23

— Хочешь сказать, что ты знал об этом, но не соизволил сказать мне, хотя знал, как сильно меня это волнует? Да ещё и после такого спокойно смотрел мне в глаза?! Господи, да что с тобой не так, отец?

Роберт был готов рвать на себе одежду и выдирать волосы, лишь бы добиться от отца нормальных работы и отношения к себе. На него оборачивались коллеги отца, смотря, наблюдая, как за обычной публичной ссорой.

— Слушай, будь так добр, не позорь меня, — отмахнулся мужчина и пошёл вперёд. Роберту такой ход не понравился, он отправился за отцом и преградил ему дорогу.

— Ах, так это я позорю тебя? Не тот факт, что ты халявишь на работе и кладёшь болт на единственного сына, а именно я?!

— Да, именно ты. Может быть, ты и считаешь меня плохим защитником города или ужасным отцом, но я хотя бы веду себя, как взрослый человек и не ною по пустякам.

— Нет. Ты ведёшь себя, как полный мудак.

Роберт получил пощёчину за свои слова, что и было ожидаемо. Где-то внутри него вновь заплакал ребёнок. Парень не скрывал того, что он всё ещё остался ребёнком, пытающимся вернуть себе отца. Настоящего отца, а не того, кто не будет слушать тебя, когда это так важно для народа. Для всех девушек города. Для тех, кто вызвался охранять город.

— И этим самым ты только что доказал мои слова.

— Хочешь ещё получить? Знай, месяц сидеть не сможешь.

Только самый хороший полицейский будет бить человека, пусть и собственного ребёнка, на глазах у своих коллег, — подумал Роберт.

— Я хочу, чтобы ты выслушал меня, чтобы ты отыскал их всех. Маньяк здесь — твой любимый друг, которого ты так обожаешь. Я предоставил тебе множество доказательств, тебе нужно лишь поверить мне... Хотя бы немного

— Игорь? — Отец засмеялся. — Ты точно с ним знаком? Он ведь безобидный! И сам слишком ранимый.

Роберт опустил голову. Я был прав. Я всегда прав насчёт него.

— Настолько безобидный, что похитил мою девушку, насиловал её несколько ночей подряд и хрен знает что ещё с ней сделал. И не только с ней. Их было много. А недавно он схватил ещё одну, неужели тебя это не волнует?

— Послушай, мне жаль твою девушку, но ты должен понять одну вещь. Все эти похищения для нас где-то на третьем плане. У нас есть другие, более важные дела. Я не могу раскрыть тебе государственную тайну, но это будет важнее, чем исчезающие девушки. Во всём мире пропадают люди каждый день, эта ещё грудь у мамки сосёт, наверняка с хахалем сбежала и объявится через пару дней.

Отец обошёл Роберта и отправился дальше. Роберт поднял голову и развернулся.

— А если бы он схватил маму? — Роберт поднял голову.

Отец остановился и через несколько секунд ответил:

— Она такая же женщина, как и все остальные. Такой же исчезнувший человек. Звучит ужасно, но факт. Я бы пытался её отыскать, но мой долг был бы для меня важнее.

Отец ушёл дальше, а Роберт остался стоять всё на том же месте. Теперь его ребёнок не плакал, он кричал от боли и умирал. Настал тот день, когда ещё один человек в мире возненавидел своего отца.