Глава 20

КЭТРИНОн разговаривает с моим отцом и с его партнёрами о «действительно важных вопросах», о предстоящей президентской гонке, и, о боже, мне кажется, что он только что сказал, что хочет обзавестись женой и детишками. Я касаюсь его руки и делаю вид, что всё, что он сказал, выглядит до ужаса смешным, но на самом деле Колтер всё ещё не покидал мои мысли. Я просто не могу выкинуть из головы... Колтера, который стоял с той женщиной в библиотеке. Меня тошнит. Только от одной мысли о том, что он может трахать другую девушку, да ещё в библиотеке, мне становится плохо. Думаю, она замужем, потому как я видела её под ручку с пожилым мужчиной вечером. Официант поднёс ещё шампанского, и я схватила ещё один бокал, несмотря на то, что уже выпила два перед этим. Я хочу, чтобы Чейз просто заткнулся. Он всё время говорит и говорит, бесконечный поток слов, и от этого мне хочется выколоть себе глаза. Интересно, что будет, если я немного пофлиртую с Чейзом. Он не полный придурок. Возможно, если я с ним пересплю, то это поможет забыть о Колтере, который так сильно засел в моей голове. Ну да, у него есть член, и он прекрасно трахается. И больше я ничего о нём сказать не могу. Поднимаю взгляд и вижу Колтера, стоящего передо мной. — Простите, — говорит он, проталкиваясь своим плечом между мной и Чейзом. — Что за нахрен? — вскидывается Чейз. — Мне нужно поговорить с Кэтрин, — парирует Колтер. — Это значит, что тебе пора свалить. Чейз выпрямляется и выпячивает свою грудь вперёд. — Я с ней говорю, уёбок. Ты что, хочешь, чтобы я надрал тебе зад в твоём доме? — Чейз, — поправляю я мягко. — Здесь не то место. — Пофиг, — отвечает он, закатывая глаза. — Кто-то же должен вытрясти всё дерьмо из твоего сводного братца, который... Колтер смотрин на него: — Почему ты всё ещё здесь? — Иди нахер, урод, — но Чейз поднимается и уходит. Я не смотрю ему вслед. Но я очень зла на Колтера. — Что, уже устал трахать рыжую? — шиплю я. Он хватает меня за руку и наклоняется ко мне, окидывая меня взглядом, а затем отводит меня на несколько шагов в сторону. Бармен в это время смешивает свой напиток, но у меня есть подозрения, что он может слушать нас. Колтер шепчет мне на ушко: — Это не то, о чём ты подумала, и я объясню. Я отталкиваю его. — Мне не нужны твои объяснения, Колтер. Это не моё дело, — но я должна убраться отсюда. Проталкиваюсь сквозь толпу и направляюсь ко входу в дом. Знаю, что Колтер где-то позади меня, но, если честно, мне насрать на него. Мне хочется убежать от этих людей, и ещё я чувствую, что немножко пьяна от шампанского. — Кейт, — Колтер произносит моё имя громко, затем тише, как только на кухне я проскальзываю мимо поставщика продуктов и направляюсь к столовой, где никого нет. Я поворачиваюсь и смотрю на него. — Что, Колтер? — спрашиваю я. — Ты можешь сказать мне нечто, что я хочу услышать? — Это не то место для разговора, Кейт, —он кивает в сторону раздвигающейся двери, разделяющей комнаты, двери, которая едва позволяет скрыть какой-либо разговор. — Может, нам стоит пойти в библиотеку. Не считаешь это место подходящим? — Я уже тебе говорил, что это не то, о чём ты подумала, — повторяет он, растягивая каждое слово и оглядываясь через плечо в сторону кухни; самое последнее, чего мне хочется, чтобы нас кто-то услышал, и его обеспокоенность ещё больше раздражает. — Ты прав, — шепчу я. — Я была, наверное, очень смущена увидев голые сиски и задницу. И не смогла нормально разобраться в ситуации. С меня хватит этого разговора, и с меня хватит Колтера. Я быстро выбегаю из комнаты и буквально взлетаю по лестнице, несмотря на эти глупые шпильки. Он следует за мной и, когда я уже у двери своей комнаты, настигает меня, его тело опасно близко к моему. — Лучше тебе открыть эту чёртову дверь, — тихо рычит он. Я остановила руку, которая уже приблизилась к замку на двери. — Возвращайся к себе в комнату. Я не хочу с тобой разговаривать. — Открой эту грёбаную дверь, пока кто-то нас не застукал, — повторяет он. — У тебя две секунды до того, как я сниму свои штаны, — его рука скользит по моему бедру, и я сбрасываю её. — Не