Вступление

Через мой прозрачный зонт можно было прекрасно разглядеть серое небо,полностью покрытое тучами. Было слегка неудобно,так как капли дождя,который с самого утра сопровождал меня, ударялись о материю защитного приспособления. Мне совершенно не хотелось опускать голову и смотреть туда,куда надо было. То, что происходило на данный момент не должно было случиться. Друзья отца,стоявшие недалеко от моей персоны, были настолько пустыми и неэмоциональными,что было неуместным в данной ситуации. Знакомые и подруги мамы ревели, не переставая. Никто не мог даже поверить в настоящее. Каждый придумывал себе лучшее, более красивое, великолепное настоящее. И в их настоящем не было никакой правды. Большее всего я сочувствовала отцу. Он,казалось, потерял весь собственный смысл жизни. Потеря самого важного,самого нужного,самого желанного человека-это и есть конец света. Тогда вам становится действительно всё равно. Желание пропадает, идея умирает, душа заканчивает жизнь самоубийством. Отец сидел на коленях,прикрыв лицо руками. От частых всхлипов и криков мне становилось дурно и нехорошо. Все чувствовали себя замкнуто,не знали что сказать. Всех смущала черная,настолько черная одежда, что в атмосфере присутствовала смерть,готовая вот-вот забрать каждого в свое царство мрака. А я даже не могла заплакать. Я просто смотрела в никуда. Я ничего не чувствовала:не слышала,не воспринимала,не желала. Сейчас я лишь вспоминала, погружаясь в свои утопии, где не было этого "сейчас". Ох, как же там было прекрасно. Просто великолепно,нет,даже замечательно.

-Анна,-мягкий голос прозвучал над моим ухом. Человек был довольно пожилым, и,увидев меня,лишь отрицательно покачал головой. В его глазах можно было разглядеть искреннее сожаление,смешанное со своеобразной болью. Я не имела понятия почему,но именно он запал мне в душу. Его слово,его единственное,черт возьми, слово,перенесли меня в ужасную реальность. Люди начали двигаться,медленно и не спеша перебирая ногами, да и спешить им,впрочем, было некуда. Каждый бросал горсть земли,добавляя какое-то свое словечко, якобы от души,хотя все прекрасно знали, что случившееся для многих не являлось каким-то большим событием,поэтому большинству было попросту всё равно. Мне так не хотелось делать тоже самое, предварительно знав, что придется. Все мое тело и душа находились совершенно в другом состоянии,лишь ноги постепенно и равномерно шагали вслед за остальными. Каблук проваливался в землю, тем самым затрудняя движения. А люди в тоже время,сказав что-то не очень разборчивое, прикрывали рот рукой,дабы избежать крик. Мужчины всячески пытались успокоить своих спутниц,которые уже слишком долго плакали и выглядели,сказать, не прям что очень привлекательно. Следы размазанной косметики были везде:их щеки были полностью черными, вся помада была вокруг губ, лицо опухло от длительного рёва. Отец все еще продолжал сидеть на месте.

Теплая рука человека,который все то время находился сзади, как бы напомнила мне о том, что настала моя очередь. И его тяжелый вздох тоже вроде был напутствием и намеком на то, что это рано или поздно придется сделать. Бросив землю, я открыла рот, чтобы сказать:"И пусть земля тебе будет прахом,моя любимая, моя сама прекрасная. Я искренне люблю и буду любить тебя всегда и вечно, ма...". Тут я уже не могла сдерживаться. Я до крови прикусила нижнюю губу,закрывая глаза,вздохнула,задыхаясь. Самое ужасное и отвратительное - хоронить собственного родителя,не чувствуя ничего.