VI

Сергей то и дело выходил на балкон ночью - не мог уснуть. Мысли приходили и уходили, некоторые нашли своё место в его голове, другие были отвергнуты. Сигареты начинали кончаться. Телевизор тихо играл на фоне. Лена давно спала. Он услышал стук в дверь. Так поздно, он удивился. Там был Владимир Николаевич. Его лицо было бледным, совсем как тогда. На глазах были видны следыслёз. Он держал в руке пистолет, направленный на Сергея. - Что ж вы на пороге так сразу, проходите, Владимир Николаевич. – говорил он не отводя взгляд. Они направились в гостиную, Владимир Николаевич сел напротив него, не убирая пистолет. - Значит, вы решили сделать выбор самостоятельно? – спросил Сергей. - Простите, но я уже потерял дочку однажды, и не собираюсь терять её снова. – с трудом произнес Владимир Николаевич. - Это всё игра Дьявола, как же вы не можете понять? – Сергей достал последнюю сигарету из пачки. – Мы здесь не для того, чтобы испытывать счастье и не допускать былых ошибок, Владимир Николаевич. Это замкнутый круг. Мы – это мы искалеченные, со шрамом на сердце, будто в насмешку брошенные туда, куда мы больше всего хотели, но где нам уже нет места. - О чём вы? - Задумайтесь, сможете ли вы забыть лицо вашей умирающей дочери, укладывая её спать? Сможете ли видеть счастливое лицо вашей жены, когда будете знать, что вы когда-то пережили вместе? Нет, Владимир Николаевич, вы и есть ваше прошлое, ваше будущее и настоящее. И это прошлое не оставит вас. Оно изменит ваших близких, исковеркает до безобразия, а затем оставит с тем, что было – болью и страдания. – Сергей медленно докуривал сигарету. - Даже если так, всё ещё возможно, что прошлое было просто ужасным сном, который нам с вами, по неизвестным причинам, удалось пережить вместе. – говорил он не убирая пистолет. - А что такое «сон», вы никогда не задумывались? – Сергей вспомнил слова мужчины в костюме. – Неужели реальность настолько реальна, что отличается от сна? Наши чувства, рецепторы - всё находится в мозгу, так разве это окружающее определяет, как мы его чувствуем?- Я просто готов сделать всё, ради моей дочери. - Как и были готовы тогда, Владимир Николаевич. Люди не меняются назад.- Вы правы, Сергей, не меняются. Он поднялся и взвёл курок. По телевизору заиграла знакомая песня: Johnny Cash, «Hurt». - Простите меня. Я позабочусь о вашей жене, обещаю вам. «I hurt myself today To see if I still feel I focus on the pain The only thing that's real...» - Прости меня, Лена, я давно уже мёртв. - он в последний раз взглянул на неё, тихо спящую в кровати.«The needle tears a hole The old familiar sting Try to kill it all away But I remember everything...» Выстрел. Сергей проснулся и сразу взялся за пистолет. В комнате не было никого, кроме бездыханного тела Владимира Николаевича. Голова страшно болела, ноги были ватными. В соседней комнате играло радио, Johnny Cash - Hurt. Сергей в спешке проверил пульс у мужчины в кресле и двинулся к выходу, его мёртвое лицо застыло в улыбке. «What have I become My sweetest friend Everyone I know goes away In the end...» Перед самой дверью он достал кошелёк и нашёл там фотографию Лены. Эта фотография была сделана за пару месяцев до её смерти. «And you could have it allMy empire of dirt I will let you down I will make you hurt...»- Я всегда буду любить тебя, где бы ты ни была. Знаю, ты бы сказала, чтобы я жил дальше, бросил курить, завёл семью, а я опять всё мимо ушей...прощай, Лен, спи дальше. – он оставил фотографию и пистолет на столе. «If I could start again A million miles awayI will keep myself I would find a way...» Выйдя на улицу, он достал сигарету из полупустой пачки, сел на лавочку возле подъезда. Холодный ветерок снова обдувал его лицо, но теперь он нёс в себе нечто новое. Спокойствие. Покидая дом, он в последний раз взглянул на квартиру Владимира Николаевича. Свернув за поворот, он услышал оглушающий взрыв. Сергей всё-таки забыл перекрыть газ в квартире покойника, или это было во сне? - А что тогда не сон? Да, впрочем, какая разница... – докурив сигарету, он выкинул всю пачку.

I would find a way...