Глава 17: Сова

Юстина поглядела на Хугина, ища поддержки. Тэму она не особо доверяла, после всего, что ей о нем открылось. Кто их знает, этих богов, вон они как легко своей властью разбрасываются - тут дунул, там плюнул, и готово - видите ли, вот вам двойня? Она правильно поняла? Э, нет, два еще куда ни шло. Но больше не надо, так что, лучше держаться настороже! Что, если Тэм невзначай ее по спине погладит - и вуаля, уже и троих рожать! Спасибо, но мы как-то так, не разом же, подумала она, кисло кривясь.

Хугин прикрыл на миг ресницы, показывая - все нормально, можно идти!

- А где эти ваши «везде», куда мы идем? - спросила она у мухи. Та уже деловито потопала вдоль стены, прямиком в темноту, где кончался свет свечей.

- В поля, по полю-полю, по широкому полю, хех, - проговорила Аярдо и весело крякнула. - А пока идем-бредем, ты вон нашего повелителя эльфов-то спроси, как он новых эльфов делает!

Леона возмущенно хмыкнула:

- Никак он не делает, он им давно не король!

- Дак так-то да, - задумчиво почесал затылок эльф.

- Псы мои где, - вдруг вспомнила Юстина, дернув Аскольда за рукав.

- Позвать? - с хитрой моськой повернулась к ней Аярдо. И тонко, пронзительно свистнула. Пес вырос у нее за спиной, огромный, еще подрос, пока его не было. Теперь его морды выглядывали из-за плеч мухи. Но выглядели дружелюбно, хоть и жутко. «Пусть кто попробует с таким подраться, да с такой охраной, в самом деле не страшно!» - сказала себе Юстина, стараясь держаться и не раскисать. Все равно, от чувства себя беременной было страшновато, и никакие логические заключения, что мол, вон как все вовремя и удачно, перекрыть страх не могли. Но и радость в ней так и подпрыгивала — у меня, дети?! Ого, да ты ж подумай!!

Тем временем, Аярдо почесала морды с друг сторон, из ноздрей пса заструился черный дымок, третья башка гавкнула, обделенная лаской.

- Ну-ну, - утешила его муха, и потопала дальше. Собачище потрусил рядом, напоминая адского коня. Зал, в котором они были, внезапно сам собой кончился, и ноги ступали уже по траве - не траве, что-то похожее на мелкие заросли водорослей, но без воды. Идти было приятно и легко, как по мокрому песку. А вокруг раскинулось и правда, поле. Бескрайнее, темное, укрытое этими странными «водорослями». Они мягко обнимали и гладими лодыжки над кроссовками под платьем. И с каждым шагом вокруг идущей впереди мухи вспыхивали огоньки, яркие бело-синие светлячки, словно звезды в морозном небе под Рождество. Это и правда смотрелось так сказочно красиво, как им обещали! Дыхание замирало, на душе разливалось тихое счастье. Звездочки отрывались от травы и плыли по воздуху, собираясь в хороводы, кружась над головами созвездиями. Юстине представлялось, как в загалочной глубине ее тела, вот так же, хороводят клетки, складываясь в узоры — вот тут будут сердечки, а вот это станет ручками, пяточками... безумие какое-то, ее аж промурашило!

- Так вот, ты давно не король, ну а новые эльфы? - зачем-то нарушил эту красоту Аскольд, и Юстина поморщилась — вот же педант, ничего не оставит без ответа! До всего допытается. И она взяла его под локоть, прижимаясь бочком.

- Деловая ты колбаса, - проворчала она любовно.

- А я че, я ничего, - догоняя их, прошуршал травой Тэм. - Я был первым королем. Отцом-создателем светлых эльфов.

- Эльфы, это как пивас, - вставила муха, развернувшись и шагая спиной вперед. - Темные и светлые.

- Нефильтрованные, - ухмыльнулся Тэм. - Я их создавал, первых. Ну, мы с женой... не с этой. Эта у меня не для этого. Эту я сам выбрал, - и он погладил Ле по спине и конечно, не преминул пощупать за задницу. - Че ты на меня смотришь, там брак по приказу, мне Ничто сказала, а Ничто — та же судьба. Богиня, скажем так, судьбы. Тока она больше, чем бог. Что она из самое себя вынет, то и сущее! А что заберет, того и нет больше нигде! Вот, короче. Нам сказали, мы поженились. И делали эльфов, целую неделю, без отдыха... как я заколебался! Нет, я серьезно, че вы ржете? Не так же делал, а брал из себя кусочки, вязал травы, укладывал в каждую куколку камни, пел молитвы, ну блин, не смешно это! Ужасно вымотались оба, от нас самих-то мало чего осталось, десять тыщ эльфов, ага, попробуй вот! За неделю! Ну потом отдыхали, конечно. Отдохнули не особо, сели на престол. Потом я запарился, и такой — ой, да ну вас нахер, и умер. Вот в могиле хорошо спалось, тихо, безмятежно... эх! А потом вот она и дальше вы знаете.

Он куснул Ле за ухо, она закатила глаза и вдруг ахнула:

- Аааа, ты смотрииии....

Все запрокинули головы вверх и дружно вздохнули: взошла луна, но не обычная, а будто декоративная, нарочно приделанная к небу. Сказочная, яркая, в узорчатых дырочках кратеров. Ажурные облачка обрамляли ее, как в детской волшебной фантазии.

- Че балуется, - прошептал Тэм. - Но каков, а... красотааа!

- Эх, если никто не против, - сказал ворон и встряхнувшись, обратился птицей. Он взмыл ввысь и очертил вокруг светила кружок. Юстина завистливо вздохнула.

- Кстати, - вспомнила она один вопрос, который все никак не успевала задать. - А почему ты должен раздеться, а Хугин вон...

В этот момент, словно специально к ее словам, ворон плавно опустился на траву, вытягиваясь в свое человеческое обличье. Крылья сложились в черное пальто и он встряхнул кистями, повел головой, окончательно завершая оборот.

- Да, а Хугин сразу в пальто, почему так?

- Ну, опять же, я чистокровный, рожденный оборотнем, во мне магии ноль процентов, - пожал плечами Аскольд. - Не знаю, Хью, скажи?

- Да, верно, я - продукт магии, если можно так сказать. Велением Фар, то бишь...

- Одина, - дружно закончили за него Аскольд, Леона и Юстина.

- Да, он нас наделил этими возможностями, чтобы удобно было, не носиться в поисках одежды и не искать какие-то удобные места, а служить ему легко и непринужденно, везде и повсюду, где есть память и мысль. Мы смотрим. Мы видим, мы собираем. И сообщаем Фар обо всем, что он захочет знать...

- А ты не хочешь побегать, ну, в шкурке? - поглядела на Аскольда Юстина: - Такая ночь хорошая, я б могла, сама бы порезвилась!

- Ну так и можешь, - улыбнулся ей Аскольд: - Забыла? Ты ж летучая у нас. - Ааа, точно! - воскликнула Юстина. - Я и правда... забыла!

- Ну так полетай, если есть желание, - легонько похлопал ее по пояснице Аскольд: - А я обойдусь, я за тобой буду присматривать!

Юстина радостно вспыхнула... но тут же погасила порыв. Что, если будущим детям это не полезно? Она с сомнением глянула на Хугина, но спрашивать не стала. Не может никто знать лучше, чем она, что хорошо, что не очень для ее детей. И поостереглась использовать свою мистическую силу, пусть даже и из суеверия. Кому какое дело, даже если она лишнего печется? Да и разве матери не все такие? Может, ей вообще нравится трястись над еще нерожденными клубочками!

Она помотала головой, разглядывая темную траву под ногами.

- Ладно, если захочешь, - шепнул ей на ухо Аскольд, притягивая ее за талию к себе поближе. - Я не знаю, как ты, а я очень рад...

- Погоди еще, - прошептала Юстина в ответ и коротко, хмуря брови, глянула на Тэма неподалеку, затем на муху вдалеке: - Им откуда знать, я ничего не чувствую!

- Ну, это пока, - так же шепотом ответил ей Аскольд. - Нету оснований им не доверять-то..

- Ну а мне кто доверять будет? - вспыхнула Юстина, возмущаясь громким шепотом: - Я же говорю, я не... Ой! - вскрикнула она, наступив на что-то мягкое и тут же отдернув ногу а затем чуть не впилилась в муху, которая внезапно оказалась прям перед ней. Хитрованская девица усмехнулась и нагнулась в темную траву, ловко схватила что-то живое, беззвучно дрыгающееся в ее руках. Юстина со страхом и отвращением разглядела, что это крыса. Черный, упитанный зверек, не издав не единого писка, вдруг перестал крутиться, вытянул мордочку и уставился на Юстину, принюхиваясь.

