3 Глава. Квартира в центре

Марго вышла из такси и почти упала в руки Стаса, зацепившись за порожек. Он заранее подал руку, чтобы помочь выйти и это оказалось очень кстати.

– Тише-тише, девушка, вы так всех людей распугаете, – улыбнулся Стас обнимая подругу, – цела?

– Да, так. Оступилась немного. Ну пошли – покажешь свое жилье. А то месяца три у тебя не была. Может чего изменилось.

– Ага. Стало еще скучнее чем было, – хмыкнул Стас сворачивая в проход между домами. – Пошли в магаз зайдем по дороге. Ночевать есть где, а вот жрать нечего, – он заговорщически подмигнул Марго.

Стас снимал квартиру недалеко от центра Воронежа. Выбирал сам. Чтобы поблизости от учебы, работы, курсов по английскому. Правда до спортзала тридцать семь минут пешком или пятнадцать на машине, но это мелочи. Можно и пройтись. Погоды-то в середине весны стоят прекрасные. У него было уютно. Свежий ремонт. Относительно новая мебель. Хорошая звукоизоляция, за что Стас особенно благодарил хозяев по ночам, репетируя на гитаре.

Он полюбил эту квартиру и теперь прокручивал в голове план покупки собственного жилья. Пусть маленького, ипотечного, но не съемного. И хотя знал, что родители вложатся, купят, возьмут получше–подороже, чтобы "сын–не–нуждался" отчаянно хотел своего, самостоятельно заработанного трудом и потом. Поэтому старательно экономил и копил на первый взнос. А родители кивали. Хвалили. Говорили, мол "так и надо сын". Но они вообще много чего говорили и мало слушали. Поэтому Стас и съехал при первой возможности. Поддерживать отношения приходя в гости оказалось куда проще, чем жить под одной крышей.

Домой заходили смеясь. Стас долго не мог попасть ключом в замок. Марго подшучивала: "не пили ведь, чего ты?" Наконец ввалились. Разгоряченные, пахнущие апрелем, городской весной, юностью и бесшабашностью. Марго упала на диван в комнате. Стас понес пакет с продуктами в кухню, бормоча под нос, что с девушками только так и ходить: вышел за хлебом − принес всего понемногу, но хлеб не взял.

Марго улыбалась. Она любила это его бормотание. Голос умиротворяющий. Со Стасом было просто, понятно и не страшно. Он говорил по делу. Всегда имел мнение по сотне вопросов и тем. Не врал в мелочах, да и вообще, пожалуй, ей не врал. А если и врал то она уже не помнила.

С Ромой было по-другому. Вечно спорящий, доказывающий кому-то что-то Асташев раздражал ее. Детская влюбленность не привела к высокому чувству. Только к раздражению. Марго хотела закончить все еще летом, но дотянула почти до следующего. За что цеплялась? Не за редкий секс, конечно. Скорее за собственные страхи. Боялась остаться одна вот и сидела рядом с Ромкой, пока тот деградировал в своих извечных танковых войнах. Она таскала продукты из магазина, готовила еду на несколько дней, убирала, загружала и выгружала стирку, училась, подрабатывала. А парень только страдал о том, как хорошо было раньше.

Вот оно – то, что Марго так любила в Стасе. Он не ныл. Что бы ни случилось Стас оставался собой. Серьезным и рассудительным. Она бы даже не удивилась увидев, как Стас плачет. Ему было можно все. Ну или почти все.

– Ты там спишь?

– Иду, – Марго оторвалась от размышлений, встала, пошла в кухню.

– Мыло тут. Ну, ты знаешь. Курицу я замариновал, – Стас вытирал руки полотенцем, когда она подошла и уткнулась ему в грудь. Обняла, – все в порядке?

– Да. Просто мне иногда так не хватает твоей уверенности во всем.

– А ты приходи почаще. Живем в одном городе и почти не видимся, – улыбнулся он и погладил подругу по спине.

Интересная штука. Они понимали друг друга с полуслова. Подхватывали шутки, заканчивали фразы. Обнимались и искренне поддерживали. Но ни Марго, ни Стас не проявляли своих чувств. Их просто не было. Говорят дружбы между мужчиной и женщиной не бывает. Обязательно существует любовный подтекст. Или страстное желание. Что-то, что сжирает изнутри. Но в этом случае оба они не чувствовали друг к другу ни любви, ни страсти. Скорее чувство сродни родственному..

Марго часто удивлялась этому думая про Стаса. Как-то даже хотела предложить ему стать друг другу «запасным аэродромом». Как в американских ромкомах, когда героям чуть за тридцать, они одиноки и женятся для галочки. Чтобы составить пару с тем, кто точно подходит краями. Но не осмелилась. Мысль так и осталась невысказанной.

Вечер проходил легко и спокойно. Пару раз Марго хотела позвонить Роме, но не стала, решив, что если понадобится сам объявится. Потом подумала, что не права и собиралась написать, но в этот момент в духовке подозрительно зашкворчала курица и пришлось побежать к ней. А достав курицу они со Стасом ужинали, смеялись, пили темное крепкое пиво из тяжелых бокалов и было как-то не до выяснения отношений. Уже перед сном, после душа Марго зашла в комнату и остановилась в дверях.

– Как думаешь, что мне делать теперь? Ну, с Ромой.

– А ты сама чего хочешь? – Стас обернулся и посмотрел ей в глаза, – вы уже давно вместе. Ты такая девчонка классная. Смотрю на тебя, на Рому, а вы как будто отдаляетесь друг от друга хоть и вместе живете. Мне кажется вы расстанетесь, Марго. Если не сейчас то скоро.

– Мне тоже так кажется.

Вздохнув, она проверила оповещения. От Ромы пришло только одно сообщение в Telegram: «я приеду завтра на вокзал». И от этой простой фразы стало так горько, что Марго опустилась на пол и заревела. Она не ждала извинений за его постоянные споры, не ждала нежностей и ласковых слов. Ей просто хотелось увидеть того бесшабашного открытого Ромку, в которого влюбилась почти три года назад. Парня, готового на любую авантюру.

Пойти кататься на чужом мопеде не умея его водить? Да пожалуйста. Скакать по балконам девятого этажа за Стасом? Конечно! Сломать руку спускаясь со второго этажа заброшенного дома? Так и было задумано. Еще и скорую сам себе вызвал. Ага. Марго казалось, что она сможет докричаться до «того самого» Ромы если пригрозит ему. Если озвучит то, что давно витало в воздухе. Но видимо нет.

Стас присел рядом. Гладил ее по плечу. Вытирал слезы. Подавал сухие салфетки. И молчал. Не ободрял, как делают девчонки. Не осуждал. Не спрашивал, что написал ее парень. Просто молчал. И подавал салфетки.

Наревевшись Марго легла на диван. Свернулась калачиком и еще долго лежала так в темноте. Сон не шел, как бывает, когда очень ждешь следующего утра. Стас погладил ее по голове.

– Все наладится, – произнес он. В этот момент рубильник в Марго будто выключили и она провалилась в беспокойный, болезненный сон.