Сказ о краденной веревке

На Каллистрат крупными хлопьями падал снег. Красный, почти бордовый, он до ужаса напоминал кровь. Для местных жителей эта картина была уже привычной, поэтому Лиса искренне не понимала, почему люди на площади в странных одеждах так ошеломленно провожали взглядом каждую снежинку.

Девочка хихикнула, пытаясь поспеть за Фором, который будто вовсе о Лисе забыл. Только редкие взгляды, брошенные через плечо, убеждали в обратном.

Улицы медленно, но верно заполнялись людьми. Празднования в честь прихода Судьбы, как Лиса поняла из разговора двух дядечек, традиционно начинались после боя колоколов.

– Куда мы бежим? – крикнула девочка в спину Фора.

Тот только махнул рукой, как бы давая понять, что объяснит позже.

Лису это раздражало, но любопытство гнало вперёд.

Они пробежали главную площадь.

Лиса резко затормозила, чуть не врезавшись в девушку, которой (в этом девочка могла поклясться) секунду назад там не было. Девушка эта растерянно озиралась, хлопая огромными глазами. Огненные волосы были уложены в прическу — падающий на них снег почти сливался с прядями.

– Простите! – крикнула Лиса, пытаясь глазами отыскать Фора.

Он почти прошел улицы и уже заворачивал за угол.

– Ничего... – послышался голос, но девочка уже не слушала, со всех ног побежав за мальчишкой. – Бывает...

За поворотом начинался другой район. Дома там были богатыми, увитые зачарованным плющом.Фор остановился, зайдя в какой-то проулок.

– Пойдёт, – твердо произнес он, разматывая веревку, – помоги.

Лиса кивнула, подходя ближе. Они растянули верёвку, закрепив её кирпичами в высоте нескольких ладоней над землей.

Лиса охнула, когда поняла, что поранила веревкой руки.

Стоило им закончить, как верёвка засветилась нежно-зелёным цветом, до ужаса напоминавшим Лисе детское пюре, и на глазах стала вытягиваться вверх, превращаясь в сеть. Она, сеть эта, была похожа на рыболовную, хоть Лиса в этом совсем не разбиралась и могла перепутать.

– Вау! – выдохнул рядом Фор.

Лису одолели смутные сомнения, что это чудо мальчик видит впервые.

– А где ты взял эту веревку? – осторожно поинтересовалась девочка.

Фор отвел глаза, скромно потупив хитрый взгляд.

– Одолжил... – произнес мальчик.

"Спёр", – поняла Лиса.

Они сели на какие-то баки, дожидаясь Судьбу.

Лисе сидение это надоело минут через пять. В проулок к тому времени забежала настоящая, как на картинках в книжках, лиса. Она рылась в каком-то хламе и на детей не обращала абсолютно никакого внимания.

– А с чего ты взял, что Судьба попадется? – спросила девочка, опять дёргая пуговички.

Фор посмотрел на нее как на дурочку, отчего Лисе стало неудобно. Она быстро перевела тему, спосив:

– А у кого ты эту веревку... Одолжил?

– У знакомого. Он тоже собирался Судьбу ловить. Так и сказал, что сегодня она у него на удочке будет, и все желания исполнятся.

Лисе это не понравилось. Она шестым чувством ощущала, что ничего хорошего из этой затеи не выйдет.

Но так хотелось хотя бы посмотреть на эту Судьбу! Когда ещё будет такая возможность, учитывая, что в скором времени Лису должны к Светлому повести?

Ещё через полчаса на улице послышался шум.

А порезы у Лисы на руках вдруг засветились светло-зелёным, складываясь в замысловатый узор.

- Я чувствую, здесь! – кричал мужчина.

Сеть, будто отзываясь на его слова, засветилась.

А Лиса вдруг испугалась, поняв, что, возможно, попадёт к Светлому раньше, чем планировала миссис Винара. Насолить женщине хотелось, но желание жить преобладало.

Ведь если сеть такая умная, значит — дорогая.

Фор тоже это понял. Мальчик вскочил и, озираясь, полез под какой-то бак.

– Давай ко мне! – крикнул он.

Лиса тоже вскочила, осторожно примостившись возле Фора. И хоть их закрывал какой-то бак и старый хлам, девочке казалось, что их выдадут её рыжие волосы.

В проулок зашел мужчина. Высокий, статный. На груди его даже в темноте блестел значок стража в виде буквы С, перечёркнутой мечем. Девочка чуть не ахнула, но Фор вовремя зажал ей ладонью рот.

Лиса́, по какой-то причине его, стража то есть, испугавшись, вдруг дернулась в сторону и попала в сеть, которая тут же затянулась.

Мужчина выругался и осторожно повел руками, магией пыталась развязать веревку. Сеть светлела, темнела но упорно не разжималась.

– К черту! – кринул мужчина.

Он поднял руку, на которой красными змеями формировалось заклинание. Смертельное. Лиса не была магом, но знала это наверняка. От смертельных заклинаний исходит тонкий, невесомый даже запах, сравнить который с чем-то невозможно. Девочка помнила его очень хорошо: :ак пахнет улица после публичной казни. И лиса тоже знала этот запах.

Она замахала хвостом, забилась в силках, затявкала.

Сердце девочки пропустило удар, но Фор только сильнее зажал Лисе рот, чтобы, не дай Свет, она их не выдала.

А на пальцах, длинных, аристократичных даже, сформировалось заклинание. Змеи превратились в копья и уже были готовы сорваться с подушечек пальцев.

Все это произошло в долю секунды, и Лиса знает, что поступила очень глупо. Не надо было вырываться из захвата. Не надо было закрывать собой лису. И плакать не надо было...

Мама бы не одобрила... Она говорила, что думать надо о ближнем. А самым ближнем к себе являешься ты сам.

Лиса предпологала, что будет больно. Но больно не было, просто все почему-то замолчали. Или это она перестала на секунду слышать?

– Ты кто такая? – грозно спросил мужчина. Копья с пальцев его пропали. А запах остался.

Он опустился на корточки прямо перед ней, перестав возвышаться грозной тучей, и протянул ладонь.

Лиса осторожно переводила взгляд с ладони на лицо.

Она боялась монстров... Но он же не монстр? Хотя Лиса давно поняла, что монстры не так просты и умеют прятаться под людскими масками. Да так, что маски эти зачастую намертво в лицо въедаются.

Поэтому руки девочка протягивала осторожно, точно к дикому зверю. Но не протянуть было нельзя, игнорирование магических приветствий считалось ужасным оскорблением, даже для детей.

– Л-л-лиса, – произнесла девочка, беря огромную мужскую ладонь в свою.

Мужчина посмотрел на лису, чей хвост торчал из-за спины рыжей малявки, и почему-то хмыкнул, но уже через секунду хмуро смотрел на порезанную детскую ладошку.

– Зачем ты это сделала? – спросил он, но ответить, что не понимает о чем он, девочка не успела.

Мужчина уже тащил ее по улице к экипажу с эмблемой в виде буквы С, перечеркнутой мечом. Девочка закричала, забилась будто в конвульсиях, точь-в-точь как та лиса из переулка.

Обернувшись, Лиса успела только заметить зелёные глаза Фора, выглядывающие из-за угла.

А потом ее буквально запихали в экипаж.