Ночь,которую нельзя забыть

Глава 12:

Суббота У Джи Су— Ты серьёзно? В бар? —я стояла у зеркала, собирая волосы в высокий небрежный пучок.— Нам по шестнадцать, Джи Су.— Во-первых, у нас уже есть «паспортные легенды», — отмахнулась та, закатывая глаза, — во-вторых, ты сейчас выглядишь на двадцать, так что молчи и крась губы.

Ми Ён сидела на кровати, тревожно поглядывая на нас.— Я не уверена...— Вот именно поэтому ты пойдёшь с нами — чтобы быть нашей совестью) Хаха)

Я засмеялась.Смех был лёгким, но внутри — что-то кипело.Нужда отвлечься. Сбежать.Забыть его губы, касавшиеся меня под дождём.

⸻Бар20:46Мы вошли в бар ближе к девяти.Громкая музыка, свет в неоновых вспышках.Толпа.Свобода.

На мне — короткая белая юбка, очень короткий топ,укороченная кофточка,и яркий макияж.Я выглядела старше, смелее, соблазнительнее.

Поддельные документы приняли без лишних вопросов.Нам налили алкогольные коктейли.Потом ещё.Смех, танцы, вспышки телефонов.Где-то рядом — незнакомые парни.Я уже терялась во времени. Глаза горели, но внутри было пусто.

⸻

В это же время.

Бён Хон сидел в другой части того же бара.С коллегами — пара молодых преподавателей, один знакомый со студенчества.— Первая неделя выживания — повод налить себе двойной ром.Он усмехался, но всё равно держал себя спокойно.До одного момента.(с лица Бён Хона)Я повернул голову.И увидел её.

Юна.На танцполе.С бокалом в руке.Смеётся. Пьяная.Открытая. Откровенная. Уязвимая.

К Юне подходит какой то мужик,лапая её за талию

В груди будто что-то взорвалось.— О чёрт...

Я встал.Молча. Резко.Один из друзей что-то крикнул, но я уже шёл сквозь толпу.Только к ней.

Она заметила меня... не сразу.Но когда взгляд поймал взгляд — тело застыло.Сердце ушло в пятки.

— Учитель Ли?.. — голос пьяный, сбитый. — Что... вы...?

Я схватил её за запястье.Нежно, но твёрдо.— Мы уходим...— Вы не можете просто...— Я могу. Ты не в себе. Где твои подруги?— Там... где-то... я...(С лица Юны)Он видел, как мой взгляд плывёт.Щёки красные. Колени дрожат.Мне было тяжело ходить,и я просто упалаИ он просто поднял меня на руки

Он оглянулся.Ни Ми Ён, ни Джи Су не было видно.Он вытащил телефон, написал им:

Я не сопротивлялась.Слишком пьяная, чтобы спорить.Слишком сломанная, чтобы скрываться.

⸻

В машине.

Я сидела, обхватив колени.Губы дрожали.Он вел молча. Челюсть напряжена.

— Почему ты вообще была там? Что это за прикид вообще?— резко.— Я не знаю... Я хотела... перестать думать... про... всё... — глаза наполняются слезами.— Ты ребёнок, Юна. Ты не должна была быть в этом месте.— Я и не хотела быть взрослой. Я просто... хотела исчезнуть хотя бы на одну ночь.

Он резко тормознул у поворота.Выдохнул.

— Я не могу отвезти тебя домой. В таком состоянии мать тебя не поймёт. Я отвезу тебя к себе. Там ты отдохнёшь. Я прослежу, чтобы с тобой было всё в порядке. И только это. Ясно?

Я кивнула.Слёзы текли по щекам.— С-спасибо... — шепчет.

Он продолжил ехать.А в голове — хаос, паника, тревога, вина.И только одно желание:уберечь меня. Любой ценой.

У Бён ХонаКвартира учителя была именно такой, как я себе представляла.

Минималистичная.Чистая.Светлая.На полках — книги.На стенах — кадры из старых фильмов.На столе — открытая тетрадь с заметками.Запах кофе и сандала.

Мы зашли внутрь, молча.Поставил сумку у входа.

— Разуйся. Можешь пройти в гостиную. Там теплее.Он говорил спокойно, но в голосе звучала тревога, которую он старался заглушить.

