53

26 мая 20..

Вчера с утра зарядил дождь. Мама сказала, что на счастье... Какое ж это счастье, когда на последний звонок приготовила новые брендовые босоножки, а мамин мастерсделал классную укладку?

- Ты у меня самая красивая! - сказаламать, глядя, как я в белом нарядном топе и чёрной приталенной юбке кружусь возле зеркала.

- Я знаю! - ответила я, посмотрев на её отражение.

- И самая скромная. - рассмеялась она.

- На меня обратил внимание лучшийчеловек на планете! - сказала я. - чтотолько прибавило мне уверенности.

Мама свистнула. Громко, задорно ипо-мальчишески.

- Вот дела! Ты про Виолетту?

Я резко обернулась и смущеннокивнула.

- Люблю её. - Сама удивилась, каклегко эти два слова вырвались измоих уст. - Сильно люблю! - добавилая, попробовав признаться в своих чувствах вслух ещё раз.

И снова мне это удалось безо всякихзатруднений. В том, что я без ума отМалышенко, не было никаких сомнений.

- А она? - улыбнувшись, спросилародительница.

Я неопределенно пожала плечами.

- Однажды уже намекала ей, но этоне закончилось ничем хорошим. -проворчала я.

Мама подошла ко мне, взяла за руки иповела к кровати. Дождь барабанил пожестяному карнизу, и я бросила ещё один жалостливый взгляд на залитоегрозовыми каплями окно... Моейпричёске капут.

- Ты ей признаешься? - спросиламать.

- Теперь её очередь! - упрямо ответила я. - Она ни о чём не заморачивается. Говорит и делает то, что хочет. Но раз до сих пор молчит по поводу своих чувств... Может, их и нет?

Как всё-таки выяснить, что Виолетта ко мне неравнодушна?

- Об этом говорить сложнее всего. -серьёзно сказала мама.

- Знаю. - тяжело вздохнула я. - Хочу,чтобы всё сложилось само собой. Безкаких-то там объяснений.

- Дождь - на счастье, - повторила,улыбнувшись мать. - Всё сложится какнельзя кстати. Сегодня твой день.

Никогда не думала, что прощаниесо школой вызовет столько слёз. Обнявшись с девчонками, мы рыдали возле сцены. В ушах стоял звон колокольчика... Нелли Васильевна, Владимир Юсупович, Юлька... Невероятно, но мне будет их так не хватать. Буду скучать даже по дурацким поролоновым плечикам, которые вшиты в тёмно-синий школьный пиджак...

- Здесь самые вкусныекорж-коржики.. - пробасила Поля. - Сарахис-арахисовой посыпкой...

- Полинка, не налегай на мучное! -шмыгнув носом, привычно отозвалосьЭвелина.

К нам подлетел Елесин:

- Блин, курицы, чего ревёте-то? Свобода!

- Ага, свобода! Ты экзамены ещё сдай! - проверяя в зеркальце макияж, проговорила Поля.

Я отыскала в толпе маму.

- Как тебе наше выступление? - спросила, подбежав к ней.

- Вы нас растрогали, - ответилаона. - Мы с Ларисой Ивановной даже немного прослезились. И ты, и Свят... Вы такие взрослые! С умасойти!

Почему-то в тот момент я вспомнилапро отца. Конечно, с утра звонил ипоздравлял. Но это - совсем не то. Онвсё пропустил...

- Я побегу к своим? - проговорила я,кивнув на одноклассников.

- Конечно! - отозвалась мама. - Держим связь!

Родительница приложила руку к уху,изобразив телефон.

- Люблю тебя! - негромко напомнилаона.

- И я тебя! - вновь расчувствовавшись,проговорила я.

Заливаясь смехом, взявшись за руки,мы вереницей шли по широкой улице. Нарядные, красивые и оченьсчастливые. Наверняка каждый изнас ощущал себя самым взрослым насвете. Такие вот наивные взрослые, укоторых всё впереди.

Солнце нещадно пекло. И дымилисьиспариной мокрые после майскойгрозы проспекты...

