«214»

214.Дверь закрыта.

Она останавливается, прижимает ладонь к груди, пытаясь вдохнуть.—"Не плакать. Не плакать. Он не должен видеть меня такой."Вдох. Выдох.Осторожно открывает дверь и заходит.

В Палате светло и тепло. В носу встревает знакомый запах капельниц.Сразу понимает – что-то не так. Комната пуста.

Нет, не совсем. Мама. Стоит у кровати, собирает что-то в пакет. Её плечи скованы, а когда она оборачивается – лицо красное от слёз.

— Мам.. 

Натальины глаза расширяются. — Зачем ты приехала?! — рвано говорит, выходя к дочери в коридор.Что бы не мешать другим.

Даша отступает, спина ударяется о дверь.Хлопок. 

Мама хватает её в объятия, которые бьют до дрожи. Прижимает так сильно, что больно, и девушки тихо плачут вместе.— Зачем ты приехала… — шепчет она, горячими губами в её волосы.— Я не хотела, чтобы ты… видела…

Даша не отвечает. Она больше не может.Где-то за спиной – чьи-то шаги, голоса, жизнь. Но его нет. И эта страшная, непроизнесенная правда.

—Доченька, пожалуйста, — Натали собирае с силами. Смотрит ей в глаза.—Езжай домой..

—Где Руслан? — выдавливает девушка.

—С ним. В операционной.

Дарьяша вырывается из маминых рук, как ошпаренная.— Они в операционной?! Где?!  — её голос эхом отражается в пустоте. 

—Дарья, стой! — мамин зов тонет в шуме крови в ушах. 

Но она уже бежит.  Куда глаза глядят. Первый поворот, и тупик. Второй. Только мерцающие лампы и закрытые двери. 

— Ростик… — её шёпот теряется в бесконечном коридоре. 

Лестница. Третий этаж. Здесь воздух гуще. Тяжелее. Запах антисептика смешивается с чем-то металлическим, пугающим.  Даша идёт, цепляясь взглядом за каждую табличку, каждый силуэт за матовыми стеклами.  Медсёстры проходят мимо, не глядя. 

Он должен быть здесь.Он не может не быть.

Она прижимает ладони к холодному стеклу, вглядывается в полутьму кабинета.Никого.Только капельницы, пустые койки, тихий писк аппаратуры, хирургические столы.

—Всё будет хорошо… — шепчет, будто заклинание. Шмыгает. Но идет дальше.

Стены молчат в ответ. 

Резкий рывок, и Даша спотыкается, едва не падая.

— Вы куда?! Здесь нельзя! — суровый молодой врач, сжимает её руку железной хваткой. 

— Отстаньте! — девушка дёргается, ткань халата рвётся под его пальцами. 

Он не отпускает.  —Вас выведут за нарушение режима.

— Мой брат там!  — умоляюще смотрит на него.—Пожалуйста..

Парень морщится, но ослабляет хватку — и Даша высвобождается, бросается, не оглядываясь. 

Его шаги громкие за её спиной, но она уже свернула, проскочила мимо каких-то каталок, обогнула угол.

Белая стена. Закрытая дверь с табличкой "Служебное помещение".

Дарья оборачивается — и видит отчима.

Руслан сидит на скамье, согнувшись, лицо скрыто в ладонях. Суставы белые от напряжения. 

Рядом — врач в маске, говорит что-то тихо, строго.  Из соседнего кабинета выходит медсестра, подносит Руслану стакан воды и маленькую таблетку на ладони.  — Примите. Вам нужно успокоиться.

Руслан медленно поднимает голову. И тут он замечает девушку.Всё внутри сжимается в ледяной ком.

—Примите наши соболезнования. Мы сделали все что смогли.

Он не смотрит на них. Смотрит на дочь.

Словно в замедленном режиме, девушка подходит к нему. Опускает на колени перед отцом и безысходно отпускает глаза.

За спиной появляются Натали, Ярослав и Викуля.

Мать разрывается в отчаянии, друзья семьи держат её под руки.

Даша уже не видит никого и ничего. Еле еле поднимается с колен.

Молодой человек, который так яро тормозил её, теперь перекрывает вход в операционную.

Девушка встает перед ним. Пусто смотрит в глаза этому парню. —Ростик! — срывается с губ.

—Вы простите.. — спохватилась одна из мед сестёр.—Перед операцией, молодой человек попросил... Сказать.

Мед сестра заминается, очень тяжело сейчас говорить.

—Ростислав Русланович хотел сделать Дарью счастливой.

Она поднимает голову.

—Он говорил, что безумно любил и скучал за ней.

Любил...