Серия работ: Родители Т/И берут в долг у мембера, как у...

Серия работ: Родители Т/И берут в долг у мембера, как у самого богатого человека страны, а он в залог просит отдать за него замуж Т/И

Хосок

- Зачем я вам нужна? - Ты стараешься вырваться, но Хосок спокойно тянет тебя в машину. - Пустите, я же не вещь! Я...

- Ты теперь моя невеста, а если твои родители деньги не вернут, то станешь женой, - он заставляет сесть на задние сиденья. - Не бойся, трогать не стану, насиловать тем более, но статус невесты за тобой будет, пока они деньги не вернут.

А ты понимаешь, что они вряд ли вернут, потому что твоя семья бедная, что деньги нужны были на операцию для младшего брата и что ты стала залогом случайно, потому что вернулась со школы раньше, чем обычно, и столкнулась с Хосоком.

Первую неделю ты протестовала, не ела, только изредка пила воду, что приносили слуги парня, не выходила из комнаты, а парня игнорировала, когда он заходил в комнату. Он выглядел расстроенно, когда ты отворачивалась и закрывала уши, ты бы так себя и вела, если бы однажды он не пришёл ночью, а ты ещё не спала, но уже лежала в постели.

- Ну почему ты такая упрямая? - Его рука коснулась волос, расправляя их на подушке, губы коснулись слегка лба, а у тебя лишь дрожали ресницы. - Температуры нет. Как я боюсь, что ты заболеешь, потому что не кушаешь, не выходишь даже гулять, учёбу забросила. С виду такая милая, - он улыбается, что ты видишь из-под опущенных ресниц, - а сама бунтует. Даже поговорить не хочет, - он уходит, а ты так и слышишь его печальный голос.

- Доброе утро, - ты спускаешься по лестнице, пугая слуг, потому что ты бледна как привидение. - Куда мне сесть?

- Т/И? - Чон даже от удивления поперхнулся кофе. - Проходи, садись, куда пожелаешь.

- Почему вы не завтракаете? - Ты садишься рядом с парнем.

- Люблю только кофе по утрам, но для тебя сейчас что-то приготовят!

- Я сама, можно ведь? - Он кивает.

- Только можно я за тобой понаблюдаю? - Ты недоверчивым взглядом откидываешь его фигуру. - Ничего такого, просто ты очень болезненная, а это как предосторожность.

Хосок с упоением наблюдает за твоими действиями на кухне, а ты от пристального внимания немного смущаешься. Даже когда к Чону заходит его секретарь, напоминая о какой-то встрече, тот отмахивается и переносит её на завтра, стараясь не отвлекаться от тебя. Он с восхищением смотрит, что ты ешь, а ты от непривычного взгляда ерзаешь на стуле.

- Посуду можешь не мыть, - Хосок перехватывает твои руки, уводя в гостиную.

- Но неловко оставлять её та... Что это? - Ты удивляешься, когда служанки выносят уйму одежды в гостиную.

- Пока ты готовила, а понял, что ты была в том же, в чём я забрал тебя, так что это твой гардероб.

- Не надо, - тебе стыдно. - Я вас игнорировала, а вы...

- Ты, - поправляет тебя Хосок. - Давай на "ты"?

- Вы старше.

- Всё равно, - Чон улыбается и протягивает тебе телефон. - Это новый, вместо того, что ты разбила о стену.

- Ой! - Ты от ужасного своего поведения и вовсе опускаешь голову. - Это же дорого, да и мои родители ещё не отдали...

- Ничего, пока ты здесь, пользуйся всем, чем захочешь, и можешь звать меня, когда захочешь, только больше не устраивай бойкотов.

Всю следующую неделю ты осторожно выстраивала отношения со всеми постояльцами богатого дома: ты понравилась всем без исключения слугам, ты казалась милой всем охранникам, ты была самым нежным цветком для него, что с каждой минутой твоего искреннего смеха в этом доме, с каждой минутой твоего лёгкого шага в этом доме, с каждой минутой твоего присутствия рядом в этом доме влюблял Хосока всё больше. Ты стала спокойно готовиться к экзаменам, помогать на кухне и в саду слугам, а ночью ждать, что он вновь придёт иногда безмолвно целуя в лобик или иногда говоря, что его поразило в тебе. Он думал, что и сегодня ты спишь, но ты решила наконец-то раскрыть себя.

- Извини, - он немного в шоке, что сегодня ты сидишь с книгой в такой поздний час. - Просто решил проверить, что ты выключила свет.

