2. 5 - Все, возможно, будет хорошо

Спасибо большое каждому.Ваши слова - моя мотивация!

***

Воспоминание первое. Три месяца спустя, после отъезда Евы из Чикаго. Примерное время: 01:00 am.

-Да не стану я это пить, - прикрикнула я.

-Ева, ты сидишь здесь уже второй месяц, как ни в себе. Ты же понимаешь, что если хочешь жить спокойно, с новой семьей, тебе нужно сдать все тесты, и принимать сраные лекарства! - в сотый раз повторяла толстая медсестра. У неё была противная короткая прическа с челкой ненатурального рыжего цвета, что не на шутку щекотало мои нервы.

-Просто дай мне покой! - откинулась я на койку. Сколько раз меня оставляют с ней один на один?

-Я повторяю еще раз, - внезапно, медсестра замахивается в мою сторону, и я не успеваю увильнуть от ее ладони, как оглушительный для меня удар раздается по всей комнате. Я медленно хватаюсь за свою горящую щеку, переводя взгляд на эту мразь, - проглоти таблетку, иначе я снова вколю тебе снотворное внутривенно, - угрожающе произносит она, приблизившись к моему лицу.

По началу я смотрю ей в глаза, пытаясь там что-то разглядеть, пока меня не озаряет луч просветления.

-Да ты же сама не в себе! - меня пробивает на смех, и в следующие секунды я хватаю с ее подноса ножницы, которые она забыла засунуть в чехол, и пнув ее со всей силы ногой к стене, она роняет свои таблетки, вместе с бумажной пачкой, в которой они лежали, и накинувшись на нее, я бью ее со всей силы по лицу кулаками, пока это мерзкое лицо не превратиться в кашу.

Эта медсестра уже даже и не пытается сопротивлятся, ее руки пытались скинуть меня еще в первые секунды, но чем больше я наношу ей телесных повреждений, тем слабее ее хватка в области моих ребер. Когда она из последних сил, с кряхтением и массой кровищи на лице замахивается на меня, попутно пытаясь скинуть меня с ее тела ногами, меня заливает словно новая волна агрессии. Я хватаю ножницы в руки, и со злостью царапаю ей шею с руками.Когда вся моя одежда, руки и лицо в тёплой крови, я провожу кистью по лицу, губам и с улыбкой позволяю мозгу осознать, что это реальность.

Что ты наделала?

Заткнись. Ты и так все знаешь.Мы всегда хотели этого.

-Твое время закончилось, - говорю я, обращаясь к этой заносчивой суке, - ты скучно отыграла свое время, - смеюсь я, вставая на ноги, - зачем ты уехала из Чикаго? Из-за тебя у нас будут сейчас проблемы.

В этот момент в мою темную палату, которая составляет всего-то ходячий метр на метр, врываются три или четыре санитара. А может их было и больше... Какая разница? Мои руки заломали за спину, и в следующие секунды я уже видела все в какой-то замедленной съемке. А все потому, что голос в моей голове кричал, отвлекая меня от происходящего.

Ты сумасшедшая. Ты просто сумасшедшая. Тебя нельзя выпускать вообще!

-Заткнись. Просто замолчи!

-Двойную дозу ей, - слышится у меня над головой среди других, остальных мужских голосов.

-Этой ебанашке тройную, чтобы проспала трое суток, - но, мой мозг настроен на совершенно другую стезю. Я пытаюсь отбросить голос, который что-то пытается до меня донести. У меня даже черепная коробка начинает раскалываться, из-за безумного потока мыслей.

-Я не больная. Это всегда была моя жизнь.

-Срочно, укол! - после того, как кто-то снова кидает новую фразу между людьми, которые связывают силой мои ноги и руки о ручки кровати, я чувствую сильную боль в области вен на сгибе локтя.

-Ау, блять, - кричу я, и снова пытаюсь вырваться из оков, в которые меня заточили. Нервные попытки выдернуть руки из чужой хватки не заканчиваются успехом, и я только спустя минуты две собственных криков понимаю, что уже давно никто меня и пальцем не трогает. Я уже прикована к кожаным наручникам, если их так можно назвать, пристёгнутая к кровати... И если бы не внезапный сон, который как сильнейший наркоз, начал отнимать силы с каждой конечности моего тела, я бы даже не заметила этого.

