Последний первенец

Лэйн был первенцем.

Ему говорили об этом столько, сколько он себя помнил. Наряжали в миниатюрные камзолы, украшали непокорные – совсем как у отца! – кудри золотой тиарой и напоминали, что он королевский первенец. Принц, который однажды унаследует трон.

Лэйн не мог бы сказать, что родители не любили его младших брата и сестру, но те умерли еще в младенчестве. Лэйн остался один, но его всё равно по привычке называли первенцем. Он не очень-то об этом задумывался.

Пока не отыскал в библиотеке истертую книгу. В странной коже, которая будто оставалась теплой – как кожа дракона. Конечно, Лэйн заинтересовался, что может быть в книге с такой дорогой обложкой, и страшно разочаровался, увидев всего лишь сборник легенд. Но мифы Лэйн любил, поэтому прочитал от корки до корки.

А потом пошел к матери.

Леди Аурелия никогда не была просто «женой короля». Пусть именно ему принадлежал трон, но она происходила из древнего рода Асталаноров. Говорили, что они прилетели из-за моря верхом на огромных чешуйчатых тварях, которых умели подчинять силой воли. Легенды о драконах сохранились до сих пор, хотя сами они почти вымерли, а редкие остатки больше представляли головную боль для пастухов, нежели благородных животных.

Асталаноров называли Драконьим родом, и Лэйн в тайне гордился, что принадлежит к нему по матери. Совсем маленьким ему нравилось расставлять руки в стороны и представлять себя драконом. Став чуть старше, он стал фантазировать себя всадником, выжигающим захватчиков огнем верного животного.

Жаль, настоящие драконы выродились, стали мелкими и глупыми. Королю только в прошлом месяце пришлось отправить отряд рыцарей убить пару тварей, которые спустились с гор и начали лакомиться овцами.

- Мама!

Звонкий голосок Лэйна прорезал ее пахнущие вереском покои. Леди Аурелия родила троих детей, но сумела сохранить и стройный стан, и красоту, которая из милой девичьей превратилась в зрелую женскую.

Она подхватила сына на руки, хотя он стал уже великоват для подобных ласк, а король вообще морщился и заявлял, что королеве такое не подобает, для этого существуют няни.

- Мама! – Лэйн задрыгал ногами, чтобы она поставила его на плитки пола. Он и сам считал себя слишком взрослым. Выпутался из лент ткани на ее рукавах. - Я нашел книгу. В ней сказано, что первенец Асталаноров, Драконьего рода, всегда рождается драконом. Я тоже дракон?

Мать изменилась в лице, Лэйн никогда ее такой не видел и даже испугался. Что он такого сказал? Но потом леди Аурелия снова улыбнулась и потрепала его по вихрастой макушке:

- Нет, милый, это всего лишь легенды. Красивые предания. Я ведь тоже старший ребенок отца, но у меня же нет клыков и крыльев.

Лэйн еще несколько месяцев пытался отыскать у себя признаки дракона: растопыривал пальцы, вдруг перепонки, крутился перед зеркалом, выискивая чешуйки или хвост. Ничего подобного. Он оставался человеком.

Книга вернулась в библиотеку, Лэйн увлекся другими играми. Вскоре и они забылись, потому что возникли проблемы с соседним королевством Сартарией, которое завоевывало другие страны и подбиралось к ним.

Конфликт достиг апогея, когда Лэйну едва исполнилось семнадцать. Отец не доверил ему управление отрядом рыцарей, когда сартарийцы пошли в нападение. Как понял потом Лэйн, отец не считал угрозу настолько весомой, он даже не отправил семью из замка.

Сартарийцы не были дураками. Они привезли катапульты с зажигательной смесью с востока. Стены замка дрогнули и пали.

Мать нашла Лэйна, когда он цеплял меч к поясу. Теперь леди Аурелия стала ниже его ростом, но не растеряла величественности. В ее смоляных волосах поблескивали пряди седины. Она подошла молча, взяла лицо сына в ладони. Он думал, мать хочет попрощаться: бежать им некуда, сартарийцы никого из королевской семьи не оставят в живых. Но мать хотела другого.

- Послушай меня внимательно, Лэйн. Об этом мало кто знал при дворе, но я была замужем до твоего отца. Старый герцог, который быстро умер, а твой отец тогда же заинтересовался мной. Но от герцога я родила сына. Ты был первенцем для короля. Но у меня был и другой первенец.

Лэйн вскинул брови. На самом деле, до него доходили слухи, что мать была замужем. Не то чтобы это скрывалось: король влюбился и взял ее в жены после смерти первого мужа. Но о ребенке никто не говорил.

- Легенды правдивы, - твердо продолжила мать. – Твой отец узнал об этом и хотел убить того ребенка. Он... он был больше драконом, нежели человеком. Иногда такое случается, старая кровь взыграла. Я смогла уговорить его отослать ребенка. Я не знаю, где он. Никто не знает. Мне пришлось заплатить эту цену, чтобы он жил. Но он услышит зов крови, если позвать. Он придет.

Мать отстранилась и достала из складок платья склянку с кровью.

- Единственное, что у меня сохранилось от него. Если ее разбить, он придет. Почует зов.

