Арка V скорбная поэзия врача

Некроманту было всё равно что говорил, его противник, стоявший прямо перед ним, ведь, как врач раньше он попросту отказывался верить в то что судьба вообще существует, и даже когда его пациенты умирали рано или поздно, бледный похожий на скелет некромант, не хотел верить в предопределение. Он считал, что судьбе можно бросить вызов и изменить ее, как это всегда делали врачи и как собирался поступить он, поэтому после того, как он услышал от подростка фразу о судьбе, то отозвал прочь свои скелеты оставив только своё духовное оружие, свою косу, на которой красовался скелет с пробитым черепом, тот самый который он ласково называл Элайджа.

- Ты сражаешься ради друга и за свою судьбу...- только мрачно констатировал факт некромант, и скелет внезапно начал приобретать довольно-таки человеческие очертания, превратившись в симпатичную девушку-призрака с фарфоровым, как у куклы личиком и некромант только мрачно и скорбно произнёс: - Это моя возлюбленная Элайджа. И ради неё я готов бросить вызов судьбе, что нас разлучила.

Пей Мин только услышав это загорелся с новым энтузиазмом, в попытках уже узнать не только исход этой битвы, но, а также и историю человека, что довёл себя до состояния скелета, только, чтобы воскресить свою любовь из мертвых, ведь генерал, всегда имел некую слабость к любовным историям, особенно таким трагичным и таким романтичным.

Йо был слегка обескуражен, он никак не ожидал, что дух, который помогает некроманту, как духовное оружие будет, не просто рандомный скелет, а родной человек для Фауста, девушка в чьих глазах читалась полная пустота и безразличие, которое заставило юного полубога почувствовать невероятную боль, ведь он отлично считал, что девушка явно не желала, для себя такой участи, не желала быть слугой для человека, которого она так любила и испытав настоящую злость он со слезами на глазах чуть дрожащим голосом спросил:

- Если уж тебе она настолько дорога...- после чего перейдя на крик чётко вычеканил словно его язык был наковальней: - ТАК ЗАЧЕМ ТЫ ЕЁ ТАК МУЧАЕШЬ?

Искренне не понимая, что имеет в виду мальчишка, некромант слегка оторопев сделал два шага назад, ведь он и вправду искренне любил свою погибшую возлюбленную и хотел быть с ней всегда, полагая, что и она разделяла его желание, что они и вправду были счастливы, хотя в глубине души он знал, что это далеко не так, знал, что Элайджа давно была всего лишь безмолвным призраком, чья воля была полностью подавлена и чье существование было лишь иллюзией, именно поэтому он и хотел стать Богом, чтобы повернуть время вспять и вырвать её из лап такой несправедливой, но судьбоносной смерти.

- Мучаю? Маленьким мальчишкам вроде тебя этого не понять! - только продолжал отрицать очевидное Фауст, и не понимать от чего слова по сути полуживого мальчишки так его задели, после чего смеясь, пытаясь задеть своего противника за живое, чтобы снова вывести из себя, произнёс: - И не тебе сын демона меня судить!

Юный полубог, глядя на своего врага демоническими глазами, то и дело пытался сдержать свою ярость, упоминание об его отце с таким пренебрежением всегда вызывало в нём бурю эмоций, ведь он знал, что многие духи и люди полагали, что если его отец демон, то значит градоначальник Хуа не умеет искренне любить. Хотя это было далеко, не так, и видя с самого детства, как родители любили друг друга, уже, по факту, юноша отлично понимал, чем настоящая любовь отличается от её жалкой имитации, которую он лицезрел прямо пред собой. Нет, Йо отлично мог поверить, что Фауст и вправду любил давно умершую медсестру, стоящую прямо перед ним, однако он своими глазами видел, что подобная любовь или даже скорее одержимость была, словно односторонней.

- Именно потому что мой отец князь демонов, я и знаю, что такое любовь! - голосом полной злости произнёс он, отлично понимая, как ненависть и ярость истощают его духовные силы, учитывая тот факт, что он почти израсходовал всю свою тёмную ци и что если не окончить бои в скором времени, то и ему может понадобиться медицинская помощь.

Некромант же только усмехнувшись только направил против юноши свою возлюбленную, в попытках доказать самому себе, что его борьба не напрасна и что Элайджа, та самая его возлюбленная в которой он души не чает, искренне сражается за него желая того же, что и он, и с каждым ударом по уже измотанному подростку, он чувствовал себя победителем, после чего скучающим голосом подойдя к юному полубогу, что без сил пытался встать, ехидно и холодно говорил:

- Какая досада! Будь ты каким-нибудь воскрешенным, я возможно бы даже предложил бы тебе сотрудничество...

