ГЛАВА 5 ║ Там, где не должна быть

ЗУЕВ

СРАЗУ ЖЕ КАК ЭТА ДЕВУШКА УШЛА, Рита словесно набросилась на Кислова. Какими матами она только не крыла Кису. Но он это, по правде, заслужил.

— Гандон ты, Киса, редкостный! Что она тебе сделала такого? — сердито кричала блондинка.

— Рожей не удалась! — весьма неудачно ответил Кисуля, на что Белова не сдержалась и отвесила звонкую пощёчину. Тот аж отшатнулся, хватаясь за щеку.

Я знаю своего друга, вывести его из себя можно за пару секунд. Опасаясь худшего, я приготовился держать его, но кудрявая обошла нас стороной и вернулась внутрь.

Когда всё закончилось, посторонние, что так сильно интересовались нашими разборками, начали потихоньку заходить в помещение.

— Эта Рита какая-то ненормальная. Больно? — подала свой приторно-сладкий голос Кравцова.

Кислый поднял глаза на Леру, и я заметил в них бешенство, словно зверь вышел на волю.

Раньше мне давалось видеть Кису в таком состоянии, но это было когда он перебарщивал с наркотой. Конечно, сегодня он тоже закинулся, но немного, больше попросту не успел.

— Вот только ты ко мне не лезь, ладно? — А я то тебе что сделала?

Зная Кислова, я мог бы стать свидетелем их ссоры, но этого не произошло.

— Отъебитесь от меня все!

Истеричка развернулся и пошёл по дороге, ведущей к старым, заброшенным улицам.

Не долго думая, я нашёл Мела и Хенка, которые даже и не подозревали о том, что приключилось у нас.

Мы тут же сели в мою машину, а я параллельно рассказывал обо всём. Мел удивился неменьше меня, а вот Хенк сказал, что это в духе Кисы.

Мы ехали собирая все ямы и кочки на этой долбаной улице. Тут Мел крикнул, что видит Кислова.

Тот шёл вальяжной походкой, считай, посередине дороги, ну точно похуист по жизни.

Я тут же посигналил ему, а тот даже и носом не повёл. Тогда я аккуратно подтолкнул его передом машины.

Когда же Киса обернулся, мы вдруг коллективно осознали, что оказывается умеем читать по губам. Меня явно послали на три весёлые буквы.

— Киса, ну чего ты как маленький? Садись давай, на базу поедем, пива выпьем, — высовывая голову из-за окна, кричал Мел.

Кислов остановился и, недолго думая, сел в машину. Тем более, было ли ему чем думать? Станет ли он отказываться от халявной выпивки? Ясен хуй — нет.

Киса всю дорогу нервно шмыгал носом и как мог поддерживал беседу. Я не спец во всей этой психологии, но догадаться не сложно о чем он думал, пока мы ехали на базу.

Время позднее. Улица освещается одним тусклым фонарем и тот мергает.

— О, Ген, смотри какой мотик. У тебя такой же был, — замечает Хенк, указывая рукой на мотоцикл, стоящий недалеко от кустов.

— А водитель где? — спрашивает Мел, когда я останавливаюсь подле мотоцикла.

Он был не самого лучшего состояния: помятое крыло, обшарпанная краска, разбитая фара. Аппарат явно советский. У меня был такой, ещё когда в школе учился.

— Геныч, мотор заглуши! — неожиданно просит Кислов.

— Чё? Зачем?

— Я тебе, блять, сказал, заглуши! — уже более требовательно указывает мне он.

Звук мотора замолкает, а за кустами слышен приглушенный женский крик.

Киса, как ошпаренный, быстро выскакивает из машины, не закрывая за собой дверцу. Кислова из-за кустов и темноты становится совсем не видно.

Спустя несколько секунд следом за Кисой выбегает Хенк. Мы с Мелом тоже стремительно выходим, но остаёмся около автомобиля.

Слышны удары, тихие всхлипывания и возня от которой становится ещё непонятнее, что именно там происходит. Как только мы вдвоем собираемся бежать за пацанами, из кустов выходит Киса, со сбитыми костяшками и с девушкой на руках...

РОМАНОВСКАЯ

Небо под звёздным покровом и ночная тишина это то, что сейчас успокаивает меня. Я шла по безлюдной улице, глотая горькие слёзы и позволяя себе не сдерживать всхлипы. Ветер обдувал всё лицо, волосы прилипали к мокрым и горячим от слез щекам.

Большой уличный фонарь мигал, будто вот-вот треснет и погаснет навсегда. Я очень пожалела, что надела тонкие копронки. Теперь мои ноги трясутся, как пара камышей у озера.

Глаза болят невыносимо. Я провожу тыльной стороной ладони под ресницами, а затем растираю следы потёкшей туши подушечками пальцев. Меня не перестают терзать обидные слова, которые сегодня мне пришлось вынести на себе.