В тот же вечер после долгой прогулкипо городу мы собрались в большойквартире Елесина. Родители парняпредусмотрительно смотались надачу. Жилище у Тима настолькопросторное, что там поместились сразудва одиннадцатых класса.

Святослав и Софа тоже были. Давыдов вёл себя достойно и сдержанно. Кажется,он впервые попал в компанию«богатеньких». Так Софи назвала нашу параллель на выставке Моне?

Кстати, чёрная на вечеринке слишкомрасшумелась. Хохотала, громко пела иговорила. Кто-то притащил алкоголь.А Софка, которая однаждыпожаловалась, что ей категорическинельзя пить, похоже, сновапригубила...То и дело Елесин вопил:

- Народ, курим на улице! Это нетрогать! Мать меня убьет! Рога? Рога настоящие! Батя лося на охотеподстрелил... Потапова, куда в обувипобежала!?

Впервые видела Тимофея такимдеятельным. Ему только бархатногохозяйского халата до пят не хваталои золотой тесёмочки с кисточкой наталии.

В квартире было суматошно:за весь вечер мы с Виолеттой не успели перекинуться и парой слов. Сидели друг напротив друга, иногда переглядываясь. Между нами то и дело кто-нибудь проходил. А когда Елесин, в очередной раз перекрикивая музыку, прокричал: «Кто стырил из ванной полотенце, гадёныши?» - Вилка так забавно закатила глаза, что я, не выдержав, рассмеялась.

Когда музыка стала играть тише, анекоторые начали клевать носом, Софасердито проговорила:

- Ну же, народ? Скучные вы!

Одноклассница пнула ногой одну изстеклянных бутылок, которая валяласьна полу, и та, крутясь, выкатилась насередину комнаты:

- В бутылочку? Слабо? С вариациями.

- Это как? - скептически отозвалась Эля.

- Тимоха! Тащи бумагу и ручку! -приказала новенькая.

Елесин умчался из комнаты. Как жечеловеку целоваться приспичило...Вернувшись с блокнотом и пеналом,он отдал все Софие. Девчонка вырвалалисток, поделила его на части и, диктуя сама себе, начала писать:

- Комплимент, объятия, поцелуй вщёку...

- Детский сад! - фыркнул Тимофей.

- ...правда или действие, поцелуй вгубы, французский поцелуй!... - громкопроговорила чёрная, подняв голову ивыразительно посмотрев на Елесина, мол, никакого детского сада здесь нет.

- Хочу, чтобы Софи выпало «правдаили действие», - прошептала мне наухо Эвелина. - Спросили бы, зачем оначужую речь спёрла или твою страницувзломала.

- Она бы никогда не выбрала правду, только действие! - криво улыбнулась я.

- Пожалуй, я первая и начну! - вызвалась София добровольцем.

С силой крутанула бутылку.Прозрачное узкое горлышконеуверенно остановилась междуВиолой и Елесиным. Чёрт! Мы с Полей переглянулись.

- Так, к кому ближе? - завертеласьвокруг бутылки чёрная.

- Определенно к Тиму. - проговорила Виолетта, скрестив руки на груди.

Мне показалось, что она даже немногоподвинулась в сторону. Я усмехнулась.Зато Елесин был не против подобногорасклада и приготовился узнать, какое же задание вытащит Софа из егобейсболки.

- Объятия.. - разочарованно произнесла новенькая, не глядя на Святослава.

Обнявшись с Софи, Тим потянулся кбутылке. Раскрутил... И снова - чёрная.

- Может, нам всем выйти? - подаланедовольный голос Полина.

- Ладно, Полечка, это всего лишь игра. - успокоил свою девушку Елесин.

- Тупая игра! - буркнула она.

- Что там? - поторопила Тимофея София.

- Правда или действие?

Софи - скрытная. Конечно, она выберет...- Действие! - ответила девчонка, вызовом подавшись вперед.

- После вписки вынести мусор? - предложил Тим.

Вокруг заржали, глядя наразочарованное лицо Софи.

- Хорошая игра, беру свои слова назад,девчат! - толкнув меня локтем, веселозаявила Полинка.