На что, встав подросток, лишь оттирая кровь с царапины на своей щеке, что мигом заросла, ненавистно ответил:

- Я никогда не прощаю тех, для кого духи всего лишь вещи!

Фауст, управляя своей "фарфоровой куклой", только апатично и скорбно вздохнул:

- Ты ещё ребёнок, чтобы понять мои чувства! - после чего снова и снова наносил увечья нерадивому подростку, после чего призадумавшись дополнил: - Однако, это очень интересно, как твоим родителям удалось из мёртвого создать живое!?

И это было абсолютной правдой, ведь будучи некромантом, бывший врач отлично знал, что демоны по сути своей были не живыми людьми, а их тела были не более, чем материальной оболочкой их душ, которая без их сил попросту растворялась, а это значит, что подобное тело было просто не способно дать жизнь, если только не божественная помощь. Отчего ему было весьма любопытно, как мальчишка подобный Йо, может вообще в принципе существовать.

Продолжая сражаться с Элайджей, Йо уже с трудом отбивая удар за ударом, только яростно огрызнулся:

- Даже если бы, я хотел, всё равно не сказал бы, это такому человеку как ты! - ощущая с каждым ударом огромную ярость подросток, всё сильнее истощал свои духовные силы.

- Пусть ты и демон! Но управлять своей призрачной энергией ты не можешь, чтобы даже и пальцем задеть мою драгоценную Элайджу. - насмехался некромант, касаясь своего оружия за ключицу, пока девушка дух, могла только смотреть стеклянными глазами, словно в никуда, ведь она не чувствовала ничего, и словно кукла была способна выполнять указания своего хозяина, даже не понимая, что происходит.

Йо, видя подобную неприятную картину, только собирался встать, чтобы дать отпор, но внезапно почувствовал боль в области груди.

" Черт! Этот гад сломал мне рёбра! " - догадался юноша после чего подумав, что сейчас бы ему, явно бы не помешала помощь, какой-нибудь призрачной бабочки, чтобы исцелиться и продолжить сражение, и сконцентрировав свои последние остатки чёрной ци, он попытался позвать на помощь этих призрачных созданий, ощущая, как с каждой новой попыткой, как его божественные силы источаются словно песок.

Наблюдающие за этой битвой Боги и девушка подросток, явно не могли предугадать что может произойти в следующий момент, даже Пей Мин, который изначально был на всё сто процентов уверен в искренней победе своего подопечного, только мог ухмыльнувшись саркастично озвучить вслух свои мысли:

- На этот раз ЛинВень ты просчиталась. - он искренне был рад тому, что хоть, где-то за последние несколько недель, что он находиться среди людей, девушка наконец-то могла ошибиться, пусть даже это была бы и богиня литературы. Однако вместе с этим пришло и осознание, что он вовсе не желал поражение юному полукровке, сыну Бога и демона, и он снова только нахмурился искренне, волнуясь за юношу, пока Анна только холодно не фыркнула:

- Порой поражение помогает ещё больше чем победа. - сказала она, понимая, что если Йо проиграет, то для его судьбы это будет не так уж критично, ведь её парню, судя по его звёздам, просто предначертано стать Богом, а значит одно поражение, наоборот может помочь, такому раздолбаю, как младший принц взять себя в руки и начать использовать всё свои силы на максимум. - Что не убивает, делает сильнее.

Ужаснувшись, с каким хладнокровием юная девушка говорила это, Пей Мин даже слегка немного побледнел, жалея своего подопечного за то, что ему досталась такая возлюбленная, абсолютно не обращая внимание на битву.

Не взирая на свои раны, Йо только встал и сдерживая всю свою боль в ехидной манере, князя демонов произнес:

- Игры в куклы закончились, Фауст номер восемь!

И не успел, некромант опомниться, как на него и его возлюбленную тут же налетел рой прекрасных призрачных бабочек, при виде которых вся троица, что наблюдала за битвой, пока смертный парнишка снова потерял сознание, в ужасе только замерла, отлично зная на что способны на вид такие милые прелестницы.

Но даже находясь в окружении смертоносных бабочек, впавший в ярость некромант, только воскликнул:

- НЕ СМЕЙ НАЗЫВАТЬ МОЮ ДРАГОЦЕННУЮ ЭЛАЙДЖУ КУКЛОЙ ЖАЛКИЙ ПОЛУКРОВКА!!!

