8

Счастью моему не было предела - мы возвращались домой, в родную Алмату. Большинство моих приятных воспоминаний были связаны именно с этим прекрасным местом. Но на душе была такая тревога.Мы уезжали из Алматы совсем еще детьми. Мы продали все, что у нас было, чтобы обосноваться в столице, но не смогли стать другими, не могли не скучать по родному городу. Уже поднимаясь по трапу в самолет я вдруг ощутила внутри себя такое волнение, что едва не потеряла равновесие. Алан забеспокоился и стал придерживать меня рукой. Во время полета мне не удалось уснуть, все время я думала о том, что жизнь в столице закалила нас, помогла разобраться с жизненными приоритетами, пересмотреть цели и узнать настоящих друзей. Мы были там одни среди огромной толпы, смогли плечом к плечу преодолевать проблемы, встречая их без страха и сожалений. По прилету сразу поймали такси, выехали в дом родителей Алана. Я чувствовала себя там всегда неудобно, так как я всего лишь сноха. Я прошлась по комнатам первого этажа, поставила чайник и стала накрывать стол вместе с младшей снохой для нашего чаепития. Все ожидали, что по прилёту мы будем уже с ребеночком на руках, что заметно было по взглядам собравшихся. Многие спрашивали о том, когда мы планируем, и что  пора бы нам обзавестись маленькими. В этот момент всё так сжалось изнутри, что я нечаянно опрокинула на себя поднос с чашками чая. Алан молниеносно подбежал ко мне, поднял меня с пола, а гости всё так же застывшие смотрели на нас, приговаривая: "надо быть осторожнее", покачивая головами. Он отнес меня в верхнюю ванную комнату, посадил на краешек ванны и стал снимать блузу и юбку, а я сидела и ревела. Нет, не от того, что обожглась литром горячего чая, а от обиды, что всем от меня нужно только потомство, которого я дать не могу.- Я не могу так больше, - ревела я. - Я не могу быть там, где люди ждут от меня весть о моей беременности. Алан, прости меня, - я резко встала перед ним на колени и целовала его руки. - Прости, что делаю тебя таким несчастным. - Успокойся, - сказал он почти холодно, сел на колени напротив меня и стал стирать слезы с моего лица. - Если Бог считает, что мы обойдемся без этого, значит так и будет. Мне не важно это все. Главное мы любим друг друга. А теперь умывайся, я принесу тебе чистую одежду. Он вышел из ванной комнаты, а я все сидела посреди ванной комнаты. Я уже и сама устала от этих истерик. Я включила воду в ванной, залезла в нее в халате, и лезвием от бритвы полостнула себе внутреннюю часть запястья. А дальше как в тумане. Я чувствовала как я ослабевала, и слышала  крики Алана словно через толстый слой ваты, я так хотела умереть, что хотела сопротивляться, кричать оставь меня тут!Людей к этому времени отправили по домам, дома были только Алан, свекр со свекровью, младший брат с женой и их маленький ребенок, куча людей в белых халатах. В глазах застыла картинка как Алан прижимает меня к себе, пытаясь привести в чувства. Вот же эгоистка!

Спустя пару лет с того инцидента я с неохотой вспоминаю то время. В тот вечер Алан вылил на всех всю свою обиду по поводу того, что эти вопросы о детях не заканчиваются. Это убивало долго меня изнутри, пока наконец не убило меня на какое-то время. Меня спасли. Я долгое время проходила терапию, потом мы уехали жить в другую страну. Долгое время мы не возвращались в тот дом. Сегодня мы собрались на годик нашего сына, все огромной семьей. Может кто-то подумает, что так не бывает, но я отвечу: бывает. Жизнь полна сюрпризов и порою кажется полна несправедливости.