И бутылка снова начала вращатьсяпо часовой стрелке. София чмокнулав щёку нашего пухлого медалиста Егорку Якушева, Егорка, выбрав правду, краснея, признался, что с первого класса ему нравится Поля. Лена Потапова, выполняя задание, кричала из окна всякие глупости...

Бутылка крутилась по часовойстрелке...

- Скукота! - зевнула Эля, когда вовторой раз настала очередь Якушева. -Два комплимента подряд! Поцелуи-тобудут? Ты, Софа, точно все бумажкиположила?

- Точно! Крути давай, Егор! -поморщилась новенькая, поторапливаяодноклассника.

Когда стеклянное горлышко показалона Эвелину, подруга пискнула:

- О нет!

- Поцелуй! - бодрым голосом прочитала Софа.

Чёрная положила бейсболку на колении теперь только раздавала указания,кому и что делать.

- Как и заказывали!

Игра в бутылочку пошла бодрее... Ивот она опять закрутилась по часовойстрелке.

- На тебя, Ками. - спустя некотороевремя дёрнула меня за рукав топа Поля.Я о чем-то заболталась с Эвелиной.

- На меня? - удивилась я.

Бутылка так старательно «обходила»мою персону, что я не сразу в этоповерила.

Подняла глаза на Вилку. Та сидела на полу напротив, обхватив колени руками, и напряженно смотрела на меня. На секунду перехватило дыхание...

- Что на Виолеттуу-то пялишься? - шепнулаПоля. - Давыдов бутылку раскручивал.

Я перевела взгляд на Святу. Нет-нет! Мы уже целовались со Святославом иничего хорошего из этого не вышло.

- Поцелуй... - начала зачитывать Софа, и её голос дрогнул. - Поцелуй в щеку.

- Она специально так прочитала! - заорал Елесин. - Потому что с Давыдовым встречается! Покажи бумажку?

- Господи, Елесин! - закатила глазачёрная. - Я соблюдаю правила! Ты ведьсам говорил, что это всего лишь игра.

И она продемонстрировала остальнымклочок бумаги, на котором былонаписано: «Поцелуй в щеку». Явыдохнула с облегчением.

Пожалуй, Свят задержался у моего лицадольше положенного. С нежностьюпоцеловав в щеку, незаметно отостальных провел кончиком носа помоей скуле. От Давыдова пахло пивом.Когда Святослав отошёл, я взглянула на Виолу. Малышенко о чём-то негромкопереговаривалась с Тимофеем и несмотрела в мою сторону.

Настала моя очередь крутить бутылку.Пожалуйста, пусть мне выпадет кто-нибудь из девчонок! Или дажеЯкушев... Только не Свят. И не Вилка.Не Свят. И не Вита. Не Свят. И не...

- Виола! - громко объявила Софа.

- Для тебя Виолетта! - вмешалась татуированная.

- Ну нееет. - донеслось до меня. - Так совсем не интересно!

- Они ведь и так встречаются...

- Вот пусть и покажут мастер-класс! -заржал Елесин.

А у меня в ушах звенело отнапряжения. Мы с Виолеттой смотрелидруг на друга и молчали.

- Я не могу её поцеловать! - в паникеобернулась я к Поле.

- Давай-давай! Не стесняйся! -бесцеремонно подтолкнула меня Полина.

- Тут все свои!

- Не могу! - упрямо повторила я. - У нас договор.

- Какой? Не целоваться на людях? - засмеялась подруга.

Просто не целоваться...

Я посмотрела на Малышенко. Думала,нелепая ситуация станет очереднойтемой для её шуточек, но Виолеттамолчала. Пожалуй, она выглядела дажеслишком серьёзной.

Должна. Первой. Поцеловать. Виолетту.При всех. Кошмар.

Я подползла к девушке.

- Привет.. - тихо произнесла она, когдая села напротив, и наши взглядывстретились.

- Привет. - отозвалась я.

Нет, я просто вижу сон...

- Ками, если ты не хочешь... - начала она.

- Это же игра! - ответила я и легонькокоснулась губами её губ...