прикасайся ко мне. Ты отвратителен, — но я всё же открываю дверь. Он прав, кто-то может подняться по лестнице и увидеть нас. Он закрывает за собой дверь, сильно хлопнув ей, а я иду к окну и задёргиваю шторы, прежде чем повернутся к нему лицом. — Ты злишься, — говорит он. — Я не злюсь. Мне просто не нравится дерьмо, которое ты создаёшь своими поступками. Колтер скрещивает руки на груди и ухмыляется. Проблема в том, что в этом смокинге он просто неотразим. — Ты, правда, думаешь, что я трахался с рыжей в библиотеке? — Как ты можешь задавать мне этот вопрос, Колтер? Конечно, я думаю, что ты её оприходовал. Твоя репутация говорит за тебя. Кажется, он разочарован. — Независимо от того, что ты можешь думать, я не мудак. Я смеюсь. — Наверное, ты думаешь, что я идиотка, — произношу. — Или наивная дурочка, которую ты лишил девственности. — Я не считаю тебя идиоткой или наивной, — отвечает он. — Поэтому ты знаешь, что я не трахал её, — он выглядит искренним, и мне почему-то хочется ему верить, но я не могу быть уверенной в том, что он не лжёт. — Рядом с тобой стояла голая девушка в библиотеке, а её одежда была в твоих руках. Ты её трахнул. — Кейт, я не мудак, — разъясняет Колтер. Отвлекаюсь на его рот, наблюдая за тем, как он говорит. Мне хотелось почувствовать его тёплое дыхание на своей коже. — Она была отталкивающей. — Она была горячая, — возражаю я, — и голая. — Сколько прошло времени, как я покинул вечеринку? — спрашивает он. — Десять минут? Пятнадцать? Этого времени хватило, чтобы выпить в библиотеке. — Достаточно времени, чтобы её трахнуть. — Ты трахалась со мной, Кейт, — говорит он, а его глаза встречаются с моими. — Так скажи мне, пятнадцати минут для меня достаточно? — Как насчёт того, когда мы были в библиотеке тогда? — напоминаю я ему. — Ты долго там продержался? — Лестница сломалась. Это не моя вина. — Ты кончил до того, как она сломалась. — Только потому, что ты кончила на мой член. — И? Это что-то меняет? Он поднимает руку и проводит пальцами по моей шее, цепляя ожерелье на груди. — И... я не мог кончить, не дождавшись тебя, Кейт. Я смеюсь: — Уверена, ты говоришь об этом всем девчонкам. Он прищуривается, когда смотрит на меня: — Нет других девчонок. — Я тебе не верю. — Нет, веришь, — говорит он, проводя пальцем по моей щеке. Он двигается по контуру моей челюсти, а затем тянет меня за подбородок, чтобы я посмотрела на него. — Потому что ты знаешь, что это правда. После тебя не было ни одной. Моё сердце пропускает удар: — Но рыжая... — Я её даже не знаю. Она вошла и разделась передо мной, — он наклоняется и целует меня, его губы буквально сплетаются с моими, движения нежные. Я отталкиваю его, не в силах сдержать свой смех: — Женщины просто так не приходят и не раздеваются. — Они делают это для меня. — Но это глупо. — Я же звезда, — отвечает он. — Это не первый раз. — И это было не в последний раз, — я снова зла на него. Зла на саму идею того, что женщины вот так просто могут зайти в комнату и наброситься на Колтера. Я раздражена тем, что пульсация между моих ног становится всё сильней. Потому что от этого я теряю остатки своего разума, желая похоронить его член внутри меня. — Мне нравится это ревнивое выражение, — шепчет он. — Это восхитительно. — Я не ревную, — вру ему или себе, не уверена. — Просто не хочу, чтобы ты подцепил какую-нибудь венерическую заразу. — Ревнуешь, — говорит он и снова завладевает моими губами. Он лижет мою нижнюю губу кончиком своего языка, и я делаю вздох, в то время как в мои мысли проникает похоть. — Ты единственный здесь ревнуешь. Когда увидел меня с Чейзом на улице. Он хватает меня за волосы, притягивая ближе к себе и набрасываясь на мои губы. Небольшая боль пронзает меня, когда он с жадностью начинает поглощать мой рот, а наши языки сливаются в единое целое. Моё тело горит, и руки Колтера начинают исследовать его. Я так долго не чувствовала его внутри себя. Когда он наконец отстраняется, то не отпускает волосы, удерживая моё лицо. — Ты чертовски права, я ревную, — рычит он. — Даже не думай о том, что снова сможешь заговорить с ним. — Сказал парень, у