Глава 2. Похищение

От лица Вивьен

Проснулась я от того, что лучи солнца, выступающие из занавесок на окнах светили мне прямо в глаза.

Сладко потянувшись и зевнув, я посмотрела в потолок, обдумывая сегодняшний день. Отец решил устроить вечеринку и пригласить на неё важных людей. На этот раз мне придется на неё пойти.

Все разы, когда он устраивал вечеринки, я ни разу не ходила. Во-первых, мне было не интересно видеть как мой отец и мама подлизываються ко всем присутствующим, во-вторых, они и сами не горели желанием, чтобы я ходила с ними, ведь у них на это есть их любимый сыночек, Альберт.

Альберт мой старший брат. Ему 22 и с самого детства, его любили больше чем меня. Скорее, меня даже вообще не любили. Я это уже давно приняла и смирилась, теперь мне все равно, мне любовь этих людей не нужна

Я не знаю, почему они меня не любят с самого детства. Что им мог сделать обычный ребенок? Они сами мне говорили, что не планировали второго ребёнка. Одним словом, я не желанный ребёнок. Видимо в этом и причина.

Впрочем, сегодня пойти на их вечеринку они меня заставили, ведь, какой то их друг, Саймон Тайт, хочет так же быть знаком с их дочерью и якобы хотел меня увидеть.

Зачем я ему здалась?

Задала я такой вопрос родителям и в ответ получила нотацию, какая я не благодарная и что в этом доме я не смею задавать подобные вопросы.

Как же они меня бесят, побыстрее бы съехать от них и забыть о них навсегда.

Первым делом я пошла в душ. Сделала утреннюю рутину, переоделась, заправила кровать и спустилась на кухню.

Зайдя, я увидела, что моя семейка уже завтракала.

Конечно, зачем же меня звать завтракать?

Я молча села за стол к ним, наложила себе в тарелку несколько блинов, приготовленные нашей поварихой, полила их мёдом и налила себе в чашку чай.

— доброе утро уже не нужно говорить своим родителям? — спросил с недовольством отец

— доброе утро. — ответила я сухо

Отец немного помолчал, но я знала, что если не выслушаю какую то нотацию от них утром, это будут не они.

— надеюсь ты помнишь о сегодняшней вечеринке. Оденься красиво и веди себя прилично. Посмеешь кому то огрызнутся, язык оторву и скормлю собакам. Ты меня поняла? — спросил отец, хмуро смотря на меня

— поняла — пробубнела я смотря в свою тарелку. По коже пробежались мурашки, а в голове пронеслось " иди нахрен ", но озвучивать свои мысли я не стала. Боюсь, потом нужно будет закрашивать потом синяки.

Больше со мной не разговаривали за столом.

После завтрака, я сразу же направилась в свою спальню, чтобы ни слышать, ни видеть свою семейку.

Там я пробыла аж до вечера, занимаясь своими делами. Обед я пропустила. В горло ничего не лезло.

Вечеринка будет на 8, сейчас было пять, уже можно начинать собираться.

Первым делом я села за макияж.

Акцент в макияже у меня шел на губы, их я накрасила красной помадой, под цвет своего платья.

После этого, я приступила к волосам. Заморачиваться сильно я не стала и просто плойкой закрутила немного концы волос, чтобы они были немного волнистые.

Уже было 19:34, я как раз успевала. Надела я свое бордовое платье в пол, облегающее, подчёркивающие мою фигуру.

На спине был вырез, а так же, был разрез от пола, к бедру.

Надела несколько браслетов, кольцо, серёжки, сумочку, надела бордовые туфли на шпильках и я была готова.

Ехать пришлось с родителями в одной машине.

По приезде, на часах уже было  19:57, как раз вовремя.

Отец сразу же побежал вместе с Альбертом встречать гостей, а я пошла внутрь здания за мамой.

Внутри всё выглядело превосходно. Все блестело, как будто бы здесь все натирали тряпочкой. Большая шикарная люстра, в зале стояли маленькие столики, где стояли закуски и алкоголь. По залу метались официанты, предлагая гостям в шикарных платьях и костюмах напитки.

Долго ждать прихода друга родителей не пришлось. К нам с мамой подошёл отец, Альберт и мужчина средних лет.

— здравствуйте дамы — поздоровался тот

— здравствуй Саймон — поздоровалась сразу же мама, протягивая ему руку. Тот берет её и целует ей руку

Фу

— здравствуйте — сдержано здроваюсь и я

Этот ублюдок переводит взгляд на меня и расплывается в ещё большей улыбке

Сам берет мою руку и целует мне руку

Я сейчас блевану

— здравствуйте, прекрасная миледи. Давно хотел познакомиться с вами. Меня зовут Саймон — представляется тот.

Я вижу как его взгляд пробегается по моей фигуре и мне сразу же становится противно от него.

— Вивьен — представилась и я. Саймон все ещё держал мою руку, поэтому я сама её забрала

— Вы такая красивая. Вы затмите здесь всех девушек — сказал Саймон, сально ухмыляясь

Его взгляд оценивающий. Взглядом он раздевает меня, от чего мне противно и хочется как можно быстрее сбежать отсюда.

Это уже педофилия. Мне 19, а этому старику уже явно за пятьдесят.