Комната закружилась вместе сгудящими одноклассниками. Плеватьна них. Странное ощущение, что сейчас мы здесь совершенно одни. Потолок, пол, стены... Всё это рушится под бешеный стук моего сердца. Мы целовались долго и с упоением, как влюбленные, которые встретились спустя длительное время после томительной разлуки. Окончательно позабыв об одноклассниках.Почувствовав мягкие поцелуи на шее,я улыбнулась...

В реальность нас вернул возмущенныйголос Елесина:

- Блять, вы бы тут еще и еба..

Я, оторвавшись от губ Виолы, вскочила.

- Сам просил показать мастер-класс! - ответила я, стараясь унять дрожь в руках и коленях.

Наверняка щеки мои пылали, но, как ни странно, я не чувствовала смущения. Только счастье. Будто наконец получила в подарок то, о чём давно мечтала.Вернулась на свое место к девчонкам.

- Камиллка, жара! - прошептала мне в ухоПоля.

- Мм... было круто. Камилл, и всегда у вастакие... хм... французские поцелуи? -спросила Эля.

Я только отмахнулась. Дайте отдышаться!

- Теперь очередь Виолетты. - подалаголос София. - Что ж, Малышенко, если ты со всеми так целуешься... Крути бутылку!

Но Ви поднялась на ноги и направиласько мне. Протянула руку:

- Пойдём?

Девушка помогла мне встать.

- Нам нужно прогуляться. - сказала Вилка, не глядя на остальных.

- Я бы после такого тоже с кем-нибудьпрогулялся! - хмыкнул Тимофей.

Держась за руки, выбежали изподъезда. На улице уже рассвело. Мымолча и быстро шагали по пустомуутреннему проспекту. Вокруг - нилюдей, ни машин..

Остановились у пешеходного перехода,раздумывая, в какую сторону идти.Хотя мне было все равно. Главное - вместе.

- Правда или действие? - внезапноспросила я у задумчивой Виолетты.

- Правда. - Малышенко недоуменно посмотрела на меня.

- Что ты ко мне чувствуешь?

Этот вопрос так мучил меня... Я готовауслышать любой ответ. Теперь я взрослая, наученная горьким опытом...Меня ничто не выбьет из колеи!

- Люблю тебя до одурения! - произнесла Ви.

Я думала, что готова ко всему, но еёслова... Ноги подкосились.

- Люблю уже давно. И, если честно, довыпускного класса мне казалось, чтобезответно.

Я покачала головой.

- А я ведь тебя ненавидела! Довыпускного класса... Значит, тысогласилась изображать пару не из-задомашнего задания?

- Вообще похер! - рассмеялась Виола. - Так, приятный бонус. Хотя благодаря тебе заработал четверку по литературе.

- Хитрая ты! - встав на носочки, явзъерошила волосы Малышенко.

- Уинстон, правда или действие? - спросила Вилка, перехватив мою руку.

- Действие, Малышенко! - рассмеялась я. -Действие.

Ви взяла мое лицо в ладони и поцеловал в губы.

- Мне опять стало трудно дышать. -прошептала я, прервав настойчивыйпоцелуй.

- Миллка, я сейчас точно задохнусьот сумасшедшего сердцебиения! -призналась Вилка, притягивая меня ксебе.

Не сразу обратили внимание на странный шум за спиной. Малышенкопервой оглянулась, а затем, отпрянув,потянул меня за руку.

- Камилла!..

Проезжающая мимо поливальнаямашина едва не обдала нас брызгами.Мы успели со смехом отбежать всторону, но мои юбка и обувь намокли.

- А босоножки уже не спасти! - хохотала я.

В утренней тишине несколькокрикливых чаек пронеслись надголовами. Мы шли по пустой набережной в сторону наших домов ивдыхали теплый майский воздух.

- Виола! - воскликнула я, остановившись. - А договор?

Ви, рассмеявшись, полезла в карманджинс за телефоном.

- Понимаешь, Ками, такое дело... Я только утром перед последним звонком уронила его на асфальт. - Малышенко достала айфон и продемонстрировала разбитый экран, по которому расползлась паутинка. Мне кажется, это судьба...

______________________________________