сбился цикл. Всё это списала на стресс, а после попадания в больницу из-за голодного обморока узнала то, от чего казалось жизнь остановилась: беременна, от него беременна. И пока ты постепенно свыкалась с мыслью матери-одиночки, он дебютировал на сцене и, казалось, выглядел абсолютно счастливо. Однако ты и не знала сотой доли того, что замечали его менеджер и ребята: Хосок стал замкнутым, раздражительным, прятал свой телефон с твоей заставкой на экране ото всех, перестал смотреть на людей вовсе, пряча глаза, а на камеру всё храбрился и выставлял образ улыбчивого и беззаботного парня. Он медленно сходил с ума без тебя, в каждом ему мерещилась ты, с кем бы не говорил, боялся услышать твой голос, скучал до слёз ночами в подушку, словно его бросили, а не он. Но он бы и не бросил, ни за что не оставил, если бы ему просто не пригрозили, мол, таких как она будет много впереди, а её ты не защитишь, если начинающий айдол будет уже в отношениях.

- Всё готово, - менеджер помогает тебе в тяжелом платье подняться по ступенькам на сцену. - Не волнуйтесь за дочь, я присмотрю.

И всё было прекрасно: блеск софитов, твой наряд, куча радостных лиц, вспышки камер, приятная суматоха. Только одно скреблось на душе, ты увидела его, он увидел тебя и теперь почему-то мурашки по коже, словно случится что-то. Последняя реплика, улыбаешься в камеру и через мгновение бежишь, невзирая на огромные каблуки, толпу в коридорах, массивное платье, в гримерную к дочери.

- Где она? - Другой менеджер сидит там сам, а ты уже как фурия кидаешься на него.

- Тише вам, - тебе дружелюбно улыбаются и просят пройти в другую комнату.

- Мама, посмотри кого я нашла! У меня теперь папа будет! - Девочка счастливо тянет тебя поближе к Хосоку и другим участникам группы. - Правда же здорово?

- Ага, - киваешь малышке, а сама трясущимися от волнения губами начинаешь самый ответственный разговор в жизни. - Почему ты здесь? Вас не должно было тут быть. В противном случае, я бы отказалась вести это шоу.

- В последний момент компания изменила расписание, - неловкость повисает в воздухе, лишние люди быстро уходят, а маленькая девочка вдруг доверчиво жмётся не к тебе, а у нему. - Хотел с тобой увидеться, а в твой гримерной была моя дочь.

- Она не твоя, - поджимаешь пальцы на ногах, от чего туфли давить начинают, но признаться тому, кто бросил в правде, не хочешь.

- Ты врёшь, - он поднимает девочку на руки и усаживает на стул, позволяя ей отвлечься от вас на всякие баночки у зеркала. - Я просчитал от её дня рождения, что мы на тот момент были вместе.

- И что теперь? Хочешь её забрать у меня? - Голову не поднимаешь, мыслей в голове ужасно много, ты не можешь потерять собственную дочь. - Так вот! Ничего у тебя не выйдет! Я...

- Я люблю тебя, - в его глазах слёзы, а ты поверить не можешь, ты это наяву слышишь от него снова, сердце сжимается ужасно. - Веришь ты или нет, нашла ты кого-то другого или нет, моя она дочь или нет, изменилась ты или нет... Мне на всё наплевать. Я люблю тебя. Я так хотел сначала просто тебя увидеть, потом уговорить вернуться, потом просто узнать как твои дела, потом я хотел навести справки о тебе... Я скучал. Я до сих пор тебя не забыл и не смогу. Сейчас точно понимаю, что зря я не стал настаивать в агентстве на том, что хочу остаться с тобой.

- Так ты не разлюбил? - Почему-то стараешься лишь спросить, а выходит какая-то жалостная реплика, почему-то хочешь лишь обнять, а руки буквально впиваются в мужские плечи, почему-то совсем не хочешь плакать, а громкие рыдания рвутся наружу. Чувствуешь как он безмолвно целует тебя в макушку и гладит как маленькую по спинке, ты устала быть сильной, ты скучала по своей роли его любимой девочки. - Дочь... Она от тебя... Ты не ошибся...

- Угу, - Хосок только кивает, продолжая удерживать за талию и смотреть как дочка с интересом рассматривает вас. И ведь никто из вас и не подозревает, что всё это сейчас записывается на камеру в рамках проекта о звёздах за кулисами шоу и уже обсуждается в социальных сетях.