9

Юля

Сегодня мой первый рабочий день на новом месте. На часах еще только восемь утра, а я уже паркуюсь возле громадного здания из белых плит, расположенного в нашем микро-районе, недалеко от квартиры Андрея. Ледовая арена «Ю.Б.С.» является домашней ареной «Торпедо» уже три года. До этого команда базировалась там же, где и ее главные соперники, «Авангард», — на «Паласпорт».

Захожу в крутящиеся стеклянные двери и оказываюсь в огромном холле. На белых стенах висят большие красные рамки с фотографиями игроков, на полу — плитка с эмблемой клуба, а под высоким пятиметровым потолком, освещенным по периметру белыми линиями, развешаны флаги с цветами команды: синий и белый. Я ни разу не была здесь, несмотря на то что этот клуб был мне таким родным. Андрей не любил хоккей и не понимал моей привязанности к команде. Он отказывался посещать со мной игры, поэтому я смотрела их дома, по телевизору, когда Андрея не было дома, или в записи, если он был дома и кидал на меня осуждающие взгляды.По широкой белой лестнице поднимаюсь на третий этаж и прохожу до конца коридора, где меня должен ждать спортивный директор клуба Вячеслав Барсов. Вячеслав несколько лет играл с моим отцом и знает меня с рождения. Мои родители поженились, когда им было по девятнадцать лет. Отца как раз тогда пригласили играть за «Торпедо». Так что я и в самом деле была частью команды с пеленок. Со мной на руках мама посещала каждую домашнюю игру «Торпедо», всем сердцем поддерживая отца.

— Юля! Как я рад, наконец, увидеться с тобой!

— Вячеслав! — Крепко обнимаю высокого темноволосого мужчину крепкого телосложения. — Только прошу, не говорите мне что-то вроде «Как ты выросла»!

Вячеслав усмехается и разрывает наши объятия. Он внимательно смотрит на меня своими кристально-голубыми глазами и грустно улыбается.

— Михаил бы гордился тобой.

— Мне бы очень этого хотелось.

— У меня не было возможности сказать тебе лично, поэтому скажу сейчас. Мои соболезнования, Юля. Такая чертовски глупая смерть.

На мои глаза наворачиваются слезы. И я шумно выдыхаю.

Глупая смерть?

Каждая смерть по-своему глупа.

Родители погибли, когда мне было девять. Мама мечтала о поездке на средиземное море всю свою жизнь. И на десятую годовщину свадьбы отец сделал ей сюрприз. Когда наступило межсезонье, в тайне от мамы он купил билеты на недельный круиз по побережью средиземного моря на небольшом круизном лайнере. Родители отвезли меня к бабушке, в Кокошкино, а сами улетели в Монако.

Связь в открытом море ловила плохо, поэтому на протяжении недели мы созванивались только в те моменты, когда они останавливались в порту какого-нибудь города. А затем они пропали. Целую неделю от них не было новостей, и, наконец, с бабушкой связались представители компании, сообщив ужасающие известия. Яхта затонула в открытом море во время шторма вблизи греческого Санторини.

Они были так молоды. Их глаза горели. А сердца были наполнены желанием жить. Внутри меня все оборвалось в тот миг. А мое сердце словно тоже остановилось.

— Пойдем, я тебе все здесь покажу.

Тихий голос папиного друга заставляет меня отвлечься от страшных воспоминаний и следовать за ним по коридорам комплекса.

На протяжении часа Вячеслав проводит мне экскурсию, рассказывая о команде. Внимательно его слушаю, не прерывая, несмотря на то что всю эту информацию я и так знаю наизусть. А затем он проводит меня в кабинет, расположенный прямо над ледовой ареной. С замиранием сердца подхожу к окну во всю стену и восторженно смотрю на лед, по которому не спеша проезжает ледовый комбайн, выравнивающий покрытие. Свет на арене приглушен, лишь несколько белых прожекторов освещают ее центр. Количество мест на трибунах восхищает, комплекс вмещает в себя около двадцати тысяч человек.

— Вау! — произношу я, поворачиваясь к Вячеславу.

— Занимай свое место. — Он улыбается и указывает мне на крутящийся кожаный стул, стоящий возле большого прямоугольного стола.

— Мое место? У помощника администратора разве оно есть?

— Совсем забыл тебе сказать, что наш администратор ушел несколько дней назад. Так что это место твое.

Мои брови взлетают вверх, рот открывается от шока, а глаза увеличиваются в размерах раза в три.

— Вячеслав… — Не могу связать и двух слов от изумления. — Я не могу.

— Почему?

— Я не знаю, что должен делать администратор хоккейного клуба.

— Не переживай, у тебя будет достаточно времени, чтобы узнать.

— Но я ведь… У меня нет опыта.

— Тебе всего двадцать один. Конечно, у тебя его нет.

— Эта должность моя из-за… моего отца?

Вячеслав тяжело вздыхает и кладет мне руку на плечо.

— Юля, послушай, твой отец сделал для этого клуба невозможное. Он был сердцем команды много лет. Так что да, от части ты здесь из-за него. Но я бы никогда не предложил тебе эту должность, если бы не знал, что ты с отличием закончила колледж по спортивному администрированию и прошла успешную стажировку на спортивном телеканале.

— А если я не справлюсь?

— Ты хочешь быть здесь?

— Да.

— Тогда справишься. Устраивайся поудобнее. На полке слева вся информация о том, что именно входит в твои обязанности. Ознакомься, и через два часа я жду тебя на льду, чтобы познакомить тебя с командой.

Это невероятно. Такое ощущение, что все это — сон. Неужели предсказание на дурацкой карточке Купидона начинает сбываться?

********************Ребят, сегодня будет только 2 главы (я буду немного занята, поэтому больше не получится) 🐱Вечером выложу ещë одну 💕