Глава 27. Я изменила тебе

Встретить его взгляд оказалось тяжелее, чем я думала. Я словно окунулась в пылающее солнце и обожглась до костей. Таким требовательным и взволнованным был его взгляд.            И не зная, что ответить, как оправдаться, я решила промолчать.            — Как ты? Мне передали, что тебе становится лучше.            Ну, конечно, ему передали! Ведь всё это организовал он! Его врач, оплаченная палата, лечение и питание.

            Это злило. Ведь он не давал мне шанса оставаться безразличной к нему. Я не могла просто взять и забыть о нём, как и собиралась поступить, уезжая с пляжа.            — Хорошо, — ответила я, — Тебе не стоило делать всё это…            — Это мне решать, — строго ответил Адриан, прямо и уверенно смотря мне в глаза. Затем смягчился и подошёл ещё ближе, останавливаясь совсем рядом, — Я так беспокоился за тебя.            В моей душе всё вспыхнуло пожаром. Не стоило на него смотреть, но я не удержалась. Взглянула в его глаза и вновь почувствовала, как тону. Растворяюсь в этих нежных голубых глазах, что смотрели на меня сейчас с теплотой, лаской и тоской.            Да, он тоже читал меня, мои эмоции. Видел, как я реагирую на него. Поэтому с пониманием улыбнулся и хитро сощурился, как довольный кот.            В нём что-то неуловимо изменилось с нашей последней встречи. Но что — я пока не могла понять. Этот немой разговор взглядами мы могли бы продолжать вечно, если бы его телефон не подал сигнал.            — Извини, — он не стал выходить из палаты, лишь отошёл на шаг, чтобы не беспокоить меня. Однако после краткого разговора на нём не осталось лица.            Он повернулся, и я заметила страх и злость на его лице.            — Спасибо, Марк, — он завершил звонок и вернулся ко мне.            — Ты, наверное, уже знаешь, что я забрал твою машину на проверку. Так я выяснил, что ты была не виновна в аварии. Тормозная система была неисправна, что спровоцировало аварию.            — Да, мне сказали. Машина просто перестала реагировать на мои действия, — воскликнула я, вспоминая тот ужас, что пережила, пока неслась к КамАЗу.            Он кивнул и замер, с ужасом в глазах смотря на меня. Я напряглась, чувствуя, что что-то не так.            — После этого я попросил знакомых ребят проверить всё ещё раз, досконально, на всякий случай.            — И?            — Это оказалась не поломка, Мира, — его слова ничего не объяснили мне, поэтому он пояснил, — Кто-то нарочно перерезал тормозную магистраль, испортив тормоза.            Я застыла в шоке, переваривая услышанное. Кто-то специально подстроил аварию? Испортил тормоза, чтобы я не смогла остановиться. С ума сойти можно! Я же могла погибнуть! А значит…            — Кто-то хотел, чтобы ты попала в аварию.            Мягко сказано.            — Кто-то хотел убить меня, — как в прострации прошептала я.            Адриан присел рядом и взял мою ладонь, обхватив ее обеими руками. Оказывается, она дрожала.            — Всё хорошо. У них ничего не получилось. И не получится. Я выясню, кто это был.            Меня хотели убить! Убить! Но за что? Кому я могла перейти дорогу? Кто вообще мог пойти на такое?            — Мира, тише, тише, — он поднёс мою руку к губам и стал целовать её, — С тобой ничего не случится. Всё будет хорошо.            Он сокрушенно покачал головой и продолжил.            — Дурак, не стоило тебе говорить. Просто сам не ожидал такого.            Секундная заминка: моя ладонь в его руках, прижатая к его губам. Всего несколько секунд и я заставила себя прийти в чувство. Осторожно выпутала руку из его хватки.            — Не нужно, Адриан. Ты не должен заниматься всем этим.            — Я уже сказал, что это не тебе решать. К тому же твоя машина всё ещё у меня, поэтому я хотел бы закончить.            Я посмотрела на него и поняла, что не смогу его переубедить. Это бесполезно. А это значит, что ближайшее время я не смогу от него избавиться.            — Хорошо, тогда прошу, не стоит навещать меня просто так. Будут новости, приходи.            Он помрачнел и, тяжело вздохнув, посмотрел на меня.            — Если ты не хочешь меня видеть… хорошо, — было видно, что ему тяжело дались эти слова.            Я кивнула, не подтверждая и не опровергая его слова. Конечно, я хотела его видеть! Или нет? Ох, как я запуталась. Вот поэтому мне и необходимо сперва разобраться со всем в одиночестве, посидеть и подумать. Над тем, что происходит у меня в душе, тем, что мы натворили, а затем уже думать об остальном.            — Тогда, сейчас я хотела бы поспать.            За окном стремительно темнело и, несмотря на больничную обстановку, оставаться с ним наедине в такое время я не хотела. Боялась. Слишком много воспоминаний накатывало и душило, словно тиская обхватывая горло.            — Хорошо, — он нехотя согласился, и сделал шаг назад.            Его взгляд говорил о том, как сильно он не хотел оставлять меня. Поэтому я отвернулась, заставляя себя не видеть его глаза. Не смотреть, не думать, не замечать. Но затем он вдруг стремительно приблизился, и оставил поцелуй на моём лбе, ненадолго прижавшись губами к разгоряченной коже.            Я не успела его остановить, лишь успела удивлённо охнуть и зажмуриться. Отодвигаясь, он замер в нескольких сантиметрах от моего лица, вглядываясь в мои глаза.

