Утро,которое пахнет им.

Глава 17:

Сквозь занавешенное окно пробивался мягкий рассветный свет. Комната была наполнена тишиной — тёплой, сонной, почти нереальной.Я открыла глаза медленно. Тело слегка ныло, будто напоминая мне о каждой секунде прошедшей ночи.Я лежала, прижавшись к нему — его грудь ровно вздымалась, дыхание спокойное. Он спал, и в это утро казался особенно... уязвимым.Он лежал рядом. Спокойный.Волосы немного растрепаны, губы полуоткрыты,а на шее — мои следы.Следы, которых не должно быть...но которые хотелось оставить снова.

Я смотрела на него, будто впервые.И всё во мне дрожало —не от страха,а от слишком сильного,слишком живого чувства.

Я улыбнулась и осторожно провела пальцем по его ключице.Его ресницы дрогнули.Он проснулся.Встретил мой взгляд — и не отводил.

— Доброе утро, — прошептала я.

— Оно стало добрым только сейчас, — отозвался Бён Хон, хрипло, с закрытыми глазами.Он притянул меня ближе, уткнулся носом в мою шею.

— Нам... нужно вставать, — сказала я, но даже сама не верила в это.

— Ненавижу это «нужно», — пробормотал он. — Я только что понял, как прекрасно, когда ты рядом.

Несколько секунд — и мы всё же начали двигаться. Неохотно, как будто каждый жест разрушал хрупкое волшебство утра.

Я села, натягивая на себя простыню. Я ощутила, как кожа слегка саднит от его прикосновений — напоминание о прошедшей ночи.

— Больно? — сразу спросил он, уловив моё выражение.

— Немного, — призналась я, не глядя. — Но по-хорошему. Знаешь... как будто теперь ты часть меня.

Он сел, провёл рукой по моей спине, оставив лёгкие, почти ласковые следы.

— Я слишком увлёкся, — выдохнул он.

— Я хотела, чтобы ты не сдерживался.

Несколько минут — только шелест ткани, когда они поднимались, находили одежду.Я одевала его футболку ,снова и снова бросая взгляды на него, всё ещё с растрёпанными волосами и слегка приподнятой бровью.

— Ты будешь так смотреть, пока я не споткнусь?

— Я надеюсь, ты споткнёшься. И останешься здесь, — усмехнулся он.

Он прижал меня к себе.И поцеловал — медленно, с нежностью.Совсем не так, как ночью.Теперь — как любящий.

Я наблюдала за тем, как он идёт на кухню — босиком,в одних тёмных спортивных штанах.Его спина, мышцы — всё это будто вышло из сна.Я опустила взгляд на его спину —и вдруг застыла.

На его спине, от лопатки до пояса,чётко виднелись длинные, алые полосы.Глубокие. Не раны, но вполне заметные.И уж слишком... выразительные.

— О боже... — вырвалось у меня.

Он повернулся ко мне.— Что?Я прижала ладонь к губам, покраснев.— Это... на спине...— А, это? — он сдержал усмешку, чуть дёрнул плечом. — Царапины.

— Царапины? — переспросила я — я что, правда...— Ага. Прямо как дикая кошка.

Он склонился к ней ближе, понизив голос:

— Ты понятия не имеешь, как сложно было не застонать, когда душ обжёг эти следы.— Прости, я не думала...— Не извиняйся. Я вообще-то горжусь.Он подмигнул.— Я надеялся, что у меня на спине будет автограф.

Я захлопнула лицо руками.— Боже, это стыдно.— Это красиво. Потому что это — ты.

Он наклонился ко мне, и едва коснулся губами моей щеки.

— И если честно... — прошептал он, — я надеюсь, что это не последний раз.

Я хихикнула, нервно, но искренне.А потом, не сдержавшись, подошла и обняла его сзади,аккуратно провела пальцами по царапинам,шепча:

— Моя работа.— И моя гордость, — ответил он, усмехнувшись.и всё это — теперь моё реальность.

