Мальчика звали Денис

В доме стояла кромешная тишина. Так тихо, что становилось страшно, словно на кладбище. Мальчик несколько раз был там с мамой. Туман, вороны, мертвецы и надгробные камни, стоящие в окружении зловещей тишины. Мертвой тишины. Паренек не любил это место.

По коже мальчика гуляли муравьи, и ежики кололи маленькими иголочками кончики его пальцев. Он не помнил, чтобы в их доме когда-нибудь стояла такая тишь. Здесь всегда играла громкая, оглушающая музыка, от которой не удавалось спрятаться даже в шкафу или слышались крики родителей, вечно спорящих без причины.

Мальчик был голоден. Живот скручивался в тугой узел от боли. Он прошел в мамину комнату. Со стен свисали лоскуты бумаги, потолок был весь завешан паутиной, на полу то тут, то там, валялись шприцы и какие-то пакетики фольги, целлофаны, грязное белье. Идти нужно было аккуратно, чтобы не наступить, а не то мама будет зла. Там воняло. Невыносимо. Пахло дерьмом, немытой кожей и чем-то кислым. Глаза слезились. Казалось, еще чуть-чуть и из горла мальчика польется какая-то противная жижа. Мальчик подошел к маминой кровати. Мама неподвижно лежала: глаза открыты, смотрят в потолок, из носа текла струйка крови, а подбородок и грудь запачканы белой пеной.

-Мам, - паренек тормошил ее за плечо. Мама была холодная.

Запах рядом с мамой был еще хуже, чем в самой комнате.

-Мам, - снова колбасил ее за руку.

Мама не реагировала. Так и продолжала смотреть в потолок стеклянным взглядом.

-Мама! Мама! – мальчик плакал.

Мальчик слишком рано узнал, что такое смерть. Мальчик слишком рано узнал, как воняют трупы и как выглядят их глаза. До того момента он и не думал, что люди могут заснуть и не проснуться. Ему казалось, стоит потормошить мать чуть сильнее и она, наконец, заметит его. Но мама не замечала. Мама была мертва.

***

Мальчик слишком рано узнал, что такое боль. Мальчик скрутился калачиком на полу и прикрывал голову руками, защищаясь от ударов отцовских бот. Папа бил сильно. Если бы он бил слабее это ничему бы не научило мальчика. Мальчик знал, за что его бьют: мальчик не вовремя вернулся в дом. Папа был с женщиной, когда он открыл дверь и застал их на диване. Мальчик знал, за что его бьют: мальчик пожаловался на голод. Мальчик оторвал отца от его занятий и помешал ему. Мальчик знал, за что его бьют: он бесполезный кусок дерьма.

Мальчику было так больно, что из его глаз потекла вода.

-Ты что ревешь?! – взревел отец. – Ты, ебаное ты ничтожество! Давай, реви, сопля! Громче плачь, может твоя мамка-идиотка услышит тебя на том свете!

Мальчик знал, за что его бьют: мальчик был слабым.

Удары прекратились, и мальчик смог набрать воздуха в грудь. Дышать было больно. Мальчик поморщился от резкого укола в груди, судорожно выпуская воздух.

Отец сплюнул.

-А теперь пшел в свою комнату и чтоб мои глаза тебя больше не видели! – сказал отец.

Мальчик поднял голову и посмотрел на отца. Отец выглядел плохо. У него была отросшая борода, огромные мешки под глазами, впалые щеки и устрашающий взгляд, как у зверя. Мальчик посмотрел на проем в двери, где стояла женщина. Женщина была тощей и бледной, у нее была сыпь на лице и засаленные волосы. Она улыбалась.

Мальчик поднялся, прижимая руку к ребрам и, прихрамывая, побрел к себе в комнату. Все его тело болело. Было больно двигаться, ходить, моргать, хмуриться, дышать. Мальчик запер дверь в комнате, радуясь тому, что отец не снял замок с его двери. Мальчик встал у зеркала и посмотрел на мальчика в отражении. Мальчик в отражении был жутким: у него были черные лохматые жирные волосы, впалые щеки и огромные глаза. У мальчика в отражении лицо было испачкано кровью, губа разбита, и по всему телу то тут, то там красовались синяки старые и новые. Мальчик ненавидел мальчика в отражение. Мальчик в отражении постоянно терпел боль, постоянно терпел унижение, постоянно терпел отца. Мальчик в отражении был трусом и слабаком.

У мальчика появилась злость в глазах. Мальчик больше не позволит так с собой поступать!

***

Мальчик любил закаты. Он часто смотрел на них в окно, наслаждаясь тем, как небо раскрашивается в разные цвета. Особенно сильно он любил закаты летом. Они в то время были какие-то особенное, волшебные.