-Ты совершила кое-что очень плохое, крошка, - услышала я от врача, который стоял надо мной. Мои глаза уже начали слипаться, и я хотела отрубиться наплевав на то, что вся запачканная, и от меня несёт кровищей, но видимо, это никого и не смущало.

-Я... я не хотела, - вырывается из меня, и я из последних сил безжалостно корчу лицо отчаяния, ведь... это сказала не я, а она, и боюсь, что мне опять придётся впасть в кому, ведь эта мразь принимает что-то, что помогает адаптироваться от меня. Она хочет нормальной жизни, но зачем? Зачем ей это, если есть я - которая знает толк в развлечениях?

-Спи крепко, - произносит ещё кто-то, и я уже не в силах размышлять, роняю голову в левую сторону, и сон накрывает меня, словно тяжелым одеялом, которое накрывает меня с ног до головы.

***

Воспоминание второе. Спустя шесть недель после происшествия. Время: 12:00 amОт третьего лица.

Девушка сидела на койке, нервно державшись руками за матрас. Две худенькие ножки медленно качались в такт стрелы на часах, чей звук раздавался на всю комнату. Кроме неё здесь никого не было, поэтому создалась полная тишина, что даже можно было слышать, как неисправная лампочка отходит от кабеля. Ева выглядела на много лучше, чем вчера, позавчера и вообще за весь прошлый месяц. Наконец-то с чистыми волосами, свежей одеждой и даже присутствием легкого румянца на лице, она ждала, пока за ней зайдёт врач, и скажет, что делать дальше.

За стеной, буквально в нескольких метрах от неё, в соседнем кабинете доктора наркологической и психиатрической больницы - Мистера Лета, сидел вместе с ним Рик, который слегка нервничал, что никак не вписывалось в его стиль.

-Говорите уже как есть... - произнёс он, продолжая нервно теребить свой смартфон в руках.

- Мистер Блейк, с ней все хорошо, - сказал врач, поправляя свои окуляры на глазах.

-Я никогда не слышал точного определения этого её... дефекта. Вы можете...? - помахал он рукой, пытаясь вытянуть из себя же самого нужные слова.

-Естественно, - все понял Лето, - скажу вам как есть, многие наши врачи столкнулись с диссоциативным расстройством идентичности впервые. Такое явление встречается не часто, и только поэтому мы не сразу смогли адаптироваться с Евой. Однако, самое ярое проявление этой её сущности вы видели сами.

-Кстати, как сестра Джуди? - вдруг перебил Рик. Начинать слушать про то, что начинал втирать доктор про шизиков, было для него какой-то дикостью. Раньше о таком он даже и не задумывался, а сейчас, спустя время, он сидит уже не в первой специализированной больнице из-за своей дочери.

-Она уже дома, сидит все ещё на больничном. Кстати, благодарила вас за лечение в Швейцарии, - Лето коротко кивнул, вспоминая про большие деньги, которые были заплачены главврачу, работникам, санитарам и уборщикам за молчание о произошедшем, - мне уже известно, что Ева воспитывалась в неблагополучной среде, без вас, с матерью, если я прав? - Рик лишь кивнул головой, - ну вот, - пролистав медицинскую книгу пациентки ещё раз, он снова чиркнул что-то на одной из страниц, - тогда это расстройство точно стоит на какой-то из эмоциональных травм из детства. Повторяющееся экстремальное, физическое или эмоциональное насилие... точно скажет только Ева. Её не насиловали в глубоком детстве? До лет десяти?

-Нет, нет, что вы... - тяжело выдохнул мужчина, снова пряча свой телефон в карман пиджака. Уже в какой раз он его то достаёт, даже так и не включив ни разу, так и убирает.

-Тогда это связано с чём-то другим. Но, у меня есть ещё информация на этот счёт. Диссоциативное расстройство никак не связано с понятием шизофрения. У Евы так точно. Она уже больше месяца ежедневно подвергается когнитивной психотерапии и даже клиническому гипнозу. Ей прописаны антидепрессанты, они используются для облегчения неосознанной депрессии, и тревоги. В этом случае, знаете, чем меньше тревожит её сознание, тем больше она не задумывается о том, что внутри неё, возможно, есть какой-то ещё голос, которого она боится. Этот страх перед этим голосом - как привычка с детства. Может, сейчас она уже и не испытывает страха, так скажем, эту её несуществующую вторую личность, но мозг то помнит, что сильные крики из головы - значит нужно неосознанно бояться. Когда-то давно она приучила себя к тому, что не будет никогда одна... Пока что, это все, что я могу пояснить про её расстройство идентичности, но знаете, могу сказать, что не все потеряно. В истории есть случаи, когда у людей по их словам присутствуют более трёх-четырёх личностей, а уже к концу лечения, оказывается, что их более двенадцати...