Ему бы уже на пенсию, а не на девиц засматриваться.

— благодарю. — сказала я вынуждено, но не искренне.

Хотелось уже побыстрее сбежать отсюда, поэтому, уже зная, что получу дома за это выговор, решаю уйти.

— вы тут веселитесь, а я отлучусь не надолго. Хорошего вам вечера — сказала я натянуто улыбнувшись и уже почувствовала грозный взгляд отца.

Не дожидаясь ответа Саймона Тайта я быстро ухожу от них.

Пол вечера я болталась по залу, надеясь не пересечься с Саймоном, потому что мне было даже противно находится возле него. Поэтому, я постоянно ходила от одного места к другому, скучающе рассматривая гостей. Несколько раз ещё побеседовала с знакомыми отца, которых я когда то видела.

Чуть позже, меня нашел отец

— ты что себе позволяешь? Я что тебе говорил дома? Решила показать свой характер? — буквально прошипел отец, хмуро смотря на меня, но говорил он тихо, потому что боялся, что кто то его услышит.

— он мне просто был не приятен. — ответила я честно

— ах, не приятен, да? Когда бьют, значит приятней? — сказал с угрозой отец. Я сразу поняла, что по приезде домой, я не только получу выговор а и в прямом смысле получу.

Я промолчала смотря в пол, не знала, что на это ответить. По спине пробежались неприятные мурашки от его грозного тона.

Я держалась, ведь знала, что если буду огрызаться, будет намного хуже

Отец схватил меня за локоть, больно сжимая. Притянув меня к себе, он сказал мне тихо и грозно на ухо:

— значит так. Если ещё хоть раз за сегодня опозоришь меня, я тебе твой язык отрежу и засуну тебе в рот. Может тогда поймёшь, как правильно разговаривать.

Больше ничего не говоря, он убрал свою руку и ушел от меня.

Ублюдок, ненавижу его.

Больше я старалась не попадаться своей семейке на глаза.

Ближе к десяти, неожиданно выключился свет. Это меня удивило, ведь отец бы точно такой ошибки не допустил. Видимо, после этого он прикончит человека, кто отвечает за освещение.

От этой мысли по телу пробежались мурашки. Никогда не любила расправы над человеком и считала это ужасным. Но к сожелению, я родилась в семье мафии.

Возможно родители ещё и не любят меня за то, что я слабая на этот счёт. От одного вида крови становится плохо.

Свет включился уже через одну - две минуты. Отец пошел на сцену, взял микрофон и стал извиняться перед гостями.

Какая мерзость, подлизываеться к своим гостям.

Я почувствовала на себе чей то тежелый взгляд. От него у меня пробежались мурашки по коже.

Только бы не Саймон Тайт.

Переводя взгляд на гостей, стала искать глазами, кто смотрит на меня.

К счастью, это был не Саймон, а какой то мужчина, лет 30. Он смотрел прямо на меня, через такое большое расстояние. Как будто бы заглядывал мне в душу.

Мы смотрели друг на друга секунд три, после чего, он слился с толпой.

Но я успела снова найти его глазами и то, что я увидела повергло меня в шок...

Он стоял ссади Тайта. В руках я увидела пистолет у затылка Саймона Тайта.

Выстрел.

Гости начали бегать по залу.

Шум

Выстрелы

Истерические крики

Последние крики людей

Сердце сжалось от страха. Все пытались куда то спрятаться, но и не добегали к укрытию, как падали на пол, стонали от боли и навсегда засыпали.

Тошнота подобралась к горлу, видя мертвых людей.

Мне было очень страшно

Хотелось плакать. Мне стало тяжело дышать из за страха. Все тело дрожало.

Я быстро скинула свои туфли, чтобы они не мешали мне бежать, подняла подол платья, чтобы не мешалось под ногами и побежала.

Я не знала куда бежать, что мне делать, куда прятаться.

Повсюду были выстрелы, перестрелки.

Один из столов, на котором были ещё недавно закуски, лежал перевёрнутый. Я быстро побежала к нему

Поскользнувшись в луже крови какого то человека, со слезами на глазах я быстро доползла к столу, прижалась спиной к нему и задержала дыхание, приложив дрожащие руки к груди, слыша свое громкое сердцебиение.

Выстрелы продолжались, как и громкие вопли людей

Рвота стояла в горле, видя свои ноги в крови другого человека.

Я услышала, тежелые шаги возле себя. Повернув голову, я увидела того мужчину, который выстрелил в голову Тайту.

Я думала, что это мой конец.

Он наклонился ко мне, схватил за талию и поднял меня, как будто бы я ничего не вешу.

Он закинул меня себе на плечо и стал нести меня куда то, переводчески стреляя куда то.

Криков стало намного меньше.

Я стала кричать и бить его по спине

— отпусти! Отпусти меня! — кричала я и голос предательски дрожал

Он не слушал меня и просто нес.

Я подняла голову и увидев много людей лежащих на полу а рядом с ними лужи крови. А ещё пять минут назад, этот пол блестел от его чистоты...

В ушах зашумело. Голова закружилась

Секунда и я чувствую как мое тело ослабевает и я теряю сознание, от вида мертвых людей, лежащих в крови.