Каждая фраза запомнилась мне хорошо и точно надолго. Словно киноплёнкой в моей голове сменяются обрывки сегодняшнего вечера. А слова, выходившие из его уст, продолжают разрывать и не без этого израненную душу.

Приятная ночная тишина была прервана громким гулом мотора. Обернувшись, я увидела старенький мотоцикл, который ехал без включенных фар. Спокойно вытерла рукавом платья влагу на щёках. Думала, мотоциклист проедет мимо меня, и я бестревожно продолжу свой путь, но всё обернулось иначе.

Водитель остановился прямо передо мной, загородив мне дорогу.

— Здравствуй, красавица. Куда путь держишь? —  спрашивал мужчина, не вставая со средства передвижения. У его висков можно было заметить седые волосы, а в уголках глаз морщины. — Я согрею, слёзки вытру.

Решаю не обращать внимания, как меня всегда и учили, и хочу просто поскорее обойти мотоцикл. Но неожиданно я чувствую на своём хрупком запястье чужую холодную руку, что до боли сжимает мою кожу.

Его маленькие глазки разглядывают моё лицо таким мерзостным и внимательным взглядом.

— Ну, ты ведь не глухая? — незнакомец дёрнул мою руку к себе, — Давай, не бойся.

Одно резкое движение, и я тут же оказываюсь прижата к его бедру. В нос ударяет отчетливый запах алкоголя. Ноги подкашиваются и начинают трястись, но уже не от холода, дыхание сбивается, а в глазах появляется страх. Я не могу произнести ни слова, только тупо стою, как вкопанная, нервно шевеля губами.

Мужчина, не отпуская мою руку, неспешно встаёт на ноги, поднимаясь с мотоцикла. Резким рывком незнакомец, который был не совсем высокого роста, но всё равно выше, прижимает мою голову к своему лицу. Я пытаюсь хоть как-то отстраниться, пока он противно обнюхивает мои волосы.

Он разворачивает меня спиной к себе, обхватывает моё тело в кольцо из рук и отрывает от земли. Затем начинает оттаскивать меня подальше от дороги куда-то за кусты. Ветки кустарников больно царапают мои ноги, пока я бесполезно брыкаюсь.

Я понимаю, что мне нужно начать звать на помощь, хотя по сути надо было это сделать ещё раньше. Готовлюсь издать самый сильный крик и мольбу о помощи, но тяжёлые руки извращенца, не дают мне этого сделать, закрывая мой рот.

Паника накрывает с головой, я не знаю что мне делать, пытаюсь вырваться, но единственное, что у меня получается, так это мычать в его противно потную и вонючую ладонь.

Перебираю ногами в попытках, хоть как-то выбраться из хватки мужчины, что был в разы сильнее слабой меня.

Сердце бьётся, как бешенная птица в клетке, желающая выбраться на волю.

Мужчине удалось затащить меня поглубже к каким-то старым гаражам, закрытыми кустами от дороги. Спиной я ощутила холодную железку, к которой прижали меня, когда кинули на землю. Было слишком темно, чтобы видеть то, что делает этот урод, но зато я остро ощущала каждое его прикосновение.

Его липкие и неприятные руки начали скользить по моим коленкам. Сколько бы я не брыкалась он всё равно жадно сорвал с меня капронки, разрывая их на моей коже. Я набралась смелости и ногой ударила по чужому лицу, но потом сильно пожалела.

В ответ на удар, он назвал меня дрянью. Я тут же получила тяжёлую пощёчину, от которой больно ударилась затылком о железку сзади.

Размах был большим, а шлепок со всей силы. Я вскрикнула от ужасной боли, что как игла пронзила моё лицо. Слёзы хлынули ручьём. Мне тяжело переносить физическую боль, в отличии от моральной. На чувствительной коже точно появилось алое пятно.

— Отпустите меня, пожалуйста, прошу!.. — захныкала я сквозь слёзы.

На мои горькие всхлипывания, он, естественно, никак не ответил. На что я вообще надеялась? Что я сейчас скажу волшебное слово, и он сразу же отпустит меня?

Я кричала, как могла, а он успевал закрывать рот руками.Его руки заползали под юбку и приближались к ткани от нижнего белья.

Ещё чуть-чуть и он бы сделал ужасную вещь, задуманную им. Если бы ни чей-то силуэт, что появился непонятно откуда. Сильным и грубым движением он отодвинул от меня не состоявшегося насильника.

Я слышала каждое соприкосновение костяшек с кожей лица той скотины, что намеревался сотворить со мной нечто ужасное. Тёплые слезы стекали по моим щекам одна за одной, а я была не в силах успокоиться.