Я молча скинула каблуки.Шатаясь, прошла в комнату и опустилась на пол у дивана.Обхватила колени.Как потерянный ребёнок.

Он вернулся с кухни с чашкой воды.Протянул.— Пей. Медленно.

Я сделала глоток.Потом ещё.А потом — поставила чашку на пол и закрыла лицо руками.

— Вы злитесь..?

Он сел на стул напротив.Откинулся назад, проводя рукой по волосам.— Я волнуюсь. Это хуже.

— Я не хотела, чтобы вы меня такой увидели...

Он кивнул, медленно.— Ты, наверное, не хотела, чтобы я вообще знал, что ты туда ходишь.

Я вскинула взгляд.Глаза блестели.

— Я просто хотела перестать быть собой хоть на пару часов. Понимаете?..Юной, которая смотрит на вас как дура. Которая не знает, что делать с чувствами. Которая хочет невозможного... — голос сорвался.

Он резко поднялся.Подошёл к окну.Открыл его — вдохнул прохладный воздух.

Тишина.

Я всё ещё сидела на полу.Обняла себя.Немного дрожала — от эмоций, не от холода.

— Я боюсь себя рядом с вами, — сказала я тихо.— Я не узнаю себя. Я... я не понимаю, где вы заканчиваетесь, а я начинаюсь.

Он стоял, сжав руки в кулаки.

Потом обернулся.Подошёл ближе.Опустился на корточки рядом.Он смотрел на меня — не как учитель. Не как мужчина. А как человек, который сам на грани.

— А я боюсь, что если останусь рядом хоть на шаг дольше — сделаю то, о чём буду жалеть всю жизнь.

Я вскинула голову.И прошептала:

— А если не сделаете — будете жалеть ещё сильнее?

Мы смотрели друг на друга.Слишком близко.Воздух дрожал.Он смотрел на меня сверху внизИ тут...

— Переоденься. Ты замёрзла, — он вдруг встал и пошёл в спальню.

Через минуту он вернулся — протягивал мне белую футболку.Свежая. Чистая. Мужская.

— Ванная там. Справа. Я сделаю тебе чай.

Я взяла футболку.— Вы меня ненавидите сейчас..?

Он посмотрел на меня.Глубоко.— Я тебя берегу. Это — гораздо сложнее.

Он стоял у кухонной стойки, облокотившись о столешницу.На плите — чайник. Рядом две чашки.Слышал, как открылась дверь ванной.Тихие шаги босых ног.Вдохнул.Знал: это самая сложная часть ночи.

Я вышла.На мне — его белая футболка, доходившая почти до колен.Мокрые волосы спадали на плечи.Ноги — голые.Лицо — без макияжа.Такая настоящая, что больно смотреть.

Он даже не повернулся сразу.Просто подал мне чашку.

— Чёрный чай.С сахаром.

Я сделала глоток.Взгляд опустился.

— Вы не будете читать лекцию?

— О чём? О том, что ты обманывала взрослых, подделала документы, пошла в бар, напилась, танцевала так, что весь зал смотрел на тебя как на...Он остановился.Сжал зубы.Отвёл взгляд.

— Как на кого? —мой голос звучал почти дерзко.— Договорите, пожалуйста.

Он бросил на меня взгляд.— Как на женщину, которая уже знает, как использовать чужие желания.

Тишина.Слишком острая.

Я поставила чашку.Подошла ближе.— А вы посмотрели?

Он выдохнул.— Юна, не делай этого.

— Почему? Правда больнее, чем ложь?

Он обернулся.Стояли почти в упор.

— Да, я посмотрел. И, чёрт побери, я был в ярости. На себя. Потому что не должен был.

— Но вы всё же — сделали это.

Я сделала шаг ближе.Глаза — прямо в его.

— А если бы я пришла так — в школу? В этой юбке. С этой помадой. Вы бы что сделали?

Он смотрел.Долго.Жёстко.Потом взял меня за плечи — аккуратно, но твёрдо.

— Я бы вызвал твою мать.Отчитал бы перед всем классом.И... сжёг бы каждую секунду, в которой позволил себе думать не как учитель.

Он отпустил.Отступил.

— Ты не понимаешь, что с тобой происходит. А я — понимаю слишком хорошо. Это неравно. Это опасно. Это конец, если мы сделаем хоть шаг за черту.

