4.Так бывает всегда

Я пробудился от сна из-за леденящего ветра вперемешку с летящими с неба каплями. Огляделся вокруг. Люди в спешке открывают свои черные зонты, смешиваясь в единое пятно. Я же люблю такую погоду. Она вычищает всех людей, улицы опустошаются, и ты вдруг попадаешь в тихий мир, где нет осуждающих взглядов. Я бы даже назвал это свободой. Да, это самая что ни на есть свобода! Она проявляется в дожде, который очищает все. На миг мне кажется, что она очищает и мое сердце. Но не стоит лгать себе. Люблю наблюдать, как погибают люди на фоне дождя. Как он их вымывает из поля моего зрения. Как я остаюсь один. Один. Но я уже не тот молодой юноша, который имел крепкое здоровье и жизнерадостность. Я следую за людьми, направляясь в ближайший паб. Войдя в тесноватое заведение, я усаживаюсь за свободный столик. Людей здесь мало. Вероятно, из-за того, что даже под предлогом дождя сюда мало кто из горожан решается зайти. Заказав пинту пива и вскоре опустошив ее, я заказал еще одну. Какое беззаботное время! На фоне играет джаз, который влечет меня в свой мир интриг и интересного. - Эй, Бегмерт! Неужто это ты? Сколько лет! Я посмотрел на человека, сидящего через один стол от меня. В этом состарившемся полном теле, с поседевшими волосами и морщинами, которые полностью усыпали лицо, я едва ли смог узнать своего старого товарища. Во времена нашей молодости у нас отсутствовал инстинкт самосохранения и мы, как только могли, брали от этой жизни все! Лучшее, что у нас случилось – путешествие автостопом. Ах, сколько же невероятных приключений с нами случилось. Но это было раньше. В данный момент меня переполняет желание сказать, что я не Бегмерт и он меня с кем то перепутал. Я не жалок к прошлому. Я бездушен к реальности. Я не вижу будущего. Нет, не только для себя. Эта страна не имеет будущего. Этот город обустроен серыми бездушными коробками, от которых дышать тесно. Эти люди, надеющиеся на благодать, не имеют будущего. Будущего как такового нет. Все - реальность. Бесповоротная, жестокая реальность. Но мой старый товарищ ожидает ответа, а я не удосуживаюсь что-либо сказать. - Эй, старина, это ведь ты! Черт тебя подери! - снова доносится ко мне голос. В этот самый момент мне опротивело все. И джаз, и паб, и люди, которые также ищут спокойствия. И старый приятель, который его разрушает. Я резко вскочил с места и не оглядываясь по сторонам выбежал отсюда. Кто-то проводил меня сожалеющим взглядом, кто-то с насмешкой. Впрочем, об остальных я могу лишь путаться в догадках. Так бывает всегда. Стоит мне стать частью одного целого, как все мгновенно рушится, будто указывая, что я сам по себе не могу быть частью чего-то. Дождь не умолкает, он тоже меня презирает, крича о моей беспомощности. Этими вымытыми дождем улочками я направился домой. Изнеможенное мужское лицо, которое обросло морщинами, смотрит на меня сквозь зеркало в ванной комнате. Со лба стекают капли, которые капают, давя на мозги, на грязный пол. Живя подобным образом на протяжении многих лет, приходя домой, никого не хочется видеть. Я и не вижу.