В те моменты он смотрел на небо и вспоминал маму. Он знал, что она где-то там, между небом и землей. Иногда он думал о том, что, возможно, она наблюдает за ним. Мальчику было интересно, чтобы она сказала, увидев, каким он растет? Наверное, посчитала бы его слабаком и трусом.

Мальчик сжимал в руках кольцо. Оно было мамино. Мальчик снял его с ее пальца, до того, как отец закапал маму в землю, а потом продал все ее вещи, словно ее и вовсе не существовало, словно она была мебелью, декором интерьера, от которого можно так просто взять и избавиться. Как будто мамы никогда и не было.

***

Мальчик зашел домой. Мальчик пробрался на кухню. У мальчика снова болел живот. Мальчик очень хотел есть. В квартире стоял отвратительный запах, но там всегда стоял такой запах. Мальчик привык.

На кухне сидел отец. У него в руке был шприц. Но у отца в руке всегда был шприц. Мальчик привык.

Мальчик был замечен.

-Принес?

Мальчик молча отдал отцу деньги.

-Что надо? – грубо спросил отец, когда мальчик не ушел.

-Я есть хочу, - сказал мальчик.

-Есть хочешь? – разозлился отец. – Ты гребанный бездельный кусок дерьма, чертов паразит, сидящий на моей шее! Смотрите-ка, есть он захотел! Еще ни один голодный не обосрался!

Мальчик собирался уйти в свою комнату и не досаждать отцу. Мальчик подумал, что лучше бы ему прийти позже, когда отец будет в своей «Вселенной», как тот говорил. В те моменты отец не был так зол.

-Стоять, сопля! Куда пшел!

Мальчик остановился и повернулся к отцу. Он знал, что лучше подчиниться.

-Что в руке?

А что было у него в руке?

Мальчик посмотрел на свой кулак и понял, что он сжимает кольцо матери. Он не понимал, как такое могло случиться. Он никогда еще так не плошал.

Мальчик отвел кулак за спину, спрятав единственную ценность, которая у него была. Спрятав единственное, что осталось у него от мамы.

-Ничего, - пробормотал мальчик.

-Покажи кулак! – проорал отец.

Мальчик показал.

-Ах ты, сукин сын! Ты спиздил у меня кольцо?!

-Это мамино кольцо, - пробормотал мальчик.

-Твоя мамаша была гребанной шлюхой, все, что принадлежало ей, принадлежало мне!

Мальчик разозлился.

-Не смей так говорить о маме!

Отец покраснел от ярости. Отец медленно поднялся со стула и навис над мальчиком, как огромное чудовище, готовое его проглотить.

-Ты смеешь огрызаться?! Я кормлю тебя, содержу, даю тебе крышу над головой, а ты, сука, так разговариваешь с отцом?!

Мальчик получил сильную затрещину. Из носа пошла кровь. Что-то поменялось в мальчике. Что-то щелкнуло в его голове. Взгляд затуманился, зубы сжались, мальчик разозлился.

-Ты мне не отец, - отрезал мальчик.

Отец опешил. А мальчик был горд собой. Он больше не чувствовал себя слабым.

У мальчика подкосились ноги от сильного удара в живот. Мальчик не мог дышать.

-Поговори мне еще здесь, сосунок! Я растил тебя, заботился о тебе, несмотря на то, что твоя мамаша нагуляла тебя у кого-то придурка, а ты смеешь так разговаривать со мной?! Ты должен быть благодарен мне!

Отец достал ремень и щелкнул пряжкой. С улыбкой, которая была больше похожа на звериный оскал, отец принялся со всей силы лупить мальчика.

-Ну ниче, - говорил он, - я научу тебя уважать себя!

Мальчик терпел. Терпел побои и лопающуюся кожу. Мальчик кричал от боли и просил отца прекратить. Отец не обращал внимания на крики мальчика. Мальчик больше не мог терпеть. Мальчик ударил отца по ноге. Отец от неожиданности перестал бить мальчика и слегка попятился. Мальчик, игнорируя боль, поднялся и схватился за первый попавшийся предмет, это оказался нож.

-А ну иди сюда, сопля!

Мальчик выставил нож перед собой, держась за кухонную стойку, чтобы не упасть. Отец стал приближаться, и мальчик пырнул отца ножом, чувствуя, как тот разрезает плоть. Отец смотрел на мальчика, не в силах поверить, что тот ударил его. Мальчик же смотрел на рукоять ножа, торчащую из живота отца.

Мальчик очень рано понял, что в этом мире каждый сам за себя. Либо ты, либо тебя. Ты либо охотник, либо жертва. Мальчик больше не будет жертвой.

Мальчика звали Денис.