Кухня заливалась мягким утренним светом. Из окна тянуло прохладой, но в помещении было тепло — от дыхания, от аромата свежих тостов и жарящихся яиц, от кого-то рядом.

Бён Хон стоял у плиты, чуть нахмуренный, как всегда, когда что-то готовит. Он ловко двигал сковородку, сливал кофе в две чашки.Волосы взъерошены. Тени под глазами — следы бессонной, но счастливой ночи.

И в этот момент я тихо подошла сзади.На мне — его футболка, закрывающая едва ли не до колен, и босые ноги.Я медленно обняла его сзади, прижавшись щекой к его спине.

— Мне так хорошо сейчас, — прошептала я. — Что даже страшно.

Он замер на секунду, потом положил руку на мои ладони, сжав крепко.— Мне тоже. Но, если это сон, я не хочу просыпаться.

Я поднялась на цыпочки, чуть прижалась губами к его плечу. Он повернулся, и я уже стояла перед ним.Смотрела в глаза, молча. Он провёл пальцами по моей щеке — и в следующий миг поцеловал.

Целуя меня — жадно, мягко, глубоко — он отступил на шаг и, не прерывая поцелуя, посадил меня на кухонный стол.Холодный мрамор резко контрастировал с теплом его рук.

— У тебя на плите яйца, — прошептала я сквозь поцелуй.

— Пусть горят, — отозвался он с хриплой улыбкой. — Сейчас важнее ты.

Я провела пальцами по его шее, затем заскользила ладонями по его груди. Он положил руки на мою талию, крепко, будто боялся, что я исчезну. — Нам ведь всё равно придётся уйти, да? — тихо спросила я, положив голову ему на плечо.

— Уйти — да.— Но не друг от друга.

Он поцеловал мой лоб, смахнул прядь волос за ухо.— Мы — уже что-то большее, Юна. И я не позволю этому исчезнуть.

Мы завтракали вместе — близко, тепло,время от времени целуясь вместо того, чтобы жевать.Я щурилась от утреннего солнца, он — от моей улыбки.И в этот момент оба знали:пусть там, за дверью, нас ждёт сложный мир —но здесь и сейчас всё по-настоящему.

— Я не хочу, чтобы это было "пока никто не видит", — вдруг сказала я, кладя ладонь ему на грудь.Он взял мои пальцы в свои.— Когда придёт время... весь мир увидит.Но пока...Он наклонился и поцеловал мою ладонь.— Пока это — только наше.

Мы покушалиЯ зашла в ваннуюЯ стояла у зеркала в ванной,одетая в его футболку,волосы растрёпаны, щёки — тёплые, взгляд — немного потерянный.

Я провела пальцами по своей шее...легкое покраснение.Каждое движение тела напоминало о нём.О том, как нежно, но жадно он прикасался.О том, как долго продолжалась эта ночь...и как я сама тонула в этом снова и снова.

Я осторожно присела на край кровати —и тихо зашипела.

— Вот чёрт... — пробормотала она с неловкой улыбкой.— Всё болит.

Я прикрыла лицо руками,в голове метались мысли:

«Я и правда это сделала. Мы сделали это. Не один раз.И, кажется, я не просто вспоминаю —я хочу повторить...»

— Что-то не так? — спросил он, заметив её выражение.Она усмехнулась и кивнула:— Скажем так... после твоей «нестандартной методикой исправления оценок» у меня болит всё тело..— Да я понял)— сдерживая улыбку, спросил он. Я бросила в него подушкой.

— Подумай, прежде чем в следующий раз обещать "только поцелуи", — буркнула я, улыбаясь уголком губ.— Сама же меня довела) Я тебя предупреждал)Он подошёл ко мне ближе, обнял сзади, осторожно.— Уверен, что к следующему уроку всё пройдёт. Но...он шепнул на ухо:— если будет болеть — могу назначить домашнюю терапию. Тепло, массаж, объятия. Полный курс.

— Только если это официально по расписанию, — подмигнула я.— По расписанию... каждый вечер, — ответил он, целуя мой висок.