-То есть, она может быть нормальной? - был перебит врач.

-Более чем. Пока это не разрастается в ещё больше «людей» в её голове, и это хорошо. Вам будет на этот год строго прописана медикаментозная терапия, - врач снова начал что-то писать уже на отдельном бланке, - это... препараты. Они не вылечат пациентку, даже не думайте, но они действительно помогут. Как ранее я уже сказал - тревога главный враг. Пусть принимает все по расписанию и в нужных количествах. Наш мозг умнее, чем мы можем даже представить, и при небольшой помощи извне, он посопутствует Еве. С вашим психотерапевтом вам будут выписаны также направления на отдельные семейные терапии. Это все должно помочь, и даже очень.

-Когда я смогу заняться её поступлением в колледж, и так далее? - задал свой главный вопрос Рик, с горем пополам дослушав тираду врача.

-Все зависит от процесса лечения и, конечно же, от самой Евы. Вы дочь любите?

-Конечно, - последовал уверенный ответ.

-Тогда мой вам совет, дайте ей хотя бы год. Пусть отдохнёт от суматохи. Она пролежала здесь почти пол года, если моя память меня не подводит, и то - это лишь начало пути. Она может либо пролететь по нему, и даже не заметить всей тяжести дороги, а может и наоборот... - не договорил мужчина, снова поправив свои очки, - сейчас вы её забираете домой чистейшей души ангелом. Она почти даже и не помнит про свое прибывание здесь, и это тоже хорошо, как бы странно не звучало, - улыбнулся он, наконец закончив с писаниной. Некоторые из документов уже были готовы, и именно сейчас были переданы Рику Блейку.

-Спасибо вам, - на последний раз сказал отец семейства, пожав руку врачу. Хотя, доктор и не нуждался в этих словах, если говорить по правде. Благодарность Блейка уже давно лежала в толстом белом конверте под столом у Мистера Лето, и он только с надменной улыбкой провожал взглядом бизнесмена.

Пройдя пару метров, Рик вошёл в дверь, за которой безмятежно продолжала сидеть его дочь. Девушка все ещё сидела в такой же позе, словно и не думала ни о чем. Хотя, скорее всего так и было. В последнее время её организм напичкан вдоль и поперёк таблетками, которые притупляют внимательность, бдительность, координацию, и многое другое.

Даже сейчас, когда нужно было бы вроде как среагировать на звук входящего Рика, Ева не сразу повернула голову в его сторону, продолжая внимательно изучать птиц за окном.

-Пора собираться... - когда взгляд сурового мужчины столкнулся с лицом девушки, он даже оцепенел. Рик часто видел слезы людей. Они были разной национальности, статуса, пола, возраста, отличались умственными способностями и мировоззрением, и ни на одни он не попадался, но в этот раз, чувства одолели его ледяной темперамент, - что случилось? - Ева не плакала, вовсе нет. Лишь в уголках её глаз скопились блестящие капли от слез, которые она и не собиралась выпускать наружу. Во взгляде читалась боль и беспомощность, при этом все было наикрасивейшим образом смешано с невинностью и неосознанием происходящего. Наверное, это и сразило Рика.

-Ничего, - тихо произнесла девушка, сразу же опустив взгляд вниз. Ей чтобы слезть с койки нужно было слегка спрыгнуть, чем она и попыталась заняться, но это плохо получилось, и она чуть было не упала на пол, если бы не вовремя схвативший её за руки Рик.

-Тебе плохо? Это из-за препаратов?

-Мне просто тяжело двигаться, - слезы на столько душили изнутри, что тяжелый ком застрял в горле, создавая неимоверную боль при каждом сказанном слове, из-за чего Ева перешла на шёпот.

-Так, давай я помогу, - взяв дочь под руку, они направились на выход. Уже стоя на прохладной улице, где свежий воздух продувал обоих, Ева села на ближайшую скамейку, даже и не став искать глазами очередную машину, на которой сегодня приехал Рик, - что с тобой?