- На! - протянула его фее муха. Юстину гадливо передернуло.

- Не нра? - уточнила Аярдо, склонив голову набок: - А как так? А мне казалось, ты по крысам, нууу....

Аскольд громко и тяжело вздохнул, Юстина промолчала. Взялись троллить, чертовы всевидцы! Можно уже от нее отстать?

- Ладно, я ж ниче, - пожала плечами Аярдо, поглаживая грызуна. И вдруг сжала его, крепко и сильно, Юстина аж испугалась за животное! Но он, как мягкий слайм, весь смялся, уталкиваясь в бесформенный шарик, а затем исчез в кулаке Аярдо. Муха таинственно блеснула красными раскосыми глазами:

- Пух! - дунула она на сжатый кулак и помедлив, прикусила губу, прищурила глаз и плавно поднесла кулачок к Юстине. Раскрыла пальцы и на ладони ее оказалась золотая цепочка. Пропустив ее меж пальцев, муха покачала рукой — на цепочке повисла ювелирная крыска, фигурка в черной эмали, и с блестящими крошечными камешками глазок.

- Какая красота! - не удержавшись, выдохнула Юстина, восхищенная уловкой. - Как ты это сделала?

- Лег-ко! - красуясь, ухмыльнулась муха. - Ну, теперь возьмешь?

Юстина протянула было руку, но замешкалась.

- А как же.. как-то жалко! А зверек...

- Да она не была живая, это только призрак крысы, бывшая, так скажем, крыса! Одни воспоминания о том, что вот было такое существо, - разводя руками, пояснила муха. - Это память о ней, так что, это даже лучше, сохранить ее вот так - красиво. А иначе она полностью исчезнет, как никогда и не было... ведь эта вот трава. Это что? - муха указала под ноги. Юстина поглядела вниз. Перед ее глазами закачалась драгоценная крыска. Она подняла взгляд на муху, и та посмотрела ей прямо в глаза:

- Бери, на память... или просто так бери, не знаю. Или я выкину!

Юстина быстро-быстро замотала головой - не надо выкидывать, ты что!

Муха довольно прикрыла глаза и кивнула:

- Так-то!

И надевая на шею Юстины цепочку, касаясь своими неожиданно холодными руками ее шеи под волосами, Аярдо пояснила:

- Все здесь, и трава, и светлячки, и даже камни в стенах замка Че - это бывшие живые существа. Их мысли, чувства, их дела, их память... да, тут каждая травинка была кошкой, мышкой, репкой, дедкой. Бездна лишь растет и ширится, становится все глубже, обрастает ландшафтами - ручьями, реками, деревьями, деревнями, да чем угодно!

Муха закончила с застежкой на цепочке, вскользь коснулась такими же хододными, как и руки, губами, лба Юстины и отошла от нее на два шага. - Ведь во всех мирах постоянно кто-то умирает... тела становятся природой, питая траву, цветы, деревья и животных, из них растут овощи и фрукты, тем питают дальше всех, кто еще жив и хочет кушать. А их души, сердца, память, все, что от них осталось - уходит сюда. Из всех миров вселенной! Каждый, кто когда-то жил, от мух и до богов - все здесь, моя родная!

Муха широко повела рукой вокруг. Юстина слушала завороженно, и вдруг поняла - а муха-то внезапно поумнела! Где ее корявые словечки, где неуклюжая, простая речь не очень умной девицы? Ох, горазды все они играть, усмехнулась Юстина, находя взглядом Тэма и Леону. Те стояли, подняв головы вверх и обнимась, любовались узорами созвездий, что плавно переливались в вышине темного неба... или воды? Чем тут наполнена бездна? Она повела глазами по высокому куполу.

Казалось, что звездочки и сети созвездий - это скопише планктона, что лениво, неспешно дрейфует где-то на поверхности воды, мирового океана. А ведь эта Бездна - она и есть такой мировой океан, для всех, кто свое отжил?

- Слушайте, а нам не вредно, - внезапная мысль разбила очарование момента: - Ну вот тут находиться, мы ж живые?

- Нет, нормально, - обернулся через плечо Тэм. - Сегодня и завтра, пока жесткая черта между мирами размыта, так сказать, отлив на море, если это все примерно можно сравнить с морем... между миром мертвых и живых, я имею в виду. Хэллоуин не зря отмечают, это правда, в отличии от того же Нового года, вот он может быть когда угодно, когда сговорятся отмечать!

- Так а... почему не вредно? - поежилась Юстина.

- Потому что «вода» отступает, в другое время тут было бы все затоплено, мы вроде как, на дне, - продолжил объснения Тэм. - Легко войти, легко уйти обратно, «вода» Бездны не удержит. Понимаешь?

- Примерно, - прошелестела Юстина. - Ну, нам лучше не задерживаться на прогулке?

- Это точно, - усмехнулся Тэм. - Потом сам Че отсюда нас не выпустит. Не сможет... Ладно, бросьте куксить носики, гуляем!

- Все он сможет, просто не захочет, - фыркнула муха и весело насвистывая, унеслась вприпрыжку прочь по полю.

- Ну, или так, - пробормотал, мрачнея, Тэм. - С него станется.

Некоторое время шли молча. Трава под ногами шелково шелестела, рыбки проплывали плавными тенями тут и там, возникая и исчезая в высоте, словно облачка всевозможных размеров. Прянично-чудесная луна румяно сияла, завлекая планктон, что увивался созвездием Покрывала вокруг нее.

В тишине было слышно дыхание идущих, двух парочек и одного ворона-одиночки. Юстина искоса глянула на Хугина, задумчиво перебирающего ногами, заложив руки за спину, словно большая птица

Хотя, почему "словно", он ведь птица и есть! - усмехнулась она. Тэм и Леона что-то без слов друг другу высказывали, их ворчания были ясны, даже если не умеешь слушать мысли. У них и на лицах все было написано - "ой, да че ты за шамлак?!" "Сама курица, отстань!"

Юстина улыбнулась краешками губ - у кого какое счастье, каждому свое! Хугину бы тоже, но только, ради бога, не вот эту муху!! Ему бы что-то красивое и ласковое, ну, вернее, кого-то! Исподволь она принялась перебирать в уме девчонок из нечеловеческой диаспоры. Кто бы мог жить достаточно долго, она ж навсегда ему подругу ищет, не на пару дней! Но на ум никого ТАКОГО не приходило. Тут так с кандачка не выловишь подобающую рыбку, она своего Хугина кому попало не отдаст! Юстина воинственно взглянула на друга, он вдруг остановился и уставился вперед:

- Кто-то поет... так красиво, слышите?

Фея напрягла слух. Трава шелково шелестит, едва-едва позвякивают в воздухе далекие рыбки... вроде как, впереди чуть уловимо бежит вода, река или что-то такое. Но чтобы кто-то пел, такого не было и в помине. Или она не то и не туда силится слушать?

Тэм гыгыкнул с тупой улыбкой и покачал головой:

- Прикольно!

- Ну такое, - повела плечом и скривила губы Ле.

- Че ты морды крoишь, - недовольно взмахнул руками эльф: - Красиво, тебе говорят!

- Слегка фальшивит, - зловредно усмехнулась ангелия.

- Не, ну это даже мило, я те отвечаю, там и личико такое будет, милое!

- И чутка неправильное, - кивнула Ле.

- Чейта, вот вообще не обязательно, - заспорил Тэм.

- Я ничего не слышу, - чуть слышно шепнул Юстине Аскольд. Она кивнула - и я тоже. Хорошо хоть, не одна, как дура!

- Не, это я те говорю, у сов у всех слегка такое... - Леона загадочно покрутила рукой.

- Кто те сказал, сова, по голосу хоть лиса, хоть крысица! - шлепнул ее по руке Тэм и получил в ответ. - Ай, дура!

- Это не дура, это лошадь, - сказала ему Леона: - Спорим, сова?

- Спорим, лисокрыса!

И они стукнулись кулачками, а затем сорвались с места и бесшумно помчались вперед.

Ворон обернулся к Юстине и Аскольду:

- Они всегда такие бешеные?

- Сколько я их знаю, - кивнула Юстина.

- Обычно-то они еще хуже, это при гостях еще прилично, - рассмеялся Аскольд.

- Кто бы там ни пел, еще испугают... жалко, пробормотал ворон и ускорил

- Лисокрыса, - пробормотала Юстина и попыталась представить это создание. Вышло что-то странное, она помотала головой. - Ну, не знаю!

- Сильно навряд ли, крысы несвоих избегают, особо ни с кем не якшаются, - пожал плечами Аскольд.

