Глава 2. У нас с тобой выигравших нет.

Вечерняя тишина легла на кампус как мягкое покрывало. Сквозь приоткрытое окно в комнату доносился шелест деревьев, усыпленных осенью, и запах мокрой от дождя земли. Демитра листала учебник, но поглядывала на Элси. Та лежала на кровати м глядела в потолок так, будто найдет там ответы.

– Ты не ешь,- Заметила Деми.– Я не голодна. – Ты молчишь.– Я думаю.

Демитра закрыла книгу, поджала ноги под себя и облокотилась на подушку.– Давай, говори. Я же знаю - у тебя внутри сейчас хаос.

Я помолчала ещё немного, потом села, и, не глядя на подругу, тихо начала:

– Он был там, в кабинете. Сидел, будто всегда там был. Как будто не было всех тех лет. Всех обещаний. Всех слов.

Деми не отвечала. Она знала: сейчас нельзя перебивать.

– Он посмотрел на меня,– продолжила я, – и.. ничего. Ни узнавания, ни замешательства. Просто кивок. Как будто я ему никто. Как будто мы не делили один плед на двоих, пока шёл дождь. Как будто он не держал мою ладонь, пока у меня вырывали занозу, и не говорил: «Держись, Эл. Ты смелая. Как лев».

— «Ты когда нибудь летала?»–спрашивал он, лежа на траве и глядя в облака. — «Во сне - да. В жизни - нет».— «А хочешь? Я построю тебе крылья».– «Из чего?» – смеялась девочка.– «Из дружбы и клея. Должно получиться»

Я провела пальцем по подоконнику.– Не знаю, чего я ожидала. Что он вскочит? Подбежит? Нет. Наверное, просто.. чтобы он вспомнил. Хоть что-нибудь. Но он не вспомнил.

– Или притворился,— тихо сказала Демитра.

Я посмотрела на неё. Мой взгляд был явно уставшим.– Это, знаешь, даже хуже. Притворство - значит, внутри он всё еще помнит. Но решил: пусть умрёт. Пусть исчезнет. Пусть я буду никем.

«Ты навсегда останешься моей лучшей подругой. Даже если мы вырастем».«Ты тоже. Даже если ты станешь каким-нибудь занудным взрослым дядькой». Смех. Объятия. Последний день рождения, который они отметили вместе.

— Он не улыбнулся, не моргнул, даже бровью не повёл! Просто.. сидел. А потом сказал: «Прости, мы знакомы?» – чужим голосом. Без тепла. Без тени воспоминаний.

– Эл,– позвала меня Деми. – А ты точно хочешь вернуть всё это?

Я закрыла глаза.

— Я не знаю. Я просто хочу понять. Почему? Мы же были.. Мы были как дом. Пусть странный, детский, но дом. А он ушел, будто вышел на улицу и не захотел вернуться.

Он держал её за руку, пока они шли через овраг. Маленькие, испачканные, с ободранными коленками, они пели песенку про лето и волшебников. – «Эл, если я когда-нибудь забуду тебя, ударь меня посильнее».

Я улыбнулась сквозь горечь. — Знаешь, что обидно, Деми?

– Что?

– Он не просто забыл меня. Он стёр себя из нас.

Демитра потянулась, накрыла мою ладонь своей. – Тогда сделай наоборот. Встань с утра, надень ту самую кофточку в которой ты просто огонь. Смотри ему в глаза. И пусть он сам захочет вспомнить! А если не захочет – его потери будут куда больше, чем твои.

Я чуть кивнула.

– Может быть, я и в правду выросла. И больше не хочу строить крылья из клея. Но я всё ещё умею летать. Даже одна.