Часть 4. Последний фараон и последняя царица Земли. Начало новой истории

POV Лео.

Прошла неделя с того момента, как мы переместились обратно в прошлое. За это время случилось столько всего, что иногда голова идёт кругом. Например, Рамзес и Анубис буквально не давали нам прохода — будто чувствовали, что мы что-то затеваем. Колин вернулся на занятия после пяти дней отстранения и с первого же урока пытался свести с нами счёты. А мы, между прочим, все эти пять дней всего лишь дежурили по школе. Никакой «злобной мести» — просто швабра, ведро и бесконечные коридоры.

Но хуже всего была не уборка, а Кей. Она почему-то решила, что теперь мы должны «проводить время вместе». Вечно то приглашала погулять, то в кино, то просто ходила за мной по пятам. Я честно и спокойно сказал ей, что у меня есть другая. Она устроила скандал на полкоридора… Забавно, конечно. В прошлой жизни я сам пытался к ней подкатить, а она лишь мороженое ела и делала вид, что не замечает. А теперь всё наоборот. Жизнь — странная штука.

Наконец прозвенел звонок с последнего урока. Я, Ден и Сейя отправились на баскетбольную площадку за школой. Погода была отличная, воздух прохладный, и мяч приятно бился о землю. И что самое удивительное — мы действительно попадали в кольцо. Даже Ден хвастался, что сегодня точно рекорд поставит.

— Лео, Ден, Сейя! Пора домой, вы идёте или нет? — крикнул Дейл, наш лучший друг.

Сара, Нора и Кира сидели на скамейке, болтали и иногда посмеивались над нашими «профессиональными» бросками.

— Ещё пару попыток, — сказал Ден. — Мы же никогда не попадём в школьную команду, если не будем тренироваться.

— И если вы не станете быстрее, сильнее, тоньше или хотя бы такими же крутыми, как я, — раздалось за спиной.

Мы обернулись. Колин. Кто бы сомневался.

— Спасибо, мы сами справимся. — Я попытался пройти мимо, но он схватил меня за руку.

— Куда это ты так спешишь? — прошипел он. — Я хочу отомстить за то, что вы со мной сделали. Из-за вас я эти пять дней мучался! Родители сказали, что если ещё раз так опозорюсь — выгонят из дома.

Не успел он договорить, как подошли девчонки. И, чесслово, нам даже не пришлось ничего объяснять. Мы просто… ну, слегка вправили Колину мозги. Самую малость. Он ведь просил.

— Я всё расскажу директору! И родителям! Вы ещё пожалеете! — верещал он, убегая.

— Всем привет! Уроки уже закончились, а вы… что здесь устроили? — послышался знакомый голос.

Кей. Радостная, как будто заранее приготовилась к очередной драме.

— Ничего важного, — ответила Сара. — Просто… разборки.

Мы переглянулись. Кей как будто забыла, что вчера уже спрашивала нас про музей, и спросила снова. Но Кира сразу ответила:

— Конечно помним. Мы слушали учителя очень внимательно.

Я в этот момент поправил рюкзак. Теперь — правильно. В прошлой жизни я специально носил его по-другому, чтобы казаться «круче» для Кей. Бесполезно. И сейчас я даже не пытаюсь.

— Ну, всем до завтра! — сказала Кей и пошла домой вместе со своей подругой. Берни и Дейл направились следом — их дома были в другой стороне от наших.

Мы остались втроём у ворот.

— Ладно, пошли домой, — сказал я. — Завтра же в музей. И… раз уж к нам наведаются неожиданные гости, то вечером устроим грандиозную вечеринку. И начнём нашу маленькую месть.

Ребята одобрительно закивали. Мы разошлись по домам, каждый с собственными мыслями о завтрашнем дне. Но все понимали: что бы ни произошло дальше — скучно точно не будет.

***

Когда мы пришли домой, то увидели знакомую картину: наши младшие опять ссорились из-за пульта от телевизора.

— Так, прекратите немедленно, иначе лишим вас сладкого на неделю, — строго сказала Кира, сложив руки на груди.

— Но это нечестно! — возмутилась Джульетта. — Тоби не даёт мне посмотреть мою любимую передачу!

Мне уже надоело слушать одинаковые жалобы день через день. Я просто подошёл, выхватил пульт у обоих и включил первый попавшийся канал.

— Переключи! Переключи! — наперебой закричали младшие.

Мы с ребятами остановились вокруг телевизора, и я пролистал каналы, пока не нашёл новости.