            Не нужно в них ничего искать, Адриан! Я сама не знаю, что чувствую. Сама не понимаю, что творится со мной.            — Я приду завтра.            — Только если будет новая информация.            — Будет, — кивнул Адриан скорее себе, а не мне.            Затем он ушёл, оставляя меня в разбитых чувствах, с кашей в мыслях.            Я злилась на Адриана, что он лишь больше всё усложняет, но также не могла его не понять. Он тоже чувствовал себя виновным, ведь авария случилась после того как я стремительно уехала после нашей ссоры. Он переживал, хотя я до сих пор не могла понять, как он узнал о том, что я попала в аварию.            Ещё меня очень пугало, что кто-то подстроил аварию. Я могла и правда погибнуть, сложись всё чуть менее удачно. Разгонись я чуть больше, выверни я руль иначе или будь на моём пути другое препятствие. Как же Адриан собирается выявить этого человека?            И что мне делать с Артуром? Как поступить? Что сказать мужу, чтобы он понял меня? Простит ли? Хочу ли я, чтобы он меня прощал?            Поиски ответов на эти вопросы заняли всё оставшееся время до глубокой ночи, и я уснула абсолютно обессиленной, но всё же придумав, что скажу мужу. Только вот что делать с Адрианом я так и не решила.      ***

