Флорист

Всегда хотелось узнать это чувство. То чувство, которое появляется, когда ты убиваешь кого-то. Жаль, я не могу вселиться сразу в нескольких людей, чтобы понять, отличается ли оно у каждого человека или нет. А что, если оно каждый раз своё, в зависимости от того, кого ты убиваешь? Например, убив кошку, вряд ли ты будешь чувствовать то же, что почувствуешь, убив человека. Хотя ... смотря какого человека, верно? Я смотрел на тебя, следовал взглядом за изгибами твоей одежды. Ты всегда была рядом со мной, мы даже общались и шутили. Но по существу ты была очень далеко, а я не собирался приближаться. Нет, я просто хотел убить тебя. Точнее, забавлялся мыслью о том, что это возможно. Твои волосы всегда так приятно пахли. Меня останавливало то, что я не знал, каким способом убить тебя. Это, действительно, непростой вопрос – я бы даже сказал, дискуссионный.

Гораздо проще было перенести всё на себя. Как бы я убил себя? Пожалуй, с помощью ножа. Разумеется, в идеале хотелось бы сначала разрезать живот, а затем лишиться головы. Но это слишком фантастический вариант. Скорее всего, моя смерть будет куда прозаичнее. Ладно, неважно, сейчас уже утро, хоть и раннее, и мне пора вставать и идти завтракать, а затем плестись на работу. Действительно, приходится вставать и собираться. На улице меня встречает весенний ветерок, освежающий с головы до ног. Я выбрал себе как раз ту работу, которую всегда хотел. Простую, творческую, не отнимающую много сил. Хотя иногда меня посещают мысли о том, что продавец цветов – не моё призвание. Тем больше меня посещают эти мысли, чем чаще я вижу твои колени, до которых не дотягивается короткая юбка. Знаешь, раньше я хотел влюбить тебя в себя. Затем я всерьёз захотел убить тебя, ведь ты оставалась такой недосягаемой для меня. Теперь я просто хочу, чтобы ты исчезла. Не знаю почему, но ты меня бесишь. С каждым днём всё больше и больше. Заходя в наш небольшой уютный магазин, вдыхая воздух, в котором смешались ароматы цветов и твоих духов, замечая тебя, как всегда стоящую с опрыскивателем в руке около какого-нибудь букета, я невольно морщусь. Меня угнетает твой голос, твоя речь, я даже не слушаю тебя. Я знаю, что показывать пренебрежение грубо, но притворяться не хочу. Поэтому мы теперь почти не общаемся. Я погружён в свои мысли, ты – в цветы. Пока ты опрыскиваешь лепестки маргариток, я думаю о том, где будет финальная точка моей жизни. Иногда думаю о том, как расположены наши с тобой внутренние органы. Временами я бы хотел видеть нас без одежды, кожи и мышц, или чтобы всё это стало прозрачным. Я мог бы тогда увидеть, как внутри нас всё пульсирует. Не потому, что я всё ещё хочу убить тебя, – просто сейчас мне это действительно интересно. Я хорошо запомнил тот день, когда в нашем магазинчике появился тот парень, Шиджи. Он выбирал цветы для своей девушки. Думаю, ты тоже его тогда сразу приметила, ведь он ходил от букета к букету почти час, пока, наконец, не определился. К вечеру он вернулся с букетом и подарил его тебе, потому что расстался с девушкой. Ты ушла домой и провела ночь, смотря чёрно-белые фильмы, а я пошёл гулять по ночному городу и встретился с Шиджи. Он сидел на скамейке в парке и смотрел на фонарь. В ту ночь мы вместе ходили по улицам. Несколько раз я водил его мимо твоих окон. С тех пор Шиджи часто появлялся в нашем магазине, заходил поболтать со мной. Мы, правда, сильно сдружились, так что твои колкие усмешки были небеспочвенны. Малодушие непростительно, но, кажется, именно оно меня и поглотило. Шиджи же утонул в нём ещё до расставания с девушкой. Однажды, лёжа на полу в его квартире, мы оба одновременно осознали потребность внести краски в наше существование. Простая схема "магазин-дом-магазин" с моей стороны была не лучше его "учёбы-дома-учёбы". В тот же вечер мы отправились в "Ишияму" – заброшенное высотное здание на окраине города. Раньше оно было офисным центром, но случившийся пожар всё в нём уничтожил. Городские власти решили его не восстанавливать, однако и сносить "Ишияму" пока что не собирались.

