Глава 2

Новый день. А значит новые издевательства. Как всегда после школы все кому не лень идут за угол и ждут там Лин Мэй и Чен Ша.Вот они уже идут домой. У Лин Мэй улыбка на лице, а Чен Ша смеётся. Из-за угла выходит стерва.- Что ж. Пора отвечать за свои слова, Лин Мэй.- она зло подходила к ней. Лин Мэй отступала назад. Чен Ша уже заняли мальчики.- Я не понимаю. Ты меня боишься? Или тебя заставить боятся?- взяла за волосы стерва. Лин Мэй взглянула на окружающих и поняла что спасения нет.-Чего молчишь? А?! Говори!- стерва толкнула её на пол. Лин Мэй стояла на четвереньках и пыталась встать.- Отпусти её. Сейчас же.- из толпы выходить Тэ. Лин Мэй отпускают. Она встаёт и смотрит прямо в глаза недавно вышедшего парня.- Сегодня наша очередь. Вы слишком мягкие с ней. - начал говорить Тэ. Лин Мэй опустила голову и вздохнула. "Отлично ...Стерва и её компания ушли, остались только "зрители" и элита.- Что ж. Начнем?- улыбнулся Тэ. Лин Мэй двинулась в сторону, когда он зажал её руку. - Давайте посмотрим что у неё в сумке?) Говорят ты что-то пишешь? Ахаха ну давайте почитаем- смеялся Тэхён. Лин Мэй сжала зубы и держала слёзы. Человек которому она доверяла так же сильно, как своей маме... Вдруг превратился в монстра, что не знает слово "пощада".- Блокнот, смотрите- из сумки девушки Чонгук достал блокнот. Лин Мэй заволновалась. "Там мои стихи ... Нет!"- Прошу, не читайте! - она развернулась к Чонгуку. Тэхён, что держал её руку, был ошарашен тем, что она подала голос.- С чего это? Пф. Будто в любви признаешься!- сказал Хосок. Лин Мэй колебалась пару секунд, а потом всё же успокоилась. "Это лучше, чем избиение последних живих мест на теле."- я позвонила богу с просьбой закончить войны,- начал читать Чонгук с усмешкой. Все находящиеся рядом затихли и слушали. Лин Мэй чувствовала себя ужасно подавленной. Они лезут в её душу, они лезут в личное пространство и мысли ...-прекратить беды, вселенские катаклизмы,- продолжал Чонгук-чтоб превращались пули в цветы в обоймах,чтобы наши кумиры счёт не сводили с жизнью.веселый соседский мальчик не умирал и выроскаким-нибудь гитаристом, смеётся, чуть морщит нос,люди не знают, что значит слово «вирус»«остеосаркома», «метастазы», «опухоль» и «лейкоз».- он прочитал половину и затих. Кажется понял, что наделал. Лин Мэй со слезами на глазах, взглянула на него и сама продолжила

-Цой жив, как остаётся живым для миллионов его имя.чтобы никто не падал из окон башен-близнецов,чтобы родители оставались смешными и молодыми,время не тронуло старостью бабушкино лицо.облака не вспарывали крыльями эскадрильи,чтобы не умирали, те, кого мы любили,чтобы светом и домом человеку был человек,собаки не визжали под колёсами автомобилей,дети не находили кошек, вмёрзшими в колкий снег.чтобы дедушка пел на кухне в своей старой майке,в доме пахло бабушкиными блинами и молоком,чтобы смерть - это просто тупая шутка, глупая байка,розыгрыш, стеб, чей-то плохой прикол.самолеты приземлялись, невредимы стояли башни,не натыкались на льдины и айсберги корабли,не болели дети, повторяя: «мама, мне очень страшно»,врачи не сообщали «мы сделали, всё что смогли».чтобы души не превращались в холодный лёд,чтобы никто не знал о болезнях и рецидивах.чтобы мама тихонько пела «не печалься, все пройдёт»,и как ни странно, всё действительно проходило.друзья не разбивались на мотоцикле насмерть,поэты не стреляли себе в висок, не летели с крыши,маленькие лисы не лежали на мокрых трассах,я позвонила богу.меня никто не услышал.я позвонила богу, просила сущую малость,чтоб то, чего очень хочешь, когда-нибудь да сбывалось,не были одиноки ни старики, ни дети.я позвонила богумне никто не ответил.- иногда всхлипывая заканчивала за Чонгуком Лин Мэй. Тэхён отпустил её. Все ждали когда "короли школы" что-то скажут.- Ты можешь идти.- вроде безразлично сказал Тэхён. Лин Мэй очень быстро собралась и убежала. По дороге она сильно плакала. "Идиоты!" Добежав до угла она села на кортышки и сильно-сильно, но очень тихо заплакала. Было больно и обидно. В стихи вложила душу, а это с насмешкой открыли и выставили, будто достали из помойки. Будто это не стоило времени и пережитых чувств. Будто девушка не человек и вовсе, а просто дворняга... - Мэй! Мэй! Вот ты где!- прибежал избитый брат. Его любимый радужный свитер был грязный и немного порван. Он не сразу заметил что сестра плачет.- Они... Они прочитали тот стих...- заревев в голос сказала Мэй.- Тот где ты призналась?- спросил брат. Она помахала головой.- Нет. Когда умер дедушка и племянник... - задыхаясь своими же слезами не могла успокоиться Лин Мэй. Брат обнял её. - Это я виноват. Прости. Я исправлю это!- он встал и подкатил рукава. Хотел устроить драку. Лин Мэй взяла его за штанину и потянула вниз.- Придурок. Они тебя просто убьют.- обняв брата сказала Лин Мэй. Они собрались и пошли домой. Мамы и папы ещё не было дома, так что они смогли привести себя в порядок.

Стих: "Фатальность" Аня Захарова.