- А если не врать? - Ты изгибаешь бровь и откладываешь книгу на столик. - Ты каждую ночь приходишь, я знаю.

- Чёрт, - он неловко улыбается, садясь рядом. - И всё слышала?

- Конечно, - ты откидваешься на подушки, - и про то, как сильно ты хочешь меня хотя бы обнять, - он краснеет, словно не взрослый мужчина, а маленький мальчик, - но заметь, я не запрещала меня касаться, а ты никогда и не пробовал.

- Ты бы оттолкнула, - уверенно произносит парень.

- Неа, - ты сама тянешься к парню, прижимаясь грудью к его спине, укладывая подбородок на его плечо. - Но раз ты сам не хочешь, то я хочу!

- Ты играешься сейчас из-за того, что я приходил каждую ночь? - Он немного нервно пытается найти оправдание твоим действиям.

- Неа, - ты прижимаешься ещё крепче, ладонями цепляясь за его грудь. - Я за эти недели к тебе привыкла, поняла, что ты и правда ничего плохого мне не желаешь, и узнала, что я не в отместку моим должникам-родителям стала залогом, а потому что показалась тебе красивой.

- И теперь ты меня этим будешь шантажировать, чтобы уйти? - Хосок как-то грустно улыбается.

- Я на шантажистку похожа? - Ты резко отстраняешь, наигранно дуя губы. - Тут думаешь, дать парню возможность за мной поухаживать, раз я ему нравлюсь, а он...

- Я очень хочу эту возможность! - Тебя валят на кровать, обнимая как будто укутывая в нежность. - Можно? Можно? Можно?

- И вот кто из нас школьник? - Ты смеёшься и отодвигаешь край одеяла. - Ложись рядом, разрешаю спать и обнимать меня.

Всю следующую неделю ты просыпалась в его объятиях, готовила вместе со слугами, потому что хотела сделать ему приятно, завтракала с ним, потому что ты сама стала следить за его здоровьем, а завтрак очень важен, с его весёлым смехом ехала до школы, спешила после школы домой, чтобы успеть переодеться перед очередным свиданием с ним, ночью болтала с ним, пока не засыпала в его руках и вдруг... долг выплачен.

- Что? - Мама с папой появились на пороге дома Хосока, прямо намереваясь поскорее забрать тебя отсюда. - Вы?

- Моя дорогая! - Мама обнимает, крутит тебя в руках как куклу. - Что он с тобой делал? - Она беспокойно смотрит на тебя, а ты со слезами на глазах молчишь.

- Что-то плохое? Очень? - Отец тоже боится, что тебя насиловали или избивали, но с виду ты такая же здоровая, только немного похудевшая, синяков и царапин нет. - Т/И, мы отдали все деньги, так что собирайся. С мистером Чоном мы уже поговорили, ты... Т/И? Куда?

- Хосок! - Слёзы сами капают, не уже ли он так просто поигрался с твоими чувствами, раз так быстро готов тебя вернуть, как вещь. - Хосок! - Ты кричишь и срываешься с места.

- Ты собираться? Т/И! Зачем он тебе? - Мама успевает схватить за запястье, а ты уже плачешь и вырываешься.

- Мне надо поговорить! Хосок! - Ты резко отрываешь руку матери от себя и чуть не падаешь.

- Осторожнее, - тебя успеет подхватить Чон, что, услышав твои крики, быстро побежал на первый этаж. - Что такое? Ты чего плачешь?

- Правда? - Ты рыдаешь, пока тебя держат осторожно за плечи. - Они вот так просто меня заберут?

- Они отдали долг, я не могу тебя тут удерживать насильно, так что ты можешь вернуться домой, если хочешь.

- А если не хочу? - Ты так и продолжаешь рыдать, даже не слыша, удивление матери. - Что тогда? Я могу остаться? Или ты лишь игрался, а я тебе не нужна? Ну конечно, зачем школьница, которую даже трахнуть нельзя, потому что она несовершеннолетняя и можно в тюрьму сесть? Ты же просто возился со мной, потому что испорченную куклу в случае чего в жены брать неприятно, да? Ты лишь...

- Я лишь в тебя влюбился, - Хосок улыбается, мягко чмокая в губы, совсем невинно, а ты больше и слова сказать не можешь, не то, что вспомнить об ошарашенных родителях, только тянешь руками за рубашку парня к себе, утопая в его объятиях.