— Стой! — сказала Нора. — Смотрите… Мы ведь завтра туда едем.

На экране диктор серьёзным голосом сообщил:

— Череда преступлений снова обрушилась на город. Сегодня пострадал городской музей. Преступников интересовал исключительно зал египетской древности. В этот раз у нас есть очевидец.

Камера переключилась на охранника музея — потрясённого, бледного.

— Это было ужасно… какое-то огромное… кошмарное… Я видел только долю секунды, а потом… — начал он, но договорить ему не дали: младшие снова вырвали пульт и щёлкнули другой канал.

— Эй! — возмутился я.

Тоби, широко распахнув глаза, спросил:

— А вы правда туда завтра поедете? Вам не страшно? А если там чудовище? Или мумии?!

— Чудовищ не бывает, а мумии обычно не бегают по музеям, — сказал я и специально вытянул руки вперёд, изображая смешную походку мумии.

Все рассмеялись — даже Джульетта забыла про свою передачу.

Мы поднялись на второй этаж. Я помнил, что браслет сначала лежал в моём сундуке, но несколько дней назад я переложил его в старую коробку в комнате, которая давно стала складом ненужных вещей.

— Вы же всё знаете про этих… гиптян, — сказал Тоби, стараясь произнести слово правильно.

— Не гиптян, а египтян, — поправила его Нора. — И не переживай, с нами всё будет хорошо.

— Но вы хоть защиту возьмите! Или щит! — сказал Тоби и начал копаться в старом сундуке с игрушками, вытаскивая всё подряд: пластиковый меч, маску робота, резиновую курицу.

Джульетта просто стояла рядом и наблюдала. Но стоило мне поднять коробку, как мои шарики — те самые, что хранились в специальном мешочке — высыпались на пол.

— Эти камни… — я поднял два из них. — Это два ока. Помните?

Сёстры кивнули.

— Эй, а это что? — удивлённо сказал Тоби, держа в руках наши браслеты.

Я подошёл и взял их. Браслет Ра был выполнен в настоящем египетском стиле — золотой, тяжёлый, с четырьмя вырезами под камни: один большой и три поменьше.

Браслет Сары был иным. Это был браслет не Ра, а Нефертити, его жены. Он отличался тонким рисунком и переплетением золотых и белых линий. Но конструкция для камней была такая же, как у моего.

— Эти браслеты подарил мне наш дедушка, — сказал я, надевая свой браслет. — Он обожал Египет. Как и я.

— Тогда почему ты их спрятал? — спросил Тоби.

— Ну… боялся потерять. И… они были мне великоваты. А вообще, если там окажутся ходячие мумии — им придётся иметь дело со мной! — Я поднял руку с браслетом, сделав пафосный жест.

— Рад слышать, что у меня такой смелый сын, — сказала мама, появляясь в дверях.

Мы обернулись. Рядом с ней стоял папа.

— Раз вы такие храбрые, — продолжила мама, — то согласитесь провести вечер с Тоби и Джульеттой?

Папа добавил:

— Мы с вашей мамой хотели сходить в театр.

— Одни? И с нами? — спросил я, а младшие, конечно же, радостно захихикали.

— Мы с отцом редко куда-то выбираемся. На вас можно положиться, — сказала мама.

Я тяжело вздохнул.

— Ладно, мам. Хорошо. Только можно пригласить ещё троих друзей? — спросила Кира.

— Приглашайте, — кивнула мама. — Но пусть помогут вам уложить младших. И пожалуйста, не разнесите дом.

***

На следующий день. Музей.

Мы всегда любили этот музей, но экскурсии профессора Нолан… Ну, скажем так, это почти как прийти в кино и сидеть всё время спиной к экрану.

Когда экскурсия началась, мы подошли к остальной части своей команды. Я незаметно передал Саре браслет. Мы заранее отошли в тёмный угол, чтобы никто ничего не заметил. Сара надела браслет, и он засветился мягким, приглушённым светом. Мой же обычно сиял так, будто меня подключили к электричеству. Видимо, браслеты чувствуют эмоции хозяев — и знают, когда нужно вести себя скромно.

— Мы пойдём с вами, — сказал Ден. — Не хотим пропустить самое интересное.

Мы вернулись к классу. Профессор Нолан уже начинала злиться:

— Поторапливайтесь! Сейчас начну. Сегодня тема действительно интересная.

— Динозавры? — оживился Берни.

— Нет, — сказала Нолан.

— Викинги? — надеждой в голосе спросил Колин.