- А чего так? - глянула на него Юстина. "Не похоже, чтобы Яро от меня по стеночке утекал", подумала она, давя усмешку. А, да, так он же и не прям крыса, вспомнила она и тут же помрачнела - черт, не родить бы крысофею... крысоборотня? Ей и так от природы грозит подобное! Интересно, а этот их... недосекс, он мог повлиять? Ну нет, это уже телегония какая-то! Юстина потрясла головой и поморгала, сгоняя дурные мысли не к месту, пока Аскольд объяснял:

- Народ маленький и видимо, гордый, не знаю! Их везде встретишь, крыс, в смысле, но понемногу. Они ни с кем близко не дружат, не сходятся и не женятся, детей мутят только со своими. И кстати, мальчики у них родятся только со своими, с другими - исключительно девочки. Крысиные парни бывают только у...

- Фей, - хмуро закончила за него Юстина. Они молча прошли около десяти шагов, пока Аскольд не сжал ее руку и не спросил, тихо и сочувственно:

- Ты боишься, да?

Юстина втянула сквозь зубы воздух, ощущая, будто во сне вдыхает воду, которая ей ничем не вредит. Странное ощущение, непонятное, но как-будто знакомое. Да только не припомнить, откуда.

- Да, мама тоже говорила, опасалась - я окажусь черноглазкой! Я думала, она шутит, смеялась - ну как я могу, я же фея, вон у меня волосы красные! Помню, ей в школе выговаривали - почему вы так рано позволяете ребенку краской пользоваться, это же вредно и нездорово! Она только отмахивалась, мол, краска безвредная... и мне очень строго, до жестокости, запрещала проговариваться, что это мои родные волосы. Я ее боялась в такие моменты... а папы часто рядом не было, чтобы ее смягчить.

- Я всегда буду, - уверенно пообещал Аскольд, заглядывая ее в лицо. "Да ну, конечно", с горечью подумала Юстина и заставила себя улыбнуться. Не будешь, никто не будет с ними рядом всегда, что-то да случится! "С ними", как будто она и вправду этому Че поверила! Вздорные боги творят, что хотят! Ну вот пусть тогда и сделают, чтобы у нее крысё не родилось! Она чуть поморщилась, и коснулась живота, будто в магическом мановении, заклиная на внешность будущих детей! Чтобы ей самой не пришлось постоянно напоминать себе о том, что было в стране фей и чего никогда с ней не будет. О Яро.

- Папа был добрый и мягкий, мама и его ругала, что он вечно пропадает, а он говорил - нам нужны деньги, нам нужны связи, для нашей же безопасности, я поддерживаю свой статус среди нелюдей! Он помогал тут и там, много делал бесплатно, его любили и отвечали добром, я правда не знаю, в деталях, но как видишь, я никогда горя не знала, и мне не приходилось искать ни юристов своих, ни врачей! Все наши, все из диаспоры, покой и та самая безопасность... Аскольд!

Она остановилась, развернулась к нему лицом, сердце ее заколотилось от того, что она собиралась сказать.

- Да?.. - мягко откликнулся он, глядя ей в глаза. Юстина немножко порадовалась, что он такой, невысокий и можно голову не задирать.

- Пообещай, что не будешь собой рисковать, ладно? - пробормотала Юстина чуть слышно, громче почему-то не вышло. - Не надо нам много денег, у нас все есть, зарплата хорошая, я накопила, у нас вот...

Она пошарила по карманам, на пышной тяжелой юбке, нашла драгоценный брелок: - Это же дорогая игрушка, если что, да? Не надо!

Ее вдруг не на шутку растревожило, она схватила Аскольда за камзол на груди и жалобно смотрела в глаза.

- Да ты ж меня знаешь, не собираюсь я, - с улыбкой ответил Аскольд, но Юстине было этого слишком мало:

- Обещай! - жестко потребовала она, вцепляясь в камзол сильнее.

- Обещаю, любимая, - став серьезным, проговорил Аскольд. Юстина с облегчением потянулась к нему, но только коснулась губами губ, как в ее голове азартно зашептало: "Ребяяя, идите сюда, тут такооое!"

- Тэм, - выдохнула она и опустила руки.

- Какое такое, - проворчал Аскольд, и поглядел на Юстину с вопросом - тебе интересно? Она кивнула - не каждый Хэллоуин в мир мертвых попадаешь! И потянула Аскольда вслед за давно исчезнувшими с глаз богом, принцессой, вороном и ангелией.

Сначала они услышали лай и ругань. Кто-то нещадно бранился на незнакомом языке, но уж понятно, что не мантры читает! Притом, красивым и приятным женским голосом. Настороженно вглядываясь во тьму, освещенную бледными светлячками кружащих над головой рыбок, фея и оборотень вышли на берег реки. Трава тут кончалась, размывалась прибрежным песком, и начиналась неширокая, меланхоличная речка. Начало и конец ее терялись в темноте, а кусочек перед ними хорошо освещался... рыбой-удильщиком. Открыв рот, Юстина глазела на это чудо - здоровенный, уродливый смятый шар, пучеглазый и зубастый! Он завис в воздухе, поводя плавниками и покачиваясь, перед жуткой его харей, с раскрытой пастью, полной острых шил, завис сияющий "фонарь". Брюхо твари опоясывал ремешок, от него тянулась веревочка. Юстина поняла, что это ошейник и поводок, когда увидала, что конец веревки держит девушка, с длинными белыми волосами ниже талии. Это она ругалась, красивым чувственным голосом, размахивая руками и швыряя в воздух серебристые руны - символы рассыпались и гасли, когда их глотали налетевшие темные тучки и кляксы рыбок. Цербер носился вокруг и с лаем кидался на стаю тварей. Юстина предположила, что девушка пытается рыб приманить съедобными рунами, а пес ей то ли помогает, то ли мешает... она вздохнула, понимая эту девушку, уж эти псы со своей неуклюжей помощью! Трое из ларца!

- Может, ей помочь, - задумчиво почесал затылок Аскольд. Пес в полете ухватил рыбку, мерзкая клякса шипяще застрекотала, но заслышав любимого "папку", Цербер сунул рыбину беленькой девушке в руки и с взвизгом рванул к Аскольду.

Девушка замерла, и вдруг быстро обернула голову к ним. Не поворачиваясь сама, как в фильме ужасов, показала лицо, завернув его на спину. Юстина зажала рот руками, Аскольд сделал шаг назад, мокрый пес счастливо бодал его всеми башками, едва не сваливая с ног, и под безмолвный выкрик: "Сова!!" - девушка вскричала:

- Живые!!! - и отпрыгнула в воду. Рыба шмякнулась из ее рук и высунув морду, или что там за дрянь вместо нее, тыкалась ей в ноги. Веревочка выскользнула из рук хозяйки и зловредный удильщик, почуяв волю, тут же поплыл прочь. Аскольд шагнул к "сове", Юстина заозиралась в поисках заговорщиков, никого не увидела, но где-то же рядом эти заразы прятались?

- Я помогу... - начал было Аскольд, протягивая девушке руку.

- Ааа, мама!! - отпрянула она, уже развернувшись вся и замахала на него руками. Юстина быстренько разглядела ее всю - беленькое лицо со светлыми бровями и ресницами, длинноногая, но не слишком высокая, стройная, с приятной фигуркой, в черной рубахе и юбке, спереди высоко подвернутой, а под юбкой узкие штаны и высокие сапоги. Белые волосы свободно обтекали ее плечи, грудь и талию. Не мешают же, при такой работе, вскользь удивилась Юстина.

- Прости, я не... - попытался приблизиться Аскольд, но девушка всплеснула руками и выкрикнула вслед беглому удильщику:

- Куда, скотина??

И глянув на Аскольда в отчаянии, пожаловалась:

- Сбежал... Стоит дорого!

И она показала какие-то жесты, видимо - цену скотины.

- Эм, а как его... как помочь? - остановился Аскольд.

- Ты летать можешь? - наклонила голову к плечу девушка. Видимо, тварь была настолько дорогая, что даже страх не остановил ее, в попытках что-то срочно сделать. - Да ясно, нет, - отмахнулась она. Уставилась на Юстину. Глаза ее вспыхнули, как фонарики, желтым:

- Святой Агена, - испуганно выдохнула сова и изобразила нечто, похожее на знамение от нечисти: - Тьфу-тьфу! И ты не можешь?

- Я могу, - вынырнул ниоткуда ворон, будто из самой тьмы соткался.

Сова глянула на него огромными круглыми глазищами, оценивающе обежала взглядом:

- Так давай, че стоишь?! - прикрикнула она.

- Понял, - кивнул Хугин и мгновенно взмыл в небо, чернильной молнией.