- Ты хочешь позвать дракона, чтобы он помог нам? – с недоумением спросил Лэйн. – Мама, у них два десятка катапульт! Ни один дракон здесь не поможет.

Лэйн зло хотел добавить, что помогло бы стратегическое планирование, а не то, как отец закрывал глаза на угрозу. Как даже не проверил, что подходящая армия скрыла катапульты чарами!

Леди Аурелия покачала головой. Одним движением она раскрыла склянку и вылила кровь на камзол Лэйна.

- Я хочу, чтобы он помог тебе. Нам же остается умереть с честью.

Она снова приблизилась, приподнялась на носочки, чтобы поцеловать Лэйна в лоб, но на все его попытки поговорить качала головой. Она ушла стремительно и величественно, гордо задрав подбородок, а ему оставалось только выругаться и устремиться во двор. Замок дрожал и крошился под атаками.

Уже в коридоре Лэйн подумал: если предания правдивы, выходит, и его мать, старшая из сестер, тоже дракон? Ответом послужил огромный зверь, вылетевший из башни, кроша камни. Пылающий замок охватил драконий рев, и на чернильной чешуе виднелись белые полосы, будто седина.

Дракон раскидывал захватчиков, выжигал катапульты, но их было слишком много. Лэйн пытался организовать людей, в хаосе дыма и разрушений они охотно шли за принцем. Но им было не вырваться из кольца окружения.

Лэйн не видел, как погиб его отец. Но слезящимися от дыма глазами видел, как рухнуло тело дракона, избитое орудиями катапульт.

Она умерла, но выиграла время.

Когда Лэйн увидел еще одного дракона, он решил, что это мать каким-то образом снова поднялась в воздух. Но этот был небольшим, юрким, абсолютно черным. Он не стремился нападать. Он будто выжидал, кружил то там, то здесь, не понимая, что ему делать.

Он слышал зов.

Дракону пришлось спрятаться, когда нападавшие прорвали оборону. Лэйна крепко приложили по голове, и он рухнул, ожидая смертельного удара – но его не последовало. Вместо этого его подхватили драконьи когти и унесли вверх.

***

Полет остался в памяти Лэйна мутным смазанным пятном. Когда он почувствовал твердую землю, так и не смог встать на ноги. Голова кружилась, глаза слезились из-за дыма, и он никак не мог откашляться. Сплевывал едкую гарь.

- Отдохни, - пророкотал чей-то голос, больше похожий на тихое рычание.

Лэйн не был уверен, что ему не послышалось.

Когда он проснулся, в голове прояснилось. Лэйн осторожно сел, оглядываясь. Он лежал у костра в какой-то пещере, на груде ветхого тряпья, но заботливо прикрытый пусть истертым, но добротным овчинным одеялом. На нем была та же заскорузлая одежда, покрытая грязью и копотью. И кровью. Лэйн рассеянно потер то место, куда мать вылила ее из склянки. Бурые пятна виднелись под слоем грязи.

Через костер от него сидел человек и внимательно смотрел на него черными, совсем как у матери, глазами. Молодой, но старше Лэйна. Крепко сбитый, явно привыкший к физическому труду. В простой льняной рубахе и штанах. Заметив, что Лэйн проснулся, он поднялся, подхватил какую-то плошку и подошел.

- Попей. Это вода.

Его голос звучал странно, как будто он не привык говорить. В горле першило, и Лэйн жадно выпил воду. Руки незнакомца не были руками кузнеца или ремесленника, скорее, пастуха. От его одежды пахло сладковатым, тягуче-медовым вереском.

- Ты здесь живешь? – спросил Лэйн. Мысли еще путались, и он понимал, что вопрос глупый, но не знал, с чего начать.

Незнакомец вернулся на место по ту сторону костра. Его взгляд казался внимательным и непроницаемым:

- Иногда.

- Но это же пещера.

- Это ты здесь принц, - тихо сказал он. - А я монстр.

Внезапно Лэйн понял, что в голосе незнакомца звучит печаль. Не ярость или отрицание, не насмешка, а именно печаль. Он верил в то, что говорил. Может, держался подальше от людей. Жил в какой-нибудь деревне, пас овец поближе к горам, днями пропадая среди них. Порой выпускал драконью сущность.

- Ты спас меня. Потому что тебе приказала кровь?

Он покачал головой.

- Я дракон. Мне никто не приказывает, даже ты. Кровь позвала меня. Но спас я тебя, потому что ты мой брат. Мне было интересно.

- Спасибо.

- Принц благодарит? – он, кажется, всерьез удивился.

- То, что я принц, не делает меня неблагодарной скотиной. Как и то, что ты дракон, не делает тебя монстром.

Его единоутробный брат улыбнулся, и Лэйн подумал, что давно не видел таких улыбок при дворе, открытых и искренних.

- К тому же, я теперь не принц. Моего замка нет, и я понятия не имею, что делать.

- Поесть.

Он покопался в холщовом мешке и достал кусок хлеба. Без сомнений разделил его на две части и протянул одну Лэйну.

- Спасибо, - поблагодарил Лэйн. В горле опять запершило, он потер глаза, в которые будто снова попал дым. Сжал пальцы на простом, но сейчас таком важном хлебе.

Он сейчас не один.

Может, дракон напротив подумал точно так же.