Сказать, что подобная фраза вывела Фауста из колеи, было бы слишком просто и легко, нет он в прямом смысле ощутил, как вся его боль словно бы поднялась из глубин его души и начала его терзать наподобие этих бабочек, которыми так не умело управлял юный демон.

Но Йо только пытаясь всеми силами управиться с контролем над существами, которыми он раньше никогда не управлял, однако он прекрасно знал, что разозлив некроманта, в прямом смысле, обнажив правду, о взаимоотношениях некроманта и его рабыни, он заставил Фауста потерять контроль над тёмной ци, что было большим подспорьем для полудемона, благодаря которому его противник и не мог отбиться от роя бабочек, что причиняли боль в основном самому некроманту, который продолжая отбиваться, только яростно выкрикнул:

- МЕРЗКИЙ ПОЛУКРОВКА! КАК У ТЕБЯ ЯЗЫК ПОВЕРНУЛСЯ ГОВОРИТЬ ТАКИЕ ОСКОРБЛЕНИЯ В АДРЕС МОЕЙ ВОЗЛЮБЛЕННОЙ???!!!

На что, усмехнувшись Йо, только подметил:

- Это ты ещё моего дядю не слышал! Вот он и впрямь оскорбляет как сапожник! - холодно говорил мальчишка, после чего его тёмная сила иссякла и бабочки наконец-то перестали атаковать некроманта, после чего, обладая частицей воли своего истинного хозяина градоначальника Хуа, окружили младшего сына непревзойдённого и начали исцелять бедного и измотанного парнишку, чьи силы истекали с каждой считанной секундой и находясь в подобном обессиленном состоянии он только ответил:

- Я чувствовал твою скорбь и боль... - говорил подросток, явно зная, о чем он говорит, ведь он и вправду, когда потерял контроль над своей духовной силой сумел почувствовать скорбь некроманта, который словно бы и не жил, поэтому он без тени сомнений уверенно встал и произнёс: - Именно поэтому я считаю подобные действия лишь притворством. Довольно этих игр в куклы, Фауст!

На что, обезумев от своего горя, не зная куда себя деть бывший врач только крикнул:

- ДА ЧТО ВООБЩЕ ТЫ МОЖЕШЬ ПОНЯТЬ? МОЯ ЭЛАЙДЖА! ТЫ ХОТЬ ЗНАЕШЬ КАКОГО МНЕ БЫЛО ЕЁ ПОТЕРЯТЬ? НЕЧИСТЬ!

Кричал без умолку, явно находясь уже на грани восприятия сознания противник, ощущая, как снова его скорбь и боль разъедали его тело, словно опарыши, а сам он чувствовал такую боль, словно это в его голове уже который год была пуля. Пуля под названием воспоминания, о которых он в порыве своего безумия и поведал, явно не в силах сдержать свои слезы:

- Мы с ней познакомились ещё детьми, и её улыбка всегда грела мою душу, и ради неё, ради того чтобы излечить её от болезни я и стал врачом. - после чего утирая слезы он только обессиленно упал, позвав к себе призрака и начал её гладить по голове, как бы успокаиваясь - Мне удалось вылечить её, мы открыли небольшую больницу и были счастливы! - после чего девушка дух по мысленному приказу некроманта смиренно ушла, а Фауст только убитый горем ответил: - человеческие тела настолько хрупки, неизвестный застелил её в ту ночь, когда больница была только открыта, та которую я любил больше жизни... - и наконец-то оправившись от печальных воспоминаний некромант только уверенно встал и произнёс: - Поэтому я и стану Богом! - после чего обратился к стоящей впереди себя девушке-духу: - Я верну тебя Элайджа!

Генерал, слушая подобную историю, лишь невольно зевнул:

- Ах, я думал это будет история поинтересней, а тут оказывается история Наньяна на новый лад. - только констатировал Мингуан явно разочаровавшись в рассказе некроманта, понимая, что никому ещё не удавалось переплюнуть чувства и историю родителей юного мальчика-феномена.

- Ясно, однако подобная жизнь не имеет смысла, ведь любому пиршеству рано или поздно приходит конец. И победить смерть всё равно, что не жить вовсе! - только оправившись от ранений произнёс младший из принцев, когда бабочки его отца благополучно улетели, ведь управлять ими он уже не мог, и уверенно встав он снова направил свой меч на некроманта отлично понимая, что это его последний шанс и что он либо победит, либо проиграет и переживёт пусть и временную, но всё же смерть, однако юный полубог был готов пойти на это, ради того во что он верил.