Сова проводила его взглядом, пес собрался было рвануть за вороном, но Аскольд схватил его за загривок:

- Сидеть! Вот, сядь и не мешай! Хороший пес. Не пугай рыб. Понял?

Трехголовый «конь» уселся на зад и тоскливо завздыхал всеми пастями.

- Обацеее, - с нарастающим восторгом протянул за спиной Юстины Тэм.

- Агааа, - согласилась Леона. Она положила руку на плечо мужа и оба нагло, как дети, уставились на сову в воде.

"Обаце?" - переспросила Юстина. Последний раз она слышала это восклицание в далеком детстве.Так выражались друзья ее отца, а это они принесли из своего детства. "Тебе сколько лет?"

"Отстань, не знаю, триста тыщ мильонов", отмахнулся Тэм.

- Вы!! - обвиняюще ткнула в их сторону девушка, и подняв мокрую юбку, хмуро и решительно вышла из воды. - Мою рыбу разогнали! И че вы вообще здесь делаете, а?! Нет, вы-то ладно, дохлые, - мотнула она головой на Тэм и Леону, те переглянулись и прыснули со смеху.

- А эти?! - не обращая внимания на их глупое хи-хи, сова развернула голову к фее и оборотню: - Вы вообще незаконно тут, живые, ужас!! Вам кто разрешил?!

- Я, - спокойно ответила муха, и Юстина вздрогнула от неожиданности. Она не заметила, как та бесшумно подкралась.

- Ваше Высочество, - пролепетала сова и согнулась пополам: - Я не знала, простите, немедленно удалюсь, не буду вам досаждать, подам прошение, Мастер Чертополох все возместит...

- Крррр-хха! Рррах! - раздалось где-то рядом и фонарик удильщика закачался в воздухе. Гонимый вороном, "скотина" подплыл прямо к хозяйке, неся в зубищах веревочку. Он раскрыл пасть и девушка взяла поводок, погладила тварину по харе и ворча-бурча, намотала конец веревки себе на ремень.

Хугин спустился на прибрежные песок, сложил крылья, "переоделся", отряхнул пальто, поправил ворот и гордо выпрямившись, протянул девушке руку:

- Прошу простить, мы вам доставили хлопот, но я...

- Ой, иди к черту, - огрызнулась девушка и звонко шлепая по мелкой воде, потопала прочь. Ворон недоуменно обернулся к друзьям, Аскольд кивнул ему в сторону беглянки, делая огромные глаза - ты че ворон ловишь?! Хугин кивнул - понял! И помчался за резво ускользающей совой:

- Подождите, я просто хотел извиниться!

Красивая, звучная ругань была ему ответом. Оба исчезли в темноте, только присмиревший удильщик покачивал своим фонарем над водой.

- Аааах, - хором вздохнули Тэм и Леона с умильными мордашками.

- Вот так, - довольно щурясь, сказала муха.

- Вот как? - подозрительно поглядела на "Высочество" Юстина. Что она о себе думает вообще?

- Да так, - пространно повела жуткими красными глазищами муха. - Давайте костер жечь и страшилы разкаживать!

- О, класс, я знаю много! - подпрыгнул Тэм. - Пять сек! Короче, один эльф...

- Да мы еще костер не собрали, - рассмеялся Аскольд.

- Собрали, - с ухмылкой ответила муха. Рядом с ней возникла кучка веток, сложенная под костер. Она повела ресницами и вспыхнул огонь, синий и безжизненый на вид, но горячий. Юстина аж отскочила, а муха оказалась у нее за спиной, взяла за плечи и томно выдохнула на ухо:

- Меня Ар научил! Мой огонь серебрянный, а его золотой, я как лед, а он - огненный серафим! Вот как. Я любовь за три версты вижу, мне все понятно!

- Да, ништяк, - проворчала Юстина, в пару к дурацкому "обаце".

Муха отошла от нее, и плюхнулась на траву у костра:

- Садимтесь, - похлопала она рядом: - Песок теплы.

И подумав, добавила:

- И мягкий. Как жопа кота...

- Жопа кота нифига не мягкая, - проворчала Леона, плюхаясь рядом.

- Нормальная жопа, че ты начинаешь, - цыкнув зубом, возразил Тэм, присаживаясь рядом и подсовывая руку женушке под задницу. - Вот, вполне себе!

- Жесткая она, че ты гонишь! - возразила Ле, но руку его не убрала. - У всех жесткая, я ту жопу, про которую сестрюнь говорит, отлично знаю!

И она поймала взгляд мухи - томный и благосклонный.

- Жена моего братиша - мой сестрюнь, - сказала Аярдо с теплой и сладкой улыбкой.

- Причем тут жопа кота? - чуть слышно спросила Юстина Аскольда. Он спрятал усмешку, стянул кафтан, постелил на песок и подав руку своей королеве, аккуратно усадил ее, сам опустился рядом:

- Все ангелы себя котами считают, - так же, едва слышно ответил он и приобняв Юстину, коснулся губами ее виска.

- А, - неопределенно закрыла вопрос Юстина и коротко глянула на задницу Леоны. На мягкую точно совсем не похожа.

- А вот у тебя точно мягкая и теплая, - повернулась муха к Аскольду. - Када рысь.

- Ну, наверное, я не щупал, Юсти спроси, - посмеиваясь, пожал плечами Аскольд.

- Ниче такая, как пуховая подушка, - беспечно отозвалась Юстина. «Как думаешь, у Хугина там что...» - тихонько спросила она Тэма. «Нормально будет, она ж его к черту послала!» - с жизнерадостной уверенностью сказал он. «И че хорошего?» - поглядела на него фея, надув губы. «А то, что шито-крыто, чики-брики, явно уж!» - подмигнул ей эльф.

- А бесловестно трендеть при всех нежевливо! - погрозила длинным пальцем муха: - Ай-ай! Попал под трамвай!

- Кто вдруг? - вытаращил глаза эльф.

- Который болтал, чтоб никто не слыхал! - хитро и мило улыбнулась ему муха: - Че твоя страшила?

- Эта? В порядке, - Тэм ткнул в бок жену, та закатила глаза.

- Не, которая история про страшновое! - покачала головой Аярдо, и наклонившись к костру, сунула руку прямиком в пламя, перекладывая ветки, мешая прогоревшие с еще целыми. Юстина фыркнула, но промолчала. Нечего удивляться, это же боги! - напомнила она себе. И все-таки, почему муха так странно разговаривает? Исподволь разглядывая ее, задумалась фея. То коверкает так и сяк, будто с головой непорядок, то вдруг как реченька журчит, чисто и правильно. Что-то она мутит, хитрит... эта муха!

«Она просто во льдах сотни лет пролежала, долго спала, у нее не всегда все дома. Сознание плывет, она постоянно как будто немного спит и иногда выныривает», скрытно и аккуратно пояснил ей Тэм. «Не смотри на нее, как на дуру, она величайшая личность!»

Юстина уставилась в огонь. Ах, вот значит, как... «Ладно, спасибо, что сказал!» - тихонько послала она эльфу. Тот ничем не показал, что ее услышал.

Глава 18. Страшилки

- Слышали про Ничто? - зловеще и отчетливо сказал он вдруг и уставился на Юстину с Аскольдом.

- Что? - хмуря брови, оторвался от созерцания огня Аскольд.

- Ничто! - хором произнесли муха и эльф и переглянувшись хихикнули - Тэм коварно щурясь, муха весело кивая.

- Это что? - переспросила Юстина, но в груди ее словно дернулась какая-то жилка узнавания. Где-то уже было... а где?

- Ничто-о-о, - таинственно прошептал Тэм, поводя раскрытой ладонью. Под нее тут же поднырнул пес, как всегда - непойми, откуда взявшийся. Вот они и дома такие же - сядешь за стол, вроде никого под ним не было, бац - уже мокрый нос тычется! - вздохнула Юстина. Собачень разлегся возле Тэма, высунув все языки, прикрыл глаза и блаженно, с шумом дыша, растекся по песку.

- Так, это которое Ничтошное Ничто? - уточнила Леона, пошарила в корсете, вынула плоский портсигар, раскрыла, достала папироску, постучала по крышке. Сунула в рот, подпалила щелчком пальцев. Протянула было портсигар Юстине, и та потянулась к нему с предвкушением, но большая, тяжелая ладонь Аскольда мягко ее остановила:

- Тебе не стоит, я думаю, - аккуратно проговорил он. Юстина вздохнула и опустила руку. С сожалением поглядела на Леону и покачала головой. Осознанием себя «в положении» снова тыркнуло в живот страхом и радостью. Она прижалась к Аскольду боком, он обнял ее за плечи, теплый и комфортный. Леона понимающе улыбнулась, пес приоткрыл глаза башки Дрея, близкого в ней, и потянул носом. Ангелия дала ему обнюхать портсигар, чихнуть, зевнуть и замотать головой. Затем убрала в декольте, затянулась и выпустила дым:

- Ничтошное Ничто, Ничтее не бывает, - тем временем, размахивая руками, азартно пояснял Тэм. - И Ничтой погоняет!

