Часть 7

Я поднимаюсь по лестнице с пакетами. Ноги подкашиваются. Нет, ну почему именно сегодня отключили лифт, а?На лестничной площадке моего этажа меня ждёт Джузо. Он довольно ухмыляется.— Ты что тут делаешь? — недовольно буркнула я.— Решил погулять. — пожимая плечами сообщает Джузо.— Тебе подоконника мало? — Джузо кивает.— Аки-тян недовольна?— Нет, недовольна. Ни капли.Джузо берёт один из пакетов. В последнее время протез он начал отлично осваивать. Даже где-то помогает, и это не сказано радует. И вызывает улыбку.Дома ставим на кухне пакеты и я начинаю их разбирать. Джузо подходит сзади и приобнимает, это обычный знак в последнее время. Я не спеша глажу по истерзанным рукам. Для него так спокойнее, и он чувствует, что я ему доверяю и он мне.Джузо отходит и даёт мне бумажку. Это оказывается рисунком.— Рей, какой красивый… Персик?— вверх ногами.— А! Это сердце! — Джузо кивает и кладёт голову на плечо. — спасибо. Мне приятно.С момента как Джузо у меня живёт, прошло больше месяца. И у нас, похоже, завязался роман. По крайней мере, по его действиям можно сказать так.Я вешаю рисунок на холодильник, и целую Джузо в макушку.Тот натягивает довольную ухмылку.Я тянусь к пакету и вытаскиваю оттуда пачку конфет и маршмеллоу. Джузо берёт их, но не отпускает меня.Вот что значит влюбился. Он довольно открывает одну из коробок. Я беру одну из конфет. Джузо воспринимает это как вызов, и пытается забрать ртом. В итоге он прикасается своими губами к моим.Вот этого я точно не хотела.— Это что было? — неохотно спрашивает Джузо.— Люди называют это поцелуем.— Поцелуем?— Да.Он явно не понимает, что произошло. Сразу видно, что растили не люди. Проходит минут пять и Джузо приходит в себя.— Мама говорила, что если начнёт целовать, то съест. И…— И подвешивала.Джузо кивает и утыкается лбом в мое плечо. Он не любит говорить о своем прошлом, но мне раскрывает, с условием, что я никому никогда не расскажу. А с каждым фактом о его прошлой жизни мне все больше хочется прибить гуля Биг Мадам, которая искалечила его ещё будучи он ребенком. Из-за этого у него нет нужного понятия о жизни, и нет понятия что такое настоящая семья, но есть понятие жестокость. А самое ужасное, что эти слова стали синонимами.

Джузо отходит и садится на стул. Он довольно потягивается.— Как думаешь, какого нам дадут начальника? — А зачем он нужен? — Как зачем? Отряд не может состоять из одного координатора и одного следователя. — Почему? Мы справимся! — Угу. Слушай, я хотела встретится с отцом. Хочешь пойти? — Зачем? — Ну… Прогуляться. Тебе нужно разминать ногу, прости протез. — Я и дома могу. — Дома нормально не походишь. Места мало. — Джузо начал морщиться. — Не кривись. Подумай. Мы можем по пути зайти в кондитерскую и купить… — Торт!— Я думала кекс, но торт тоже можно.— Тогда… Тогда я пойду.— Хм.К выкидонам Джузо я уже привыкла. Это в порядке вещей. Правда есть, новая проблема. И это оружие по всей квартире.Джузо без ножей не выходит. И во время каждой вылазки куда бы не пошли, он берет с собой оружие. Хотя бы дома он ходит без него. Ходит только в штанах, тапочках и своей черной майке.И я уже смирилась, даже со швами. Он меня даже научил их делать, правда на своём теле, а не на моём.Я села рядом с Джузо и вытянула руку в его сторону. Он удивлённо смотрит на меня.— Ты чего? — спрашивает ошарашенный Джузо.— Ты же хотел показать, как мне пойдут швы? Вперёд!— Сейчас! — Джузо побежал в гостиную. И прибежал обратно с коробкой. — Сперва нужно подобрать цвет!Джузо вывалил кучу нитей. Взял мою ладонь и начал по одной прикладывать. Джузо прекратил и застыл когда очередь дошла до синей нити.— Вот! Эта! Тебе пойдет! — Джузо пошёл в гостиную и вернулся с иглой.— Стой, дай я хоть обезболивающее выпью.Я проглотила пару таблеток. Лучше конечно укол, но у меня его нет. Я села обратно и вытянула руку. Джузо начал прошивать от ладони и до предплечья. Так мы просидели до двух ночи.-Всё! — радостно заявил Джузо убирая иглу.Я посмотрела на свою руку.— Ого!— Тебе не нравится?— Нет. Мне очень нравится!— Правда?— Да!Джузо вышел мне на руке рисунок в виде каких-то незамысловатых цветов, так, чтобы было не видно шрамы, точнее они не заметны. Возможно, я зря противилась.Джузо сидит улыбаясь. Похоже, он очень доволен своей работой.Я уже подняла руку, дабы потрепать по волосам, но тут…— Не надо! Не тревожь руку, а то рисунок испортиться!Я целую Джузо в щеку, и тот заливается краской.