Часы показывали около полуночи, когда мы поднялись на крышу. Город поглотили сумерки, лицо обдувал приятный освежающий ветерок. Мы долго сидели молча, всматриваясь в далёкую линию горизонта. Не знаю, о чём он думал, но я периодически возвращался к мысли: смог бы я отсюда спрыгнуть? Предположим, у меня была бы причина – смог бы я? Перед тем, как мы ушли, я подошёл почти к самому краю, так что Шиджи даже схватил меня за ворот рубашки, боясь, что я упаду. Внизу был виден серый асфальт, освещаемый луной. Я почувствовал себя свободным. Больше мы туда не возвращались. Зато я придумал новое развлечение. Теперь мы стали гулять по ночному городу. Всю ночь напролёт. Обычно мы брали в круглосуточных магазинах газировку в стеклянных бутылках и закуски, чтобы подкрепляться по пути. Маршрут прогулки составляли поочерёдно. Но всегда он вёл почти к окраине города, где тише всего и, не скрою, очень неспокойно по ночам. Основной нашей целью – хотя мы об этом почти не говорили вслух – был поиск неприятностей. Как-то наш поиск увенчался успехом. Идя по ночной улице, Шиджи начал шуметь, что вызвало недовольство местных обывателей. После небольшой прелюдии, кто-то из них ударил меня в лицо. Потасовка длилась с перерывами около пятнадцати минут. Конечно, мы с Шиджи были в меньшинстве, но зато у нас было оружие в виде бутылок. Когда я пришёл на следующий день в магазин, то был горд собой. Ты сильно удивилась, увидев у меня под глазом синяк. Но после моего лаконичного и сухого ответа, не стала больше расспрашивать. Это меня задело. Я бы хотел, чтобы ты допытывалась весь день. Может, стоило тебе сразу всё рассказать? Хотя нет, вряд ли это что-то исправило бы. Вечером после работы тебя встретил какой-то высокий парень с короткими белыми волосами. Мне не хотелось знать, куда вы идёте, ведь ты перестала быть солнцем в моей системе. Я был поглощён мыслью, куда мы с Шиджи отправимся на этот раз. Этой ночью мы пошли на пляж. Там было ещё несколько человек. Некоторые, сидя на песке, любовались океаном, другие просто бродили, оставляя следы на песке. В ту ночь я задумался над тем, что будет со мной дальше. Как сложится моя жизнь? Не буду же я вечно работать в цветочном магазине? А почему бы и нет? Наверно, вскоре мне это просто наскучит. Шиджи рассказал, что хочет начать встречаться с одной своей знакомой, которая втайне нравилась ему уже несколько месяцев. Я пожелал ему удачи. Быть может, мне тоже стоило бы найти себе подругу, но внезапно я потерял к этому интерес. Проводив Шиджи до дома, я вновь задумался над тем, что бы сделало мою жизнь завершённой. На следующий день я купил себе фотоаппарат и в свободное время составлял причудливые букеты из цветов на полках, а затем их фотографировал. Ночные прогулки с Шиджи постепенно заменились на вечерние пробежки. В конце концов, я сделал выбор в пользу сна. Оставшейся незавершённой частью моей жизни была ты, продолжавшая раздражать меня, как излишняя солёность раздражает простейшие микроорганизмы. Вот если бы ты переехала в другой город, я бы расстроился? Не думаю. Но если бы ты умерла, это было бы здорово. Я бы приходил к тебе на кладбище и рассказывал о своих делах. Может, это бы сблизило нас. Я был поглощён подобными мыслями, пока однажды не узнал, что моя очередная фоторабота заняла призовое место в конкурсе. Это событие придало мне безотчётной уверенности в собственных силах. Всего через полторы недели я переехал в другой город, расположенный чуть южнее. Прощания с Шиджи и с тобой были короткими – именно так мне и хотелось с вами проститься. Когда я садился в скоростной поезд, то попытался представить себе, что сделал бы, появись кто-то из моих знакомых на перроне в момент отправления поезда. Стал бы я махать в окно, выбежал бы из поезда? Когда поезд уже тронулся, я так и не определился. Никогда не получалось даже фантазии доводить до конца. Постепенно меня всё больше увлекал пейзаж за окном. Я смотрел и смотрел, полностью погрузившись в созерцание ...