            На следующий день меня навестил врач для осмотра и, несмотря на все мои хорошие показатели, сообщил о том, что мне нужно пока задержаться. Конечно, я понимала причину моей «задержки» в больнице. По всей видимости Адриан просил не выписывать меня раньше времени. Теперь я даже домой не могла спокойно вернуться!            Затем навестили родители и убедившись, что со мной всё хорошо, обещали вернуться к себе. Всё же за домом никто не смотрел, и надолго они обычно не уезжали.            После вкусного обеда, который мог бы посоперничать с блюдами в ресторанах, наступил час икс. Я ждала появления мужа.            Дверь открылась, пропуская его. Он с поджатыми губами осмотрел комнату. Возможно, он делал так каждый раз, а я просто не замечала. Видимо, он знал кому я была обязана за комфортные условия. И это ему, конечно, не нравилось.            — Привет, как дела? Тебе лучше?            — Да, лишь голова немного побаливает, — соврала я в этот раз. Незачем ему лишний раз задаваться вопросом почему меня всё ещё не выписали.            — Я принёс немного фруктов и твои любимые конфеты, — улыбнувшись, положил он пакет на столик рядом.            — Спасибо, Артур! — вернула я ему улыбку.            Потому что прекрасно знала, что дальше улыбаться мы уже не сможем. Последние мгновения спокойной беседы, которые так редко бывали в нашей семейной жизни, утекали сквозь пальцы. И я чувствовала надвигающуюся словно ураган тревогу и страх. Это будет не лёгкий разговор.            — Я хотела с тобой поговорить.            Он кивнул и присел на кресло рядом с кроватью.            — О чём?            — О нас. Нам нужно было давно это сделать.            Он напрягся и подобрался. Очевидно, сейчас он совсем не ожидал таких слов от меня.            — Давай поговорим обо всём дома. Тебе нельзя сейчас переживать, — ответил он.            Да, он нашёл отличную причину, чтобы избежать неудобного разговора. Да и в принципе разговора, касающегося наших отношений. Ничего нового.            — Пожалуйста, выслушай меня спокойно. Хотя бы раз.            Он сжал челюсти, что стало заметно по напрягшимся скулам и выступившей венке у виска.            — Зачем ты начинаешь сейчас?            Раздражение и злость вновь вспыхнули во мне, как это бывало в подобных многочисленных ситуациях. Спокойно, Мира. Тебе это не в новинку. Если мы сможем поговорить спокойно, всем будет лучше. И ходить вокруг да около тоже лучше не стоит. Лучше сэкономить нервы нам обоим. Глупо было надеяться, что получится спокойно объяснить ему случившееся.            — Я заканчиваю, — терпение трещало по швам. Хоть я и была виновной в том, что планировала ему объяснить, однако его поведение выводило меня из себя сильнее обычного.            Он застыл, молча буравя меня взглядом и не понимая о чём я говорю.            — Думаю, нам нужно разойтись. Это больше не может продолжаться.            — Хочешь развестись?            Да, я знала, что так будет. Неверие и боль в глазах. Как бы он себя ни вёл, он не верил, что мы можем разойтись. Сколько бы не закрывал глаза на все проблемы, он не ожидал, что когда-то наступит такой день.            — Да, Артур. Я думаю об этом уже очень давно. Сейчас я готова к этому. Мы должны дать друг другу шанс жить той жизнью, какой хотим.            — Почему?            — Мы не стали тем, кем хотели быть друг для друга. Мы словно тени, проживаем вместе в одной квартире, но не более. Ссора за ссорой, скандал за скандалом. Споры и ругань. Мы не слышим друг друга. Поэтому я хочу закончить это, — он покраснел от волнения, глаза его были расширены, — У нас не получилось, Артур.

            — И ты готова вот так всё бросить?            — А что бросать? У нас не осталось чего-то, за что можно было бы зацепиться. Я вижу, что и ты охладел ко мне.            — Я всё ещё люблю тебя, — он встал на ноги, больше не выдержав, — Люблю!            — Это не любовь. Если бы это была она, я бы её хоть немного разглядела, почувствовала бы. Но мы перегорели. Не отрицай это.            — Это… это… — у него не было слов, чтобы возразить мне. Его глаза лихорадочно бродили по комнате, кулаки сжимались и разжимались. Но его взгляд вдруг остановился на картине над моей кроватью. — Это из-за него?            Я прикрыла глаза. Знала, что так будет. Но из-за всех сил надеялась, что получится объяснить ему всё иначе. Что мы обойдёмся малой кровью.            — Он же тебе не тренер, я прав? Иначе он бы не стал так выкручиваться и устраивать всё для тебя.            — Он бы всё равно стал, — уверенно ответила я.            — Значит я прав? Ты из-за него бросаешь меня?            — Ты прекрасно знаешь, что у нас всё начало рушиться уже давным-давно. Поверь, задолго до того, как я познакомилась с их семьей.            — Семьей? Он даже с родителями тебя познакомил?            Ну всё. Он разошёлся. Хочет найти причину, поэтому ищет вину во мне. Хорошо, я готова стать козлом отпущения. Если это цена моей свободы и будущего, то я готова её заплатить.            — Да, это из-за него.            Он удивлённо моргнул. Не ожидал, что я так легко соглашусь? Тогда готовься удивляться ещё больше.            — Я изменила тебе.