— Нет, — улыбнулась она. — Камни.

— Камни? — переспросил я. И в этот момент на плечо легла рука Кей — она посмотрела на меня с таким разочарованием, словно я лично выбрал тему экскурсии.

Она обожала музей. Но слушать полтора часа про камни… ну да, это не её.

— Геология, дети, — начала Нолан. — Наша планета возникла около четырёх миллиардов лет назад…

— Она их ровесница, может, даже родственница, — хихикнул Колин, вызвав смех половины класса.

— Колин, — сказала профессор с ледяным спокойствием, — я всё вижу. И слышу тоже прекрасно.

— Да как ей это удаётся? — прошептал Колин, притворно испуганно.

Мы хихикнули. Но тут я почувствовал, как чей-то взгляд буквально прожигает мне спину. Обернувшись, я заметил между колоннами силуэт мужчины. Он стоял неподвижно, будто высматривал именно нас. Но стоило мне моргнуть — фигура слегка дрогнула, словно растворяясь в тени.

Я повернулся обратно, пытаясь успокоить себя, и сделал вид, что всё в порядке.

— Итак, четыре миллиарда лет назад… — начала Нолан, но мы уже не слушали её лекцию. Мы незаметно отделились от группы, как и всегда, когда чувствовали, что что-то собирается произойти.

— Эй! Куда вы улизнули? — прошипел Дейл, обернувшись через плечо.

— Вернись к группе, — сказал я тихо. — Мы только проверим одну вещь. Ты же знаешь, такие темы мы не пропускаем.

Ребята рядом со мной кивнули. Дейл посмотрел на нас странно — смесь подозрения и беспокойства мелькнула в его глазах. Наверное, он уже понимает, что с нами что-то не так. Ведь вслух о Египте и богах постоянно говорим только я и Сара, а остальные — лишь «для компании». Но Дейл не стал расспрашивать, просто вздохнул и ушёл обратно.

Мы двинулись в сторону разрушенного египетского зала. Сразу заметно — здесь что-то произошло. Осколки камня под ногами, царапины на колоннах, будто кто-то пытался пробить себе дорогу.

— Смотрите, — указал Сейя на стену. — Это когти… и довольно крупные.

Кира наклонилась ближе, провела пальцами вдоль глубоких борозд.

— По размеру и форме… это Анубис. След свежий. Он был здесь недавно.

У меня неприятно сжался живот. Значит, мы пришли не зря… и, возможно, слишком поздно.

Я заметил узкую дверь сбоку — неприметную, почти скрытую за тканевой занавеской. Она вела в закрытую часть музея, туда, где хранят экспонаты, которые ещё не выставили.

— Туда, — сказала Сара. — Но не оглядывайтесь. Он, возможно, прямо за нашими спинами.

Мы лишь кивнули, стараясь выглядеть максимально естественно, и вошли в тёмный коридор. Дверь тихо закрылась за нами. Я на секунду задержал дыхание, вслушиваясь, нет ли шагов по другую сторону.

Тишина.

Мы оказались в большом помещении, заполненном статуями, саркофагами, ящиками с артефактами. Пахло пылью, камнем и чем-то древним, почти забытым.

— Вот это да… — протянул Ден, разглядывая статую фараона. — Здесь действительно круто.

— Невероятно… — прошептала Нора. — Как будто попали в сокровищницу.

Но едва мы сделали несколько шагов, как почувствовали чужое присутствие. Холод пробежал по коже. Мы обернулись.

— Добрый день, дети, — сказал мужчина, появившийся из-за колонны.

У меня внутри всё упало.

По голосу было ясно: Рамзес недоволен. Очень.

— З-здравствуйте… — начал я, притворившись смущённым школьником, который случайно забрёл куда не надо.

Он улыбнулся как-то слишком вежливо.

— Не пугайтесь. Я — профессор Кирби. Исследователь, египтолог. И, как вы, возможно, заметили… — Он провёл рукой по воздуху, показывая на экспонаты, — эта комната пропитана древностью.

— Мы ничего не трогали! — поспешила сказать Сара. Наигранно, но убедительно.

Кирби скользил по нам внимательным взглядом, пока его глаза не остановились на браслетах.

— Какие интересные артефакты… — произнёс он тихо. — Откуда они у вас?

— Это… фамильная реликвия, — сказал я, пытаясь говорить максимально спокойно.

— Реликвия? Позволь взглянуть? — Он уже протягивал руку к моему браслету.

Я отпрянул. Сару словно ударило током — она сделала то же самое.