- Вначале было ничего, - горячо закивала муха.

- Сплошная темнота, что залезла везде, где только хотела. Если ты попадешь к ней, то она зелезет и в нос, и в рот, глаза, и куда поглубже... - со зловещим громким шепотом, Тэм пополз руками по ляжкам жены вверх, при этом глядя ей в лицо с жуткой улыбкой.

- Шамлак тупой ты! - вскричала она, отпихивая его руки.

- Нееет... - не успокоился Тэм: - Я Ничто! И никто не в силах отказать мне! Ведь меня нет! Меня не существует!

- И как ты тогда залезешь куда-то? - подозрительно нахмурила брови Леона, выпуская дым через ноздри.

- Да очень просто... Ведь я Ничто и с тем же Всё! - развел руками Тэм, и вдруг посерьезнел, сел прямо и глядя в огонь, продолжил: - Так вот, однажды в сплошной темноте появилась девчонка. От силы ей было годик, а может и два. Ее принесла темнота... Ничто вокруг двинулось и задрожало, взяло ребенка в руки и...

- Убило!

- Какие руки?

Одновременно воскликнули обе девушки, а муха только хмыкнула:

- Ха, щас вас!

- Нет, не убило, - покачал головой Тэм и простер руки к огню: - Руки огромные, длинные пальцы и ледяные. Так вот! Взяло оно ребенка и сжало. Тьма вздрогнула, но не сдвинулась с места. Ничто открыло огромные худые ладони и сбросило вникуда жемчужинку. Дальше! Потребовало оно у Тьмы, чтобы та исчезла, и Тьма исчезла...

- И? - развернулась к нему вполоборота Леона: - В чем прикол?

- А прикол в том, что жемчужинки те теперь вон, - он указал в небо над головой, в котором мерцали голубовато-льдистые светлячки, - а рыбки души существ от Начала Начал.

- Мочала мочал, - хихикнула Леона.

- Брехня! - возразила муха: - Ничто любит детей!

- Да-да, любит, но когда Ничто интересует определенный котенок, совенок, крольчонок, бельчонок, хоть кто, то оно просто от неподходящих — пуф!! - он сделал пасс рукой и огонь взметнулся вверх: - И избавлялось. Так что... Если вдруг оно сочтет, что чей-то ребенок не подходит этой Вселенной... - Тэм развел руками и хитро глянул на Юсти. - Даже сейчас... - он посмотрел за спину феи, - оно наблюдает за всеми и если что... Затечет в уши, и нос и глаза и...

- Хватит! - вскричала Юстина, прижимая к груди руки и прячась под крылышко Аскольда. - Надоел уже, не умно!

- Я, я, я! Терь я хоче! - запрыгала муха на попе.

- Валяй, - благосклонно махнул сестрюне Тэм.

- Давным-давно, - начала муха а Леона докурила и бросила в костер окурок. Губы ее скептически скривились:

- Как давно-то? Для нас или для вас? Или вон для феи с рысенькой?

Юстина упрекающе поглядела на подругу - рысенькой, серьезно?

- Ну не тогда, когда в Ничте зародилось Солнце уж, - пробурчала муха и зло сверкнула красными глазами на ангелицу: - Малясь попозжа уж!

От нового упоминания Ничто у Юстины точно в затылке засверчали сверчки — Ничто, это же про которое... Ах, да! «Что?» - спросил Крыса. «Ничто!» - победно выпрямился и ухмыльнулся Хугин. Вот, вот же что за Ничто! Ну, теперь понятно, чего так сам дьявольский Крыса испугался. Какое у него было лицо тогда на берегу от этого слова!

- А оно такое страшное, это ваше... Ничто? - теперь даже произносить вслух было неловко и жутковато.

- Оно ваще ужс, - кивнул Тэм. - Да не боись, тебе ниче не будет, ты уже себе застолбила местечко, с Че уговор - а Ничто его как свое дите любит, нормально, не ссыкать давай! - он потянулся и похлопал Юстину по пояснице, до лопаток не достал - они скрывались под крепкой рукой Аскольда.

- Ладно, - кивнула Юстина и с благодарностью поглядела на Тэма, затем на Аскольда. «Блеее, нам же теперь придется пожениться!» - вскричала она, забыв скрыть. Все замолчали и уставились в огонь, давя улыбочки. Даже Аскольд. Юстина фыркнула и рассмеялась первая. За ней хи-хи полетели вокруг костра от всей компании, и вот они уже все заливались смехом.

- А он так и сказал ведь, вот подлец проницательный! - сквозь хохот, проговорила Юстина и внов нащупав в платье брелок, вынула его, повесила на палец и показала всем: - Что это нам на свадьбу!

- Ооо, Крыса знааает, - одобрительно протянула Аярдо и потянувшись, качнула пальчиком маленький черепочек на цепочке: - Мррряк-мяк!

- Как ты узнала, что это от него? - оборвав смех, поглядела на нее фея.

- А вон его прикосновения же, - непонятно глянула на драгоценность муха.

- Да блин, - сквозь зубы выдохнула Юстина и спрятала подарочек. - С вами как мышь под стеклом, в аквариуме, некуда деться, подходите, глядите!

- Да мы не специааально, Юстэ, - развел руками Тэм.

- Так, ну-ка перестаньте! - взвилась Юстина, опаленная этим словом. Еще и имя он прознал, ишь какой наглый! Не Тэму его произносить, пусть останется там, где так ее называл Яро. И его имя тоже закрыто, все. Баста! - Давайте, че там у мухи страшновое!

- Тсе-тсе-тсе, - поцокала муха, качая головой, и разглядывая Юстину, - нетерпеливая! В одном заброшенном дворце... - и вдруг умолкла, вытянув шею и глядя Юстине за спину. Фея почувствовала, как от нежданного страха кривится лицо и по неприкрытой рукой Аскольда пояснице ползут мурашки. Позади что-то тихо зашуршало, пес задрал четыре уха, а двумя только дернул - отстаньте, я сплю! Но глаз открывать не стал. Хугин вернулся?.. Но у мухи такое лицо... напряженное, губы поджала, не моргает.

- Ты чего? - тихо шепнул Юстине Аскольд. Она только качнула головой, отгоняя злых мурашей.

- Тссс! - оскалила зубы акулы, мелкие и острые, муха и приложила палец к губам. Пристально и цепко оглядела всех, остановив взгляд на Юстине:

- Это могут быть оводы! - зловеще понизила голос Аярдо.

- Овощи, - насмешливо ввернул Тэм.

- Не смешно, - дернула его за волосы Леона.

- Вот именно! - выставила в ее сторону палец эта адская муха и костер вдруг полыхнул с новой силой. Глаза ее сияли красным пламенем, в свете огня.

- Оводы крадутся неслышно, они почти невидимы, и неощутимы, покуда ты не обернешься - а они уже здесь! - продолжала муха голосом ведьмы.

Юстина ненарочно обернулась, и обежала взглядом поле позади. Никого между ровно сияющих тыкв, ни единого силуэта... только мелкие рыбешки кляксами и светлячки.

- Оводы вообще-то, свистят, прежде чем нападать, - ровно проговорила Леона.

- Да, но только когда их много, чтобы собраться, - внезапно мирно кивнула муха и с задумчивой улыбкой снова пошевелила рукой головешки в костре. - Малыш, принеси-ка нам веток, - попросила она, Цербер тут же встал и виляя хвостом потрусил в темноту.

- Дак да, мы ходили на оводов, - излишне громко сказала Леона. Тоже боится? Ого... это что же дрянь такая?

- Конечно, оводы ведь жуткие твари, - еще слаще улыбаясь, кивнула муха. И снова вернула взгляд к Юстине, подержала молча и перевела на Леону:

- Но когда овод один, или их два, они подбираются тихо-тихо, как ребенок по мягкому ковру на цыпочках... он скользит сквозь темноту по воде Бездны, и ласково так... - муха протянула ладонь и провела по щеке феи: - Затекааает в рот, или нос... вместе с дыханием. Тянет из тебя душу, и вытекаааает обрааатно...

- М, прикольно, - выдавила Юстина.

- Дааа, ему такое очень нравится, а кого выпил овод - сам становится оводом, и армия их множится, множится, - голос мухи звучал страшно, певуче, низко. Завораживая вкрадчивым ужасом, словно голос и был тем оводом, затекая в уши и в горло...