-Я хочу домой, - грустно проговорила она.

-Я отвезу тебя в любой из своих домов, ты только сядь в машину, и прекрати меня пугать, - Рик сел рядом с дочерью, осматриваясь, не привлекают ли они лишнего внимания.

-Нет, я хочу именно к себе домой, - как-то грустно прозвучало от неё.

-Тебе жить среди прочего сброда комфортнее?

-Не-а, - тихо послышалось из её уст, после чего последовало медленное мотание головы. Ева подняла взгляд на мужчину, и тут уже можно было заметить, как слеза побежала по её щеке. Девушка быстро вытерла её рукавом от свитера, переводя взгляд куда-то на горизонт, - в том то и проблема - у меня нет дома, - поджав губы все ещё шептала она, - я везде чувствую себя ужасно.

Благо, время было раннее, и людей перед больницей было не так уж и много, что позволяло Рику услышать каждый тяжелый вздох, наполненный сожалением.

-Это же не правда, ты знаешь, - как-то даже растерянно ответил мужчина. Это первый, и возможно даже, последний раз, когда он снимает маску хладнокровия в рабочем амплуа.

-Я даже не помню ничего, - на выдохе проговорила она. Было видно, что она пустила ещё пару слезинок, но не более, - я не помню последние месяцы своей жизни...

-Это было лечение, и поверь мне, если бы оно не осуществилось, ты бы не помнила не последние месяцы жизни, а года! Года, понимаешь?

-Мне больно.

-Что болит?

На его ответ Ева лишь закрыла лицо руками, чувствуя надвигающуюся истерику. В голове лишь крутилась мысль: «не делай этого при нем. Поплачешь, когда останешься одна».

-Зачем ты меня забрал? - отчаянно послышалось от девушки.

-Не понимаю о чем ты.

-Все ты понимаешь, - более менее сдержав волну эмоций, она снова опустила взгляд, уже собираясь вставать и направляться к машине. Неважно. Ничто из этого не важно. Она обязана сейчас ехать домой к Рику, и пока не избавиться от этого креста, должна терпеть дискомфорт со стороны всей семьи, которая так её ненавидит.

Ноги не сумели так резко адаптироваться, и Ева снова чуть не столкнулась лицом с землёй.

-Так, давай, иди сюда, - приобняв девушку, Рик покрепче прижал её к себе. В последний раз он её обнимал, когда ей был год или два... - ты моя дочь, и не смотря на то, что у тебя есть дефект в виде этой дурацкой болезни, это не отменяет этого факта. У меня есть для тебя небольшой сюрприз.

-Сюрприз? - спустя несколько секунд переспросила девушка, продолжая волочиться вместе с отцом. Ей тоже был приятен их контакт, хоть сейчас она этого толком и не понимала. Любящих родителей у неё, считай, даже и не было никогда.

-Я купил тебе квартиру. Она оформлена на тебя, и ты... можешь жить там.

-Правда? - они дошли до машины, и Рик даже зная, что не любит возить кого-то с собой на переднем сидении, когда он сам за рулём, все равно открыл дверь пассажирского места, сажая туда Еву. Убедившись, что девушка не стукнулась ни головой, ни чем нибудь другим, он сложил её вещи в багажник, и поспешил сам сесть за руль.

-Правда. Я хотел отдать тебе ключи через месяц или два, когда ты сможешь отойти от своего прибывания в больнице, но если тебе плохо среди... Если тебе плохо у меня дома, то живи отдельно, - он вытащил ключи из бардачка машины, и под пристальным взглядом дочери отдал их ей, всучив в тёплую ладонь, - я бы провёл с тобой сегодняшний день, но вряд ли тебе этого захочется, поэтому я отвезу тебя туда, осмотришься, и я поеду.

-Все нормально, я бы... я бы хотела остаться с тобой, - медленно проговорила она, не отрываясь от пейзажа улицы, который менялся каждую секунду за окном.

-Серьезно? - сам удивил себя, Рик Блейк. Не то, чтобы он теперь был недоволен собой, а наоборот... Его лицо даже озарила секундная улыбка, пока Ева продолжала изучать здания вокруг.

-Да, я... Я не хочу оставаться наедине с собой, - вдруг повернулась она к нему, - Спасибо, - в последний раз шмыгнув носом, она тоже улыбнулась.