Глава 68

Тэхен

Я сжимаю руку Дженни, нервы на пределе. Я до сих пор не могу поверить, что она здесь, рядом со мной. Я дал ей все, ради чего она вышла за меня, все, что ей было нужно, чтобы спасти компанию ее отца. И все же... Она здесь. Со мной. По своему выбору.Шли недели, и она оставалась. Даже когда меня накрывали слабость и кошмары, заставляя отдаляться от нее на долгие часы, она проявляла терпение. Терпение, которого я не заслуживал. Моя жена заставила меня понять, что до нее я даже не понимал, что такое любовь.— Куда мы едем? — спрашивает она, когда я открываю перед ней дверцу машины.Я ухмыляюсь и наклоняюсь, чтобы пристегнуть ее.— Скоро увидишь.Наши взгляды встречаются, и она улыбается, скользя рукой за мою шею и притягивая к себе для поцелуя. Я почти забываю обо всех своих планах.Когда я отстраняюсь, она разочарованно всхлипывает, изучая мое лицо. В ее глазах столько уверенности, что меня это сводит с ума. Она знает, что я принадлежу ей. И ей это нравится.Мне это чувство тоже хорошо знакомо.Когда я сажусь за руль, ее ладонь тут же оказывается у меня на бедре. Мое сердце бешено колотится.— Дай мне хотя бы намек, — просит она. — Ты ведешь себя странно с самого утра, знаешь? Я умираю от любопытства.Я смеюсь, не в силах устоять перед этим ее тоном — таким милым, когда она чего-то хочет.— Везу тебя посмотреть на красивый вид.Она прищуривается, притворно сверкая глазами.— Это не намек, и ты это прекрасно знаешь. Ты сказал мне то же самое на прошлой неделе, а потом просто отнес меня к зеркалу в гардеробной.Я ухмыляюсь, вспоминая ее недоверчивый взгляд и последовавший за ним смех. Ее пальцы сжимают мое бедро, и я понимаю, что она тоже вспомнила, как чуть позже я заставил ее смотреть в то же зеркало, пока она не разорвалась от удовольствия, мои пальцы глубоко в ее мокрой киске, моя рука сжимающая ее горло.— Это был действительно красивый вид, то, что я покажу тебе сегодня, может, не сравнится с этим, но, думаю, тебе понравится. Надеюсь, во всяком случае. Хотя может и нет.Мой тон, должно быть, выдал мое волнение, потому что ее прикосновение становится успокаивающим, когда она гладит мое бедро.— Неважно, куда мы поедем, Тэ. Я буду счастлива, пока я с тобой.Я смотрю на нее, и вдруг меня накрывает. Она говорит это совершенно искренне. Дженни никогда не была поклонницей грандиозных жестов — она любит домашнюю еду, молочные коктейли, копаться в инструментах и танцевать. Она любит нашу жизнь так же сильно, как и я.Но это не значит, что она не заслуживает грандиозных жестов. Она заслуживает весь мир. И если я могу его ей дать — я отдам его без остатка.— Я люблю тебя, — шепчу я, поднося ее руку к губам и целуя костяшки пальцев.Ее улыбка зажигает все внутри меня.— Я люблю тебя больше.— Невозможно.Я паркуюсь, и Дженни с любопытством оглядывается.— Где мы?Я беру ее за руку и веду за собой, наслаждаясь ее взволнованностью. Она вся дрожит от предвкушения, и, черт возьми, я готов сделать все, чтобы она всегда была такой счастливой.Я никогда не приму как должное то, что могу идти рядом с ней. Что она моя.— О боже... — шепчет она, замирая, когда перед ней открывается вид на воздушный шар.Я не могу сдержать смех, когда она подпрыгивает от радости, а потом оборачивается ко мне, ее глаза светятся восторгом.— Ты... ты берешь меня на полет на воздушном шаре?!Я пожимаю плечами.— Я подумал, что это будет хорошая альтернатива всем этим самолетам и вертолетам, на которых мы постоянно летаем. В нашей жизни все происходит так быстро, но этот момент... Я хочу, чтобы он длился вечно.Что-то меняется в ее выражении, и ее улыбка смягчается, когда она берет меня за руку, и мы вместе заходим внутрь. Она наклоняется через край, когда мы начинаем подниматься в воздух, и я встаю позади нее, мои руки заключают ее в клетку с обеих сторон.