Глава 3.4. Проба пера

После уроков физкультуры Ками направилась к следующему кабинету, всё ещё ощущая слабую дрожь в руках. Нет, не от усталости, а скорее от необходимости снова оказаться в центре чужих взглядов. Школьные коридоры по-прежнему казались ей полем боя, где все пытались показать, кто здесь «король горы».

Когда она добралась до кабинета литературы, она заметила, что большинство учеников уже заняли свои места. Кабинет был уютным: полки, полные книг, мягкий свет от настольной лампы на столе учителя, и большая доска, исписанная кривыми строчками стихотворения.

— Ну что, мисс Ричардсон, готовы окунуться в мир великих мыслителей? — услышала она голос мистера Флэтчера, учителя литературы, который, как оказалось, был ещё более эксцентричным, чем его внешний вид.

Он носил вельветовый пиджак с заплатками на локтях и очки, которые, казалось, вот-вот свалятся с его носа.

— Окунуться? Боюсь, я не умею плавать, — ответила Ками, садясь за свободный столик у окна.

Её соседом по парте оказался тот самый Рик, который уже успел выделиться на физкультуре.— О, привет снова, баскетбольная легенда, — сказал он, устраиваясь поудобнее. — Надеюсь, ты в литературе лучше, чем в спорте.

— Надеюсь, у тебя чувство юмора лучше, чем твоя игра в защите, — парировала она, не отводя взгляда.

Занятие началось с анализа стихотворения. Мистер Флэтчер зачитал строки с таким чувством, будто каждое слово было его личной болью.

— «Ветер шепчет тайны прошлого, а мы… забытые путники». Что скажете, ребята? Как это можно понять?

Рик сразу же поднял руку.— Думаю, это про урок физкультуры: ветер — это наши крики, а мы — те самые путники, которые умирают от стыда на баскетбольной площадке.

Класс рассмеялся, а мистер Флэтчер лишь покачал головой.— Прекрасная интерпретация, мистер Хантер, но я надеюсь, что в вашей жизни есть место для более глубоких размышлений.

Ками сидела молча, глядя в окно. Стихи всегда вызывали у неё смешанные чувства. С одной стороны, она любила слова, которые могли выразить больше, чем иногда позволяют эмоции. С другой — она ненавидела, когда её заставляли находить в них то, чего там, возможно, и не было.

— А вы, мисс Ричардсон? Что думаете? — неожиданно обратился к ней учитель.

Ками ненавидела такие моменты. Её взгляд скользнул по строкам на доске, и она выдавила:— Это как… шёпот воспоминаний, которые мы хотим забыть, но они продолжают преследовать нас.

В кабинете повисла тишина. Даже Рик перестал ёрзать на стуле.— Неплохо, — кивнул мистер Флэтчер, и в его глазах появилась искра интереса. — Очень даже неплохо.

Ками чувствовала, как к её щекам приливает тепло. Она не была уверена, почему произнесла это, но знала, что это было искренне.

После урока, когда ученики начали расходиться, Рик обогнал её у выхода.— Эй, философ, может, ты не такая уж и скучная, как кажешься.

— А ты не такой умный, как пытаешься выглядеть, — ответила она, не удержавшись от усмешки.

Но внутри она чувствовала, что этот день стал чуть менее тягостным. Словно стихи, литература и даже это нелепое обсуждение дали ей крохотную искру, которая могла разгореться в нечто большее.