Мгновенно все наши встали в боевые стойки. Так мы стояли не впервые… и он это понял.

— Не волнуйтесь, — сказал я ребятам тихо. — Сейчас уходим.

— Извините… но нас ждут друзья, — сказал я вслух.

И прежде чем профессор успел что-то сказать, мы метнулись к двери и почти бегом выскочили наружу.

— Подождите! Лео! Сара! — услышали мы позади.

Ждать мы не собирались.

Оказавшись в коридоре, мы остановились у стены, пытаясь отдышаться. Потом сорвались с места и побежали обратно к группе. На полпути я снова почувствовал тот самый взгляд — холодный, тяжелый.

Я повернулся.

В тени стоял странный мужчина, неподвижный, словно из камня высеченный. Мы встретились взглядами — и через секунду он исчез, будто растворился в воздухе.

Анубис. Я был уверен.

И это означало, что всё только начинается.

***

Вечером мы с ребятами и младшими стояли у порога и смотрели, как родители собираются уезжать. Они хлопотали возле машины, как всегда — по сто раз уточняли, всё ли сказали и не забыли ли ничего.

— Так, мы договорились: никакого баскетбола в доме, Лео. — Мама строго посмотрела на меня. — И, пожалуйста, ничего не натворите. А ещё уложите младших пораньше.

— Не волнуйтесь, миссис Уолкер, всё сделаем, — уверенно сказала Сара, хотя я заметил, как уголок её губ дрогнул — она и сама не была уверена, насколько «всё сделаем».

Родители наконец уехали. Машина скрылась за поворотом, и во дворе сразу стало как-то пусто. Младшие без лишних слов умчались в свою комнату — им явно хотелось, чтобы мы поскорее прочитали им сказку на ночь.

Мы с Сарой сели рядом с ними, читали, пока голоса малышей не стали затихать, а веки медленно опускаться. Когда последний ребёнок уснул, Сара аккуратно поправила одеяло, и в этот момент наши браслеты вспыхнули ровным, слепящим светом.

Ощущение, будто к коже вдруг прижали нагретый металл — браслеты будто приросли, стали тяжёлыми, живыми.

— Значит… началось, — тихо сказала Сара, и я лишь кивнул. В груди что-то неприятно сжалось, как перед грозой.

Мы вышли из комнаты, прикрыв дверь, и спустились вниз — просто подождать, набраться сил, взять что-нибудь попить. Старались держаться спокойно, будто ничего не происходит. Я как раз открыл холодильник, когда снаружи раздался резкий треск, словно что-то металлическое ударилось о бетон. Следом — автомобильная сигнализация, тревожная, резкая.

Мы стояли спиной к окну и делали вид, что выбираем между соком и колой. Но дыхание у обоих стало чаще — мы чувствовали, кто приближается.

— Сотни лет мы искали вас, — сказал знакомый, низкий голос.

Мы синхронно обернулись. В тени кухни стоял Анубис — полный рост, тёмный силуэт, глаза сверкали жёлтым огнём. От него веяло древностью, песком, смертью.

Мы изобразили испуг — хотя страх был вовсе не притворным.

— К-кто вы такой? Как… как вы сюда попали? — спросила Сара, будто растерянная.

Но Анубис даже не моргнул.

— Браслеты Ра и Нефертити, — прорычал он и шагнул к нам.

Он бы добрался до нас за секунду, но внезапно что-то со свистом врезалось ему в бок — и Анубиса отбросило в сторону. В комнату ворвался Рамзес.

— Ваза! — выкрикнула Кира, заметив, что тот, в кого впечатался Анубис, зацепил полку.

Она успела подхватить вазу в последний момент — если бы эта семейная реликвия разбилась, нам бы всем потом досталось от родителей.

— Профессор Кирби?! Вы что тут делаете? — ошеломлённо спросил Ден.

— Ему нужно то же, что и мне! — рявкнул Анубис, приходя в себя.

Шакал резко оттолкнул разведчика — тот ударился о стол, ваза снова покачнулась, и только Нора, едва заметно шевельнув пальцами, смогла мягко вернуть её на место.

— Вы оба психи! Деритесь где-нибудь подальше от нашего дома! — возмутилась она, но её голос утонул в шуме драки.

Пока они сцепились вновь, мы обменялись быстрыми взглядами и метнулись наверх, в мою комнату — там лежали Око Ра и Око Нефертити. Я заранее спрятал их туда, надеясь, что они нам пригодятся.