Градом ударов парень вдалбливал злоумышленника в землю. Я сидела, прижавшись спиной к холодным воротам какого-то гаража, но продолжала с силой сжиматься в железку, словно пытаясь спрятаться от этого кошмара.

Голова закружилась. Зрение напрочь потеряло чёткость. Я не сразу поняла, что ко мне подошёл еще кто-то, чтобы осмотреть меня. Второй парень посмотрел на своего, по всей видимости, друга и потребовал его остановиться.

Но мой спаситель не прекратил избивать урода. Тогда второму парню пришлось оттягивать его, ведь ещё несколько ударов и на этом месте лежал бы труп.

Второй более спокойный начал разглядывать меня, но ему не дали этого сделать, сказав грубое, но умеренное: «Отойди!».

Мне довелось ощутить на своём подбородке такое аккуратное и невесомое прикосновение чьих-то пальцев. Я распахнула глаза, которые до этого сжимала со всей силы, почувствовав на своей коже тяжелое мужское дыхание.

Наши лица были очень близко друг к другу, поэтому было проще увидеть, кто сейчас разглядывает меня. Мои глаза округлились, когда я поняла, кто же находится передо мной.

Луна, как будто помогла мне, более менее осветив улицу. И под лунным светом его, обычно карие глаза, теперь казались и вовсе чёрными.

Только не он.

Только не он.

Я почувствовала, как начала терять сознание. Всё помутнело, а голова закружилась, как после длительной поездки на карусели.

Прямо передо мной стоял человек, который совсем недавно сделал мне очень больно своими словами. Тот, к которому я давно испытываю что-то странное и необъяснимое.

Кислов...

***

Моя голова ещё никогда так не болела, а веки не были такими тяжёлыми, как сейчас. Каждое движение даётся с таким трудом, что я чувствую себя измученной на сто процентов.

Обрывки из памяти обнадёживают меня, что произошедшее было всего лишь дурным сном. Но нет... Синяки на руках и разорванные колготки дают понять, что меня действительно вчера чуть ли не изнасиловали... А может всё-таки...

Было невыносимо душно и жарко в своей одежде, которая, казалось, впитала в себя всю тяжесть прошедшей ночи. Появилось неудержимое желание, как можно скорее избавиться от неё. Она словно оковы сковывала моё тело, но, к моему великому сожалению, я была не одна в этом помещении.

— Опаньки, проснулась! — Неожиданный мужской голос привлекает моё внимание.

Я поднимаю отяжелевшую голову и мой взгляд падает на парня, который сидит в кресле недалеко от меня. Это тот самый парень, который вчера стоял рядом с Ваней.

Тут я понимаю, что нахожусь вообще непонятно где. Оглядываясь по сторонам я заметила красную боксёрскую грушу, обмотанную изолентой, сломанный игровой автомат и какое-то барахло кругом.

По всей видимости, мы в каком-нибудь гараже, куда понапихали всё, что плохо лежит.

— Ты как? Нормально? — парень с сигаретой в зубах, одетый в цветастую одежду, склонился ближе к лицу.

— Где я? — я чуть сщурилась от боли в голове и странного шума в ушах.

— О-у, ты в обители. В святыне святых! — гордо заявлил парень, расхаживая с бутылкой алкоголя по помещению.

— Вчера... Меня... Как я тут оказалась? - я запуталась в собственных словах, чувствуя кашу в голове.

Помню, что кто-то подоспел ко мне вовремя и спас меня. Но всё в голове странно перемешалось.

— Мы с пацанами не знали, куда тебя вести, решили, что у нас в себя придёшь. Ты же сразу отрубилась, как тебя нашли. Меня, кстати, Геннадием величают, — улыбается парень, красуясь щербинкой в зубах и протягивая мне руку.

— Ася, — я протягиваю ладонь в ответ, но Гена не пожимает её, а неожиданно целует тыльную сторону.

— Приятно познакомится, — очаровательно улыбается он, и я слабо перехватываю его улыбку.

За закрытыми дверями слышится гул мотора, который замолкает и сменяется на хлопки дверьми машины, Гена поворачивает голову в ту сторону:

— О, пацаны приехали.

Двери распахиваются и перед моим взором появляются мои одноклассники: Боря Хенкин — светлый парень с симпатичной внешностью, держащий пакеты, в которых судя по всему бутылки спиртного.

За ним налегке заходит Егор Меленин — короткостриженный парень с длинным шарфом обмотанным вокруг шеи.

А потом вялой походочкой и Кислов, собственной персоной, пребывает в помещение.

И тут я вспоминаю всё.

Как вчера он покрыл меня всеми возможными обидными словами на этой гребанной вечеринке, а после именно он предотвратил, что со мной могло случиться. То как он избивал того мужика, а после смотрел на меня. А дальше я потеряла сознание, от шока ли или от набора пережитых эмоций за буквально час — не знаю.

