3. Мерцающая звезда

Я уже говорила, что ненавижу идти пешком?

Да, в первый раз я недооценила свои возможности в мире и шла без остановок 3 дня под палящим солнцем. Но кто же знал, что человеческое тело вдалеке от Башни Калям так ослабеет? Я настолько была увлечена мыслями, что напрочь игнорировала сигналы тела. Ну что же, теперь буду умнее.⠀Мы спустились с горного перевала в долину Урика и шли уже 6 недель. Оставалось идти всего пару дней — впереди нас ждал прекрасный город Урра. Али вез свою дочь в дом старшего брата, чтобы с его помощью выбрать достойного мужа. Желательно богатого. А ехать им посоветовала одна гадалка-нищенка родом из Каира.⠀«Ох, Али! Если бы гадалки в самом деле могли видеть будущее, были бы они бедны, невезучи, несчастны и одиноки?» После моих восклицаний Сафура обычно начинала кидать на меня грозные взгляды и причитать, чтобы я молчала раз не верю.⠀Но кто я такая, чтобы вмешиваться в судьбу Сафуры? Она шла рядом со мной по бесконечному горячему песку все время болтая про свое счастливое будущее и мужа, которого ей пошлёт Всевышний.⠀Эта девица была невероятно доброй — поддерживала меня в пути под локоть и все чаще уступала место на верблюде позади Али, жалея мои израненные ноги. А еще иногда она готовила вкуснейшее блюдо под названием кус-кус, которое мы ели руками и много беседовали. Её внутреннее сияние затмевало усталость и печаль, недаром с арабского ее имя звучало как «мерцающая звезда». Уж не та ли это звезда, что призвала меня в путь из Башни?

Я потратила уйму времени, пытаясь вспомнить ее историю из Великой книги Судеб: смотрела в кофейную гущу, читала звезды и родинки на ее руках. И я действительно кое-что видела. Моя судьба была плотно переплетена с судьбой Сафуры, словно тень прошлого и грядущего встретились в ясный день. Словно нити они вращались друг вокруг друга, соединяясь в плотный канат.

Но одна нить истончалась с каждым днем, словно ее душила сестра-близнец.Я и сама слабела с каждым днем, теряя силы в путешествии. Несмотря на усилия Али и его дочери вернуть былое состояние мне было сложно. Я просчитывала множество вариантов развития событий, включая гибель — Сафуры или мою.

Боюсь ли я смерти? 

Я написала и прожила тысячи тысяч судеб, от незаметных до великих. Я строила и рушила города, я была полководцем, великим воином, нищим у храма, доброй матерью и искусной танцовщицей. И как любое живое существо я хотела избежать темноты забвения любой ценой. Но как победить в сражении с самой собой, если цена — чья то жизнь?