которого была голая девушка в библиотеке. Какая ирония. — Я не прикасался к ней. Я её выгнал, — заверяет он. — Она отвратительна. — Она горячая. И ты мог к ней прикоснуться. Ты и я ничего не значим. — Этот игрок по лакроссу и пальцем тебя не тронет, — злится он. — Ты принадлежишь мне. — Что это, Колтер? — спрашиваю я. — Ты же тот, кто сказал, что просто веселишься. Ты же не хочешь «жили они долго и счастливо», помнишь? Хватка на моих волосах стала сильнее, когда он притянул меня ещё ближе к себе, его эрекция упирается в моё бедро. — А ты не хрупкая Принцесса, которая нуждается в любви с первого взгляда, — потягивает он, пробежавшись рукой по внутренней стороне моего бедра, и затем его палец касается моих половых губок. Я мокрая, из меня практически капает, и когда он это понимает, то снова завладевает моим ртом. — И какая же я? — спрашиваю, когда могу сделать вдох. — Ты самая раздражающая девушка, которую я когда-либо встречал, — отвечает он, снова сжимая мою волосы. Он хватает меня за грудь, окутывая теплом, и мои соски твердеют от его прикосновения.— А ты... — Ты никогда не перестаёшь бесить меня, — улыбается он. Я смеюсь: — Ты пещерный человек вместе с твоим... Он сильнее сжимает мою грудь, посылая приятную боль по всему телу: — Продолжай болтать, и я найду, чем занять твой ротик. Я не могу сопротивляться. Колтер каким-то образом влияет на меня. Он уже что-то значил для меня после того, как я переспала с ним в первый раз. Той ночью он сделал меня полностью своей. Мысль о его руке в моих волосах, а члене в моем рте делает мои ноги ватными. — Это угроза? — Испытай меня, Принцесса. Разбуди во мне зверя и увидишь. — Тогда вперёд, — отвечаю я, опустившись на колени. — Скажи мне ещё раз, — расстёгиваю ширинку и беру его массивный член в свои руки. Колтер стонет: — Ты заноза в заднице... Обвив свою руку вокруг члена, я лижу его снизу вверх, чтобы слизать смазку. Медленно скольжу губами по головке, пробуя его на вкус, запах; стоны Колтера гортанные. Затем я останавливаюсь и поднимаю свой взгляд на него: — А ты придурок. — Хорошо-хорошо, — отвечает он, стягивая мои волосы. — Ублюдок, — мои слова превратились в стон, когда он потянул меня за волосы и силой толкнул член в мой рот. Обернув свои губы вокруг него, я с жадностью стала сосать. — Чопорная, пуританская и правильная маленькая девственница, — говорит он, когда я наконец-то могу передохнуть от толкания его члена в моё горло, но его слова действуют на меня потрясающе. Одной рукой беру его яйца, а второй провожу по всей длине, в то время как он стонет и отстраняется назад, позволяя мне взять контроль в свои руки. Спустя несколько минут его хватка ослабевает, и он отпускает меня. Я отстраняюсь от его члена и оборачиваю свою руку вокруг него, проводя по всей длине несколько раз. — Тебе лучше вернуть свой ротик обратно, — предупреждает он грубым голосом. — Я уже не девственница несколько месяцев благодаря тебе. А ты высокомерный, эгоистичный придурок, который не может думать ни о чём, кроме секса, — отвечаю, противясь ему. — Ботаничка, — произносит он и запрокидывает назад голову, когда мой рот возвращается на его член, а язычок начинает парить по головке. — Шлюшка, — парирую я, сильнее посасывая его головку губами, а рукой массирую его яички. — Дерьмо, — ругается он, притягивая мою голову. — Соси его, Принцесса, ещё сильнее. Но я этого не делаю и просто отстраняюсь: — Я же говорила тебе перестать меня так называть. — Иди сюда и продолжай делать с моим членом, что делала до этого, Принцесса, — рычит он. — Ты так сексуально выглядишь на коленях и с этим чуть открытым ротиком передо мной, что мне прямо сейчас хочется кончить на это милое личико. Моя киска пульсирует от такого заявления. Я очень сильно хочу его. — Я приму всё это в рот, — мой голос тихий. — Чудак. Схватив меня за голову обеими руками, он трахает мой рот, его смазка начинает капать на язык, поэтому я предполагаю, что он взорвётся в любой момент. Я несколько раз хотела этого, но он останавливал меня до того, как кончал, и надевал презерватив, чтобы зарыться членом в мою киску.