46. Трапеза с Темным.

В шатре стало тихо. Только полешки тонко попискивали в очаге. Всхлипнув еще пару раз, я вытерла слезы и подняла взгляд. Микарт, замерев, стоял у выхода, и сверлил меня взглядом.

- Это ты спасла меня? – низкий, словно набат, голос ударил в грудь.

- Я! Я спасла тебя! И теперь жалею! – сорвалась я на крик.

А Темный стоял и смотрел, как я плачу.

- Я есть хочу, - всхлипнула я, в очередной раз скрываясь под покрывалом, словно черепаха в панцирь.

Внезапно Микарт сорвался с места, в секунду оказался передо мной и порывисто обнял. Задохнувшись от крепкий объятий, от неожиданности, от неверия в случившееся, я молча открывала и закрывала рот.

- Спасибо тебе, Вирай, - коротко произнес маг, и так же скоро, как обнимал, отстранился и направился к выходу.

- Господи, - выдохнула я, - и надо было так долго трепать нервы?

- Я не привык проявлять слабость, - отозвался Темный, стоя уже на выходе.

- Это не слабость, Микарт, а учтивость, - покачала я головой. – Еще ни разу никто не обвинил человека благодарного за свое спасение в слабохарактерности...

Вместо ответа Микарт с силой дернул полог, закрывая за собой проход в шатер. Я осталась одна.

В состоянии безмыслия долго просидеть я не смогла. Вот ведь интересно, что за муха укусила Микарта? Чего он так взъелся на меня? Ну, предсказание, ну, подумаешь, судьба у него изменится... Но ведь это так абстрактно – «изменится судьба»... Да у меня судьба каждый день менялась по сотни раз: то начальство накричит – удавиться хочется, то сессия на носу – заливаешь горе и усталость спиртным и приключения, как из рога изобилия по голове... Да просто на улицу вышел, птичка тебе на плече отметилась – уже изменилась судьба! А этот, что? Знал все свою жизнь наперед, а теперь вот я пришла и все – конец счастливому беззаботному существованию? Откуда он знает, что без меня было бы намного лучше?

Блин, надо будет у него спросить...

И вот, про волка обмолвка: полог шатра откинулся, и вовнутрь вошел, поклонившись, Темный. В его руках пыхтел горшочек, казалось, даже крышечка подпрыгивает.

Моя одежда высохнуть еще не успела, а кушать, завернувшись в толстое одеяло, не очень удобно. Да к тому же, и Микарт не собирался уходить. Поставил подле очага два горшочка и скрученный в трубочку тонкий лист лаваша.

- Микарт, - максимально холодно обратилась я к магу – тот вскинул голову, - у тебя есть запасная рубашка? Моя еще не высохла.

На миг взгляд красавчика стал отрешенным, а затем вновь сфокусировался на мне.

- Запасной нет, - Темный поднялся, сбросил куртку, - мою наденешь?

Я вздохнула, отведя глаза:

- Да, давай.

В сторону полетела кожанка, за ней – жилетка. Я намерено не поворачивала головы. Уж слишком живы были воспоминания о ночи в башне, да еще наслоились на неудачное пробуждение в одной постели с Кильваром, а еще недавний всплеск адреналина... Не стоило рисковать. Я же не каменная...

Перед носом замаячила белая ткань, потянуло приятным терпким запахом. Коротко кивнув, но так и не повернув головы, я приняла одежду и забралась под одеяло.

Рубашка, конечно же, была мне велика. Но я так всегда любила: надену специально купленную на несколько размеров больше матроску, или достану из закромов некогда связанный мамой модный в девяностые годы свитер, натяну на почти голое тело, еще гольфы, так, чтобы колени закрывали, и дефилирую по квартире. И просто, и удобно, и приятно.

Вот и сейчас, выбравшись из-под одеял, не закатывая, натянула рукава на предплечья, и, накинув на голые ноги пледик, уселась по-турецки, завладев одним из горшочков.

- А вилок нет, что ли? – насупившись, спросила у мага. Не люблю кашу ложкой кушать.

Микарт, похоже, хотел сказать что-то обидное, даже раскраснелся... Вот, почему-то моя нагота его не смущает, а по поводу отсутствия вилки, страдает и пятнами покрывается.

- Держи, - отвлек меня от наблюдений, протягивая руку – на ладони лежал трезубец.

- У какой лошадки расческу спёр? – пошутила я, выхватывая столовый прибор.

Темный не понял шутки сразу, прищурился, решая, как бы на этот раз побольнее укусить, а затем расслабился.

- Приятного аппетита.

Я аж поперхнулась. Уставилась на мага, часто моргая.

Как там говорят? Что-то в лесу подохло?

Никто из нас не спешил закончить трапезу. Оба понимали, что поговорить надо, но распределить роли задающего вопросы и отвечающего на них еще не успели.

Блюдо было вкусным, хоть и чересчур перченым, как по мне.

И стоило мне только набрать воздуха в легкие, чтобы выпросить воды, как Микарт поднялся, откинул шкуру и принял протянутый поднос.

- Чай, - коротко и ясно.

Поблагодарив за чуткое обслуживание, я взяла деревянный чурбачок и отодвинулась к стенке шатра, по дороге теряя покрывало. Потянулось было за ним, а затем плюнула, и просто протянула ноги к костру.

В шалаше было довольно уютно и достаточно тепло, чтобы не испытывать дискомфорта, будучи облаченной в минимальный набор одежды.

Моему примеру последовал и Микарт: отодвинулся от «стола», уперся спиной в стену из шкур и вытянул ноги. Правда, радиуса шатра не хватило, чтобы уместить длину ног Темного, поэтому маг переложил свои конечности, обутые, кстати, ближе к выходу. Хоть за это спасибо.

Молча отхлебывая из чашки, я следила за огнем. А затем мне стало интересно: вот, мы сидим тут, в тепле и уюте, а как же стражи? Они где сидят? Просто на улице? Неужели босс о них не позаботился?

Спрашивать не стала – снова вернулась к сознанию животных. Ах, вот оно как! Оказывается, шатров было несколько. Даже для лошадок успели навес соорудить.

- Что ты делаешь? – отвлек меня от созерцания строений Темный.

J#{'