- Да ну, нет, не ходят они одни! - с вызовом оборвала ангелия.

- Вот все ты знаешь, милая умница, - одобрительно поглядела на нее муха из-под ресниц. Во взгляде ее была снисходительность взрослого к браваде ребенка.

- А че нет, оводы - это проклятые мертвецы, - покивал Тэм так спокойно, будто о чем-то обыденном. - Бездна их плохо держит, они же не рыбки, вот рыбки без воды не могут, а оводы - эти... - он пощелкал пальцами. - Амфибии! Выбираются на берег, живут в болотах - а болота, это как-бы такие лужи Бездны, куда вода просачивается, через трещины и колодцы в разные миры. Ну и вот!

- И овод в рот, - ласково улыбаясь и кивая, промурлыкала муха.

- Ребят, мы хотели страшилки, а не этот ваш... реализьм! - урезонил Аскольд, поглаживая Юстину по спине, напряженной и застывшей.

- Ой, прилив, зырьте! - вскочила вдруг муха и принялась тянуть через голову платье. Вода в реке в самом деле, хорошо поднялась и не добралась до компании у костра всего на пару шагов. Заколдованные жутью голоса мухи, никто не заметил, как это произошло.

Муха же радостно попрыгала по воде, сияя бледной красотой стройного тела, и занырнула с головой, только волосы мелькнули полосой. Скоро ее русалочье лицо с широкой улыбкой показалось над темной ленивой водой:

- Теплааааяяя!

- Пошли, - деловито вскочил и подал руку жене Тэм. Леона без раздумий скинула крылышки, стянула юбку, Тэм потянул шнуровку на ее спине. С военным проворством ангелия разоблачилась, а за ней и Тэм. Юстина опомниться не успела, как эти оба-два с воплями пионеров в день Нептуна завалились в воду. Пес прискакал на шум, плюхнул ветки в костер из всех пастей разом, и плюхнулся в реку сам. Он смешно погреб по-собачьи, задирая кожанные носы и фыркая.

- Ты хочешь? - спросил Аскольд, завистливо поглядывая на купальщиков.

- Не-а, - помотала головой Юстина. - Я хочу есть.

- Хм, - нахмурил брови Аскольд. - Тогда пойдем обратно, как они вылезут.

- Да я не сильно, - улыбнулась Юстина. - Подожду.

Хотя, уже не то, что есть - жрать хотелось, и видения обгрызенных мухой кексов вызывали сладкую дрожь. Заползи ей сейчас в рот овод, Юстина просто переварила бы его, с радостью!

- И почему у них все в рот заползают, и Ничто это, и какие оводы, - проворчала она: - А ты иди, если хочешь, я тут посижу.

- Да, тебе правда ничего, нормально? - обрадовался Аскольд, Юстина кивнула и он тут же подкидывал одежду и с воплями:

- Ребзя, я к вам! - залетел в воду.

"Хугин", решилась осторожно позвать Юстина. "Все хорррошоу, потом приду, мухе можно доверять, она добрая!" - тут же заурчал ворон. "А, ладно, они тут купаются, в речке, а можно? Вдруг, этим норм, а нам плохо"

"Почему?" - как-то рассеянно уточнил Хугин. "Ну мы же просто нелюди, а вы все боги!"

"Я нет, но вам тоже беды не будет, ты гость Чертополоха, и у тебя в крови примесь водички из Бездны, как у всех суккубов и инкубов, а Аскольд раз смог пройти и ничего с ним не сделалось, вживую в окене мертвых, значит, Че не против, иначе б... в общем, отдыхай и отмечай Хэллоуин!"

"ЧТО ЗНАЧИТ, ИНАЧЕ БЫ?" - вскричала Юстина. "Я скоро буду, ррраслабься, девуля!" - промурлыкал ворон и исчез из эфира. Юстина вздохнула, но с удовольствием отметила, что уже хорошо понимает оттенки речи без слов - когда кто-то "пришел" и "ушел", как скрывать мысли и как звучать громче.

Купальщики, на ее радость, скоро потянулись на берег.

Отжимали волосы, толкались, хихикали.

- А может пойдем, - не выдержала Юстина. - Я есть хочу, помираю...

- Не обязательно идти, - сказала муха, бесстыже медленно расправляя платье. Только длинные аспидные волосы прикрывали ее наготу. - Нам сейчас Кербе наловит рыбки, да, малыш, моя песочка маааленькая? - засюсюкала она с собакой, трепля вислые ушки. Пес побалдел немножко и охотничьи пригнувшись, пополз к воде.

- Чего уж он там поймает, вы так орали, всю рыбу пошугали, - проворчала фея. Аскольд шумно вздохнул, встряхнулся, отложил одежду. Стек на песок, словно волной плоти перевопощаясь в рысь. Раз - был Аскольд, два - уже пятнистая большелапая кошка. Он мягко приблизился к любимой и потерся меховым лбом о ее плечо, мол - не сердись!

Эльф и ангелия заплели друг другу мокрые волосы и уселись у костра, выбирать из кучи хвороста рядом с ним подходящие для жарки рыбы палочки. Конечно, не забывая тыкать друг друга:

- Заколдовываю тебя в осла, вжух!

- Превращаю тебя в курицу!

"Хугин", робея, позвала Юстина снова. Но он уже не ответил. Значит ли это, что план Юстины исполняется сам собой прямо сейчас? Интересненько...

Но кого бы спросить? Противновато ощущать, что в крови эта вода бездны, фу!

- Муха? - решилась фея.

- Ая для тебя, дорогая моя, - одарила ее своей зловещей улыбочкой муха. - И нет, это тоже не гадко и не вредно, а взялось оно в тебе... ах, моя шладкая мошька! - отвлеклась Аярдо на пса. Тот с видом великого добытчика шлепнул ей несколько рыбин, мерзких на вид, как куски болотного ила, шевелящихся и тихо скрежещащих. Мухе заляпало упругие голые ляжки и колени, но она и глазок красным не повела, спокойно разглядывая рыбин.

- На, жарькай, - перекинула она одну эльфу, а другую сунула ангелии.

- Вы б хоть их сперва убили, - сморщилась Юстина, глядя, как те радостно протыкают шевелящиеся кляксы, их которых высовывались и исчезали непонятные ложноножки.

- Сойдет! - отмахнулся Тэм и сунул рыбину тварь в костер. Леона села рядом с ним бок о бок, и теперь парочка будто жарила зефирки, а вовсе не эту дрянь!

Аскольд лизнул Юстине ухо и улегся за ее спиной, она облокотилась об него, как о мягкую и теплую подушку.

Твари скоро затихли, шуршащий скрежет унялся, а по воздуху поплыл вкуснейший аромат - ничуть не рыбий, скорее - грибной, с оттенком корочки горячего хлеба. Юстину чуть не скрутило от нетерпения голода. Тэм осторожно отломил кусочек, остудил, попробовал.

- Фу, гадость! - скрючил он физиономию.

- Да ладно?! - вытаращила глаза Леона, которая как раз проглотила первый кусочек от своей рыбы: - А у меня зашибенск!

- Да я вру, отличная вышла, - усмехнулся Тэм и протянул Юстине палочку. Она схватила угощение, и тут же откусила, сколько смогла. Горячее... что-то, и правда похожее на жареный гриб, упругий и нежный, сочно растаяло во рту. Именно растаяло, как жаркое мороженое. На вкус было странно, похожее и на фрукты с грилля, и на хлеб, и на морепродукты, все одновременно.

- Вкусно! - расправляясь с рыбой, проговорила Юстина.

- Это потому что песька знает, что ловить, а то бывает фушная невкусня! - улыбнулась муха, неспеша отламывая мелкие кусочки. Один съедала сама, второй собаке. Три башки цапались и рычали друг на друга, но хвостик мирно хлопал по песку.

- А в крови у тебя немножко Бездны, ну так, ты ж не первая тут фея, - мирно, даже ласково проговорила, муха. - Че тут так долго, что миры успели рухнуть, и опять подняться! А он все живет и собирает фей! Вот, так оно тебе в кровь и попало! Не переживай. Бездна - это благо.

Юстина скептически дернула плечом. Сомнительное благо!

- Ну да ладно! - сказала она, бросая опустевшую палочку от рыбы в костер. - Я тоже страшилку знаю. Одна семья хотела купить пианино. Бабушка сказала им - покупайте любое, только не с красным пятном! Сказала и умерла, - завела Юстина, понижая голос. - Пришли они в магазин, там много всяких пианин, но все дорогие! Продавец им говорит: у нас есть дешевое, но с красным пятном! Смотрят - нормальное пианино, только пятно красное. Ничего, думают, ототрем! И купили его. Принесли пианино домой, стали оттирать, трут-трут! А пятно только больше становится!