Мы захлопнули дверь и, задержав дыхание, прислушались.

— Можно? — раздалось, и Анубис просто вошёл, не дождавшись ответа.

Слова застряли в горле, когда два сияющих ока сорвались с полки и стремительно влетели прямо в наши браслеты. Я почувствовал, будто через тело прошёл импульс — свет, жар, сила.

— Я сказал, не подходи! — выкрикнул я, замечая мячик возле стены. Я зарядил его энергией — и метнул прямо Анубису в голову.

Мяч ударил с такой силой, что шакал рухнул без сознания.

— Лео! Сара! Вы где?! — раздался голос Рамзеса. Через секунду он прошёл в комнату и увидел распростёртого на полу соперника. — Неплохо.

Сара снова надела маску испуганной девочки.

— Кто вы? Что вам нужно? — голос у неё дрожал так убедительно, что я бы сам поверил.

— Прошу, ничего не делайте, просто выслушайте, — сказал Рамзес и поднял руки. — Сара, Лео… у вас огромная сила. Вы — последняя царица и последний фараон Земли.

Сара не дала ему договорить:

— Уходите! — крикнула она и толкнула разведчика силой, которой у простого человека быть не могло.

Он вылетел в окно. Мы подбежали — внизу Рамзес лежал неподвижно, будто вырубленный на месте.

И тут позади раздалось тяжёлое дыхание.

— Да… огромная сила. И слишком опасная в руках слабых людишек, — прошипел Анубис, принимая свой настоящий облик. От его присутствия воздух будто густел.

Мы с Сарой скрестили руки на груди — знак, который знали только мы. Остальные встали рядом, положив нам руки на плечи, и в следующую секунду яркий голубой свет окутал нас.

Мир рванулся, исчез — и мы пропали.

***

Когда свет рассеялся, мы оказались в знакомом жарком мареве. Под ногами — нескончаемый песок, над головой — ослепительное солнце. Мы снова были в пустыне, в царстве Египтус, где воздух пах древностью и давал понять, что здесь законы мира иные.

— Вы помните, что было в прошлый раз? — нарушил тишину Сейя, оглядываясь, будто боялся, что что-то выскочит из-под земли.

— Конечно, — кивнула Сара. — Мы тогда сначала вообще не понимали, куда попали, ходили кругами, искали хоть какое-то строение. Потом нашли Золотой город, и на нас напали гигантские песчаные черви. Мы еле смогли их остановить… а потом думали, что всё это сон. Но Анубис появился за спиной и усыпил нас.

Её голос дрогнул, но глаза оставались твёрдыми. Остальные слушали внимательно, не перебивая, и мы осторожно пошли вперёд, вдоль холмов песка, стараясь не терять друг друга из виду.

Но спокойствие длилось недолго. Земля под ногами содрогнулась — знакомый вибрирующий рёв.

Из-под песка вырвались два гигантских червя, их пасти раскрылись, как огромные капканы. Но теперь мы были готовы. Сработали слаженно: кто-то отвлекал, кто-то бил по бокам, кто-то прикрывал. Через несколько минут чудовища рухнули обратно в песок.

— И всё равно… нет, это какой-то кошмар, — сказал я, нарочно сделав голос более испуганным. — Такого не бывает. Стоит просто закрыть глаза, открыть — и мы снова дома. В своей комнате. Это просто сон…

— Ошибаешься, мальчик. Бывает всё, — раздался холодный голос у нас за спиной.

Мы обернулись — и увидели Анубиса. Его глаза горели жёлтым пламенем. Он поднял руку, и вокруг нас вспыхнул тот же жёлтый огонь, обжигающий, тягучий. Веки сами начали опускаться, и мир поплыл перед глазами.

Но прежде чем полностью провалиться в темноту, мы успели заметить, что мы были не одни. Из марева вышли ещё двое — Тот, с холодным взглядом мудреца, и Карнак, массивный, словно сделанный из камня. Они обменялись короткими жестами, будто давно ожидали этой встречи.

Анубис поднял меня и Сару на плечи, как будто мы ничего не весили. Остальных ребят подхватили Тот и Карнак.

Прежде чем сознание исчезло окончательно, мы искоса взглянули друг на друга и тихо подмигнули. Это был наш скрытый знак: мы знаем, что делать.

Пусть нас усыпляют, пусть тащат куда угодно — когда мы очнёмся, начнётся наша игра. И да… теперь их очередь бояться. Мы отомстим. Главное — никто из них не подозревает, на что мы действительно способны.

Продолжение следует…