Я молчала.Зажала губы.

Потом тихо сказала:

— Я не надевала это ради чужих глаз. Только ради одних.

Он снова отвёл взгляд.Поставил чашку в раковину.

— Я расстелил тебе диван. Одеяло там. Я буду у себя в комнате.Ночь пройдёт — и ты проснёшься в безопасности. И с ясной головой.Он замер. Спустя пол часаВ комнате было темно.На диване — мягкое одеяло, подушка с чистой наволочкой.Но я не могла уснуть. Я ворочалась.Смотрела в потолок.Слушала тиканье часов и шум за окном.

Одна мысль жгла: он там. В соседней комнате. Один.

"Почему страшнее быть одной здесь, чем с ним?"

Я встала.Тихо.Босиком.Подошла к его двери.Нажала на ручку — медленно, будто боялась, что за этим шагом откроется не просто дверь, а новая реальность.

Щёлк.

Тишина.

Я вошла.В комнате было полумрачно, лишь от улицы пробивался тусклый свет.Он лежал на кровати — без футболки.Накрыт до пояса.Одна рука — за головой.Грудь — ровно поднимается.На лице — мир, которого она в нём никогда не видела.Без строгости. Без сдержанности. Просто человек.

Я резко осеклась.Щёки — вспыхнули.Глаза — тут же отвела.

Но не ушла.

— Учитель...Л-ли..— прошептала. — Вы спите?..

Он пошевелился.Медленно открыл глаза.

— Юна?.. — голос хриплый от сна. — Что случилось?..

Я закусила губу.Смотрела в пол.

— Мне страшно. И... холодно. Я не могу уснуть. Можно...Пауза.— ...можно я просто полежу рядом?

Он не ответил сразу.

Затем сел.Провёл рукой по лицу.Тяжело вздохнул.

— Юна... ты понимаешь, что просишь?

Я кивнула.— Я не прошу больше, чем просто... рядом.Мне не нужно ничего.Я просто не хочу быть одна.

Он молчал.

Потом откинулся назад.Отодвинулся немного в сторону кровати.

— Хорошо. Только так. Только молча. Только... тишина.

Я кивнула.Зашла.Легла аккуратно, не дыша.Спиной к нему.Сердце — грохотало в груди.

— Спасибо, — прошептала.

Прошла минута.Другая.

Тишина.

Он вдруг заговорил.Тихо.Спокойно.

— Ты ведь понимаешь... что между нами существует граница, которую мы не должны переходить.

— Понимаю.

— Ты ведь чувствуешь, что я тоже её вижу?

— Да... но иногда кажется, что вы ближе, чем она.

Он медленно выдохнул.

— И всё же я должен оставаться по ту сторону. Ради тебя.

Я сжала пальцы на одеяле.— А если я хочу, чтобы вы были ближе?..

Он не ответил сразу.

— Тогда ты должна вырасти. Настолько, чтобы это уже не было ошибкой.А пока — просто спи. Я рядом.

Я повернулась лицом в его сторону,думала что он лежит спиной ко мне,и оказывается он смотрел на меня,а глаза встретились

Я замерла..Я не дышала..Ни слова. Ни движения.Только внутреннее молчаливое притяжение, в котором всё уже было сказано.

И вдруг — его рука, осторожно, будто спрашивая разрешения, коснулась моей щеки.Я не отстранилась.Наоборот — сама чуть придвинулась ближе.

И тогда он поцеловал меня.Не резко. Не отчаянно.А... бережно. Медленно. Слишком чувственно, чтобы это можно было назвать "ошибкой".

Рука скользнула к затылку, осторожно сжимая пряди моих волос.Я, почти не дыша, ответила. Её пальцы на его груди, горячей под рубашкой.Он лег сверху меня,не прерывая поцелуй

Он снял с себя майку. Медленно.Затем продолжая меня целовать.

Мои ноги обвились вокруг него, словно сами знали, чего хотят. Он целовал мои губы — глубоко, сдержанно, почти мучительно. Ладони скользили по моей талии, поднимали ткань футболки, и кожа под его пальцами была горячей, будто дышала.

Я стянула с него остатки одежды, не торопясь, не отводя взгляда.

А дальше...