Она сделала паузу и обвела публику взглядом исподлобья, едва сдерживая смех - так они притихли, и даже пес смотрел молча, вытянув морды в ее сторону.

- И вдруг... - Юстина повела рукой, замедляя речь и почти шепча: - Крышка открывается... а оттуда выходит обезьяна! Жопа у нее красная, как мак! И говорит: всю задницу мне натерли!

И фея замолчала, но никто не засмеялся и не сказал - че за чушь? Лица у троицы вытянулись, муха с большими глазами покачала головой, Тэм и Леона переглянулись.

- Ужас какой... - чуть слышно выдохнула ангелия а король эльфов с трудом проглотил кусочек.

- Кошмар, - быстро моргая, сказал он. - А еще знаешь?

- Ну, если такие смелые, - усмехнулась Юстина.

Рассказ про гроб на колесиках заставил слушателей рты открыть. Фея про себя потешалась над ними, смакуя каждое слово:

- Девочка, девочка, а гроб на колесиках уже возле твоего дома...

- Бля, - выдохнула Леона и осторожно отложила палочку с недоеденной рыбой. Тэм поежился.

Перед финальной фразой, Юстина как надо, поглядела перед собой, выбросила руку в сторону мухи и выкрикнула:

- Отдай мое сердце!

Муха с визгом подскочила и отпрыгнула.

- Юстя!! - вскричал Тэм: - Я чуть не сдох, блен!!!

Юстина покатилась со смеху!

- Оводы-шмоводы, вот макака с красной какой придет за вами!

Муха на цыпочках обошла Юстину и осторожно присела возле нее.

- Я здесь посижукаю, ладно? - пробормотала она, и не дожидаясь ответа привалилась спиной к спине Юстины. Рысь заворочался, устраиваясь поудобнее, между двух девиц. Аярдо протянула руку и беспардонно пошупала его меховые пятнистые "штаны":

- Ну вот, жопа кота! - удовлетворенно сказала она и поглядела через плечо на Юстину:

- Повезлячая ты! У мухи таке нету.

- Какое нету? - повернула к ней голову фея. - А как же твой... кто там, офицер?

- О, мой офицер, - мечтательно улыбнулась муха. - Ар злое кошечка, и жопа жесткая. Не такая кота.

И муха вздохнула, примолкнув. Все молчали, только трещал костер, поедая новые ветки.

- Я знаешь, крысь бы хочу, - доверительно понизив голос, сказала Юстине Аярдо. - Дашь мне?

- Я может... - Юстина вовремя прикусила язык. "Тоже хочу" зажала. - Как я тебе дам, у меня нету!

- Есть у тебя все, ненадое, а я бы вот мне! - с усмешкой проговорила муха.

- Ну ладно, - равнодушно пожала плечом Юстина. Но сердечко-то дернулось - как это так, что еще за "отдать"?!

Она неосознанно повертела пальцами кулон на груди.

- Я тебе, ты мне! - уверенно кивнула муха, будто договорились. "Ох, Яро, беги!" - смешливо подумала Юстина. Пес громко зевнул и распластавшись на песке, засвистел носами. Тэм улегся головой на него, Леона тоже, собакен ничуть не возражал. Глядя на них, потянуло спать. Наверное, сейчас глубокая ночь... тут никак не понять.

- А когда здесь рассвет? - спросила Юстина и поежилась. Наступит коварное "завтра" и адский Чертополох что-то заберет их нее...

- А Солнце мертвых никак не найдут, никто не хочет, ждут, пока подходящий бог умрет... - снова муха взяла стройную и внятную речь: - Так что дня ждать не стоит. Не взойдет.

Юстина промолчала. Как они тут живут? Вроде и ничего прям плохого вокруг, но жуть так и сочится отовсюду... вон и по небу так и шастают туда-сюда зловещие кляксы. А во тьме за спиной прячутся оводы... неужто придется однажды и ей здесь навсегда поселиться? Но если с ней будет Аскольд, как ей и обещали, тогда не страшно!

- Да так и живут, как везде, - мирно продолжила муха: - За рекой вон местные, у них там город. Сегодня тихо, много кто ушли к своим, на Тот свет.

Юстина поежилась.

- Да не, это у нас тут так называют светлые миры! Там солнце светит, там свет. Тот! Ты поняла. В Хэллоуин вы сюда, они туда...

- А ты? - тихо шепнула Юстина.

- А муха где надо, муха волшебная, - усмехнулась Аярдо. - Мне везде хорошо. Лишь бы не в лед обратно. Бывает бабочка в янтаре, а бывает муха во льду. Это я. Не во льду же везде хорошоу...

- Грустно, - прошептала Юстина.

- Угу, - ответила муха.

- Да, но... как мы узнаем, когда новый день? Когда утро?

- А когда Агена скажет, тогда и утро! - усмехнулась муха и вдруг махнула в сторону рукой: - Да вот уже прямо щас!

Юстина глянула, куда она показывает и нутро у нее скукожилось: поодаль маячил с фонарем в руке, как на ветке дерева, давешний слуга. Или это другой? Как разберешь, если они словно деревья в холодном и голом лесу!

Муха со вздохом поднялась, поправила платье.

- Надо идти. Чертополох зовет.

- Если ты сама принцесса, почему ты ему подчиняешься? - Юстина вставать не спешила. - Чего по первому зову вскакивать?

- А я и не подчиняюсь, я просто вежливый гость! - муха сверкнула рубиновыми глазами.

- Да и когда смерть зовет, нет такого создания, что сумеет оставить ее зов без ответа! - со вздохом печали прибавил Тэм и нехотя поднялся. Аскольд зашевелился под поясницей Юстины и она скуксила лицо. Так хорошо было тут валяться... Почему надо это все прекращать? Она нехотя отстранилась и обняла колени, выжидая, пока рысь вылиняет в человеческий облик и натянет одежду. Она смотрела, как Тэм и Леона расплетают просохшие волосы, после косиц пушисто-кудрявые, как они хихикают друг над другом.

- А я вот никогда не верила в жизнь после смерти, - тихо проговорила Юстина.

Тэм и Леона замолчали и дружно повернулись к ней.

- Зато она в тебя всегда верила, - веско поднял палец Тэм и с нотой зловещести улыбнулся. - Иначе б тебя здесь не было.

Юстина выразительно хмыкнула и приняла протянутую руку Аскольда. Он помог ей подняться, бережно отряхнул платье, осмотрел ее всю. Юстина подняла лицо к куполу океана над ними. Рыбы складывались в причудливые узоры, творя свою вышивку по полотну неба мертвых. Магически красиво, но должно быть, бесчеловечно скучно... если проводить здесь годы и годы, сотни лет, которые перетекают в тысячи... а может, даже миллионы!

- Куда девались мертвые динозавры, если тут все из бывших живых существ? - озвучила фея внезапную мысль. Ну и не мудрено, конечно, что хозяин этих мест от скуки принцесс тырит, еще не такое учинишь, сидючи в этих мрачных угодьях!

- Да тут они, - муха попрыгала на песке. - Вот! Основа всего, это совсем старые жизни. А потом вот эта вода, она тоже как бы... кровь призраков. Вся та энергия, которую навырабатывали, пока жили, должна ж куда-то утечь... вот здесь она вся!

Юстина покачала головой, снова дивясь, как странно и ловко муха скачет с грамотной речи на детскую белиберду!

- Давай, вставай! Пошли! - муха тем временем, стояла над псом и подталкивала его стальным носком сапога. Эйн-Цвей-Дрей мотал головами и жалостливо тявкал.

- Совсем разленился! - посетовала муха, разводя руками. - А вот!

Она достала из кармана, в котором точно никак не могло быть такого, кексик, пышный и с тыквенным кремом. Помахала перед носами собакена, тот напряженно следил за приманкой, задрав уши.

- Ап! - крикнула Аярдо и зашвырнула с размаху вкусненькое далеко в поле. Цербер подлетел на месте и рванул за вкусняхой, только ухи развевались по ветру!

Но его опередили: в воздухе прошуршали крылья, и ворон пошел на снижение, ловко ухватив лакомство. Пес взял резкий разворот, взрыхляя землю и сшибая тыквы на пути, понесся обратно. Хугин аккуратно опустился на тропу, полы пальто плавно улеглись на свои места. В руке он держал кексик, ничуть не помятый, только с отпечатками вороновых когтей.

