06

𝕮𝖍𝖆𝖕𝖙𝖊𝖗 𝖘𝖎𝖝𝖙𝖍 "ℌ𝔢𝔩𝔭𝔩𝔢𝔰𝔰𝔫𝔢𝔰𝔰"

1756 год, ноябрь

Голова пульсировала. Даже думать больно. Она лежала на спине с закрытыми глазами и дрожала от холода. Руками попыталась ощупать пространство вокруг себя. Жесткая простыня и больше ничего. Пальцы затряслись от слабости.

Внутренности скручивались. Мышцы тянуло так, словно внутри ее плоти что-то копошилось.

Она хотела пить. Так сильно, что вложила последние крупицы владения телом в движение левой руки вверх. Ладонь задела что-то металлическое, что с грохотом упало. Лиэль больше ничего не могла сделать. Звон катающегося на полу предмета долбил по ушам, и девушке оставалось только терпеть и пытаться заснуть, чтобы ничего не чувствовать.

Она не знала сколько времени прошло, но теперь в комнате был кто-то еще. Холодная кожа чьей-то руки коснулась ее пылающего лба.

— Она не выживет. Слишком слаба, — говорила женщина, должно быть, в возрасте.

Эти слова были сказаны холодно и безразлично, как если бы речь шла о старой и никому ненужной кобыле.

Не выживет? Нет, не может быть. Слезы потекли по щекам Лиэль. Она не хочет умирать.

— Неужели она нас слышит? — заинтригованно прозвучал детский тонкий голосок.

Это Бастиан? Лиэль попыталась открыть глаза. Пространство вокруг было мутным от слез, от неясности разума. Два силуэта у ее постели. Больше Лиэль увидеть не успела.

Кто-то снова коснулся ее лба. Боль исчезла, наступила темнота.

***

Она почувствовала, что больше не спит. Конечности ломило, но не так сильно, как в прошлое пробуждение. Сразу же открыла глаза и зажмурилась от разнообразия материальных предметов. Слишком привыкла видеть только темноту.

Серые стены, пустые полки и шкафы. Необжито, но пыли совсем нет, - кто-то следит за порядком.

Посмотрела вниз на свое тело и поняла, что ей больше не холодно благодаря тонкому покрывалу. Слева от ее головы стоял деревянный столик на колнсиках, а на нем тряпка и железная миска с водой.

...вода?

Лиэль, лежа на боку, с трудом приняла полусидячее положение и дрожащими руками притянула посуду к себе, прижавшись губами к холодному краю. Вода стекала по ее подбородку и шее, вызывая мурашки от противоположной ее телу температуры. Теперь мысли легче сложить воедино. Она в чужом доме. Нужно выбираться и найти Бастиана.

Лиэль отбросила одеяло в сторону и обнаружила, что одета лишь в тонкую белую сорочку, ей ранее не принадлежавшую. Украшение с шеи также отсутствовало.

В комнате все еще царил полумрак. Она поставила ноги на пол и, опираясь о стену, медленно подошла к шторам во всю стену, касающихся пола. Схватилась руками и потянула. Ей открылся вид на лес с голыми деревьями. Пасмурное недружелюбное небо.

Из-за появившегося освещения карие глаза сразу заметили более светлые участки кожи на запястье, где недавно красовался укус... Как такое возможно? Уже шрамы?

Как она выжила? Те голоса... ей померещились? Почему вампиры не убили ее, а приняли, искуссно вылечили? Лиэль испугалась своих мыслей. Что они с ней сделали?

Холод вокруг отрезвил ее. Нужно действовать. Она медленно подошла к двери и без проблем покинула комнату. Ее встретил мрачный пустой коридор с золотыми канделябрами на стенах.

Тихо, как на охоте. И не трудно предположить, какую роль исполняет Лиэль, пока крадется все дальше и дальше от места своего пробуждения.