Наши взгляды встречаются, когда Киса застывает на секунду в проходе, и я ненароком опускаю взгляд, сглотнув ком в горле.

— Ася, привет, ты как себя чувствуешь? — Первым со мной начинает говорить Хенкин. Он и в школе мог спокойно заговорить, правда, только, когда ему что-то было нужно от меня.

— Спасибо, всё нормально. Только голова болит, — прикрываю усталые веки я, качая головой.

— Ты пила вчера? — Спрашивает Меленин подходя чуть ближе.

— Немного совсем, — ответила я, поднимаясь в сидячее положение.

И то не по своей воле. Привет Рите.

— Ты бы по темноте одна меньше шастала, — отзывается Гена, пока остальные кивают в подтверждение.

После этого следует тишина. Я не знаю, что сказать, находиться в этой компании для меня немного странно. Но, прочистив горло, я решаюсь сказать самое простое, но наполненное искренностью и неловкостью:

— Спасибо вам, — мой взгляд проходится по каждому и вновь на секунду останавливается на Кисе, который скидывает куртку на стол. Редко можно увидеть на нем столь серьёзный вид. Я сделала выдох, теряясь в словах, — но... Не стоило оставлять меня здесь.

— Да ладно тебе, — отмахивался Гена, а Мел с Хенком согласно кивнули. 

— Признаться, вчера мужской пол уделял мне слишком много внимания, — зачем-то сказала я.

— То есть? — спросил Егор.

— Когда мы были ещё там, на вечеринке, Локонов распускал руки без моего ведома...

— В смысле без твоего ведома?.. Так вы че, типа, не вместе? — перебил меня Ваня, хмуря брови. Очень уж неожиданно он подал голос.

— Что? Я и Локон? Нет уж, я не настолько обезбашенная, — усмехаясь, покачала я головой

Парни усмехнулись.Все, кроме одного.

— Ну, мне, честно, понятно, почему к тебе столько вни... — Начинает говорить Гена рассматривая меня с ног до головы, и обводя контуры моего тела рукой в воздухе, как его перебивает Ваня. У него что прикол такой — всех перебивать?

— Ну, раз тебе лучше то, думаю, пора тебя отсюда. Геныч, отвези её куда ей там надо, — довольно бесцеремонно, небрежно размахивая рукой в сторону двери, потребовал парень.

Все переглянулись друг с другом, когда Киса повернулся к нам спиной. Его внезапный резкий тон сразу напомнил мне о вчерашних грубых словах, сказанных в мою сторону.

***

— Ты это, не обращай внимания на Кису, с ним такое бывает, — выводит меня из мыслей голос брюнета, когда мы отъехали от их базы.

Я, кстати, вспомнила. Гараж, в котором я только что находилась — это некая база всей их компашки. Однажды они обсуждали её, ну, а я случайно подслушала.

— Вообще если бы не он, мы и не услышали тебя, скорее всего, — продолжил парень.

— Вы просто мимо проезжали?

— Ну, да, можно сказать и так. Увидели, как моцик стоит посередь дороги, потом Кислов из машины выбежал, ну, и тебя на руках принес.

Честно, такие слова вызывают что-то приятное в груди. Наверное, каждая девушка мечтает, чтобы её спас парень, который ей нравится.

Правда, я собиралась ненавидеть его всей душой после вчерашних слов, но похоже, что у сердца моего иные планы.

Хотя, надо понимать, что он спас меня, потому что так поступил бы любой на его месте. Не стоит фантазировать о прекрасном рыцаре, спасшем принцессу от лап ужасного дракона.

Но тем не менее, где-то в глубине своих чувств мне приятно осознавать, что именно Ваня помог мне. Пускай до этого прилюдно и облил дерьмом перед всеми.

— Огромное спасибо вам всем. Вчера я очень испугалась, подумала, что это вообще мой последний день.

— Забудь, как страшный сон. Теперь-то всё хорошо? — Гена переводит взгляд с дороги на меня.

— Теперь да, — утвердительно киваю, ощущая себя в безопасности.

Во время поездки до дома мы с Геной разговаривали о всяком разном, что хорошо повысило мне настроение. В компании этого весёлого парня стало гораздо легче. Хотя, стресс после вчерашнего никто не отменял.

Когда мы приехали Зуев сказал, чтобы я, если что, обращалась. Ну, а я в сотый раз поблагодарила за всё...

Меня разрывают противоречия. Голова чахнет от них, не давая мыслям собраться в кучку. Слишком много чего произошло за такое короткое время. Поэтому именно сейчас мне хочется просто лечь в свою постель и прикрыть глаза, успокаивая переживания и чувства.