- Ловко ты! - одобрила Юстина. Пес подскочил к Хугину, но промахнулся, только клацнул зубищами. Ворон с молниеносной скоростью увернулся, а затем разломал кексик на три части, свистнул и подкинул кусочки в воздух. Церберюня подскочил и ухватил всю добычу, каждой пасти по лакомству. Он радостно гавкнул и сел, подметая хвостом траву. Хугин с таинственной улыбкой почесал его за ушами, глаза его сияли ярче звездных рыбок в поле.

- Ну, что?! - нарушил общее выжидающее молчание Тэм.

- Ребят.. - тихо проговорил Хугин и обвел всех сияющими глазами: - Она офигенная!

- Ладно, пошли уже, нельзя стоять, сердит будет! - поторопила муха и все потянулись за ней по тропинке, которой и пришли сюда. Юстина взяла Хугина под руку и заглянула ему в лицо с нетерпением:

- Ну?!

- Она смешная, она милая, - затараторил Хугин, мечтательно глядя под ноги: - Она даже обзывается так чудесно!

- Тебе че, нравится, когда тебя обзывают? - обернулся Тэм, топавший впереди с Ле за руку.

- А то те не нравится, - хохотнула она.

- Курица ты из латекса, - сморщил нос эльф и подергал жену за крылышки. - Вон у тя и крылья курьи!

- Ангелюшка на курьих ножках, - согласилась Леона, разглядывая свои лютые сапожища. Муха и Аскольд, посмеиваясь, переглянулись. Они шуршали травой рядом с Юстиной и вороном.

- Не, ну у нее даже это классно звучит! - взмахнул рукой Хугин и пес напряженно проследил за его рукой. - Чего? Все, приятель, нету больше кексиков, муху проси!

Муха усмехнулась и показала собаке язык. Тот сморщил все морды, показал ей языки в ответ и потрусил вперед.

- Она мне разрешила ее домой проводить, я теперь знаю, где она живет! - прошептал Хугин на ухо Юстине и потерся носом о ее плечо: - Прикинь? Это же что-то значит?

- Ну... - неопределенно ответила она, чтобы не огорчать ворона. Кто знает, может да, может нет...

- А еще что делали? - круто развернулся к ним эльф и пошел спиной вперед. - Не, че ты морду скуксил, это важно! А, вижу! Рыбу собрали в загон.

Он уверенно кивнул:

- Это все меняет. Это почище ваших этих..

- И чем это важно, - не поняла Юстина.

- Да ты городская, не понимаешь, - хмыкнул Тэм. - Скотина - богатство и жизнь, это все что есть у скотоводов! Ну? Смекаешь?

И он постучал пальцем по лбу.

- Тэм, сзади! - схватила его Леона за плечо и потянула меч из-за лопаток.

- Воу-воу, тихо-тихо! - развернулся и поднял руки вверх Тэм. - Убери свою палку!

Леона недоверчиво опустила меч обратно себе в позвоночник, но эфес придержала. Юстина охнула и прижалась к ворону, Аскольд вышел чуть вперед, загораживая ее. Из темноты поля к ним криво-коряво брело давешнее чучело. Бошку оно несло в руке, и нарисованная углем харя его улыбалась. На месте глаз появились тлеющие угольки. Оно остановилось в двух шагах, вынесло руку из-за спины, и в перчаточной лапе его возникли... цветы. Призрачно-бледный букетик ночниц, слегка подвядших, но по-своему симпатичных. Такие мог бы поднести своей пассии фанат Тима Бертона. Чудище со скрипом поклонилось и ткнуло букетиком в Юстину. Она неуверенно захихикала, поглядывая на друзей. Муха приняла вид «какое небо голубое», а Хугин чуть подтолкнул фею под локоть - бери! Она обменялась с ним взглядами, он лукавым, она испуганным. Глянула на Аскольда, тот скрывал улыбку, но глаза оставались серьезными, начеку. Ладно, решила фея и робко букетик взяла. Он оказался прохладным, как из подземелья, и до Юстины дотянулся запах - земляной, стылый, снежный.

- Это что-нибудь значит? - спросила она у чучела, разглядывая его жутковато изломанные в локтях руки. Похоже, чтобы обрести способ набрать цветов и нести свою голову, ему пришлось надломить крестовину в двух местах, создавая «суставы». Жестко как-то, даже жалко его!

Пугало что-то хрипло, скрежещуще проныло, приложило руку к тому месту, где должна быть голова, потом словно одумалось, и тронуло свою бошку в руке. Честь отдало, похоже. Юстина вежливо ему улыбнулась, надеясь, что ближе оно подходить не станет. И оно не стало - развернулось и кочерыжисто поковыляло в поля.

- Просто приятно тебе сделал, - натянуто улыбнулся Хугин.

«Неправда», тут же поняла Юстина и сердце ее похолодело. «Что это на самом деле?» Ворон ее будто не слышал. «ХУГИН!» - прикрикнула она. Ворон с блаженным выражением смотрел вперед. «Цветы с твоей будущей могилы», тихо подсказал Тэм и Юстина чуть не швырнула в него жуткий букет, но не стала, огляделась и сунула его мухе. Муха букет не взяла, сложив руки за спиной и отошла подальше:

- Э, не, у мну свои есть!

- Что такое? - забеспокоился Аскольд.

- Они мне цветы с... моей могилы сунули! - прошипела Юстина. Но выбросить букет почему-то не могла. Он словно прикипел к ее рукам, как так и надо! Плохо, но надо.

- Ниче не плохо, все равно однажды со всеми будет, придумали тоже, тока и делать, что от смерти скакать, вечно не проскачете! Нет бы просто жить, сколько есть, да и радоваться, че тут такого это нормально! - назидательно проговорил Тэм. «Да, тебе тыщи там лет, легко рассуждать!» - вспыхнула Юстина. Но... оборвала себя. Он ведь прав. Всем положено самой природой, а ей еще жить да жить! Да и то, что она вот прямо сейчас, своими глазами видит то самое «посмертие», своеобразное продолжение жизни, которое и ей гарантированно, это успокаивало! Она погладила цветочки и задумалась - а кто ей их положит? Там и потом, кто принесет букетик ей на могилу? И вдруг поняла, поглаживая живот. Это будут они. А хорошо, что их два! У каждого всегда будет свой, родной человек! Любимые, жены, мужья, друзья - все это прекрасно, но брат, или сестра, кто родится вместе с тобой, кто еще до рождения уже рядом - это истинное волшебство! Это благословение. И она с теплой, светлой грустью улыбнулась. Не замечая, как тыквы вокруг медленно, как во сне поворачивают за идущей по полю компанией свои жуткие морды.

А муха вдруг счастливо рассмеялась и поскакала вперед, перепрыгивая через тыквы:

- Урааа, праздник отрубленных голооов!

Она схватила одну тыкву и чмокнула ее в рожу.

- Дайте угадаю, - глядя на дурачества мухи сказала Юстина: - Все эти тыквы когда-то были головами.

- А ты уже въезжаешь, подруга! - оглянулся через плечо и показал ей большой палец Тэм.

- Чертополох придумал отмечать, - кивнул Хугин. - А то чего, говорит, бедные казненные без своего праздника? Тут есть и день повешенных. И...

- Ладно, ладно, - остановила его Юстина. - Я вообще-то больше по романтическому фэнтези, этот ваш Эдгар По не мое!

- Эдгар Че, - заржал Тэм, а Леона задумчиво огляделась:

- Это ж тут могут и мои быть... ну, которые... - она покосилась на Юстину и фея поежилась. Ей как-то не очень хотелось думать о том, чем Леона занималась в своей прошлой жизни ангела, и какие «задачи» на ее совести. Леона подняла одну тыкву и засюсюкала с ней:

- Дружочек, испечь из тебя пирожочек? Ась? Нет, не печь? Ну лааадно... а ты не из моих? Эт не я тя сюда отправила? Нет? Ну, хорошо... катись тогда колобочком!

Она опустила тыкву обратно и та в самом деле, поспешно от нее откатилась.

- Лису не встреть, маленький! - помахала ему ангелица. Юстина хмыкнула, фыркнула и тихонечко рассмеялась. Ну и юморок же у вас!

- Сестрюнь, отпусти его тоже! - крикнул мухе в поле Тэм. Та остановилась и обиженно дуя губы, прижала тыквень к себе:

- Нит! Ита мой питомец!

- А, ну ладно, - легко согласился Тэм. - Я может, тоже заведу. Курицу!

- Я те заведу, дуру-лошадь тогда! - прикрикнула на него Леона.

Так дурачась и перекидываясь шуточками, компания дошла обратно до замка.

Пес убежал далеко вперед и оттуда им призывно лаял - поспешайте, ну, скорее же! Вас ждут!