Портреты со стен смотрели ей в след своими высокомерными зелеными глазами. После коридора ее ожидала лестница, - большая и величественная. Лиэль не помнила, чтобы видела у кого-нибудь настолько королевскую роскошь, которая виднелась буквально в каждом элементе декора.

Багровые ковры покрывали ступени до основания лестницы. Черные перила сияли от чистоты. Холл был огромен, пол был выполнен в современном стиле, представляя из себя целую картину, выполненную в темных, неприветливых оттенках красного и черного. Лиэль мотнула головой. Сейчас не время любоваться. Тем более обиталищем страшного врага.

Она спешно спустилась по лестнице. И слева и справа были запертые высокие двери, но сейчас девушка жаждала открыть только главный выход. Она остановилась в центре рисунка на полу, прямо на солнце, вокруг которого и творилось действие картины - адская бойня между человекоподобными существами. Ноги будто примерзли к полу.

Тихий стук шагов привлек ее внимание. Она боялась обернуться, а потому рванула вперед. Но не сдвинулась с места. Холодный пот стек по ее виску, пока попытка пошевелиться раз за разом заканчивалась неудачей. Затем мышцы ее рук и ног болезненно сжались. Лиэль упала на колени и не по своей воле развернулась лицом к лестнице.

Молодой мужчина смотрел прямо на нее. Взгляд наполнен холодным жестоким интересом ученого перед подопытной крысой.

Он спускался по лестнице подобно коронованному, сцепив руки за спиной и держа осанку. Сияние обшитых золотом элементов его одежд привлекало внимание. Но не так, как глаза. Смертоносные, опасные. Как если бы он прокручивал в голове подробную сцену убийства Лиэль и все это отражалось в его зрачках.

Девушка обрела способность двигаться. Она хотела встать на ноги, чтобы не выглядеть настолько жалко, но тело не слушалось.

— Сидеть, — приказал он, плотно сжимая челюсти так, что под тонкой кожей проявились очертания желвак.

Команда для невоспитанного домашнего питомца, что не догадался вести себя разумно в присутствии хозяина.

Лиэль вдруг ощутила всю ту силу и власть, что он имел над ней. Она - человек, поживший и повидавший так мало. Он - могущественное существо, за спиной которого целые века, а на руках крови по локоть. Он может убить ее, высокомерно сверля взглядом, и даже не дрогнуть.

— Не сбежишь, никому не навредишь, — он говорил, остановившись у основания лестницы, — потому что я так хочу.

Острые черты его лица наводили на каждое сказанное им слово ядовитый эффект. Он внутренне смеялся над леди Лиэль О'Хара, что теперь жалко распласталась в его ногах.

— Отпустите меня... — ее голос был тих, и сама она не знала зачем говорит с ним. Страх сковывал сердце. Она хотела вырваться и бежать прочь, пока силы не покинут тело.

— Сначала умоляла спасти, теперь смеешь отказываться от своих слов? — на его лице блеснула издевательская ухмылка, — Или тебе подобным естественно принимать необдуманные решения?

Лиэль не знала, что должна сказать. Он спас ее. Но почему теперь она согласна даже на смерть, лишь бы не смотреть на него? Его холод мог убить.

— Если не хочешь быть растерзанной одним из представителей Булкович, то знай свое место и делай то, что говорят. Без головы братец тебя не узнает, верно? — он пилит взглядом ее сгорбившуюся фигуру, которая дрогнула при упоминании Бастиана.

Булкович? Те самые кровавые палачи, нагрянувшие в ее дом?

Девушка держала взор на своих коленях, контролировала желание разрыдаться от осознания своего положения. Но Бастиан... неужели это его голос она слышала? Ему помогли и не навредили? Зачем еще мужчина будет издеваться над ней упоминанием брата, если не для мотивации, что она сможет его увидеть?

В тишине к ней торопливо подошла женщина в чепчике служанки. Она грубо подняла ее на ноги и повела за собой, сжимая запястье со шрамом.

Лиэль единожды обернулась, но увидела только удаляющуюся спину хозяина поместья.

Лучше бы умерла.