— Вау... Здесь так много цветов. И солнце вот-вот сядет. — говорит она с восхищением — Это будет потрясающе.Я улыбаюсь, чувствуя, как бешено колотится сердце.— Не так потрясающе, как ты, — шепчу я, касаясь губами ее щеки.Дженни смеется, но я знаю, что она чувствует, как я серьезен. Ничто не сравнится с ней. Ни золотое сияние заката, ни тысячи цветов, которые я высадил для нее своими руками, далеко внизу. Ничто не сравнится с тем, как моя жена смотрит на меня... С любовью в этих бездонных карих глазах.— Это невероятно... — шепчет она. — Я никогда не устану смотреть на закат, но этот, наверное, самый красивый из всех, что мы видели. Эти потрясающие желтые цветы кажутся еще ослепительнее в его свете.Я целую ее в плечо, пока мы продолжаем подниматься выше, и вдруг она замирает, резко втягивая воздух.— Подожди... цветы что-то изображают! — восклицает она взволнованно.Я улыбаюсь, запоминая каждую секунду ее реакции, каждый отблеск восторга в ее глазах.— Это... это мое имя?Я глубоко вдыхаю, пытаясь взять себя в руки, пока мы продолжаем двигаться по задуманному маршруту.И вот, в нужный момент, мы оказываемся в точке, с которой открывается идеальный вид. Дженни ахает, когда замечает огромные белоснежные буквы, контрастирующие с желтым морем цветов.Пять слов. Пять слов, которые я так долго собирался сказать.Она медленно поворачивается ко мне, глаза широко распахнуты от удивления.Я неловко улыбаюсь, отступаю на шаг назад... и опускаюсь на одно колено, раскрывая бархатную коробочку с кольцом.В ее взгляде — шок, когда она видит, что внутри. Эксклюзивное кольцо от Лорье. Золотистый бриллиант, который я купил на аукционе специально для нее.— Дженни, моя маленькая фея... — начинаю я, голос дрожит. — Я не мастер слов. И последние несколько недель я ломал голову, пытаясь придумать, что сказать тебе сегодня. Но это было невозможно. Потому что правда в том, что никаких слов не хватит, чтобы объяснить, что ты для меня значишь.Я смотрю на нее, и ее глаза уже блестят от слез.— Я даже не могу выразить, что ты со мной сделала... для меня сделала. Ты мое солнце, Дженни. Все, чем я являюсь, все, чем я когда-либо буду, вращается вокруг тебя. И всегда будет. Ты изменила меня, исцелила, и продолжаешь вдохновлять меня становиться лучше. В этом мире нет ничего, чего бы я хотел больше, чем провести с тобой всю свою жизнь, делая каждый твой день хоть чуточку счастливее, чем предыдущий. Если ты позволишь, я наполню твою жизнь смехом и солнечным светом, домашними ужинами и твоими любимыми медовыми латте. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы видеть твою улыбку. Дженни Ким... Я люблю тебя сильнее, чем можно выразить словами. Сделаешь ли ты меня самым счастливым человеком на этой земле и выйдешь за меня... по собственному желанию, на этот раз?Ее слезы текут по щекам, но она улыбается — так широко, так искренне, что мне становится нечем дышать.— Да, — шепчет она, голос дрожит от эмоций. — Я бы выбрала тебя тысячу раз, Тэхен.Я надеваю кольцо ей на палец, но она почти не смотрит на него. Ее взгляд прикован ко мне. В ней столько счастья... столько света... И когда она вдруг бросается ко мне, обвивая руками мою шею, я понимаю: Это ощущение лучше, чем летать. Лучше, чем что-либо, что я знал до нее.— Я люблю тебя, — шепчет она, когда я поднимаю ее на руки. — Навсегда.— Я люблю тебя больше, — выдыхаю я против ее губ, прежде чем жадно впиться в них поцелуем.Ее смех разливается вокруг, теплый, мелодичный. И последние осколки моей разбитой души наконец становятся на место.Там, внизу, на бескрайнем поле из цветов, написаны слова:Дженни, ты выйдешь за меня?